Глава 6

Садков, неуверенно приближаясь к чужой машине, несколько раз успел пожалеть о том, что связался с ним. Свой поступок он оправдывал тем, что ему срочно нужны были деньги, чтобы выплатить долг за игру в подпольном казино. Он уже три года боролся с этой пагубной привычкой, но пока безуспешно. О его пристрастии к играм знал Кондратьев, который и предложил ему простейший выход из долговой ямы. Тот долг он выплатил полностью, но после, опять крупно проиграл и теперь всячески пытался найти выход. О том, чтобы рассказать об этом жене, не было и речи. Она год назад грозилась подать на развод и забрать с собой единственного сына, если он еще раз облажается подобным образом. Но угроза жены была пустяком по сравнению с предстоящим разговором с ним.

Садков сел в машину на пассажирское место и повернул голову к мужчине с угрюмым выражением лица. Он барабанил по рулю пальцами и всем своим видом показывал нетерпение и раздражительность. Садков почувствовал исходившую от него угрозу и практически вжался в сиденье, но внешне старался вести себя непринужденно и даже вытянул ноги и положил портфель с документами на колени.

— Почему мне звонит Кондратьев и говорит о том, что Булатов начал рыться в том деле?

В его голосе ощущались металлические нотки. Садков посмотрел в лобовое стекло и ослабил на шее галстук.

— Этого следовало ожидать. Если вы помните, то он говорил о том, что не виноват…

— И что дальше?! — раздался голос мужчины. — Ты хоть понимаешь, чем это может для нас обернуться?! — крикнул он и ударил рукой по рулю. — Что ты предпринял для того, чтобы заткнуть его и не дать ворошить прошлое?

— Послал к нему двоих ребят, которые не боятся пачкать руки, — ответил упавшим голосом Садков и снова схватился за галстук. Ему не хватало воздуха, хотя окошко было спущено и на улице после ливня было свежо и чуть прохладно. — Булатов сумел с ними справиться, — с сожалением в голосе добавил он.

— Точнее! — рявкнул мужчина и вцепился в него острым, как лезвие взглядом.

— Одного из них Булатов избил, забрал телефон, сжег их одежду и уехал на их же машине, — сказав это, он отвернулся, чтобы не встречаться с его глазами. — Он понял, что это я послал к нему ребят и приехал прямо к зданию прокуратуры, швырнул мне ключи и ушел.

— Ты сейчас шутишь?! Говоришь так, будто гордишься тем, что Булатов смог с ними справиться! — закричал мужчина снова. — Ты не можешь позволить себе такие оплошности!

— Да знаю, я, — вздохнул Садков и посмотрел перед собой. — Я придумаю что-нибудь.

— Конечно, ты придумаешь! Иначе я с тебя шкуру спущу!

— Я понял, — притронулся он снова к галстуку.

— Кто эти ребята, которых ты послал к нему?

— Бывшие заключенные, которые болтаются без дела и хватаются за любую работу. Имена вам ни о чем не скажут…

— Как ты узнал о том, что Булатов оставил их с голым задом? Спрашивая об этом, я сам не верю своим словам!

— Они доехали автостопом, — ответил Садков. — Попали под ливень, — махнул он рукой. — С одним из них я увиделся час назад и от него все и узнал. У второго сломан нос. Он уже обратился в травмпункт.

— Скажи им, чтобы не вздумали идти в полицию!

— Я уже сказал и выплатил им деньги, — недовольно произнес Садков и повернулся лицом к мужчине.

— Ничего! Не обеднеешь! Держи это дело под контролем! Отвечаешь за него головой! А теперь иди. Я должен встретиться со своей дочерью! Хотя бы она все делает правильно, в отличие от вас!

Садков вышел на ночную улицу, перешел дорогу и зашел в подъезд своего дома. Ему опять не хватало воздуха, сердце билось об грудную клетку после общения с ним. Он сорвал с себя бесполезный галстук и, поднимаясь на третий этаж, смял в руке. Садков вошел в квартиру и увидел жену, которая сначала окинула его скептическим взглядом, затем произнесла равнодушным тоном:

— Привет. Помой руки и садись за стол.

— Привет, чуть позже, — ответил он направляющейся на кухню жене, и открыл дверь комнаты сына-подростка.

Тот сидел за компьютером в наушниках и был занят просмотром видеороликов. Они общались редко, чаще всего на его вопросы сын отвечал кратко и удалялся в комнату. Жена просила оставить его в покое, объясняя это тем, что у него скоро выпускные экзамены в школе, и он сильно устает. Закрыв дверь комнаты сына, Садков вошел в спальню и почувствовал свое бессилие. С тех пор, как Булатов нагло приехал в прокуратуру и швырнул ключи, он не мог думать ни о чем больше. Все его мысли вертелись вокруг него. Садков пытался придумать хоть что-нибудь, но его максимум хватало на выкуривание сигарет. Бросив галстук на кровать, он вытащил телефон и набрал номер Кондратьева.

— Иван Федорович? Зачем вы позвонили ему, а не мне?

— Потому что это он все затеял и должен был знать, что Булатов вышел на свободу.

Садков обдумывал его ответ и не смог понять, правильно это или нет.

— Как вы думаете, Булатов сможет все понять? — прикрыв глаза, спросил Садков и заметил, как в спальню вошла жена и, покачав головой, ушла, хлопнув дверью.

— Не думаю, — ответил адвокат. — Для этого ему нужно проследить за движением денег. Исаев заверил нас, что все надежно. Дознавателю год назад он отдал ответ на его запрос, в котором указано, что именно Булатов снял всю наличность через операционную кассу. Если в банк поступит еще такой запрос, то Исаев даст такой же ответ и на этом все закроется.

— А если найдется тот, кто сможет выяснить правду, например, специалист какой-нибудь?

— Успокойтесь, Дмитрий Евгеньевич, для этого у него мозгов не хватит. И перестаньте думать об этом. Год прошел с того случая. Если бы я не подсуетился, то его могли бы отпустить на несколько месяцев раньше.

— А он на досрочное освобождение писал? — удивился Садков.

— Конечно, пришлось в его документах кое-что чуть-чуть подправить. Судья и глазом не повел. Не переживайте.

— Вам легко говорить…

— Вам тоже должно быть легко. Доказательства собирали не вы.

— Я понимаю…

— Сам я основывался на тех документах, что были в деле…

— Я понимаю, — повторил Садков. — Видел я сегодня Булатова. Настроен он серьезно и решительно. Мне кажется, что я не должен был посылать к нему ребят.

— Каких ребят? — удивился Кондратьев.

Садков коротко рассказал ему о событиях днем, встал и подошел к окну.

— Поторопились, Дмитрий Евгеньевич. Вы подлили масло в огонь.

— А что мне оставалось делать, после того, как вы мне позвонили и сказали, что он спрашивал про деньги? — нервно произнес он.

— Теперь Булатов узнал о том, что вы имеете отношение к делу, вздохнул адвокат. — Прежде, чем делать, надо думать. Если телефон одного из них оказался в его руке, то дело еще хуже. Теперь у него ваш номер. Хотя, если он будет звонить, то заблокируйте входящие вызовы и все.

Садков не помнил, сколько раз он вздыхал за сегодняшний день. Ему нужно было выпить и немного ослабить невидимый узел на шее, который давил с каждой минутой сильнее и сильнее. Он прошел в гостиную, открыл минибар и вытащил коньяк.

— Я уже боюсь завтрашнего дня, — неохотно признался Садков, наливая в рюмку коньяк.

Он почувствовал за спиной осуждающий взгляд жены и напрягся еще сильнее.

— Дмитрий Евгеньевич, даже если все вскроется, то, что будет вам? Ничего. Вы основывались на данных в деле Булатова.

— И получил за это свою часть денег, — с горьким комом в горле признался Садков. — Как и вы.

— А это можно доказать? — спросил Кондратьев. — Нет. Выпейте чего-нибудь покрепче и не напрягайтесь.

Адвокат первым отключил связь. Садков засунул телефон в карман и выпил коньяк. Горькая и обжигающая жидкость опустилась в желудок, и вызвала приятное тепло. Этой ночью он напьется и заставит себя не думать о Булатове. Завтра будет сильно болеть голова, но это будет расплатой за попытку уйти от проблем.

— Опять влип? Я надеюсь это не связано с играми? — услышал он голос жены.

Он, не оборачиваясь покачал головой, и налил еще коньяка.

***

Тимур остановил машину около дома, вышел и хлопнул дверью. Было уже темно. Возле подъезда стояли Егор с двумя полицейскими и Слава. Славе он удивился больше всех, потому что ожидал увидеть не его, а Матвея с Лешей, особенно Матвея. Он приблизился к ним и поздоровался. Посмотрел уничтожающим взглядом на Славу, и взглянул на Егора. Тот просто покачал головой.

— Я приехал. По какому поводу собрание? — спросил Тимур, переводя взгляд с полицейских на Славу.

Один из мужчин в форме представился и показал удостоверение. Тимур кивнул, не глядя на документ.

— Владислав Геннадьевич написал заявление и утверждает, что вы его бросили в мусорный бак.

— А за что я его бросил туда, он не упомянул?

— Ты вмешался в наш разговор с Полиной, — подал голос Слава.

Тимур не поверил своим ушам.

— То, что ты заперся с моей девушкой в кабинете и порвал ей платье, считается разговором?! — он угрожающе надвинулся на него.

Егор перехватил его за локоть и толкнул на прежнее место.

— Тише, — шепотом произнес брат и встал рядом с ним.

Полицейские в недоумении повернули головы в сторону Славы, взглядом требуя объясниться. Он внятного ничего не мог сказать и засунул руки в карманы.

— Ты язык проглотил?! — закричал Тимур.

Потухшая злость снова вспыхнула, когда он вспомнил, как выбил дверь кабинета и увидел Полину в углу с порванным воротником.

Егор снова взял его за локоть и взглядом сказал ему успокоиться. Тимур понимал, что не стоит вести себя так перед полицейскими, но желание порвать Славу никуда не делось, а наоборот усилилось.

— Заявление будешь забирать? — спросил один из полицейских у Славы.

Он нехотя кивнул и старался не смотреть на Тимура. Он, в свою очередь, прожигал его взглядом.

— Вот и хорошо. А то развели тут бразильский сериал, а нам еще всю ночь дежурить.

Полицейские двинулись в сторону своей машины. Слава быстро побежал за ними.

— Детский сад, — покачал головой Егор. — Пошли к тебе. Я еду заказал. Скоро должны привезти.

Тимур проводил Славу угрожающим взглядом, развернулся и пошел следом за братом.

— Твоя импульсивность тебя до добра не доведет, — пробурчал Егор.

— Ты не первый, кто мне об этом говорит, — буркнул Тимур и открыл дверь, пропуская брата вперед. — Я никогда не поменяюсь в угоду другим. Прими это к сведению.

Егор разулся и последовал в ванную, чтобы помыть руки.

— Похоже, твои размякшие мозги все еще находятся ниже пояса. Как ее нога?

— Почти прошла, — ответил Тимур и бросил ключи на столик.

— Что с лицом и рукой? Удивительно, что полицейские не спросили об этом.

Тимур рассказал ему обо всем и заметил, как брат нахмурился.

— В полицию я не стал обращаться, потому что сам перестарался. Они меня вывезли к заброшенным гаражам и решили напугать, а я им в ответ — по полной программе.

— Не удивлен, — покачал головой Егор. — Иди, смени свои штаны. Я не буду спрашивать, что за засохший след на поясе.

— Черт, — пробормотал Тимур, когда опустил взгляд на штаны. — Только попробуй засмеяться.

— Чем вы там занимались? — сдерживая смех, спросил он.

— Не твое дело.

Егор все-таки засмеялся, когда он пошел в спальню, затем в ванную. В дверь позвонили и доставили заказанную еду. Егор расплатился и закрыл дверь. Он понес все на кухню и выложил пластиковые контейнеры на стол. Они заняли места и принялись за еду.

— Не удивительно, что ты такой голодный, — смеясь, сказал Егор. — Полина знает, кто ты?

— Знает и вроде с пониманием отнеслась к ситуации в целом, но, конечно же, сомнения у нее остались, и я ее понимаю. Наверняка сейчас сидит и думает обо всем.

— Что не удивительно, — хмыкнул Егор. — Но если что, то я тебя предупреждал. Если она расскажет Исаеву о том, что знает тебя, то он может засуетиться и замести следы, предупредить остальных. Я имею в виду тех, о которых мы с тобой не знаем. Не мог он действовать только с Садковым и Кондратьевым. Понимаешь? Так что твоя девушка может выйти тебе боком, — сказал он, и отправил в рот листик салата.

Тимур задумался и понял, что зерно правды в его словах есть.

— Не станет она говорить о том, что знакома со мной, — с сомнением произнес Тимур и отложил вилку. — Тем более в улей я палку засунул тем, что Садкову ключи от машины вернул. Да еще и к Кондратьеву заглянул, — он замолчал на минуту. — Исаев обо мне уже знает и предупредила Полину, чтобы та была начеку. Она не пойдет против меня.

— Ты настолько в себе уверен? — спросил Егор. — Если ты вернулся со следами на штанах, это ни о чем хорошем не говорит. Девушки бывают очень коварными. Будь осторожен.

— У меня такое предчувствие, что не я твой старший брат, а ты мой, — улыбнулся Тимур и снова взял вилку. — Спасибо за заботу, но я не вчера родился.

— Просто ты после освобождения из колонии начал думать другим местом, а я вижу ситуацию с разных сторон, потому что ни одна девушка еще не обработала мои мозги.

— А как же твоя Ира? — спросил Тимур, имея в виду его бывшую девушку. — Кажется, ради нее ты готов был горы свернуть. Причем не раз.

— Вот после нее я и понял, что девушки могут быть коварными созданиями.

— По-моему, нельзя стричь всех под одну гребенку, — серьезно произнес Тимур. — Полина не станет говорить ему, что связалась со мной.

— Надеюсь, не станет.

***

Полина, сидя на диване, думала, говорить отцу о том, что знакома с ним или нет. Тимур не стал скрывать правду и рассказал все. С одной стороны она никак не могла поверить в то, что ее отец способен на преступление, с другой — причин не верить Тимуру у нее не было. Все было запутано, а она оказалась между ними и не могла решить, чью сторону принять. Ее вообще бесила ситуация, при которой надо принимать чью-то сторону.

Полина стала прокручивать последние события. Она подняла свою правую руку и до сих пор краснела, вспоминая, что посмела притронуться к его половому органу. Это сейчас она понимает, что в тот момент ее голова просто не соображала, и она почти не контролировала свои действия. Ладонь будто помнила все ощущения от прикосновения к нему. Если рассказать об этом Лизе, то она заверещит во весь голос. Подумав об этом, она улыбнулась. Но Полина не станет об этом никому рассказывать. Слишком личным и необычным было то, что произошло между ними.

Было около полуночи, когда Полина, зашла в спальню, легла на кровать и накрылась одеялом. Приказав себе заснуть, она закрыла глаза и попыталась выкинуть все мысли из головы. Полина резко открыла глаза и подняла голову, когда услышала звонок в дверь.

— Кто это может быть? — пробормотала она вполголоса и включила свет в прихожей, когда приблизилась к входной двери.

Полина посмотрела в глазок и нахмурилась. Это был Слава.

— Слава, зачем ты пришел?

Она еще раз посмотрела в глазок и по тому, как он одной рукой упирался в стену и еле-еле держался на ногах, поняла, что он пьян.

— Котеночек, открой дверь. Давай поговорим.

Эти слова взбесили ее, и она сжала губы в тонкую линию.

— Котеночек…

— Слава, я не настолько глупа, что открывать дверь пьяному человеку! Лучше уходи. Нам больше не о чем разговаривать.

— Это все из-за него, да?!

Она поняла, что он разозлился.

— Слава, ты сейчас разбудишь соседей, а они вызовут полицию.

— Из-за тебя я дважды опозорился перед ментами, ты сучка! — взревел он. — Открой эту чертову дверь! Иначе я ее выломаю!

— Или ты уходишь, или я звоню Тимуру! — ответила она тем же тоном.

— Ну, звони! Посмотрим кто кого!

Полина пожалела, что вовремя не придержала язык за зубами и теперь искала способы, как выкрутиться, не обращаясь к Тимуру.

— Слава, дверь я тебе однозначно не открою, — строго произнесла Полина. — Мы поговорим завтра, когда ты протрезвеешь.

— Открой!

Он стукнул кулаком по металлической двери. Полина вздрогнула и сделала шаг назад. Тимуру она однозначно звонить не будет. Надо найти другой выход. Она взяла с кровати телефон и, пока Слава бил ногой по двери, позвонила Лизе.

— Полина? — сонным голосом пробормотала она.

— Лиза, извини за поздний звонок, но Слава пьяный стоит в подъезде и требует, чтобы я впустила его в квартиру. Но я не хочу вызывать полицию и не знаю что сделать, чтобы он ушел. Мне нужен совет. Может просто игнорировать его?

— Сейчас я решу твою проблему, — оживилась Лиза. — Только не открывай ему дверь.

— Но…

Лиза первая отключила телефон. Полина уставилась на экран и пожала плечами. Слава, давая перерывы между ударами об дверь, сыпал угрозы в ее адрес и обещал закопать в лесу. Она услышала, как вышел сосед и сделал ему замечание. Слава обещал закопать и его, если он не поможет открыть «проклятую дверь». Полина захотела позвонить Лизе еще раз, но передумала и тоже пожалела, что обратилась к ней. Интересно, как она собирается решить проблему?

Удары об дверь прекратились. Она осторожно посмотрела в глазок и убедилась, что его нет в подъезде. Странным было ощущать после такого шума тишину. Через минуту неожиданно и со звоном разбилось стекло, и в гостиную влетел какой-то предмет. Полина испугалась и втянула в себя воздух. Этим предметом был камень, который прокатился по полу и стукнулся об плинтус. Она заглянула в комнату и не поверила тому, что сейчас видит. Стеклопакет, оголяя острые края, наполовину был разбит.

— Ты сучка! — взревел Слава с улицы и запустил в уже поврежденное окно еще один камень, который попал в то же самое стекло и окончательно его разбил. — Я убью тебя!

Стекла со звоном посыпались на подоконник и пол. Горшок с гераней также не выдержал боя с камнем, рухнул на пол и раскололся на две части, рассыпав почву. Сам камень докатился до той же стены и остановился возле первого.

Полина услышала вой сирены. Видимо кто-то из соседей позвонил в полицию. Или это сделала Лиза? Она набрала ее номер. Лиза ответила после первого гудка.

— Лиза, я же сказала никакой полиции…

— А я не вызывала полицию, — удивленным голосом ответила она. — Я позвонила Тимуру…

— Что ты сделала?! Откуда у тебя его номер?!

— Стырила с твоего телефона, когда ты попала в больницу. Он сказал, что приедет к тебе очень быстро и оторвет ему все конечности.

Полина испуганно закричала, когда разбилось окно кухни. Очередной камень прокатился по полу и остановился в нескольких сантиметрах от нее.