11

КРИСТИНА

Всё постепенно приходит в норму — и у меня, и у Лены. Даже погода наладилась, уже четыре дня сияет солнце, небо и море поражают синевой, и я до сих пор не перестаю удивляться отсутствию снега и обилию зелени посреди зимы, хотя живу в этом крае уже два года.

Богдан, очевидно, так хорошо накрутил хвост директрисе «Морской звезды», что Ленке боятся замечание сделать. Все теперь считают, что она как-то связана с высшим руководством. Может, чья-то дальняя родственница, пристроенная в отель по знакомству.

Я восстановилась после мерзкой таблетки и во вторник, как и обещала боссу, уже вышла на работу. Неделя выдалась на редкость спокойной — если сравнить с предыдущими. Богдан резко «выключился». Перестал меня тиранить, делать замечания, замораживать арктическим холодом. Такое ощущение, что я для него больше не существую. Наверное, наигрался, пресытился и успокоился.

Слава богу, как же хорошо!

Да, хорошо. Только вот по ночам не могу уснуть, ворочаюсь на диване и боюсь разбудить Маруську. Мысли не дают покоя. Вспоминаю, как мы с Богданом два дня занимались любовью в его квартире, и тело пылает огнём, горячие змеи опутывают тугими кольцами, давят грудь, покусывают соски, обжигают между ног, заставляют выгибаться и сжимать колени.

…В пятницу идём с Марусей из садика. Я забрала дочку пораньше, сегодня в офисе короткий день. Все взбудоражены, как же, День всех влюблённых, Святой Валентин. На работе девочки шушукаются, рассказывают, кому перепал букет или подарок, кого пригласили в ресторан. Мужчины выглядят равнодушными, им этот праздник — лишняя обуза.

На улице холодно, всего плюс шесть, но солнце ярко сияет. Нам с дочкой надо зайти в магазин, купить продукты. Выбираем товары, складываем в тележку. Цены снова выросли, да что ж такое! Они постоянно увеличиваются, хоть в магазин не ходи! Только середина месяца, а я уже вижу, что к концу февраля придётся туго. Ещё и в садике постоянно собирают деньги то на одно, то на другое. Мечтаю о кошельке, где бы постоянно образовывались купюры. Или о таком же волшебном банковском счёте. Сняла в банкомате десять тысяч, а наутро они снова там. Чудесно!

Жаль, нереально.

— Маша, пожалуйста, положи эту коробку обратно!

Маруська хочет прихватить с полок тонну всякой ерунды и вредностей — киндер-сюрпризы, химическое печенье. Я отбиваюсь.

— Мамочка, я же твоя кровиночка, ты должна меня баловать! — ноет дочка и хитро блестит глазами. — Так давно ты мне шоколадочку не покупала! Или печенюшечку… Ох, как же тяжело жить, когда приходится на всём экономить!

Спектакль разыгрывается у кассы. Бессовестная маленькая манипуляторша надеется вызвать сочувствие очереди. Но я не собираюсь поддаваться её шантажу. Прекрасно знаю, что вся эта химия пользы ей не принесёт. Насчёт «шоколадочки» Маруська обманывает, вчера она сточила маленькую «Алёнку», этого вполне достаточно, совсем не обязательно есть шоколад каждый день.

— Зато мама купила тебе фрукты, овощи и рыбу. Сейчас приготовит, будешь ужинать, — поддерживает меня хорошо одетая пожилая леди, худая и прямая, как палка. Может, бывшая балерина? — Твоя мама хорошо о тебе заботится. А от шоколадок, конфеток и печенек один вред. Жир, прыщи, гнилые зубы, — сурово отрезает дама.

Толстая девица в бескрайней синей куртке озадаченно изучает свою корзину. Там три пачки печенья, четыре шоколадных батончика, а ещё чипсы, пиво и сыр-косичка. И точно, всё лицо у бедной девушки в розовых прыщиках. Кхм…

В восемь вечера забегает Лена. Хочет взять мою клетчатую юбку, идёт на свидание.

— Всё-таки, праздник, — бормочет она, переодеваясь. — А вдруг именно сегодня повезёт? Встречу не придурка, а хорошего парня? Смотри, какие чулки купила! И пуш-апчик напялила. — Лена вертится перед зеркалом, на ней чулки с широкой резинкой и красивое бельё.

— Круто!

— У тебя божественные ножки, — говорит Маруся. Она стоит рядом и держит наготове юбку и блузку, помогает. — Ах, крёстная, ты принцесса!

Ребёнок у меня болтливый и общительный, за словом в карман не лезет. Вон, даже с Богданом успела в понедельник пококетничать.

— Да ты ж моё солнышко, — умиляется Лена. — Эх, вот бы на эти ножки и сиськи подцепить бы ещё мужика нормального. Да где ж его взять.

— Лена! — возмущаюсь я.

Маруська заливается радостным смехом от слова «сиськи». Она отдаёт Лене одежду, запрыгивает на диван и начинает возбуждённо скакать.

Подруга идёт на свидание, но заранее не верит в успех. Проблема маленького города — не с кем знакомиться. Летом приезжают туристы, целые толпы, но курортные романы бесперспективны. А Лене двадцать пять, как и мне. Я-то уже и ребёнка родила, и в серьёзных отношениях побывала (но лучше не вспоминать!), а подружка перебивается кратковременными связями и ужасно от этого страдает. Хочет семью, детей.

Лена убегает, но через минуту домофон снова сигналит.

— Что она ещё забыла? — удивляюсь я.

К моему удивлению, это вовсе не Ленка, а курьер. Странно… Я ничего не заказывала. Наверное, какая-то ошибка, перепутали адрес.

Сейчас узнаем.

Пока курьер поднимается по лестнице, в голове проносятся мысли. Самая неприятная — а если снова активизировался Марк, мой бывший? Вдруг в День Святого Валентина ему захотелось напомнить мне о том, какая я плохая и неблагодарная. Он вполне мог раздобыть мой адрес и прислать цветы или… бомбу.

В зависимости от настроения.

Нет, бомба — это, конечно, чересчур. Но вот банку с тараканами или истыканную куклу вуду с моим лицом — это Марк запросто мог отправить!

— Здравствуйте! Кристина Лазарева? Вам посылка, — объявляет мужчина в синей куртке с белым логотипом и протягивает мне довольно объёмную и увесистую коробку. — Распишитесь вот здесь, пожалуйста.

— А от кого это? — подозрительно прищуриваюсь я.

— Не знаю. Наверное, вы сами поймёте, когда откроете. С праздником.

— Спасибо.

Курьер уходит, а мы с Марусей удивлённо переглядываемся и несём коробку на диван. Она упакована в подарочную бумагу со смешными енотами и сверху украшена блестящим бантом.

— Кто-то прислал нам подарок, — шепчет Маруся и закрывает рот ладошками. Глаза у неё как блюдца, она перестаёт дышать.

Я беру ножницы и осторожно разрезаю упаковку. Открываем коробку… и у моего ребёнка начинается истерика! Потому что внутри находится большой набор слаймов. Да просто огромный! Круглые пластиковые контейнеры, заполненные разноцветной массой, обложены ярко-жёлтой декоративной соломкой. Это самые дорогие и качественные слаймы, от известной марки.

Маруська вынимает контейнеры один за другим и визжит от восторга.

Вот это подарок!

— Мамочка, я поняла, это Богдан Романович мне прислал! — вопит дочка, тараща глаза. Она прыгает на месте, прижимает банки к груди, потом наваливается на коробку и обнимает её. — Мама, я самая счастливая девочка теперь! Сколько у меня слаймов! Ты посмотри! И гэлакси, и баттер, и лунная ночь! Мамочка, да это же чудо!

Я в изумлении. Совершенно не ожидала от Богдана такого поступка. В понедельник я очень смутилась, когда Маруська завела разговор с моим боссом. Но подумала, что он сделает скидку на то, что ребёнок маленький. В пять лет, конечно, Маша должна уже понимать, что нельзя просить и принимать подарки у незнакомых людей. Я ей это объясняю, но, вероятно, не очень эффективно…

Смотрю, как дочка, затаив дыхание, рассматривает слаймы. Маруся сейчас самый богатый человек на планете, ей достались бесценные сокровища. У неё горят глаза, она так потрясена, что уже не может визжать.

— Мам, а ты меня ругала! — вдруг вспоминает Маруська. — Говорила, что ничего нельзя просить. А я вот попросила, и он мне подарил. Воууууу!

— Маша, послушай меня внимательно. Больше ты у Богдана Романовича ничего не попросишь. Я тебе запрещаю. Я серьёзно это говорю.

— Ну, хорошо, — легко соглашается Маша. У неё в руках такой грандиозный подарок, что ей больше ничего пока и не надо.

— И не надейся, что он постоянно будет тебе что-то дарить. Это была разовая акция.

— Хорошо. Розовая?

— Нет, разовая! Это то, что случилось только один раз.

— Разовая акция, — послушно повторяет Маруська, но вряд ли понимает это выражение. Она открывает смородиновый слайм и шумно втягивает воздух своим носиком-кнопкой. — Ах, как пахнет! Ах, вкусняшка!

— А сейчас мы позвоним Богдану Романовичу и поблагодарим его за подарок.

— Йес, йес, давай, давай!

Я беру телефон и ищу в контактах номер босса. Волнуюсь, ведь сейчас услышу его голос…

Но Богдан не отвечает. Вернее, он вне зоны доступа.

БОГДАН

На выходные уезжаю к отцу. Снова еду ночью и, пролетев по всему побережью, за шесть часов добираюсь до Красной Поляны, где временно расположился мой «дядя Рома».

— Молодец, что приехал, это сюрприз для меня, — отец меня обнимает.

Мы завтракаем на открытой террасе, откуда открывается великолепный вид на снежные горы. У стола стоит тепловая пушка, поэтому не холодно. Пожилая горничная, бесшумная, как привидение, подаёт еду, разливает чай.

Немного говорим о делах, обсуждаем проекты. Отец закуривает сигарету. Вот зачем он курит, здоровья и так уже не осталось совсем. Внешне, конечно, выглядит неплохо, подтянутый крепкий дядька. Но я-то знаю, что папаня то и дело принимает лекарства или ложиться в больницу.

Насчёт лекарств… Почитал в интернете отзывы на контрацептив, который Кристина приняла по моему требованию. Препарат современный и безотказный, но содержит убойную дозу гормонов, это серьёзная встряска для организма. Правда, побочные эффекты проявляются у небольшого числа людей. Крис очень не повезло, она угодила в этот минимальный процент.

Мне стыдно, что я был таким дебилом — не воспользовался резинкой. Злюсь на себя. Я же всегда это делаю, но тут… Просто сорвало башню. А девушка пострадала…

Горничная приносит пирог с корицей, от него идёт пар, видимо, только что испекли. Женщина снова наливает мне чай.

— Сын, я очень тобой доволен. Не знал, как ты сможешь работать здесь, на родине, после Штатов. Другой менталитет, другие рабочие отношения. Но ты молодец. Вижу, что хорошо тянешь, справляешься.

— Спасибо, пап.

— Мне сообщили об инциденте в «Морской звезде». Хорошо, что ты не спустил всё на тормозах, а взял под контроль и разобрался.

— Да, пап.

Вот как всё обернулось. Кто-то активно сливает отцу информашку. А если бы Крис не попросила спасти подругу? И мне бы никто не доложил о происшествии в отеле? Тогда сейчас бы я имел бледный вид перед отцом.

М-да, в жизни иногда всё очень замысловато складывается.

— Ты не забыл, какое у вас через неделю спортивное мероприятие?

— Да, помню.

— Ты, как руководитель подразделения, обязательно должен принять участие. Такие корпоративные тусовки очень укрепляют отношения внутри коллектива. Ты сможешь поближе со всеми познакомиться, да и тебя сотрудники увидят в другом свете — без галстука.

Кристина уже и без всего остального увидела! А я её. Как же хочется повторить.

Отец говорит о корпоративном «празднике спорта и здоровья». В холдинге это устраивается регулярно, участвуют все сотрудники с семьями. Для этого в фитнес-центре будет арендован большой зал, куда привезут специальное оборудование для конкурсов и эстафет.

Я и не собирался филонить. Понимаю, что все с интересом будут смотреть на меня — как выгляжу в спортивной форме, а не в костюме, как бегаю, как общаюсь с народом. Я новый босс, к тому же молодой и красивый.

Тамара Викторовна уже, краснея, поделилась, что специально к этому мероприятию сбросила два килограмма, планирует добить ещё два. Кроме того, секретарша приобрела эластичную экипировку — леггинсы, лонгслив. Собирается утянуть жирок. Подозреваю, будет блистать, как и остальные сотрудницы.

А в чём придёт Крис? Может, наденет короткий топ и маленькие шорты? Было бы неплохо.

— Поедешь кататься на лыжах, Богдаша? — спрашивает отец.

— Да, взял с собой всю амуницию, сейчас поеду на трассу. Ты со мной?

— А давай! — Улыбается. — Денёк отличный, солнечный. Кататься не буду, спина побаливает. Но посижу на веранде, подышу, поработаю.

Прохожу по новым апартаментам отца — он купил эту квартиру недавно, но уже полностью обустроил. Это двухсотметровый лофт с отдельной комнатой для прислуги. На стенах — огромные чёрно-белые портреты моей матери. Очень красиво. Её нет уже пятнадцать лет, а отец продолжает о ней грустить. Надо же, в сорок лет нашёл свою любовь, десять лет прожил в счастливом браке, несмотря на все выверты и закидоны моей безалаберной матушки. И вот уже пятнадцать лет в каждой новой квартире или доме развешивает мамины портреты и смотрит на них.

Не понимаю почему, но в мозгу вспыхивает молнией мысль о Кристине. Какая странная параллель. А возможно вовсе и не параллель, просто об этой женщине я думаю день и ночь.

В тот же момент у меня звонит айфон. Входящий на новую симку, которую я использовал для того, чтобы потроллить Крис. На экране её имя.

Какая-то телепатия…

— Да?

— Богдан, привет! Мы с Машей хотим поблагодарить тебя за подарок.

От волнующего голоса Кристины вниз по спине пробегают искорки возбуждения, член моментально напрягается. Как же я остро реагирую на эту девку, блин.

— Привет, Кристина.

— Я передам трубку Маше, — тут же говорит Крис, хотя я не против пообщаться сначала с ней.

— Дядя Богдан, дядя Богдан, ты мне такие слаймы прислал, оооооо! — верещит в трубку детёныш.

Я улыбаюсь и отодвигаю айфон подальше от уха. В динамике слышны какие-то препирательства, потом Маруся повторяет уже спокойно, старательно проговаривая каждое слово:

— Богдан Романович, большое спасибо вам за подарок! Он мне очень понравился!

— Пожалуйста, лапушка. На здоровье.

— Богдан, мы уже вчера тебе звонили, чтобы поблагодарить, но не дозвонились. — Это снова Крис.

— Ну, хорошо. Ребёнку понравилось, я рад.

— Богдан, это чудесный подарок. Но, пожалуйста, больше не надо нам ничего присылать, — добавляет Кристина.

— Да я вообще-то и не собирался, — усмехаюсь я.

— Тогда хорошо. Ещё раз спасибо, Богдан. До свидания.

— Пока, Крис. Встретимся в офисе.

Стою ещё несколько минут, сжимая в руке айфон. Смотрю на огромное фото мамы на стене. Смеётся — весёлая, счастливая, красивая… Не знаю почему, но внутри всё скручивается в тугую спираль, душно. И чего я маюсь… Вроде бы всё хорошо — приехал к отцу, сейчас пойду кататься на лыжах, вокруг такая природа. А как-то муторно.

А, ну ясно. Я уже целую неделю без секса. Вот и ответ на вопрос. Целую, бл**ь, неделю! Это ж с ума сойти. Поэтому маюсь, места себе не нахожу.