Глава 20. Маленькая смерть

«Маркус всегда был прекрасным солдатом, преданным другом и человеком с невероятно демократичными взглядами. В его понимании люди либо делал то, что он говорит, либо не делали и больше их никто не видел».

Из разговора Уильяма и леди Друзиллы

— Джентльмены, мамзели и прочие неразумные существа! Его высочество почтил вас своим присутствием. Прошу вас воздержаться от бросания панталонами в карету, поскольку ткань наматывается на колеса и портит спицы. К тому же вы пугаете лошадей и затаптываете место казни, а мы только отмыли брусчатку от крови.

Маркус равнодушно посмотрел на верещащую толпу через окошко и вновь задвинул шторку. Гудящий народ приветствовал будущего правителя бурными овациями. Причем такими, что три квартала трясло от их хлопков и криков. Подобный восторг в отношении кузена он принимал как должное, поскольку с детства наблюдал за стремительным ростом его популярности среди простого люда.

Белокурый принц казался им ангелом, который сошел с небес.

Ради него женщины рисковали репутацией и теряли честь, а мужчины с радостью шли на войну. Церковники приторговывали иконами с его ликом, начинающие деятели производства ждали дня, когда преставится нынешний король и новые реформы будущего монарха изменят их жизнь к лучшему.

Еще бы его не любить! Ведь Уильям был хорош собой, умен, красив, галантен и в меру испорчен женским вниманием. Ладно, не в меру. Большинство аристократов и простых смертных относилось к его постельным приключениям, как к шалости маленького ребенка. А маленьким детям, как известно, прощалось все.

Или почти все.

— Где его нашли?

— На северо-западе Кеншербира. Бродил по окрестностям, пока не пришел в ближайшую деревню. Оттуда местные власти переправили его сюда, а градоначальник передал сведения о нем капитану дворцовой стражи.

Очередного попаданца тащили под руки прямо к довольному палачу, который нежно поглаживал лезвие топора. Его стоны и жалобные мольбы затерялись во всеобщем гомоне. Как и монотонный голос обвинителя, зачитывающего список прегрешений мужчины из другого мира.

Маркус отвел взгляд и перевел его на невозмутимого Уильяма, который, стянув кожаные перчатки, перебирал вещи будущего покойника. Тщательно, аккуратно рассматривал каждую маленькую коробочку и бумажку.

Будто искал в них ответ на главный вопрос мироздания.

— Разрывов становится больше, — пробормотал Маркус и покосился на молчаливого помощника, который прятался в тени салона. — Если так пойдет дальше, граница истончится, и завеса между мирами рухнет.

— Я знаю.

Пальцы стиснули прямоугольную коробочку с зеркалом, которое вспыхнуло от прикосновения. Маркус с любопытством уставился на картину и попытался прочитать написанное, но у него ничего не вышло.

Язык иномирян казался абракадаброй, а из знакомого в нем были только цифры. Они показывали поздний вечер, хотя на дворе вовсю властвовал день.

— У него есть семья?

Уильям вздрогнул и крепче стиснул коробок.

Риторический вопрос, который кто-то из них обязательно задавал каждый раз, когда очередного несчастного отправляли на казнь. Иногда Маркус поражался хладнокровности кузена в такие моменты, ведь она совершенно ему несвойственна.

— Лучше поговорим о загадочной мисс Обернат и твоей идиотской выходке. Скажи мне, кузен, как ты додумался сравнить даму со своим свином?

Маркус пожал плечами и вновь обратил взор на Тень.

Его помощник смотрел в одну точку и не шевелился. Будто впал в анабиоз, как настоящая рептилия во время спячки. Иногда он так сильно погружался в свои мысли, что пугал окружающих отсутствием признаков жизни.

Подумать ему было над чем, как и Маркусу.

Например, о загадочной мисс Обернат, которая вела себя странно. Нет, внешне она ничем не отличалась от типичного синего чулка и девицы, пусть невысокого, однако вполне благородного происхождения.

А вот ее речь… смущала. И не только речь, но и медальон, который Маркус приметил у нее на шее.

Не то, чтобы он специально смотрел в декольте. Вовсе нет!

Просто так вышло.

Когда она наклонилась, взгляд скосил сам собой в манящую ложбинку и разбудил в нем любопытство. Сначала Маркус немного потерялся между двух молочных холмов, а потом зацепился за знакомый узор.

И глубоко задумался.

«С вашей леди что-то не так, господин. Со всеми в этом доме, начиная от слуг и заканчивая мистером Линденом, который вообще не похож на мистера», — жестами описал свои ощущения Тень, когда они вышли из особняка графини и сели в экипаж.

Он настаивал на том, что племянник леди Инесс — женщина. Такое Маркус принять не мог, как бы ни старался. Зачем дама надевала штаны, рубаху и парик для посещения мужских клубов?

Не играть же шла, в самом деле! Бред!

—… Ты слушаешь меня или нет?

Маркус моргнул и вернулся в реальность.

За окном все также вопили люди, а обвинитель заканчивал со списком прегрешений несчастного попаданца. Бедолага уже не дергался: просто лежал на бревне, покрытым специальным раствором для сохранения крепости, и ждал своей участи.

Или смирился, или думал, что все это сон. Бывали и такие.

— Отвлекся, — Маркус вновь посмотрел на Уильяма. — Я принес ей извинения.

— Сколько раз я просил, чтобы ты думал перед тем, как говорить комплимент даме?

— Прости, я никогда тебя не слушал.

Кузен тяжело вздохнул, затем потянулся к бархатному мешочку и сложил в него все вещи попаданца.

— А стоило бы, если хочешь найти подходящую партию в ближайший сезон. В противном случае из долгов тебе не выйти.

— Я подумываю о женитьбе на мисс Обернат.

Тень моментально вышел из дремоты и подпрыгнул чуть ли не до потолка, а Уильям прищурился. Потом подался к Маркусу, коснулся его лба двумя пальцами, нахмурился и пробормотал под нос:

— Умом, что ли, тронулся?

— Нет.

— Маркус, ты же несерьезно.

— Почему?

Он и правда не понимал, почему кузен так разволновался.

Несмотря ни на что, мисс Обернат все еще женщина, к тому же аристократка и родственница графини. В меру раздражающая и не в меру забавная. Нет, она, конечно, та еще головная боль, но приятная и на ощупь, и внешне.

А деньги… С деньгами ему поможет Линден или отправится следом за остальными управляющими. Теми, кого Маркус случайно проклял. И пока любитель приложиться к бутылке не показал свою состоятельность, он не собирался защищать его от таинственного убийцы.

Если таковой вообще существовал.

— Это так не работает, — развел руками в стороны Уильям. — Нельзя просто взять и жениться, на ком захочется, имея герцогский титул.

— Грош цена твоему титулу без денег.

Толпа взревела, казнь закончилась.

— Маркус, ты не понимаешь…

— Нет, — он мотнул головой, и кузен со стоном закатил глаза. — Мне нравится мисс Обернат. И я всегда получаю то, что меня интересует. Либо твой двор, полный снобов и идиотов, мирится с моим выбором, либо так и сдохнет в недовольстве. Ни один из кучки этих доморощенных дворняжек не протянул руку помощи Бенедикту, когда тот в ней нуждался. Вот и пусть засунут свое мнение в задницу епископа, когда в очередное воскресенье пойдут отмаливать грехи в церковь.

— Твоему брату не помогли бы даже лучшие лекари Урарты. Он пил, как тварь, все, что плохо закрыто пробкой, — печально протянул Уильям.

— Ты тоже пьешь всякую дрянь, но на тот свет пока не отправился.

— Моя благородная миссия состоит в наставлении и спасении тебя от безумных поступков. Например, женитьбе на нищей девице с сомнительным происхождением. Подумай, что скажет леди Друзилла.

— Первым делом она поставит свечу за здоровье моей будущей супруги.

— Ой, все.

Карету тряхнуло, и мужчины повернули головы. Благодаря удачно выбранному месту стоянки, никто из галдящей массы не видел, как в салон затолкали человека. Едва дверца с правой стороны захлопнулась, Тень сорвал с головы их нового пассажира плотный мешок.

— Браслет, — Уильям протянул помощнику Маркуса заранее заготовленное украшение, и тот защелкнул его на запястье ошарашенного мужчины. — Добро пожаловать в Дэрилию, мистер! Прошу прощения за весь этот спектакль. У нас в стране очень суровые законы насчет заблудших… Людей. А мне, знаете ли, не с руки потом оправдываться перед богом за такое количество бессмысленных казней.

Маркус закатил глаза и скрестил на груди руки.

— Его величество тебя убьет, — предупредил кузена, но тот только пожал плечами.

— От парочки спасенных попаданцев наш мир не треснет на части.

— Сомнительно.

— Уйди, постылый, и не мешай мне наслаждаться подвигом. Лучше придумай аргументы, которые приведешь моему папеньке, когда он узнает про твое желание связать себя узами брака с мисс Обернат. В конце концов, герцоги в нашей стране на дороге не валяются.

— Герцог? Его величество? — спасенный подал, наконец, голос и прекратил сжиматься от любого звука. — Где я вообще?! Что за дурдом здесь творится?! Выпустите меня немедленно! — заорал и кинулся к дверце, но Тень ловко перехватил его и не позволил выскочить наружу.

Маркус вновь перевел взгляд на озадаченного кузена и с удовольствием протянул:

— А я говорил. Слышишь? Говорил.

— Лучше купи себе томик изящной словесности для общения с дамами! — прошипел в ответ обиженный Уильям.