Глава 22. Хоронить нельзя восстановить

«Как стало известно вашей покорной слуге, не слишком прекрасный и очень даже нищий, но титулованный герцог Веллингтон подыскивает состоятельную супругу.

Я бы посоветовала всем ретивым маменькам с дочерями на выданье и тугими кошельками мужей приготовиться к началу следующего сезона. Есть вероятность, что его угрюмая светлость, найдет счастье и подарит свою “богатую” родословную именно вашей семье». 

Колонка светских сплетен и общественных бредней Мадам Х

Последние несколько часов проходили уныло и в окружении бесчисленного количества цифр.

Не то чтобы я их не любила — наоборот, очень любила! — но исключительно в денежном эквиваленте. А то, что лежало передо мной на столе, не только деньгами, имуществом назвать сложно. Все наследство герцога Веллингтона оставалось обнять, плакать и заказывать ему отпевание.

— Н-да.

Столь скудными словами я выражала все, что успела просмотреть.

На столе лежали два толстых тома домовой книги за этот и прошлые года, многочисленные расходники, половина из которых явно отсутствовала, и закладные. По кабинету были разбросаны учетные журналы и прочая финансовая макулатура, привезенная герцогом Веллингтоном из офиса его фабрики.

В них имелись практически те же проблемы, что и с домашней документацией. Большая часть мелких расходов либо не фиксировалась, либо писалась в стороне от основной колонки. Писалась как придется — чуть ли не сбоку странице или сверху.

Разбери в этих каракулях, куда и что тут относится.

Многие сводные таблицы не включали текучку и постоянные траты на различные нужды для дома или производства, которые всегда учитывали при закладывании бюджета на следующий квартал. А из-за отсутствия некоторых данных кое-где сальдо специально подбивалось до положительного.

По итогу бесконечного копания и попыток разгадать ребусы на полях мне пришлось разложиться по всей комнате и завести отдельную стопочку листов для ведения счета. Многочисленные бухгалтерские самолетики, которыми я изрисовала половину страниц, близко не подвели меня к разгадке тайны исчезновения всех денег герцога Веллингтона.

— Дорогая, ты решила закопаться в этих бумагах до следующего века?

В кабинет тихо вошла леди Инесс.

Прямо в тот момент, когда я портила очередной лист бумаги и не щадила остатков чернил. За такое кощунское отношение меня завтра загрызет жаба. Все письменные принадлежности стоили немалых денег, но без них я не могла работать.

— Еще чуть-чуть.

— Ты это говорила три часа назад. Как раз незадолго до ухода Лоры.

Подняв голову, я подслеповато прищурилась и посмотрела на уродливые настенные часы. Объект творения алкоголика, страдающего тяжелой формой шизофрении, который представлял собой тушу дракона, напоминавшую аллигатора. Циферблат крепился между крыльями и был перевернут вверх ногами. Отсчет начинался с шести, а не с двенадцати, и стрелки всегда двигались в обратном направлении.

Мне никогда не понять, за что покойный супруг леди Инесс любил настолько уродливую вещицу. Но факт оставался фактом. Почивший граф обожал старинные часы, поэтому его вдова относилась к ним с трепетной нежностью. Она брала их в любую поездку и постоянно говорила, что везет с собой «частичку дорогого Арнольда».

Я бы не удивилась, найдись там его прах или какие-нибудь артефакты, которыми он завалил родовое поместье. Как увлекающаяся личность и просто ученый, граф Герберт любил все загадочное, магическое и необычное.

Мой амулет-переводчик, кстати, из его коллекции.

— Как там баронесса?

Подруга леди Инесс просидела у нас до поздней ночи и уехала с наступлением темноты в экипаже графини. После нашего разговора я ушла разбираться с документами, а дамы остались в гостиной.

Что они там обсуждали, пока я корпела над цифрами?

Вряд ли подруги просто перекидывались дежурными фразами про погоду и моду. Особенно после феноменального появления герцога и его странного камердинера, который у всех нас вызывал опасения.

— Прекрасно, — леди Инесс бросила на меня острый взгляд. — Лора знает, что родственники моего мужа пришли из вашего мира. Она, конечно, не поддерживает тех, кто помогает попаданцам, но и не препятствует их спасению. Так что за нее можешь не переживать.

— Почему же вы сразу обо мне не рассказали?

— Потому что Лора очень волнуется за меня. Боится, что за мной придут королевские стражники.

Некоторое время я молча рассматривала леди Инесс, затем перевела задумчивый взгляд на бумаги.

Спросить или нет? Эдмунд сказал, что не нужно ни с кем говорить о портале. Но как еще узнать? Вдруг есть способ вернуться домой?

Мне бы хватило даже призрачного шанса. Ведь сюда я перенеслась прямо с вещами, в том числе со смартфоном. Целой и невредимой. Живой, а не мертвой, как писали во всяких историях про попаданцев.

Получалось, что я просто… исчезла?

— Вы знаете о портале? Который переносит людей из нашего мира в ваш?

Леди Инесс шумно вздохнула, затем оглянулась и вошла в кабинет. Аккуратно прикрыв дверь, она тяжело оперлась на трость и хмуро посмотрела на меня.

— Кто тебе сказал про портал?

— Эдмунд.

Она витиевато выругалась, а я поднялась и обошла стол. От близости возможного решения забилось сердце и сладко захныкало в груди. Как в первый месяц, пока я привыкала к новой роли, другому имени и жизни в качестве Прюденс Обернат.

Я хотела домой.

В свой скучный, размеренный, понятный мир без магии, мужчин во фраках и давления высшего общества. Где у женщины есть право на учебу, работу, хобби и обычные посиделки в кафе с бокалом вина.

Я здесь чужая.

Хоть, по мнению Эдмунда, принадлежала этому миру через кого-то из родственников.

— Забудь про его слова. Никогда ни с кем не говори о портале.

Жестокие слова едва не подтолкнули меня к потемневшей леди Инесс. Горькое разочарование отравляло изнутри, а злость постепенно набирала силу. Мне хотелось кричать, топать ногами и плакать.

Истерить, как было в первые дни.

— Леди Инесс! — в отчаянии взвыла я. — Если кто-то сюда попадает, значит, эффект работает и в обратную сторону! Неужели вы не понимаете, что это шанс на спасение таких, как я? Для всех несчастных, кто вынужден прятаться от королевской стражи и жандармов у неравнодушных людей! Мы можем просто уйти в свой мир!

— Нет, не можете.

— Но почему?!

— Портал сломан, а из-за него истончается завеса и туда-сюда бросает людей, — жестко отрезала леди Инесс, и я замолчала. — Мой муж много лет занимался изучением его природы и мечтал стабилизовать его работу без мощного накопителя. Но он не добился ничего, кроме высмеивания в научном сообществе, королевского запрета на исследования и страшной болезни, которая убила его за считаные месяцы.

Пока я переваривала услышанное, она прошлась по кабинету и бросила взгляд на часы. Морщины разгладились, лицо помолодело и похорошело. Будто вместо недодракона, вырезанного из дерева, перед ней появился ее любимый муж.

— Вы не говорили, что он болел.

— Я никогда не афишировала его состояние. Из-за сильных болей он начал много пить и почти перестал выходить на улицу. — На мой сочувствующий вздох леди Инесс подняла руку. — Не надо. Я знаю, что Арнольд не был ни сумасшедшим, ни шарлатаном. Неважно, что писали про него в дешевых газетках. Он не стал бы сжигать все записи и научные статьи, над которыми трудился десятки лет, просто из обиды.

— Я все еще думаю, что портал можно открыть, — пробормотала растерянно и вздрогнула, когда она повернулась ко мне.

— Ты не поняла, Полина. Он давно открыт одним из королей Дэрилии. Любой из его прямых потомков, имея специальный артефакт, способен это сделать. Проблема в том, что зайти в него и не погибнуть от последствий перехода невозможно. За несколько секунд нахождения там человек подвергается мощному воздействию магии, которая не подчиняется артефакту. Она регулируется и затихает тогда, когда он работает вкупе с очень сильным накопителем.

— И где он?

Леди Инесс печально усмехнулась.

— Живет где-то в вашем мире, — заметив шок на моем лице, она пояснила: — Пару веков назад завесу перешагнула попаданка, которая своим появлением принесла много горя обоим мирам. Если такое случится вновь, вряд ли этот человек проживет достаточно долго, чтобы вы успели вернуться. В лучшем случае вас всех убьют, а портал закроют навсегда.