Глава 34. Контракт

«Блогеры и прочие продавцы воздуха созданы, чтобы забирать деньги у богатых дураков и раздавать их нищим. Под нищими я имею в виду себя».

© Вениамин Боргунов/Бенджамин (Бенни) Брайтон

Его звали Вениамин Боргунов — известный инфлюенсер, который продавал в социальных сетях курсы успешного успеха на несколько миллионов рублей. И чуть больше двух лет назад, когда налоговая обратила на него свой властный взор, он улетел на Бали. Постигать дзен, искать новые источники вдохновения и вот это вот все.

Спустя месяц или два его яхта неожиданно затонула. Весь экипаж спасся, а Вениамин пропал. После безуспешных поисков в течение года полиция в итоге объявила его мертвым. На имущество, а это две квартиры и неплохой домик в Подмосковье, претендовали какие-то очень дальние родственники.

Я вспомнила, как фоном слушала очередную передачу, где лысая женщина с пирсингом в носу орала про неземную любовь к «дорогому Венечке». В ответ ей вторили его многочисленные любовницы. Еще друзья и сомнительного вида дама, которая утверждала, что у нее от известного блогера-инфлюенсера пятеро детей.

— Раздаем по тринадцать карт каждому. Джокер участия не принимает. Играем пара на пару: я и Робби — запад и восток, а вы — север и юг.

Карты в руках Вени или Бенни, как его называли местные, тасовались с невероятной скоростью. Пока он раздавал карты, я несколько раз вынужденно придержала дар, который рвался наружу. И не позволяла герцогу Веллингтону ляпнуть лишнего илипроклянуть кого-нибудь по случайности.

Во-первых, неизвестно, пользовались ли местные шулера какими-то подавителями магии или амулетами. Во-вторых, колода все равно не у меня, значит, воспользоваться моментом и выбрать карты я не могла при всем желании.

— Вы знаете, как играть в бридж? — спросила в пятый или шестой раз, пока Бенни отвлекся на одну из местных девиц. Несильно шлепнув ее по крутому заду, он попросил принести выпивку за их столик.

— Знаю. Относительно.

Лаконичный ответ герцога Веллингтона не принес успокоения.

— В смысле, относительно?

— Пару раз играл в бридж, когда участвовал в походах. Ночами в засаде все равно заняться нечем. Но все это носило, скорее, любительский характер, — проговорил негромко. — Но в таких заведениях я никогда не бывал.

— Серьезно? Вы не ходили по борделям? А что там насчет «каждый уважающий себя мужчина»? — передразнила его и получила в ответ испепеляющий взгляд.

— Заткнитесь и следите за картами, Линден. Вы здесь не для того, чтобы болтать, — прошипел он.

Интуиция орала, что мы вляпались по самые уши в дурно пахнущую субстанцию. То и дело наши взгляды с Бенни сходились в центре стола и расходились, когда мимо проходил его знакомый и останавливался для короткого диалога с ним.

— Это не он.

Я с недоумением покосилась на герцога Веллингтона, который внимательно разглядывал Бенни.

— Не ваш брат? — уточнила на всякий случай, хотя и так знала ответ.

— Бенедикт никогда так не одевался. У него есть несколько шрамов на лице от ветряной оспы. Еще он старался не играть в карты. Точнее, играл, но плохо, поэтому боялся игорных домой как огня.

Я молча кивнула и вернула все внимание на Бенни, который пожал руку очередному мужчине. Его явно принимали за своего, так что неудивительно, что никто его не сдавал несмотря на странности в поведении и разговорной речи.

Но откуда у Бенни взялся артефакт-переводчик?

Два года — внушительный срок для попаданца в Дэрилии. За такое время он хорошо изучил и местные законы, и обычаи, и прятался так, чтобы жандармы о нем не пронюхали. И выбрал правильный район.

В Чертити-стрит ни один здравомыслящий человек не сунется по доброй воле, а Бенни наладил здесь целый бизнес и явно оброс нужными связями. Говорят, блогеры без интернета пойдут побираться по помойкам.

Ха-ха-ха!

Перед нами пример того, как харизма и умение заводить правильные знакомства не только спасали жизнь, но и устраивали в недружелюбном мире с относительным комфортом.

— Торговля — часть игры, где назначается количество взяток, которое вы возьмете с козырем или без него. Идет повышение ставок, пока не наберется контракт. То есть игру, которую мы будем играть. Младшая масть — крести, потом идут бубны, червы, а пики — старшая.

Герцог Веллингтон внимательно слушал и попутно наблюдал за Бенни. Я тоже старалась не отставать, подмечая, как карты загорались определенным цветом по мере раздачи.

В тот момент, когда последняя из них полыхнула ярко-алым прямо возле Робби. Всего я насчитала у него шесть карт червовой масти. Только узнать их старшинство не вышло, поскольку на стол он бросил медную монету с отверстием посередине.

— На удачу, — подмигнул, и все оттенки мгновенно поблекли. Источник внутри меня заметался в попытке обойти невиданную защиту, но внешне я старалась не показывать паники и взяла в руки в карты.

— Все играют?

Герцог Веллингтон уставился на меня с таким видом, словно я определяла победный ход. Несколько минут он сверлил мое плечо взглядом, потом все-таки перевел его на карты и завис на несколько минут.

— Туз — четыре балла. Король, дама и валет, соответственно, по три, два и одному баллу, — шепнула быстро, пока мужчины отвлеклись на короткий диалог с проходящей мимо девицей.

— Я понял.

— И?

Второй убийственный взор прострелил мой висок, после чего герцог Веллингтон поддался ко мне и зловеще зашептал:

— Если мы проиграем сто крон этому проходимцу с личиной моего брата, я вас убью, Линден.

— Я же сказал, что план не выдерживает критики, — напомнила ему и разложила карты по старшинству и мастям.

— Вы так не говорили.

— Говорил. Не мог я промолчать.

Недовольное сопение над ухом заставило меня поежиться. Неужели я и правда ничего не сказала? Нет же. Точно помню, что пыталась вразумить его светлость еще на подъезде к борделю. Мне здесь сразу не понравилось.

И место подозрительное, и план идиотский.

Впрочем, тогда бы я не встретила Бенни. А где еще мне мог попасться на глаза настоящий попаданец из России? Их по всей Дэрилии набралось бы с гулькин хрен, потому что королевские стражи и жандармы обшаривали каждый угол, как только специально созданные амулеты засекали межмировой переход.

Не попадись я в тот день леди Инесс, меня ждала бы плаха. Никто бы не стал разбираться ни с магическими способностями, ни с происхождением. Да и не очень-то я верила в то, что в моих жилах текла кровь дэрилийцев.

Если это так, почему я раньше не попала сюда? По какому принципу портал отбирал людей? Или все происходило хаотично и не имело под собой оснований?

— Я назначаю контракт в один крести, — громко произнес Бенни, заставив меня вздрогнуть и вернуть все внимание на карты.

Негусто, но и неплохо. По очкам набралось аж шестнадцать баллов, а вот у герцога Веллингтона, судя по кислой физиономии, все плохо. Поэтому, бросив на меня мрачный взгляд, он недовольно буркнул:

— Пас.

Следом за ним, разложив карты, поднял руку Робби и сказал:

— Пас.

Наши взоры с Бенни вновь столкнулись в немой борьбе. Вероятный партнер по спасению из этого мира приподнял бровь и криво усмехнулся.

Все шло неплохо, я даже воодушевилась и мысленно посчитала количество взяток, которое осилю с учетом моего нынешнего расклада. Получалось семь. Одна плюс шесть, которая автоматически прибавлялась по правилам бриджа.

Я села ровно и громко произнесла:

— Один буби.

— Господа?

Бенни окинул мужчин взглядом.

— Пас.

— И я пас, — покачал головой Робби. — Сегодня точно не мой денек.

— Посмотрим, друг, — подмигнул Бенни и откинулся на спинку стула. — Тогда и я пас.

Удивлению не было предела. Еще минуту назад он вел себя так, словно в его руках как минимум тузы и короли в наборе, а сдался на назначении контракт очень быстро.

Врожденное чутье на обман тут же зашевелилось, отчего в затылке неприятно пощекотало от внезапного сквозняка, который ворвался в разогретое помещение. Стало неуютно, и дар колыхнулся в груди невидимым огоньком.

Только я пока не понимала, что магия пыталась мне сказать. Бенни мухлевал? Но как? Он тоже видел карты или дело в чем-то другом?

— Нужна табличка для подсчета очков, — проговорила я осторожно и окинула взглядом стол. — Есть лист?

— Да бросьте, мой друг. Разве у вас ранние проблемы с памятью?

Мне почудился ехидный намек в голосе Робби.

— Отнюдь, но мой брат не очень хорош в счете, и ему нужно видеть цифры, — недовольно сопение герцога Веллингтона, а я в ответ незаметно пихнула его локтем в бок, чтобы не отвлекал и не пыхтел в ухо. Кажется, он зашипел, как змея, которой наступили на хвост. Причем дважды.

— Линден…

— Заткнитесь, ваша светлость. Я думаю.

— Ваша наглость…

— Вам нужен Бенни или нет? Или деньги не нужны?

Он закрыл рот, выпрямился и протянул:

— Да, мне дайте бумагу. Еще перо и чернила.

— А ты, что ли, грамотный? — Робби поддался вперед с горящим интересом во взгляде. — Эт где в Вайпшире у нас чернявок[1] письму и счету обучают?

Черт, а вот про это мы не подумали.

Математическому счету многих детей, конечно, учили, если у них оставалось время на школу. В семьях бедняков малышня начинала работать лет с шести, поэтому на грамоту обычно все забивали.

Умел что-то делать руками и хватит.

Монотонный труд на фабриках не требовал от работников высокой интеллектуальной нагрузки, а для ведения документов существовали писари из семей с достатком выше минимального. Поэтому их родители могли себе позволить отправить детей в специализированные заведения или воскресные школы.

— Э-э-э…

— Отстань от них, Роб, — пришел нам на помощь Бенни. — Поди в монастыре обучились?

— Да-а-а… В монастыре, — радостно подхватили мы подсказку. — Там за цифры и буквы так секли, на задницу не сядешь! — Со смешком добавил герцог Веллингтон.

— А вы, часом, не традиционщики? — вдруг с подозрением спросил Робби и шмыгнул сломанным носом.

— Нет, протестанты, — мы синхронно мотнули головой.

— Пожалуйста, мальчики. Герда от сердца оторвала.

Милашка Дженни поставила на стол заляпанную баночку с чернилами, рядом положила замызганное и подранное перо, а также лист бумаги. Вся обратная сторона была исписана мелким, неразборчивым почерком, но для подсчетаочков подходил.

Я пододвинула все это добро к герцогу Веллингтона и не забыла прожечь ретивую девицу легкого поведения убийственным взором. Фыркнув в ответ, она прекратила тереться грудью и задницей об моего спутника и пошла обниматься с Бенни.

— Хочешь,я побуду твоей удачей? — мурлыкнула ему на ухо, и меня чуть не стошнило на стол от количества сахара в ее интонации.

— Потом, детка.

— Как хочешь, дорогой. Не скучайте, — махнула нам рукой и, виляя задом, двинулась вглубь зала.

Едва Милашка Дженни ушла, Бенни вновь повернулся к нам и улыбнулся герцогу Веллингтону.

— Ваш ход, мой друг. Вы сидите после того, кто назначил контракт. Значит, вы вистующий.

— Погоди, а я, что ли, болван?! — подпрыгнул возмущенный Робби.

— Приятель, так под тобой играют. Раскрывай карты после хода нашего… Как вас зовут, кстати?

— Маркус, — мрачно ответил герцог Веллингтон, затем указал на меня. — А это Питер.

— Пит и Марк, — кивнул каким-то своим мыслям Бенни. — Хорошо. Делайте ход.

На стол упала пиковая двойка, и ее края необычайно ярко полыхнули. Я прищурилась, присмотрелась к картам, которые Робби разложил для всеобщего обозрения. А потом заметила, как одна из искорок, словно уголек, покатилась к Бенни и, взобравшись по рукаву синего сюртука, прыгнула ему на большой палец.

— Ходи четверкой, — сказал нашему болвану.

Тот послушно исполнил приказ.

Сверху лег пиковый туз, из-за чего мне осталось бросить только семерку той же масти и потерять взятку, потому что ее выиграл Бенни. Едва он забрал ее, как до меня дошло, на что намекала магия.

Карты в его руках оказались мечеными, причем весьма профессионально и незаметно даже для многих заядлых игроманов!

Перед нами сидел не просто шулер, а настоящий мошенник.

— Как хорошо началась игра, — Бенни смело встретил мой взор и приподнял бокал принесенноговиски. — За ваше здоровье, Пит.

Какая хитрая, наглая тварь! В нем чувствовалось столько самоуверенности. Еще чуть-чуть, и на голове выросла бы корона размером с два таких здания. Только и я не дилетантка. Без магии, конечно, не заметила бы разницу в рисунке рубашки, но сразу почуяла неладное. А интуиция меня никогда не подводила.

Просто я редко ее слушала.

— Очень хорошо, — подтвердила и устроилась на жестком стуле с максимальным комфортом, после чего незаметно показала Бенни фигу. — Надеюсь, куш тоже выйдет отличным.

Судя по мрачному хмыканью, он понял намек.

— Посмотрим, Питер.

При звуки «своего» имени мне померещился сарказм.

Или не померещился?

[1] Чернявка — человек неблагородного происхождения из семьи чернорабочих (трубочисты, могилокопатели, работники заводов и фабрик, а также их жены и дети, и многие другие)