Глава 64. Подслушанному верить

«Всегда говорите: “Никого не хотел обидеть”, если хотите кого-то обидеть.

И индульгенцию на оскорбления получите, и репутацию сохраните».

Из книги «Золотые советы джентльменам и не джентльменам»

Больше часа бестолкового блуждания по территории Дэрилийского университета закончились возле бюста некоего Аквилана Урартского. Судя по бронзовой табличке, первого лекаря, заложившего основы современной медицины. Количество цветочных клумб возле памятника как бы намекали на его значимость в научном мире.

А я бесцеремонно использовала его монумент как скамейку.

Болтаться по запутанной системе многочисленных зданий университета мне не улыбалось, поэтому я стряхнула с мрамора пыль, извинилась перед светилой и присела на постамент. Очень осторожно! Даже не помяла остатки пожухлой травы, между ворсинками которой виднелись застрявшие капли ночного дождя.

— Простите, пожалуйста, мне ненадолго. Сейчас за мной придут, и я уйду, — повинилась перед памятником, чей хмурый взгляд внушал трепет и заставлял опускать голову. — Пришлось потоптать вашу обитель грязными подошвами. Нет, я не специально, так получилось.

Вляпаться больше, чем вляпалась я, просто невозможно. Вместо смелого похода в университет, где любая собака могла разоблачить ненастоящего Линдена, я трусливо сбежала в сторону корпуса с кафедрой дэрилийской литературы. Прямо на глазах у принца Уильяма и герцога Веллингтона, которые проводили меня недоуменными взорами.

Что теперь говорить? Увидела коллегу и понеслась не туда?

Такое оправдание рассчитывалось на дураков, коими аристократичные кузены никогда не были. Пока меня спасала только их непробиваемая уверенность, что женщине не придет в голову выдавать себя за мужчину.

«А мне кажется, что как минимум его высочество обо всем догадался».

Голос разума испортил настроение, и я со вздохом уставилась на стальные тучи.  Хмурое утро обещало превратиться в сырой, неприветливый день. Типичный для Дэрилии, которая по погодным условиям застряла где-то между Питером и Лондоном моего времени. Здесь даже имелся свой Биг-Бен — такая высокая башня с часами, чей шпиль сейчас раздирал густую хмару.

На фоне всеобщего уныния я, естественно, погрузилась в невеселые воспоминания.

Жизнь до переселения сюда теперь выглядела сюжетом фантастического романа или рассказом городского сумасшедшего, сбежавшего из местного бедлама. Настолько невероятным казался тот факт, что я пришла из другого мира.

Но если подумать… Как все было до переселения?

Пустая, скучная жизнь, основная часть которой уходила на зарабатывание денег и сосуществование с опостылевшим мужем. Только после «смерти» я поняла, что наша с Гошей семья умерла задолго до появления его любовницы. Просто в суматошной беготне за мифическими миллионами я упустила и его, и себя.

— А здесь у нас и убийства, и угрозы, и денег нет, — пробормотала под нос. — Все есть, только покоя нет.

Зато герцог Веллингтон есть.

Не мужик, а мечта. Немного пришибленный, временами похож на плод страсти полена и тумбочки, но приличный же! Нос красивый, глаза ничего такие. Когда смотрит, как на дурочку, с умилением и нежностью, так вообще сразу отдавайся на музыкальном вечере Шербруков.

— Заболела, что ли? — я с сомнением коснулась лба и тщательно его ощупала на предмет лихорадки. Иначе как объяснить мои мысли по поводу герцога Веллингтона? — Точно. Гадость какую-то подхватила.

— Ваша светлость, вы невероятно щедры! Спасибо вам, спасибо!

Я встрепенулась на титул, но тут же разочарованно села обратно на постамент. Из здания напротив вышел плешивый старичок в красной мантии, которую носил только главный магистр университета, Мракиан Флорели. Следом, ковыляя с изящной тростью, полз герцог Ливингстоун.

Рядом с ним крутился его зять, граф Арман, чей взор скользил по территории университета безо всякого интереса. Я передвинулась так, чтобы он не заметил меня. За карточный стол мы никогда не садились, но он мог вспомнить наглеца, который дважды или трижды обыгрывал его приятелей: виконт Дарвин, барон Бакли и лорд Дадли.

А мне такие сюрпризы, тем более в Альма-матер настоящего Линдена, не улыбались.

— Это всего лишь деньги. Надеюсь, они пойдут на пользу, — проскрипел не хуже старых петель герцог Ливингстоун. — И не забудьте прислать мне отчеты об исследованиях пространственно-временного континуума.

Прижавшись к памятнику, я навострила уши и насторожилась. Поднявшийся ветер уносил половину восторженных слов главного магистра, а также негромкие ответы герцога Ливингстоуна. Я выглянула из укрытия, затем нырнула в заросли лысых кустов орешника и едва не застонала.

К зданию подъехала карета с угольно-черным драконом на гербе.

Проклятие!

— Мы торопимся, Мракиан.

— Конечно-конечно, ваша светлость. Как только профессор Любич вернется из экспедиции, я передам, чтобы он подготовил отчет по изучению порталов в Маврикии.

— И тот ученый, о котором мы говорили...

— А, профессор Йозеф! Да, я понял. Передам, чтобы он сворачивал исследование Кудурских пещер. Но все же я бы настоятельно просил вас передумать…

— Останки драконов не имеют такого весомого значения, как изучение сети порталов. Пусть палеонтологическое общество поможет кафедре антропологии, археологии и магической телепортации на развалинах в Маврикии. Годы идут, а мы не движемся с места в исследованиях, — герцог Ливингстоун обрубил магистра и с кряхтением схватился за выступ, чтобы забраться в карету.

— Позвольте, ваша светлость, мы так далеко продвинулись в изучении происхождения гремледраков и их предков. Это помогло бы нашему маленькому клубу получше узнать… — попытался возразить ему Мракиан.

— Вы не слышали моего тестя? Заканчивайте тратить наши деньги на мертвых, крылатых ящеров! — рявкнул граф Арман с ярким акцентом, и я вздрогнула.

— Но…

— Мракиан, наш, как вы выразились, клуб, помог вам занять должность главного магистра не для того, чтобы оспаривать наши решения, — сурово сказал герцог Ливингстоун, а я подобралась ближе и замерла на месте.

Клуб! Он говорил о клубе! Уж не тот ли, что посещал Бенедикт?

— Простите, ваша светлость…

— Эй! Стойте!

Я вздрогнула, а герцог Ливингстоун, граф Арман и возмущенный Мракиан застыли. Прямо к ним, запыхаясь, неслась светловолосая девушка в длинном плаще. Подхватив юбки, она намеревалась помешать им уехать.

— Кто пустил женщину в нашу обитель?! — возмутился магистр.

— Поехали, Жюль, — бросил герцог Ливингстоун и забрался в карету за секунду до того, как незнакомка до нее добежала.

— Остановитесь же! Стойте! Вы не можете уехать! Вы обещали мне, что с ним ничего не случится!

Я проследила за тем, как дверца захлопнулась. Девушке оставалось только стучать по ней и громко кричать, но ни герцог Ливингстоун, ни граф Арман не откликнулись. Кучер хлестнул по спинам лошадей, и карета с грохотом сорвалась с места. На такой скорости, что едва не сбила зазевавшуюся парочку студиозов.

— Стойте!

— Немедленно покиньте территорию университета! — потребовал Мракиан и покрутил головой в поисках охраны, а я с удивлением узнала в громкоголосой незнакомке Дженни.