Глава 65. Кто убил Бенедикта?

«Приезд принцессы Доротеи Александрийской, четвертой дочери короля Валирии, Умберто III, означает для нас три вещи: наследный принц в полной ЖОПЭ, мы тоже в полной ЖОПЭ и… Вы в курсе, дорогие мои читатели, что ее за глаза называют рыбкой Дори?

Видимо, королю мало бледной тени супруги. Он решил взять в невестки круглую дуру.

P.S. Моему редактору, который не захотел публиковать новость: когда тебя казнят, я даже не плюну на твою могилу!»

Колонка светских сплетен и общественных бредней Мадам Х.

— Дженни!

Пока Мракиан крутил головой в поисках какого-нибудь гвардейца, я воспользовалась моментом и попыталась утащить растерявшуюся глупышку за собой к памятнику. Но, заметив меня, она округлила глаза, отступила и бросилась в противоположную сторону. На такой скорости, что догнать ее не представлялось возможным!

— Вон она! Ловите ее! — крикнул Мракиан, но ни гвардейцы, ни тем более напуганные студиозы остановить Дженни не успели. Как и я, кстати. Она прошмыгнула мимо и понеслась к площади.

— Дженни!

У ворот я схватила болтающийся капюшон, отороченный мехом, и дернула беглянку на себя. Когда она обернулась, ее взгляд походил на взгляд зверя, загнанного на охоте. Дикий, напуганный, горящий взор, обещающий невольному охотнику большие проблемы. В панике я отдернула руку и отскочила, побоявшись, что Дженни бросится на меня.

— Остановись, — попыталась воззвать к ее разуму и услышала, как за спиной раздались крики гвардейцев. — Я помогу.

— Ничем вы не поможете мне, мисс Обернат, — откликнулась она.

— Дженни…

— Если со мной что-то случится, пообещайте, что защитите Бенни и не дадите им добраться до него.

Я похлопала ресницами.

— Подожди… Ты о чем? Я не понимаю!

— Поклянитесь!

— Э-э-э…

— Стойте! Немедленно остановитесь! — послышался крик охраны, которая бежала к нам. В тот момент, когда из здания вышли герцог Веллингтон, принц Уильям и зевающая Грейс.

— Мне нужно бежать. Если меня поймают, живой я не уйду.

Пока я хватала ртом воздух, Дженни унеслась в толпу. Недолго думая, я бросилась за ней спустя несколько драгоценных секунд. Иначе она скрылась бы, ничего толком не объяснив!

— Дженни! Да стой ты, господи!

Я опять перехватила ее, но уже на дороге, и мы едва не угодили под несущийся экипаж. Пришлось отскочить, но руки беглянки я не выпустила. Наоборот, вцепилась в нее покрепче и удержала на месте.

— Мне нужно бежать, — как заведенная кукла, повторила она.

— Куда? Пожалуйста, Дженни, вернемся в дом графини? Там безопасно, никто не тронет тебя. Мы с герцогом Веллингтоном поможем тебе и спрячем, от кого бы ты ни бежала. И Бенни поможем, разумеется, когда найдем его.

Господи, я и правда сказала «мы»? Черт с ним. Как говорила Скарлет О’Хара в исполнении Вивьен Ли: «Я подумаю об этом завтра». Еще лучше — через год, когда улягутся все страсти, а я, наконец, разберусь в своих чувствах.

— Вы не понимаете, — она замотала головой, затем вздрогнула и глянула мне за плечо. — Вы ничего не знаете

— Так ты не объясняешь! — психанула я.

А Дженни воспользовалась заминкой и что есть силы оттолкнула меня. Пошатнувшись, я взмахнула руками в попытке удержать равновесие, но ноги подкосились, когда раненную лодыжку прострелило болезненным уколом. В глазах потемнело, в ушах образовался звон, от которого затошнило.

Когда-нибудь я точно убьюсь. Причем без всяких вмешательств со стороны других людей.

— Дженни!

— Герцог убьет меня, если узнает, что я виновна в смерти его брата, — всхлипнула она напоследок и пропала в толпе. Просто взяла и растворилась, словно безумная фантазия, нападающая на меня от недосыпа.

— Какого…

— Линден.

Знакомые крепкие руки подхватили меня подмышки, поставили на ноги и тут же ощупали. Чересчур тщательно, поэтому я молча возмутилась. Но герцог Веллингтон клал с высокой колокольни на попытки увернуться от его вездесущих, сильных лапок. Пока он не убедился, что кости целы, не отпускал.

— Там Дженни.

— Я видел.

— Она сбежала. Она говорила…

— Я понял, Линден.

— Нет, ни хрена вы не поняли, ваша светлость! — в итоге взорвалась я, когда звон в ушах усилился троекратно и походил на монотонное постукивание молота по металлической наковальне. Бесконечное, невыносимое «тук-тук-тук». — Дженни сказала, что виновата в смерти Бенедикта!

За спиной застывшего герцога Веллингтона вырос принц Уильям, рядом с ним остановилась Грейс. Судя по их лицам, они прекрасно все расслышали. Только первый постиг все фазы шока, а вторая ничего не поняла и крутила головой.

Точнее, я думала, что не поняла.

— Дядя Бенни умер? — она широко распахнула глаза, и я едва не застонала в голос. Проклятие! Молодец, Полина. Кто тянул тебя за язык?

— Уходим отсюда. Сейчас же.

Принц Уильям отмер и схватил сопротивляющуюся Грейс за руку. Что-то шепнув ей на ухо, он развернул ее спиной, но я все равно заметила крохотные, поблескивающие капли на впалых, бледных щеках. Захотелось провалиться сквозь землю вместе со всеми расследованиями, проблемами и своим многострадальным попаданством.

— Маркус, идем. Мистер… кхм… Линден, — принц Уильям прочистил горло и покосился с опаской на снующих вокруг гвардейцев. — Надо убираться отсюда, пока вся Дэрилия не узнала наши подноготные тайны.

— Ваша светлость?

Я затаила дыхание и посмотрела на него, а когда вгляделась, чуть не захлебнулась в водовороте эмоций. Впервые на моей памяти герцог Веллингтон так ярко выражал чувства. Пусть не ртом, а глазами — зато как он это делал.

В голову закрались мысли, что с эмпатией там все в порядке. Просто выражал он ее не всем и не для всех.

— Маркус, — принц Уильям повторно позвал герцога Веллингтона. Его лицо тут же окаменело, и все эмоции с него стерло невидимым ластиком.

— Идем, — откликнулся он, затем обратился ко мне: — Поторопитесь, Линден. Если, конечно, не хотите отвечать на неудачные вопросы гвардейцев или хуже — королевских жандармов.

Мне показалось, или он на что-то намекнул? Впрочем, времени на раздумья нам никто не оставил.