Глава 67. Долг платежом красен

«Понять женщину можно тогда, когда вы разговариваете с ней на одном языке. Иными словами, примерно никогда».

Из книги «Золотые советы джентльменам и не джентльменам».

Решать проблемы надо по мере их поступления. Разве не так я делала, когда на меня наваливалась гора всего?

Герцог Веллингтон прав: нет смысла в истериках и бессмысленных приступах паники, которые ничего за собой не несут. И странно, что я, взрослая и адекватная женщина тридцати трех лет, не вспомнила об этом.

— Значит, в университете Дэрилии крыса, стараниями которой информация о раскопках возле развалин порталов и некоторые артефакты попадают на черный рынок. Вряд ли та же Дженни или господин главный магистр выкрали прототип из королевской казны. Последний хоть и пристроен Ливингстоуном, но не дурак и открыто закон не нарушит без уверенности, что его не поймают.

— Они могли подкупить охрану. Или артефакторы сделали на один прототип больше и его не зафиксировали в документах, — я дернула плечами. — Двойная бухгалтерия — такая штука. Ее сложно обнаружить без…

Я прикусила язык, а герцог Веллингтон склонил голову.

— Продолжайте, Линден.

— Ничего, ваша светлость. Давайте дальше.

Не говорить же ему про современные технологии и не объяснять работу среднестатистической финансовой программы? Особенно направленных на подсчет налогов, которые постают в бюджет страны.

Во-первых, он ничего не поймет. Во-вторых, я не выжила из ума. Опасность открытия моей личности никуда не делась, а герцог Веллингтон, похоже, не собирается помогать мне с возвращением в мой мир.

— Надо поднимать расходные книги, документы, приказы, — перечислила я и принялась загибать пальцы. — Это долгий и кропотливый труд. Вряд ли у тайной канцелярии есть столько ресурсов, да и не все они подкованы по финансовой части. К тому же остается риск, что среди них затесался шпион.   Причем не один.

— Согласен.

— Видите? Мы уже пришли к общему мнению и ни разу не поругались за последние полчаса!

— Пять минут назад вы снова стенали, что мы умрем голодные, холодные и в коробке из-под шляпки.

— Да ну вас.

Голова трещала от бесконечного перетирания одной и той же мысли. Еще герцог Веллингтон с шуточками. Будто специально злил и выводил из себя. Понравилось ему, что ли, когда я нападала? Или развлекался за мой счет?

— Линден, я поговорю с королем в воскресенье.

Он вздохнул и потер фамильный перстень, а я впервые обратила на него внимание. Ничего интересного. Только герб, искусно вырезанный на поверхности черного камня, который вставлен в безель из белого золота. Красивая и умелая работа, не каждый ювелир современности похвастался бы подобной.

— А почему не сейчас? — рассеянно спросила я, прикидывая в голове ценник на такую безделушку.

У герцога Веллингтона наверняка есть другие фамильные драгоценности. Почему бы их заложить? Не ахти какие деньги, но на пару-тройку месяцев хватит, чтобы отодвинуть срок выплат по кредитам. Также их можно использовать, как вложение в ценные бумаги.

— Во дворце есть уши, но, в частности, из-за Уильяма. Не стоит при нем углубляться в тему портала. Он и так на нем помешан.

Есть такое. Я тоже заметила его живой интерес ко всему, что связано с пересечением границы миров.

— Что-то личное?

— Мать.

Я оторвалась от перстня, прекратила считать деньги и уставилась на хмурого герцога Веллингтона. На его плече тихо посапывала Грейс, поэтому мы говорили шепотом, чтобы ее не разбудить.

— Не поняла. Она же умерла.

— Королева Летисия действительно считается мертвой с момента, как ее экипаж подожгли на главной площади во время восстания бедняков. Но на месте преступления не нашли тело, — сказал герцог Веллингтон. — Горничная, первая фрейлина, господин бургомистр— все были там, а она нет.

— Может, она успела сбежать?

— Тогда почему не вернулась во дворец?

— Думаете, ее забросило в наш мир? — я покусала губу и поймала его потемневший взгляд на себе. — Что? У меня что-то на лице? — на всякий случай потерла рукавом щеку и посмотрела на ткань, но она осталась чистой.

— Нет.

Герцог Веллингтон отвел взор и кашлянул.

— Королева Летисия неофициально считается пропавшей без вести. И Уильям намерен ее найти в вашем мире. Но для меня главная загадка в том, почему клуб во главе с Ливингстоуном ищет так заинтересован в пересечении границы миров. Переход через нестабильный портал для герцога — путь на тот свет.

— Считает, что портал омолодит его?

— Тогда он просто идиот, — герцог Веллингтон убрал с лица Грейс прядь, выпавшую из причёски, и повернулся ко мне. — Однако вернемся к насущным делам и обсудим с вами музыкальный вечер у Шербруков.

— А что с ним? — я насторожилась и отодвинулась к дверце. Где-то под сердцем заскребло. — Вы сами сказали, что малозначимые мероприятия вас не интересуют.

— Нельзя пропускать неофициальное открытие сезона, — пафосно заявил он.

— Ой, ладно, вам все можно.

—… Тем более что я собирался сделать на нем предложение вашей кузине.

Вновь молчание, несуществующие сверчки, сопящая Грейс и пристальный взгляд герцога Веллингтона.

Вид у него был такой понимающий, но в то же время властный-властный. Как у загорелого мачо из типичного бразильского мыла серий на триста или пятьсот. Лезет оно к тебе в окно, а ты кричишь на всю спальню: «Хуан, я не могу! У меня дома мама, нянюшка и десять тысяч гостей во главе с женихом Педро!».

Вспоминалась бабуля, земля ей подорожником и одеяло клевером, которая при случае всегда говорила в сердцах: «Цырк на дроце». Особенно когда дед, поймав ее на ошибке или каком-нибудь косяке, так же улыбался. Хитренько, недобро. Будто выиграл миллион долларов в лотерее «Докажи неправоту жены».

— Зачем? — настороженно спросила я.

— Что именно?

— Предложение. Зачем? Вы умираете? Куда-то торопитесь? У вас тикают биологические часики, и пора откладывать яйца в ближайшем гнезде?

Герцог Веллингтон вздохнул.

— Линден, прекратите сравнивать меня с хладнокровными рептилиями. Мы не настолько похожи…

— Настолько, — я перебила его. — И по эмоциям, и в целом.

— Я гораздо милее змей и драконов.

— М-м-м… Нет.

— Не хочу с вами спорить.

— Мы не спорим, а обсуждаем будущее моей дорогой кузины. Которую, кстати, вы сравнили со свиньей.

Герцог Веллингтон сжал пальцами переносицу и покачал головой, а потом пробормотал что-то про упрямых управляющих. Настолько, что впору бы их поперек лавки сечь за непослушание.

Абьюзер!

— Дайте угадаю, пройдет десять лет, и вы это припомните вместе с вашей…э-э-э… кузиной? — мне не понравилась пауза, которую он сделал, когда произносил последнюю часть предложения. Но волновало меня сейчас другое.

— Всю жизнь, — я повыше задрала подбородок. — И чего вы вспомнили про этот дурацкий вечер? Предложение можно сделать всегда, правда, не факт, что Прюденс согласится. Количество людей в свидетелях вашего позора, в случае отказа, значения не имеют.

— Хотел, чтобы вы присутствовали на нем. В качестве сопровождающего вашей кузины и тетушки. Вы же не оставите их одних, да, Линден?

И опять улыбочка. Противненькая такая, что аж зубы свело.

— Нет, не собирался, — отрезала я. — Меня не интересуют музыкальные вечера и балы ни в каком виде. Я живу в самоизоляции ради сохранения душевного равновесия.

— Вот сводите кузину на вечер и самоизолируйтесь дальше. Ваше душевное равновесие от одного похода на танцы не сломается, — подмигнул герцог Веллингтон, а карету тряхнуло. — Приехали.

— Так и скажите, что не желаете страдать один.

— Я и говорю.

Пока выбиралась из кареты, трижды прикинула возможные варианты развития событий. Все оказались неутешительными и раскрывающими мою личность. А последнего мне бы очень не хотелось, в том числе из-за матримониальных планов герцога Веллингтона. Ведь у него в руках появлялся такой козырь!

Впрочем, пока не вечер. В запасе у леди Инесс имелся чудесный артефакт перевоплощения. На случай угрозы раскрытия я бы воспользовалась им на время, чтобы спасти себя.

«Может, все-таки признаемся?» — простонало подсознание, но было послано в места далекие и темные.

— Что здесь происходит?

Я очнулась и покрутила головой в растерянности.

У ворот стоял любопытный народ, а работники фабрики, недовольные и продрогшие, крутились возле рыжего карлика с бакенбардами и в очках. Нижняя часть его синего плаща волочилась по пыльной мостовой каждый раз, когда он двигался. Размахивая какими-то бумажками, он пытался перекричать людей и оглядывался на трех рослых молодцов с хмурыми, невзрачными лицами то ли в поисках поддержки, то ли защиты.

— Сейчас узнаем, — с раздражением откликнулся герцог Веллингтон.

Он чертыхнулся и решительным шагом направился к карлику. Недолго думая, я поспешила за ним, но напоследок оглянулась на карету и убедилась, что королевские агенты окружили ее для защиты.

— А я вам повторяю, что это собственность господина Эшвурда! — надрывал тоненький голосок карлик. — Судебным указом велено никого не пущать на территорию, пока не состоится официальная передача имущества по задолженности!

— Мы тута че все мерзнуть должны?!

— У нас дети дома голодают!

— Да я здесь тридцать лет работаю. Еще при старом герцоге ссаниной шерсть обрабатывал.

Как только мы пробились через зевак, я выцепила на одной из бумажек знакомую печать и чуть не застонала в голос.

Проклятие! Мистер Эшвурд воспользовался своим гражданским правом взыскать с герцога Веллингтона долг через городской суд. Там ничего делать не надо, кроме как принести подтверждающие бумаги, где указаны сумма долга и сроки его выплаты. По ним и так ясно, что никто ничего не оплачивал.

Но насколько я помнила, речь в закладных шла о городском доме и прочем имуществе.

— Господа, дамы и… — карлик прекратил махать бумагой и покосился на десяток малышей, которые жались к взрослым. Он прокашлялся, затем добавил: — Дети! Прошу вас покинуть охраняемую территорию.

— Какого демона вы делаете на фабрике моей семьи?

Герцог Веллингтон выглядел настолько внушительным, что толпа расступилась. Рабочие хлынули в разные стороны, как стайка напуганных мышек. Мне показалось, что даже зеваки, и те отскочили от забора. На всякий случай, чтобы их не задело по касательной парами гнева его разъяренной светлости.

Карлик тоже проникся, но не до конца. Поправив квадратные очки, он задрал голову, прищурился и пригладил ладонью растрёпанные ветром кудри. А когда ничего не вышло, бросил неблагодарное дело и протянул герцогу Веллингтону бумаги.

— Ваша светлость, я полагаю? Вот, ознакомьтесь, пожалуйста.

Я выглянула из-за широкой спины и сунула нос в записи. Как я и предполагала, документы подписаны и заверены печатью в городском суде. Мистер Эшвурд явно не терял времени зря. В правом нижнем углу рядом с подписью в виде нечитаемой закорючки и именем двух присяжных значилась дата: сегодняшнее утро.

— Меня зовут Райан Торфуд, я поверенный уважаемого мистера Эшвурда. Мой клиент требует полного возврата долга, а также погашения процентов по кредиту за каждый месяц просрочки. Поскольку вы отказались идти на контакт, мы обратились в палату лордов с требованием защитить наши права и подали заявление в городской суд. При участии барона Бакли в качестве свидетеля, мы пришли к решению, которое, как нам кажется, удовлетворит обе стороны.

— В расписках нет ни слова про фабрики, — процедил герцог Веллингтон, и я осторожно вынула из его пальцев изрядно помятые документы. — Там закладная только на городской дом и землю в Хартинге.

— Мистер Эшвурд счел поступить благородно и оставил за вами ваше имущество, — поджал губы Райан. — Он попросил у суда равноценный обмен. Это покроет весь долг и снимет с вас все обязательства.

— Без ведома владельца? Просто взял и поменял заложенное в договоре имущество? — я не поверила своим ушам.

— Согласна пункту 134, подпункту 22 настоящего закона «О взыскании задолженности по кредитам», принятого парламентом и палатой лордов, такая практика имеет место быть, — равнодушным тоном откликнулся Райан и с некоторым ехидством посмотрел на помрачневшего герцога Веллингтона. — Его светлость в курсе, ведь именно его отец участвовал в голосовании за принятие данного закона.

— Маркус?

Имя слетело с губ раньше, чем я успела себя осадить. Люди вокруг нас зароптали, кое-кто требовал вышвырнуть наглых кредиторов за территорию фабрики. Мой взгляд сфокусировался сначала на молчаливом герцоге Веллингтоне, затем поймал в рядах возмущенных рабочих Виктора, который приветственно кивнул мне.

— Он прав, Линден, — последовал спокойный ответ, а я с шумом втянула в себя воздух. — Они могут так сделать по разрешению судьи. Только при условии, что должник согласен на подобный обмен, — добавил герцог Веллингтон уже злее и посмотрел на встрепенувшегося Райана.

— Не думаю, что у вас появятся возражения.

— С чего бы?

— Мой клиент предлагает отличную сделку. За вами остается городской дом, прочее имущество, земли, а также фамильный замок и прилегающие к нему территории. Взамен вы отдаете фабрики, и ваши долговые обязательства закроются, — приосанился восторженный Райан. — Согласитесь, в вашем положении предложения лучше не поступит. Мистер Эшвурд щедр и оставляем вам все, что возможно.

— Только содержать это самое «все» просто не на что, — огрызнулась я.

— А вы, простите, кем приходитесь его светлости?

— Питер Линден, новый управляющий финансовыми делами герцога Веллингтона.

— Хм, — кивнул своим мыслям Райан, затем вновь обратил взор на нас и дернул плечом. — В общем, ваша светлость, решение за вами. Либо мы сегодня подписываем бумаги, после чего ваши люди покидают территорию фабрики, либо завтра против вас в палате лордов инициируют дело о неуплате задолженности. Тогда скандала не избежать, а дом и все указанное в договоре имущество арестуют и передадут в собственность мистера Эшвурда. В течение следующей недели.