Глава 70. ЖОПЭ — значит женская независимость

«Как стало известно нашей газете, приезд ее высочества, четвертой принцессы Валирии, Доротеи Александрийской, откладывается на неопределенный срок в связи с неизвестной хворью, поразившей бедняжку.

Наши источники утверждают, что по дороге в Дэрилию принцесса внезапно набросилась на сопровождающую охрану и первого министра страны. Скрутила их, связала и попыталась бежать. Когда ее поймали, она кричала, что ее зовут Феодора Бабочкина, и она старший надзиратель в какой-то магической тюрьме под названием “Исполнительная колония №13”».

Статья в Дэрилиан-таймс.

— Я артефактор пятого уровня и являюсь энсином, то есть младшим офицером армии ее величества. Я состою в Тайной канцелярии с момента, как закончила соответствующие курсы и прошла магическую практику при университете Дэрилии.

— А у офицеров есть курсы? — поинтересовалась я у герцога Веллингтона, смутно представляя себе ранговые ступеньки в местной армии. Как-то не доводилось мне сталкиваться лицом к лицу с военными. Только с жандармерией и королевской стражей.

— Есть.

— Ничего себе.

— Но я не понимаю, как женщину до них допустили. Устав запрещает особам прекрасного пола носить оружие и пользоваться магическим даром, если таковой у нее выявляется, — протянул он и хмуро уставился на Рейчел. — Кто вам разрешил, мисс Фонтик?

— Ее величество, королева Элина, лично подала прошение виконту Ридли, главнокомандующему королевскими войсками.

— А король-то в курсе?

— Конечно.

— И как он отреагировал?

Вышла минутная заминка, в ходе которой Рейчел слегка замялась и сделала вид, что оттирает пятно от коричневой брючины.

— В рыцари меня еще не посвятили, — стушевалась она, затем вновь задрала повыше остроконечный носик. — Но я над этим работаю!

— Не сомневаюсь, — проговорил герцог Веллингтон. — У нас же больше не осталось мужчин в стране, чтобы бабы брали в руки оружие и…

Я ткнула его локтем в бок и поймала благодарный взгляд Рейчел. Шипение, раздраженный кашель, а после — сиплое пыхтение в ухо подсказали, что особь мужского пола рядом со мной крайне возмущена.

Прямо-таки до чертиков.

— Это прекрасно, Рейчел, — мило улыбнулась я, и экипаж тряхнуло, когда колесо попало в выбоину. — Просто чудесно. И много ли женщин сейчас в королевской армии?

— Э-э-э… Десять.

Герцог Веллингтон издал нечто среднее между кашлем и сдавленным хохотом. Пришлось еще раз ударить его локтем, но на сей раз посильнее. Нечего хихикать над стараниями женщины быть независимой.

— Ну-у-у… Десять — вполне неплохо.

— Конечно! — с жаром подхватила Рейчел мой унылый восторг. — Миссис Квоки тоже так говорит.

— А миссис Квоки у нас…

— Глава нашего уважаемого ЖОПЭ.

Несколько минут я молча пялилась на Рейчел, хлопала ресницами и ждала пояснений, а она в ответ смотрела на меня с нескрываемым чувством щенячьего восторга. Такая счастливая, что страшно задавать вопросы.

Расплачется еще от моей тёмности.

— Что такое ЖОПЭ? — вновь задала вопрос герцогу Веллингтону полушепотом, на что тот издевательски хмыкнул.

Говорю, абъюзер и сексист. Ужас. Лишь бы над женщинами посмеяться.

— Женское общество прекрасных и эрудированных, — соизволил перевести после паузы.

Господь, господь.

— Им бы над названием подумать.

— Линден, — цокнул герцог Веллингтон в притворном возмущении и приложил ладонь к груди. Куда-то в район легкого, а не сердца. — Какой вы отсталый, несовременный и совершенно неготовый к переменам человек. Разве так можно? Дамы стремятся к независимости, свободе слова, праву выбора.

Еще и издевался, козел.

— Вот-вот! — подпрыгнула Рейчел.

— Да я только за полную эмансипацию и все эти прелести феминизма, — отмахнулась от хрюкающего в кулак герцога Веллингтона. — Только с названием бы поработать. И начать бы с того, что у женщины должны быть свои деньги. Ее личные.

— Зачем?

Отсталый питекантроп рядом со мной прекратил смеяться.

— Чтобы всякие светлости и не светлости ни пытались манипулировать дамой с помощью кошелька, — съязвила в ответ.

— Мистер Линден, спасибо вам, — вздохнула Рейчел, и я испугалась, что она сейчас выдаст мой секрет. К счастью, ничего подобного не случилось. — Как настоящий мужчина, вы понимаете, что женщине важна самореализация.

— Ага.

— И ее величество тоже придерживается такого мнения. Именно поэтому под ее руководством создана группа фрейлин, которые охраняют его высочество от нежелательных элементов в его жизни. Наследник трона защищен даже в спальне.

— Особенно в спальне. В постели бедный Уилл так уязвим, так уязвим, — опять вставил свои пять копеек герцог Веллингтон, и на сей раз я пнула его по щиколотке. — Ай!

— Будете смеяться, отправитесь на проживание в коробку из-под шляпки раньше, чем станете банкротом, — прошипела я, заметив, как Рейчел уныло повесила носик. — По частям, — добавила грозно.

— Я искренне не понимаю ценности таких воинов, Линден. Армия — удел мужчин. Безопасность страны и королевской семьи — удел мужчин. Заработок, забота о родных, поднятие хозяйства — удел мужчин.

— А у женщины какая роль? Рожать детей и оставаться красивой?

От возмущения брови поползли вверх, но герцог Веллингтон проигнорировал мою интонацию.

— Да. И ублажать мужа в постели.

— Тогда и женитесь на той, кто готов этим заниматься двадцать четыре на семь! — огрызнулась я и вновь повернулась к Рейчел. — Мисс Фонтик, а Клозетта и ваша матушка тоже состоят в…э-э-э… ЖОПЭ?

— Нет, — она мотнула головой. — Мама даже не в курсе всего происходящего. Думает, что я просто играюсь и маюсь дурью.

— Вы и маетесь, — фыркнул герцог Веллингтон.

— Неправда.

— Мисс Фонтик, вы когда-нибудь убивали? Были на реальном задании? Чем вы вообще занимаетесь с вашим высоким уровнем дара? Настраиваете амулеты и осматриваете места преступления, а потом идете в канцелярию перебирать бумажки?

Рейчел открыла рот, затем закрыла. Сказать-то нечего.

По ехидным взглядам и ухмылкам ее сослуживцев я поняла, что она в отряде занимала должность если не игрушки для издевок, то первого посмешища. Несмотря на внешнюю невозмутимость, капитан все равно приказал одному из ребят следовать за нами. А Рейчел оставили в карете, тем самым оградив ее от реальной угрозы извне.

Такое себе признание заслуг.

— Конечно, — воскликнула она, а карету вновь тряхнуло. У меня возникла мысль, что до территории храмовых комплексов мы доедем без колес. — В прошлом году я, матушка и Клозетта пропустили целый сезон. Меня приставили наблюдать за престарелым бароном Брюнеллом. Его подозревали в занятиях темным колдовством.

— Того Брюнелла, который бегал без штанов по Виндзор-парку позапрошлой зимой? — иронично поинтересовался герцог Веллингтон. — Ну да, согласен. Наблюдать за ним стоило. Только не вам, а лекарям из ближайшего бедлама.

Теперь мне стало жаль Рейчел.

Ее специально выслали из столицы в ближайшее захолустье в компании матери и сестры, чтобы не путалась под ногами. Но то ли дар у нее велик, то ли сама чересчур настойчивая — ей удалось вернуться и пробиться в отряд.

Значит, не так уж она безнадежна, какой ее пытались выставить мужчины.

— Вернемся к обсуждению насущных проблем, — мое примирительное предложение встретили глубокомысленным молчанием и злым сопением. — Мисс Фонтик, что вам известно по нашему делу?

Благослови боже понятливых, упрямых девочек. Всего за секунду она стерла с лица злобное выражение и принялась за работу.

— Практически все, — отчиталась перед нами. — Капитан дал полный доступ к информации. Но некоторые подробности я не знаю, потому желаю услышать их от вас. Возможно, они помогут нам с расследованием.

— Каким?

Рейчел замялась, отвела взор в сторону и вздохнула.

— Ваша светлость, его величество поручил Тайной канцелярии вновь поднять дело вашего брата. Мы в процессе получения разрешения на эксгумацию тела.

— Это обговаривается со мной.

— Мне жаль, ваша светлость, но получение разрешения не зависит от вашего решения, поскольку бумаги подписывает его величество.

— И дядя согласился? Без моего ведома?

Я почти физически почувствовала ярость, которую испытывал герцог Веллингтон. Он прямо полыхал ею, излучал, как взорванный реактор в Чернобыле. Еще чуть-чуть, и мы умерли бы в экипаже от радиации.

— Мне жаль, ваша светлость, — Рейчел задрала подбородок. — Но таковы правила. Вы знаете их.

— Знаю, — процедил герцог Веллингтон. — Например, что экспертиза в обход прямых родственников назначается тогда, когда этих самых родственников подозревают в совершении преступления.

— Ваша светлость…

— По логике Тайной канцелярии и короля я не только убил собственного брата, пусть он и не родной мне по крови, как оказалось, но и дождался смерти отца. Все ради титула, нападений, обанкротившихся фабрик и земель, которые давно не приносят прибыль.

Недолго думая, я нашла руку герцога Веллингтона, пыхтящего рядом со мной, и несильно ее сжала. Как бы говорила, что ничего страшного не происходит. Просто дежурное расследование, вот и все.

Если тру-крайм сериалы не врали, расследования всегда начинали с близкого окружения семьи. Ничего ужасного здесь нет. Кроме недовольства родственников покойного, конечно. Я понимала их, но и позицию местной полиции тоже.

Тем более что на герцога Веллингтона покушались много раз, и убийца всегда оказывался на шаг впереди. Он точно знал, когда его жертва останется без охраны или будет максимально уязвима. Например, ночью в собственном доме.

— Они не обвиняют вас, ваша светлость, — на всякий случай проговорила и поймала на себе раздраженный взгляд. — Скорее, ищут убийцу в вашем окружении.

— Кого? Маму?

— Виктор, например.

Герцог Веллингтон издал невеселый смешок, а Рейчел напряглась и навострила уши.

— Виктор всегда был со мной. И когда умер Бенедикт, и когда на небеса отправился старый дурак, то есть наш отец. Мы прошли такие испытания, Линден, которые ни вам, ни мисс Фонтик не снились. Я выжил только благодаря поддержке Виктора. В том числе во время нападения на корабле, когда возвращался в Дэрилию.

— Я просто предположил. Пытаюсь вас успокоить. Могу помолчать.

Герцог Веллингтон отвернулся к окну, но не выдернул руку из моего захвата и даже сжал ее в ответ. Несильно. Будто по инерции, но, скорее, в благодарность за поддержку. На душе сразу стало теплее на парочку градусов и уютнее.

Ничего подобного я раньше не испытывала. Даже с мужем, которого, казалось, знала и любила много лет.

— Насчет эксгумации тела Бенедикта я поговорю с его величеством, — как можно нейтральнее сказал герцог Веллингтон, хотя беседа ему не нравилась. — Все-таки дело касается моего брата. Но мама не должна об этом узнать. Ни к чему тревожить ее подобными вестями.

— Простите, ваша светлость…

— Я все сказал.

Рейчел распахнула рот, но на дальнейший спор не решилась. Шумно выдохнув, она ненадолго прикрыла глаза, затем продолжила:

— Касаемо расследования… Вы сказали, что ваш брат неродной вам. Что имелось в виду?

— То и имелось, мисс Фонтик. Только я не уверен, что поделюсь такой информацией без разрешения короля.

— Боюсь, у вас нет выбора, ваша светлость. Но клянусь, что ни слова не выйдет за пределы этого экипажа.

— Вы женщина. Как я могу вам доверять?

Я отпустила его руку и вновь пихнула его локтем в бок. На сей раз герцог Веллингтон проигнорировал мое негодование, но отодвинуться не позволил. Заключил мое запястье в стальную хватку и дернул меня к себе, заставив негромко ойкнуть от неожиданности.

— Первичные половые признаки не определяют степень доверия к моей персоне, — закатила глаза Рейчел и скрестила руки под грудью. — Давайте обмен на обмен. Я расскажу про создание искусственных порталов, а вы про брата.

— Искусственные порталы?

Я распахнула глаза, а она склонила голову и с любопытством посмотрела на меня. В ее взгляде промелькнул огонек лукавства. Еще там сияло торжество, ведь информация, про которую шла речь, не знала ни я, ни герцог Веллингтон.

— Недавно на площади произошел инцидент. Помните, мистер Линден?

— Вроде бы вы отправились домой с отравлением, — скучающе проговорил назойливый господин справа, которого мне захотелось прибить. — Нет?

— Да, — процедила я, после чего покосилась на невозмутимую Рейчел. — Но кое-что успел застать.

— Вот как…

— Вот так. Мисс Фонтик, не отвлекайтесь.

Не буду я ни в чем признаваться, противная светлость. Даже не надейтесь!

— В общем, по нашим данным, некая группа приближенных к его величеству готовит проект по созданию искусственных порталов для перемещения в другой мир, — ответила она минуту погодя, и я затаила дыхание. Сердце быстро-быстро забилось в груди от предвкушения. — Поскольку подобные эксперименты официально запрещены, они проводят их незаконно и без участия профессиональных наблюдателей.

— Это же опасно, — прищурился герцог Веллингтон. — Если произойдет разрыв границы, здесь начнется бардак. Люди будут перемещаться туда-сюда, пока миры не столкнуться и один не поглотит другой.

— Все верно, ваша светлость. Поэтому нам приказано выяснить, кто за всем стоит. Есть парочка подозреваемых.

— Или не парочка, — вздохнула я, вспомнив разговор герцога Ливингстоуна, графа Армана и магистра университета Дэрилии.

Что они там изучали? Порталы?

На случай если основной не удастся починить, наши сектанты создадут искусственный и воспользуются им. Но надо знать основы. Потому им требовался полный доступ к последнему работающему порталу.

— Насколько нам известно, ваш брат был связан с этой организацией. В ходе расследования всплыли факты, которые раньше не принимались во внимание, — Рейчел подалась вперед и сложила руки на коленях. — Ваша светлость, помогите нам, а мы поможем вам. Расскажите все, что вам известно.

— А где гарантия, что завтра меня или Линдена не убьют после нашей беседы? — поинтересовался герцог Веллингтон.

— Исполняй вы все инструкции капитана, ничего бы не произошло.

— Не уверен.

Я выглянула в окно и поняла, что мы давно пересекли центральную часть города. Экипаж пронесся между однотипных, милых домиков Майнфайера, затем проехал мимо Виндзор-парка и пересек район Броудвик, где находился самый крупный продуктовый рынок в столице. Именно туда стекались все фермеры из пригорода.

И вот мы уже спешно приближались к Чертити-стрит, за которым змейкой тянулся обширный и богатый квартал Всех Святых. На картах и по градостроительным схемам от главного нищего района города его никак не отделяли, но неофициально территория храмовых комплексов считалась отдельным государством в государстве.

Прямо как Ватикан в нашем мире. Там располагались спорный волшебный пруд Лафальет и две церкви — традиционная и протестантская.

— Бенедикт — двойник из другого мира, — выпалила я и задернула шторку, после чего повернулась к ошарашенной Рейчел и мрачному герцогу Веллингтону. — А теперь поторопимся с исповедью, потому что скоро мы прибудем к Благочестивому папе и великому наместнику.

— Линден.

— Что? Я сокращаю нам время.

— Слушайте, вы не имели права…

— Ваша светлость, закройте рот. Отныне говорить буду я, — последовал мой приказ, и герцог Веллингтон послушно замолк, но прошипел что-то про невыносимых самодуров. Или самодурок? Я так и не поняла его бухтение. — Теперь вернемся к нашим баранам…