Глава 83. Кто такая Дженни?
«Однажды я сказал брату, что в одной из пещер на острове Гашмантар живет настоящий дракон.
Разумеется, никакого дракона там быть не могло: они же давно вымерли. Но Маркус все равно собрал вещи для похода, каким-то чудом купил билет на пристани — а ведь ему только-только исполнилось семь! — и ушел из дома ловить чудовище.
Тогда я понял, что мой брат поверит в любую ложь. Но при условии, что говорит ее тот, кому он доверяет».
Из дневника Бенедикта Себастьяна Уэсли, будущего герцога Веллингтона.
В гробу я видела местные больницы и эскулапов, которые страдали явными психическими расстройствами. Под страхом смерти не пошла бы лечить сюда зубы или рожать детей, а уж про операции говорить нечего.
Нет, нет и нет! Я очень хотела домой. Особенно сейчас!
— Простите, Прюденс, — уныло проговорила Рейчел. — Похоже, я и правда ни на что не годна.
— Не поняла.
Ее заунывное бормотание отвлекало меня от дурных мыслей. Перед глазами все еще стояла мертвая Дженни, от вида которой я чуть не словила приступ панической атаки и не заработала инфаркт. Никогда раньше не видела трупов, а уж задушенных девушек — тем более. Я будто попала в викторианский детектив, где на улицах орудовал Джек-потрошитель, и в каждой подворотне сидело по преступнику.
Верните меня обратно в мой мир. Там войны показывали только по телевизору, а про маньяков и воров я узнавала из новостных лент в интернете. Максимум слушала вполуха подкасты какой-нибудь Саши Сулим[1].
— Я должна стойко переносить подобные… вещи, — Рейчел нервно кивнула на дверь помещения, где разделывали трупы. Не поворачивался язык назвать это место — моргом. — А сама чуть не упала в обморок на глазах у герцога Веллингтона.
Она опустила голову и стала похожа на побитого щенка. Очень хотелось ее утешить, но моральных сил не осталось. Сегодняшний день со всеми его разъездами, нападениями, погаными новостями выжал все соки. Хотелось просто приехать домой, добраться до своих покоев, рухнуть носом в подушку и проспать минимум до утра.
— Слушай, Рейчел…
Договорить я не успела, потому что в другом конце коридора послышались крики. Мы переглянулись, затем поспешили туда и увидели, как коронер пытается затолкать владелицу борделя «Зеленая бабочка» в какую-то темную подсобку.
Мадам Леруа — она же мадам Баттерфляй, как называли ее девочки из борделя, вопила о своих правах и отбивалась расшитым бисером ридикюлем. Несколько дешевых стекляшек отлетели и рассыпались по полу.
— Вы не имеете права! Я ни в чем не виновата!
— Мадам Леруа, немедленно пройдите в комнату! Это приказ герцога Веллингтона, — пыхтел раскрасневшийся коронер, вновь предприняв попытку закрыть разъяренную преступницу.
— Ни за что!
— Я сейчас вызову жандармов.
— Зовите! А я пожалуюсь на вас капитану. Или вы не в курсе, скольких его людей обслужили мои девочки? Мне все про вас известно, все! Я на всех напишу доносы!
Неожиданно эта сцена так взбесила меня, что я отодвинула удивленную Рейчел и напролом пошла на мадам Леруа. Завидев меня, она замерла, распахнула ярко накрашенный рот и округлил глаза.
Весь мой вид буквально кричал: всем писец.
— Мамочки! — взвизгнула она, когда я оттащила упитанного коронера от нее и схватила эту мерзавку за ее куцый парик. — Помогите! Убивают! — заверещала на весь этаж. Немногочисленный персонал королевской больницы бросился врассыпную, не забывая с любопытством выглядывать из-за углов и дверей.
— А ну, пошла!
Я затолкала мадам Леруа в подсобку с единственной зажжённой лампой на кривом столике. Она отбрасывала жуткие тени на стенах и издавала шипящие звуки каждый раз, когда выпускала в воздух облачко вонючего пара.
Такой тягучий, маслянистый аромат из смеси гари, серы и химикатов. Все лучше, чем вонь разложения. Я с удовольствием сделала парочку вдохов перед тем, как захлопнула дверь и оставила Рейчел разбираться с ошарашенным коронером.
— Что происходит? — ухнула мадам Леруа, словно курица, почуявшая на шее хозяйский топор. Прижав к груди ридикюль, она подслеповато прищурилась и окинула меня подозрительным взглядом. — Мы с вами не знакомы, мистер…
— Неважно, — отрезала я и сделала шаг к ней. — Расскажите мне про Дженни.
— Что?
Алый рот округлился в притворном изумлении, но вот глаза… Жадный блеск отмел всякие сомнения в ее непросвещённости. И нет, это не было игрой света или чего-то подобного. Мадам Леруа точно что-то знала.
— Дженни. Расскажите все, что вам известно о ее связях с таинственным клубом джентльменов, которые отслеживают перемещения попаданцев и занимаются вопросами иномирных порталов. Мне нужны имена.
Мадам Леруа приосанился, затем кокетливо откинулась на стол. Тот пошатнулся и жалобно вскрикнул под ее весом.
— С чего бы мне откровенничать с вами?
Понятно, набивала ценник.
— В противном случае вы сядете в тюрьму.
— Ну и сяду. Отделаюсь штрафом, выйду на свободу.
— Не выйдете.
— Почему?
Я шумно вздохнула и оглянулась на дверь. Сколько у нас времени?
Минут пять или десять, пока герцог Веллингтон разговаривал с хирургом-цирюльником, а Рейчел сдерживала коронера. Потом сюда придут жандармы или кто похуже, например, подручные герцога Ливингстоуна.
Тогда ни тела, ни дела, ни мадам Леруа мы больше не увидим.
— Дженни тоже не стала мне ничего рассказывать, а утром превратилась в объект для исследования студентов-лекарей, — я немного приврала насчет времени нашей встречи. — После сегодняшнего опознания, как думаете, сколько вы проживете? До вечера дотянете?
Конечно, я мухлевала. Неизвестно, в курсе ли члены клуба о мадам Леруа и представляла ли она вообще для них какую-то угрозу.
Но попытаться стоило, поэтому я придала веса словам глубокомысленным молчанием и подкрепила его соответствующим взглядом. К счастью или нет, выдержки у главной представительницы древней профессии оказалось немного. Истеричность победила жадность, и она испуганно ойкнула:
— Меня убьют?
— Все возможно, но… — я выдержала многозначительную паузу и закончила: — Нам с герцогом Веллингтоном ничего не стоит вас защитить. Мы дадим вам денег, — я едва слышно скрипнула зубами, — и вы исчезнете из Дэрилии. Уговор?
Мадам Леруа молчала, а я отсчитывала секунды до неизбежного. Представляла, как в комнатушку ворвется кто-то из персонала, и весь мой план пойдет прахом. Взгляд метался от владелицы борделя к ржавым инструментам, лежащим на столике под слоем древней пыли.
Мысли крутились разные.
Если ударить штукой, похожей на гаечный ключ, по голове мадам Леруа — это посчитают давлением на свидетеля?
Наверное, да. Но у меня руки чесались схватить что-нибудь потяжелее, хорошенько размахнуться, а потом врезать ухмыляющейся гадине по лицу. Так, чтобы вся штукатурка осыпалась на пол вместе с довольным выражением.
— Считаю до трех, — прорычала я и стиснула кулаки. — Или говоришь, или…
— Я не знаю, кто там главный. Из тех, кого запомнила хорошо — граф Арман, виконт Дарвин, лорд Дадли, его дружок и заядлый игрок в карты, виконт Гинцбург, магистр Дэрилийского университета, Мракиан Флорели, несколько профессоров, глава королевской больницы и кое-кто из торгового сообщества. Раньше захаживал барон Бакли, но в последние пару месяцев он не появлялся на собраниях, возможно, вышел из клуба.
Внушительный список из мужчин, многие из которых состояли в правительстве и заседали в палате лордов. Не сказать чтобы элита элит, но и небезызвестные предприниматели.
Кстати, о последних.
— А мистер Эшвурд среди них был?
Она поморщилась.
— Тот богач из газет, владелец фабрик и парохода?
У жениха леди Друзиллы имелся личный пароход? Круто!
— Да.
— Нет, не видела его никогда.
Я почти поверила ей, но подозрений с мистера Эшвурда не снимала. Мало ли. Хотя, конечно, мне не хотелось, чтобы он оказался замешан в грязном деле. Леди Друзилле только такого счастья не хватало в довесок ко всем неприятностям.
— А что за собрания они проводили? И где?
Мадам Леруа закатила глаза, затем принялась с тщательностью отковыривать заусеницу от идеальных ногтей. Вид у нее был такой, словно ей уже все наскучило, а тут я со своими дурацкими вопросами.
— Понятия не имею, — буркнула в ответ на мое покашливание. — Ими занималась Дженни. Каждую последнюю пятницу месяца в санитарный день она приводила их в подсобные помещения, переоборудованные под игровые комнаты, и отправляла к ним девочек. Преимущественно новеньких и неразговорчивых.
Санитарный день в борделе. Настоящий сервис, вот это я понимала.
— Ни Бетти, ни Глинда не знали о делах подруги?
— Нет. Все проходило в строжайшем секрете. В курсе оставались трое: я, Дженни и мой помощник, — мадам Леруа негромко шикнула при упоминании последнего. — Еще девочки, которых я брала в аренду у других владельцев борделей или подбирала на улице. Но недолго. После ночи с этими мужчинами им стирали память при помощи артефакта.
— Интересно… — пробормотала я. — Значит, ни следов, ни свидетелей…
— Естественно! Речь же о репутации. Немногие представители высшего общества признают, что ходят к проституткам и балуются каким-то…шаманством, — мадам Леруа презрительно скривила губы. — Я разок подслушала, чем они там занимались: песнопения, игры в карты, пьяные посиделки, восхваление и вознесение молитвы Вечному Королю.
— Кому?
— Игрейнию I — тот, что по легенде спас наш мир от злобной иномирянки, — она посмотрела на меня так, будто разговаривала с первостатейной дурочкой. — Они помешались на нем, называли себя «рыцарями его света». Как-то лорд Дадли по пьяни заявил мне, что их клуб или секта, не знаю, как назвать. В общем, скоро им станут известны все тайны вселенной, а когда они пересекут границу миров и принесут оттуда великие технологии, то станут непобедимы и бессмертны.
Ах вот оно что… Любители посидеть по ночам и поиграть в вершителей судеб верили, что за гранью их ждало нечто невероятное. То, что сделает их особенными. Поэтому они так старательно воссоздавали копию портала. Теперь ясно, зачем им Грейс и почему они решились на убийство членов семьи Веллингтонов.
—… Если бы дуреха не притащила в наш бордель своего любовничка… — я отвлеклась и чуть не пропустила слова мадам Леруа.
— В смысле? Бенни?
Она хмуро уставилась на меня.
— Его, — поджала губы. — Из-за этого парня у нас появились проблемы. Он мошенник. Но она, как влюбленная кошка, ходила за ним по пятам, оберегала от всего, в том числе членов клуба. Каждый раз, когда они захаживали к нам, прятала его.
— В день пожара лорд Дадли и граф Арман находились в борделе. Бенни был там же, — возразила я.
Шипение мадам Леруа заставило меня поежиться.
— Естественно, потому сучка подпалила кровать в одной из комнат, — прошипела она и потрясла сжатым в кулаке ридикюлем. — Всегда знала, что неблагодарная стерва однажды подставит меня.
— И все равно вы с ней работали.
— Дженни хорошо платила, точнее, платили ее клиенты из клуба сумасшедших. Хотя мне стоило избавиться от нее раньше, когда прошел слушок, что она прикончила герцогского сынка, — мадам Леруа едва ли не выплюнула имя брата герцога Веллингтона. — Уж не знаю, чего ее так повернуло на смазливом гаденыше.
— Прикончила?
За дверью послышался шум, но я не обратила на него внимания. Взгляд сосредоточился на владелице борделя, выискивал на ее лице признаки лжи, пока мозг обрабатывал полученную информацию. Как старенький компьютер времен моей бабушки, он скрипел извилинами и пытался родить нечто связное из потока слов, которые вывалили на него.
Я моргнула раз, другой, прогоняя туман из головы и сосредотачиваясь на тенях. Запах серы и химикатов усилился, лампа затрещала. Или мне так показалось, а противный звук ломающихся веток — игра моего воображения?
«Герцог убьет меня, если узнает, что я виновна в смерти его брата».
Неужели она и правда...
— Дженни убила Бенедикта Веллингтона? — переспросила вслух, на что мадам Леруа ответила:
— А кто еще? Она ненавидела его.
— За что?
— Герцогский сынок виноват в смерти ее мужа, который погиб во время обвала на руднике Веллингтонов.
Я приросла к полу.
— Разве она не прибыли из Лаолиня?
— Кто? Дженни? — мадам Леруа рассмеялась. — Бог мой, она и вам скормила чушь, которой пичкала клиентов и подружек. Никакая она не лаолинка, точнее, всего лишь наполовину. Дженнифер Дартштат родилась на Гановер-стрит. Ее мать работала на дипломата из Лаолиня, снимавшего там дом. Нетрудно догадаться, откуда у нее такие экзотические черты.
[1] Саша Сулим (полное имя — Александра Александровна Сулим) — российская журналистка и блогер, которая ведет канал о тру-крайме.