Глава 90. Обмани меня снова

«Нашептали мне птички, что молодой наследник трона, наконец, нашел управу на строптивую невесту. Если все подтвердится, нас ждет или великая казнь, или его высочество вздернется на ближайшем столбе.

Последнего, разумеется, не переживет ни одна прекрасная дама королевства». 

Колонка светских сплетен и общественных бредней Мадам Х.

— Я знал! Знал, что она не от мира сего! Знал! Теперь ее можно бросать в темницу и быстренько казнить.

Маркус с равнодушием уставился на хохочущего Уильяма, который радостно прыгал по гостиной в обнимку с дневником Адель Лоренталь. Еще два часа назад он страдал в салоне кареты, жаловался на жизнь, несправедливость отца и грозился, что переедет в какое-нибудь соседнее государство. Или вовсе сбежит на другой континент — например, в Новый Свет.

Переведя взгляд со счастливого кузена на хмурую Полину, Маркус вздохнул. Его безумная невеста расшибла нос и разбила губу. Кружевной платочек, который она прикладывала к полученным ранам, покрылся пятнами крови и выглядел пугающе. Как, впрочем, и стремительно распухающий нос.

Захотелось ее пожалеть, погладить по голове. Но Маркус никогда не страдал тягой к мазохизму и ценил жизнь, а взгляд у Полины был уж очень красноречивый. Особенно когда он попытался настоять на приглашении лекаря.

— Это точно наследник трона? — с подозрением спросил Бенни, когда Уильям прекратил скакать по комнате и принялся целовать дневник, словно библию. — Может, тоже двойник?

— Маркус, давай его убьем? Он мне не нравится.

— На себя посмотрите.

— Я твой будущий король!

— Я родился в светском государстве с республиканской формой правления.

— Вот на плахе и расскажешь, какая у тебя форма правления и кто правитель, — Уильям огрызнулся на Бенни, и они уставились друг на друга. Еще и кулаки сжали, будто желали наброситься друг на друга.

— Уфпакоились! — прогундосила Полина, затем убрала платок и приложила к лицу любезно поданную Люси тарелку с холодным шербетом. — Ай, больно, — простонала она. — Никуда не пойду. Никаких музыкальных вечеров.

— До праздника у Шербруков еще неделя. Чуть-чуть лечебных мазей, немного пудры, и все заживет, — отмахнулась леди Инесс.

— Не заживет.

Маркус открыл рот, но тут же его закрыл. Из головы улетучились все слова, которые он репетировал в компании матери, королевы и Уильяма все утро: и про чувства, и про тайну Полины, и про все остальное.

Просто голый лист, ни одной заученной строчки! Жаль, что он не воспользовался советом и не записал все на ладони.

А ему было что сказать. Очень много всего.

— Пожалуй, нам пора в сад, — внезапно выдала леди Инесс и грохнула чашкой с чаем так, что все присутствующие подпрыгнули. — Ваше высочество, идемте. Прогуляемся. Я покажу вам прекрасные кусты флинепопсисов и гаркулии.

— Мне? — удивился Уильям, затем поймал красноречивый взгляд Маркуса и охнул. — Ах да! Цветы. Обожаю цветы, особенно на могилах моих врагов. Бенджамин, дорогой кузен, идем смотреть на растения.

— Зачем? — с подозрением прищурился Бенни. — Я вам не кузен.

— Пошли, — зашипел Уильям, после чего выразительно округлил глаза и показал на крутящую головой Полину. — Быстро. Про маму расскажу.

— Чью?

— Не мою же, небесный отец. Вашу!

— А мне оно надо?

— У вас отросла лишняя голова?

Бенни замер, потом покосился на мрачного Маркуса, перевел взгляд на напряженную Полину. В его голове решалась сложная дилемма: он никак не мог сообразить, кто для него опаснее сейчас. В конце концов, видимо, понял, что будущий король страшнее, и бодренько подскочил с места. Еще с такой радостью, словно его не в сад вели, а в бордель.

— Мама, — повторил за довольным Уильямом и схватил его за плечо, отчего тот крякнул. — Точно.

— Именно она.

— Опять же, мы с вами, кузен, не знакомы.

— Да-а-а.

— Надо исправить эту оплошность до моего отъезда… — белокурая парочка синхронно шагнула к дверям под взглядом Полины. — Я так счастлив обрести семью.

— Еще бы.

— А вы знаете, ваше высочество, что со стороны сада есть вход в подвал, где хранятся вина графа Герберта?

— Да? — заинтригованный Уильям безропотно отдал Люси дневник Адель и едва не повел носом, как собака-поводырь. — И много?

— Подвалов?

— Вина.

— Ваше высочество, лорд Уэсли! — рявкнула леди Инесс, и братья Маркуса, как зверьки прижались друг к другу.

— Сели на место, — зарычала Полина.

— Цветы! — всполошились они. — Хотим взглянуть на цветы! — после чего оба испарились из гостиной. Правда, спустя пару минут в нее заглянул Уильям, широко улыбнулся и пропел: — Счастья и здоровья вам, дорогой кузен и… э-э-э… Мисс Обернат.

— Чего?!

Извинившись, леди Инесс поспешила за ним. Опасалась, что сладкая парочка кузенов, внезапно сошедшихся на общем хобби, все-таки найдет путь в ее подвал. Маркус предпочел не вмешиваться, поскольку сегодня у него имелись другие планы.

Пора заканчивать балаган с переодеваниями. Дневник Адель он собирался изучить вечером вместе с расшифрованными записями Бенедикта. В одиночку. Нечего Полине лезть туда, где пряталась серьезная опасность. Чего только стоил рассказ про странный смех, преследовавший ее от самого кабинета графа Герберта, и загадочное падение.

Пусть случайность, но Маркус в последнее время в нее не верил. Как и в то, что убийцы отступились. Просто за ним по пятам ходили королевские агенты, Тень и нанятые Полиной попаданцы, которые не позволяли посторонним подойти к нему. В доме он постоянно чувствовал незримое присутствие многочисленной охраны.

— Полагаю, вы сообщите мистеру Линдену о находке и о том, что сегодня слышали? — начал Маркус издалека и покосился на Люси, которая тихонько убирала со стола. — Да?

— А? Обязательно! — закивала очнувшаяся Полина, затем вновь оглянулась на дверь. — Куда они пошли?

— Кто?

— Его высочество, Бенни и леди Инесс. Я думала, мы вместе обсудим, что делать с дневником, и как найти остальных людей из списка.

— Некого искать, мисс Обернат. Двойник принцессы Доротеи, согласно записям, еще не переместился, хоть его высочество верит в обратное. Остальных же известных нам попаданцев в таблице нет.

— И вам не кажется это странным? — она потянулась к дневнику и открыла его на последних страницах. — Смотрите, — ткнула в чистый лист, — пусто! Нет ни имен, ни дат. Будто кто-то вел архивные записи, а потом плюнул и перестал в один момент.

— Возможно, так и было, — пожал плечами Маркус. — Мы не знаем, что случилось с Адель Лоренталь, и почему записи обрываются на тысяче восемьсот шестьдесят третьем году.

— Последним именем здесь значится некая Феодора Бабочкина. Согласно им, она должна заменить принцессу Доротею Александроскую через несколько месяцев. Но я не понимаю, как такое возможно. Говорили, что разрывы не предсказать, — Полина прикусила губу и перелистнула страницу. — И для чего они вообще…

— Вероятно, здесь люди, которые имели наибольшее значение для истории.

Она подняла на него взгляд, и Маркус тяжело вздохнул. Как же трудно! Было бы проще, находись Полина в образе Линдена. Тогда обсуждать дела не проблема, потому что в голове отсутствовали привычные установки, мешающие нормальному диалогу с женщиной. Умной и проницательной, к слову.

А для Маркуса подобные вещи несовместимы. Нет, он признавал их наличие, все понимал и принимал.

Но…

«Демоны», — пробормотал про себя.

— Ваша светлость, мне кажется, вы что-то скрываете от меня, — протянула Полина, и Маркус сглотнул, затем сцепил пальцы в замок и бросил взгляд на Люси.

— Я? Никогда, — покачал головой. — Разве ваша знакомая не рада, что мы практически раскрыли тайну портала? Даже вопросов не задает…

— К-какая знакомая?

С лица Полины сошли краски, а Маркус ухватился за ниточку и несильно дернул.

— Ну как же, — он бросил таинственный взгляд на застывшую Люси, — Полина, верно?

— Я? — в замешательстве похлопала ресницами служанка.

— Вы, вы. Мистер Линден говорил, что вы очень рветесь домой, и просил меня о помощи.

— Но я не…

— Люси! — гаркнула Полина, и та подпрыгнула. — Принеси, пожалуйста, чаю с травами и мятного печенья для леди Инесс. Иначе она с ума сойдет без него в компании двух без умолку трещащих молодых людей.

Рыжая головка склонилась в почтении, затем Люси в спешке схватила поднос и ретировалась из гостиной. Так же быстро, как это сделали до нее Уильям и Бенни. А Маркус с Полиной остались одни в компании тикающих часов, шума разыгравшегося ветра за окном и дневника, который лежал на столике между ними.

— Послушайте, мисс Обернат, — начал Маркус спустя несколько минут изматывающего молчания, — я в курсе, что вы…

— Знаете, нельзя вот так бросаться обвинениями в девушку. Легко напугать. Особенно когда над ее головой нависла остро наточенная секира палача, — перебила его Полина и невозмутимо потянулась к остывшему чаю, затем взглянула на него из-за фарфорового края и шмыгнула. — И что насчет шифров Бенедикта? Не вздумайте от меня что-то скрывать. В конце концов, именно я нашла дневник Адель и принесла его вам.

Распухший кончик носа приподнялся, когда она задрала подбородок. Маркус подпер ладонью щеку и уперся локтем в спинку тахты.

— Почему я думал, что с тобой будет легко, Полли? — едва слышно пробормотал он.

— Что вы сказали?

— Сказал, что Бенедикт в дневниках ничего не писал про Адель. Он вообще о ней, похоже, не знал, как и его сторонники по клубу. Все, что там есть — описание нескольких глупых ритуалов, а также упоминание о происхождении драконов и гремледраков, — он выпрямился и уставился на Полину. — А еще, кажется, мой брат спрятал деньги, которые взял в кредит у банка. Где-то в нашем городском доме.