14
Алексей аккуратно взял брюнетку за тонкое запястье и отлепил её руку от своей груди. Недовольно поморщился, метнул взгляд на Жукова:
— Игорь, мы вроде не договаривались?
— А я проявил инициативу. С девчатами полюбасику интереснее! Лёш, ну, ты посмотри, какие красавицы!
Васнецов смотрел и понимал, что девицы никаких чувств и желаний у него не вызывают.
Прошло больше недели с того момента, как он занимался сексом с бывшей женой, и теперь Алексей мог думать только о Нике. Правда, и до этого он думал только о ней и совершенно зря надеялся, что сможет встретить другую женщину, с которой будет так же остро и ярко.
Так и не встретил.
— А давайте без меня, — угрюмо бросил Васнецов и двинулся обратно к шкафу за вещами.
— Лёша, Лёша, погоди! Ну, что ты такой некомпанейский, — расстроился Игорь.
Девушки тоже явно расстроились. Было заметно, что Васнецов им очень понравился, у обеих загорелись глаза.
— Игорь, мы планировали поужинать и спокойно пообщаться. О девочках речи не было.
— Да разве такие заиньки могут кому-то помешать? Ты посмотри, какие славные!
— Славные. Но я ухожу.
— Э-э, стопэ, братан! Ладно, как скажешь. Девчата, давайте на выход. Без обид, хорошо? В следующий раз порезвимся.
Девушки начали утрированно вздыхать и бомбардировать Васнецова горячими взглядами. Но тот оставался глух к их безмолвному призыву. Тогда девицы недовольно пофыркали и отправились одеваться.
Вскоре мужчины остались в номере одни.
— Фигасе, у тебя пресс, — удивился Жуков, когда Алексей разделся. — Как в молодости. А у меня во! Монокубик! — Он подвигал пузом, оно затряслось. — Давай отметим нашу встречу, Лёха.
— Наливай.
Ещё через полчаса официантка привезла на столике заказ из ресторана — к этому моменту Васнецов успел и в сауне посидеть, и в бассейне поплескаться, и почти уже умер с голоду.
— Знаешь, кого я тут встретил?
— Здесь, в Краснодаре?
— Нет, там, в городе.
— Кого?
— Веронику.
Игорь выронил вилку и застыл над тарелкой с разинутым ртом.
— Твою… бывшую? — медленно проговорил он.
Васнецов хоть и был слегка навеселе, однако хорошо контролировал ситуацию. А вот толстяка уже капитально развезло от выпитого алкоголя.
— Угу. Мою бывшую, — с горечью повторил Алексей.
— Ёшкин перец…
— Вот так.
— А что она там делает?
— Живёт уже два года с мамой и моим сыном.
— Вот это встреча… Погоди! У тебя и сын есть?
— Да. Сам не ожидал.
— Дела-а-а-а, — протянул Жуков. Он откинулся на спинку дивана и задумался. — Вероничка дружила с моей Ольгой. А ты в курсе, я ведь тоже развёлся.
— Нет, не знал, откуда.
— Год назад разбежались.
— А ты почему?
— Да по той же причине. Изменяла она мне, с*ка.
Алексей медленно отложил вилку в сторону и уставился на толстяка.
— Да что ты… — произнёс он, как бы не веря. — Изменяла, значит… А как ты узнал?
— Почти как ты… Нет, даже хуже!
У Жукова заплетался язык. Он плеснул себе ещё коньяка.
— Почти как я? — Алексей гипнотизировал толстяка пристальным взглядом.
— Угу… Ты видео посмотрел, а я, бл**ь, в спальню вошёл… Прикинь, домой вернулся не вовремя. Захожу в комнату, а там эта тварь под любовником стонет. Едва не прибил с*ку…
Алексей уставился на шеренгу бутылок в центре стола. Он не шевелился, но на лбу проступила вена, а глаза постепенно наливались кровью. Он взял нож и изо всех сил сжал его в кулаке.
— Жуков… — глухо произнёс Алексей. — А ведь я никому не говорил, что Вероника мне изменила. И о том видео тоже никто не знал.
Толстяк перестал жевать и медленно поднял взгляд на Васнецова. Кажется, он мгновенно протрезвел, краска сошла с его лица.
— Лёха… Я, наверное, неправильно выразился…
— Я об этом видео вообще никому не рассказывал, — прищурился Алексей, его глаза опасно потемнели.
Всё так и было. Он даже на проверку запись отправил подальше — в Сингапур, чтобы не плодить слухи и разговоры.
— Лёш… Лёш… Постой, не горячись! Я всё объясню.
Но Васнецов не стал спокойно дожидаться объяснений. В следующее мгновение он бросился на Жукова, как дикий зверь: метнулся к нему и снёс с дивана, повалил на пол лицом вниз, резко выкрутил руку.
— Что ты знаешь?! — прорычал Алексей. — Что ты знаешь об этом?! Признавайся, или живым отсюда не выйдешь!
— Отпусти! — завыл Жуков. — Отпусти, гад, больно же!
Вместо ответа Алексей ещё сильнее вывернул ему руку, да к тому же запустил пятерню в светлые редкие волосы противника и вдавил лицо Игоря в мраморную плитку.
— Говори, с*ка, а то хуже будет! — снова зарычал он. Сейчас Васнецов был похож на разъярённого тигра, вцепившегося в добычу.
— Отпусти, дебил, больно!
— Сейчас будет ещё больнее. — Васнецов дёрнул Жукова за волосы и приложил физиономией к мраморному полу. Тут же на блестящую поверхность из разбитых губ толстяка брызнула кровь.
— Сейчас нос тебе сломаю, урод, — пообещал Алексей. — И руку тоже.
Жуков пытался высвободиться, но ему это не удавалось, хотя он был гораздо тяжелее нападавшего. Васнецов изначально был более тренированным, а желание немедленно узнать правду усиливало его напор. Пухлые телеса противника проигрывали стальным мышцам Алексея.
— Да что ты взбесился! — завыл толстяк. — Ай, моя рука… Всё, всё, слезь с меня, Васнецов, я всё расскажу! Бл**ь, только отпусти, умоляю!
В их юношеской команде Жуков был самым крупным парнем. Но он ужасно боялся боли. Тренер сразу это заметил и быстро списал юношу со счетов — какой же ты хоккеист, если думаешь не об игре, а о том, как бы случайно клюшкой по морде не получить.
— Алёшка, отпусти, пожа-а-а-алуйста, — проныл Жуков.
— Не отпущу, — прорычал Алексей. — Признавайся немедленно. Выкладывай всё, что знаешь. Убью, если не скажешь, на лоскуты порву.
Он снова потянул толстяка за волосы, явно собираясь ещё раз хряснуть его лицом.
— Нет-нет-нет! — взмолился Жуков. — Я всё расскажу, только, пожалуйста, перестань!
— Говори, гнида!
— Это из-за твоих конкурентов… — захлёбываясь слюной и кровью, проплакал Жуков. — Они хотели перекупить «Альбатрос» и наняли меня, чтобы я помог вывести тебя из игры. Я знал, что ты помешан на Веронике, видел, как ты плывёшь от этой бабы. И я всё подстроил.
— Но как?!
— Помнишь, я уговорил тебя поехать с Вероникой за город, на базу отдыха? Сказал, что ты слишком много работаешь, а молодую жену игноришь, и подарил вам сертификат на два дня. В номере заранее была установлена скрытая камера, а вы, конечно же, напропалую занимались сексом.
Жуков осклабился окровавленным ртом, за что Алексей тут же ткнул его кулаком в скулу.
— Бл**ь, Васнецов, прекращай меня бить! Твою же мать, хватит уже!
— Дальше!
— Я нанял специалистов, они поработали с видео… Веронику оставили как есть, а твои лапищи, пресс и ляжки заменили, как будто это другой мужик. Камера стояла так, что твоего лица не было видно.
— Ну, ты и гад, Жуков! — Алексей кипел от ярости. Он встряхнул толстяка и снова придавил его к полу.
— А моя Ольга затащила Веронику в загородный клуб на девичник. Там они смотрели мужской стриптиз. Ника всё порывалась сбежать и в конце концов сбежала. Она же такая скромница и праведница. Я подумал, что она почувствует себя виноватой из-за того, что пялилась на голых мужиков, и это добавит напряга в ваши отношения. А потом ты получишь фейковое видео — и понеслась душа в рай! Наверное, всё так и получилось. Мой план сработал. Ты слетел с катушек, выгнал Веронику и ушёл в запой, фактически самоустранился. В результате «Альбатрос» достался твоим конкурентам.
— Но я же потом проверил это видео! — с диким отчаяньем воскликнул Алексей. — Мне сказали, что оно подлинное.
— Так оно действительно подлинное. Только очень качественно обработано. Учитывая, сколько денег твои конкуренты отвалили компьютерщикам, иначе и быть не могло. Там комар носа не подточит.
— Бл**ь!
— Лёш, Лёш, я же признался, отпусти меня, а? Я тоже на «Альбатросе» потерял деньги. Но, конечно, получил бабки из другого источника — от твоих противников. И тут же слил весь гонорар! Никогда себе не прощу! Вложился в супертухлый проект и всё тупо прое**л… Вот так… Алёш, ну отпусти меня уже! Я тебе признался, как на духу. Дело давнее, забудь, зачеркни! Прости меня, ладно? Бес попутал, пи***ц как хотелось бабок по-быстрому срубить. Мне очень много заплатили. Очень! Не думай, что я тебя за два рубля продал.
— Что же ты наделал… — мёртвым голосом произнёс Алексей. — Что же ты наделал… Давай, вставай.
— Что ты задумал? — испуганно обернулся Жуков, почувствовав, что его освободили. Он медленно отполз в сторону и с трудом поднялся. На мраморной плитке осталась размазанная кровавая клякса.
В следующую секунду на толстяка обрушился чудовищный удар, в который Васнецов вложил весь свой вес, злость и силу. Его глаза налились кровью, взгляд стал совершенно безумным. Голова предателя мотнулась в сторону, он повалился набок, а на него тут же посыпался град новых ударов.
Очевидно, Жуков понял, что сейчас его убьют, если он не попробует защититься. Наконец, он вспомнил, что тоже умеет драться. Развернулся, ощерился, зарычал и бросился на Алексея…
***
Ника с удивлением уставилась на Альберта Дмитриевича, появившегося в приёмной. Вроде бы, в прошлый раз он убежал из «Эллипса» с воплями ужаса — его здесь жестоко обидели, можно сказать, избили!
В этот момент на телефон поступило сообщение. Девушка прочитала смс от директора:
«Васнецова, Альберт переобулся. Оближи его с ног до головы. Не упусти клиента! Хватит прохлаждаться!»
Ника с трудом сохранила нейтральное выражение лица, однако вздох подавить не смогла. Она оторвала взгляд от экрана и медленно подняла глаза на мужчину.
— Вероника Максимовна… — хищно улыбнулся Альберт. — А я про вашу душу. Виктор сказал, что мы сможем заново всё обсудить. А где он, кстати?
— У Виктора Палыча возникла форс-мажорная ситуация, он просил извиниться перед вами, — защебетала секретарша. — Но Вероника Максимовна — опытный сотрудник, вы уже работали вместе. Она вас проконсультирует самостоятельно, без участия директора. Вы можете побеседовать в переговорной. Я вас провожу и принесу кофе.
— Идёмте, Вероника Максимовна, — ласково промурлыкал Альберт.
Он что, совсем забыл, как орал и возмущался, когда получил папкой по голове?
Ника пожала плечами и двинулась вслед за Еленой. Та по пути делала знаки глазами: «Ты уж постарайся, Вероничка! Такой выгодный клиент. В прошлый раз напортачила, теперь исправляй».
«Предательница! — с отчаяньем подумала Ника. — Не видит разве, как Альберт на меня смотрит?»
Если студия получит ещё одного крупного заказчика, Елене тоже перепадёт сладкий кусочек в виде премии. Но нельзя же думать только о себе!
В дверях Альберт посторонился, галантно пропуская дизайнера вперёд. Офис ещё не опустел, многие сотрудники оставались на местах и после окончания рабочего дня — продолжали работать и общаться.
В переговорной Ника опустилась в ярко-зелёное кресло, клиент разместился напротив за столом. Девушка нервничала. Из-за этого верзилы Егорка и Даша остались без вечерней прогулки. Когда Альберт её отпустит? Неизвестно! А детей скоро нужно купать и укладывать. Как мама справится одна с двумя беспокойными малышами? Они могут так развеселиться вдвоём, что их не уложишь. Для мамы это непосильная нагрузка, она сама едва ходит.
Ника переживала, не начнёт ли Альберт снова распускать руки. От требования Виктора Палыча «облизать клиента» к горлу подступала тошнота. Пусть директор даже и не мечтает — заигрывать с Альбертом и лебезить она не будет! Если этот амбал опять полезет к ней, она будет защищаться изо всех сил. Терпеть его приставания ради подписанного контракта Ника не собирается!
— Вероника Максимовна, — бархатно проурчал мужчина. — А давайте забудем тот неприятный инцидент. Согласны? Я готов перед вами извиниться. Простите, что вёл себя по-хамски. Занесло, виноват.
Ника удивлённо распахнула глаза. Она не ожидала услышать от Альберта извинений, не думала, что он на такое способен.
Девушка с подозрением взглянула на клиента. Что у него на уме?
— Вероника Максимовна… Видите ли, когда мы повздорили, я обратился в другую студию… И знаете, к какому пришёл выводу? Больше всего мне понравились ваши наброски и идеи. Конкуренты «Эллипса» предложили полную фигню. Я хочу вернуться к той презентации и сделать всё так, как вы придумали.
Вероника вспыхнула. Она ничего не могла с собой поделать, но похвала клиента была ей приятна. Её не часто баловали комплиментами как дизайнера.
— Я уже сказал Виктору, что готов капитально вложиться в проект.
Альберт одарил сотрудницу «Эллипса» торжествующим взглядом — очевидно, ждал ликования. Ещё бы, ведь он готов забыть прошлые обиды и заключить крупный договор.
А Ника вовсе не обрадовалась. Она хорошо понимала, что работа с Альбертом превратится для неё в сплошное мучение. Да, он принёс извинения, но наверняка снова полезет к ней, как только представится удобный случай…
— Что же вы молчите, Вероника Максимовна? Давайте снова посмотрим ту презентацию. Виктор сказал, что у вас всё сохранилось. Я внесу некоторые замечания, а завтра утром подъеду и подпишу договор.
— Хорошо, — коротко ответила Ника и взяла со стола пульт. — Вообще-то, мой рабочий день давно закончился… Но сейчас я найду ваш файл.
На стене засиял большой экран, появилась заставка презентации, сделанной Вероникой специально для Альберта.
Ох, ну зачем он опять к ним припёрся!
Тем не менее, Ника постаралась задвинуть подальше эмоции и качественно выполнить свою работу. Снова представила клиенту проект и прокомментировала красивые картинки на экране, после этого задала наводящие вопросы — что нравится, что не устраивает.
Как ни странно, сейчас Альберт выглядел вполне адекватным человеком. А вдруг он действительно понял, что в «Эллипсе» ему предложили наилучшие условия? Неужели теперь Веронику ждёт нормальное сотрудничество — без хамства с его стороны?
Мужчина кое-что спрашивал, уточнял, даже делал записи в телефоне. Ника решила схитрить. Пусть Альберт подписывает контракт, а потом она уговорит директора передать клиента кому-нибудь из парней.
Если Виктор Палыч встанет на дыбы, она сможет надавить на него через Васнецова. Нажалуется Алексею, что её заставляют заниматься другим проектом, а она не тянет. Вот никак! Ведь у неё на руках двое васнецовских детей, ну как же ей справиться?
Мысленно разработав эту хитрую схему, Ника приободрилась.
Точно, именно так она и сделает. Пусть Васнецов разбирается. Он хочет получить красивый офис и квартиру, но одновременно ему нужна ответственная няня для Даши. Раз так — должен помочь.
«Господи, как же приятно, когда можно свалить свои проблемы на мужчину!» — подумала Ника, и внутри внезапно потеплело. Она так долго все вопросы решала сама и постепенно превратилась в натянутую струну, которая в любой момент может со звоном лопнуть.
Васнецов, конечно, тоже испытывает её нервы, она постоянно на взводе, когда он рядом. Но если Ника пожалуется ему на Виктора Палыча или Альберта, то бывший устроит её обидчикам весёлую жизнь. Тут никаких сомнений.
Ника даже улыбнулась. Вдруг вспомнила, как когда-то — очень давно! — они с Алёшкой летом гуляли в парке. Присели на скамейку под соснами. Ника сражалась с комом сахарной ваты, а Васнецов сидел рядом и не сводил с неё восхищённых глаз. Шершавой лапой он сжимал её голую коленку. Воздушная вата таяла во рту, а рядом таял Васнецов, Ника купалась в его обожании.
И вдруг откуда ни возьмись — три бугая с пивом. Они сразу же с мерзкими ухмылочками принялись отпускать комментарии в адрес влюблённой пары. Стали обсуждать, что и как Васнецов будет делать с «этой хорошенькой сучкой».
Ника моментально вспыхнула, на глазах выступили слёзы. А у Васнецова за долю секунды включился режим берсерка: с глухим рычанием он бросился на обидчиков. Через минуту двое парней уже корчились на газоне, а третий в ужасе умчался вдаль…
…Пока Ника предавалась воспоминаниям, Альберт взял пульт и снова пролистал на экране слайды презентации.
— Да, это именно то, что мне нужно, — подвёл он итог. — Значит, договорились. Завтра подписываю контракт с «Эллипсом». Спасибо, Вероника Максимовна, и ещё раз извините, что позволил себе лишнего. Идёмте, подброшу вас домой.
— Спасибо, но я сама доберусь, — отказалась Ника.
— Да ладно, что вы! Поехали. А то лишил вас семейного вечера. Виктор сказал, у вас маленький сынок? Сколько ему?
— Скоро пять исполнится.
— Мой чуть постарше. Но такой лось, знаете ли, никто не верит, что ему всего шесть, — с гордостью сообщил Альберт.
— Ну так… Есть в кого, — скованно улыбнулась Ника. Она выключила технику, поднялась с кресла и вышла из-за стола.
Мужчина подскочил к двери и услужливо её распахнул. Что делается! Возможно, не такой уж он и хам, этот Альберт Дмитриевич.
— Вам хорошо, ваш ещё маленький, а я уже о школе думаю, — сообщил заказчик, когда они выходили из переговорной. Он безошибочно выбрал правильную тему — детскую. — А вы делали игрушку на городской конкурс? У нас в садике все с ума посходили с этими поделками. Я хотел на Авито готовую купить, чтобы время не тратить. Но сын расстроился, пришлось самим мастерить.
— Я думала, вы занимаетесь исключительно бизнесом, а ребёнком — ваша жена, — удивилась Ника.
— К сожалению, мамы у нас нет, — тяжело вздохнул Альберт. — Приходится мне выступать в обеих ролях. Я и за папу, и за маму. Так получилось.
— О-о…
Грубый верзила оказался заботливым отцом-одиночкой. Неожиданно. Конечно, после этого открытия Ника взглянула на Альберта другими глазами, сердце у неё дрогнуло.
— Всё же я настаиваю, Вероника Максимовна. Поехали, поехали. Домчу за три минуты. Ну, что вы под дождём будете на остановке стоять, если у меня машина под боком?
— Мм… Хорошо, — нехотя уступила Ника.
Вскоре они спустились на парковку, где Альберта ждал чёрный тонированный ленд-крузер.
— Садитесь. Комфортно, правда?
— Да.
Когда заурчал мотор и щёлкнул центральный замок, блокируя двери, у Ники вдруг похолодела спина от неприятного предчувствия.
— Нет, я передумала, выпустите меня! — резко вскинулась она.
— Да что вы, Вероника Максимовна, мы уже едем. — Огромный чёрный автомобиль маневрировал. — Не волнуйтесь, я адекватный водитель, лихачить не буду. Сейчас расскажу, какую поделку мы с сыном забацали. Ни за что не догадаетесь!