3
Васнецов вернулся в гостиницу, принял душ и растянулся на огромной кровати в спальне трёхкомнатного люкса.
Неожиданная встреча в офисной башне его потрясла до глубины души, выбила из колеи. Он смотрел в потолок и думал о Нике. Ведь надеялся, что забыл, вычеркнул из памяти. Но стоило увидеть её рядом с собой, бросить один взгляд на тонкое красивое лицо, в глаза её заглянуть невероятные, синие…
И всё.
Опять снесло башню, чувства налетели огненным ураганом… Будто и не было пяти лет, наполненных круглосуточной работой до изнеможения — чтобы забыться, чтобы не думать о ней и её предательстве…
Перед глазами опять возникает чудовищная картина — Ника, его девочка, его солнышко, самозабвенно скачет на чужом члене, извивается, стонет в объятиях незнакомого мужика. Гладит его грудь, наклоняется к нему, чтобы поцеловать, и тяжёлые тёмные волосы струятся шёлковым потоком. Опять ритмично двигается и… кончает. Спазм прокатывается по её гибкому телу, она запрокидывает голову, выгибается и дрожит от удовольствия…
«Бл**ь, бл**ь, бл**ь», — прорычал сквозь зубы Васнецов, перевернулся на кровати и в припадке бессильной ярости замолотил кулаками по матрасу. Затем подскочил, ринулся к стене спальни и что есть мочи саданул по ней. Сразу же загудели костяшки, защипало содранную кожу…
Пять лет прошло, а он так и не смог вытравить из памяти эту жуткую картину.
«Ненавижу!» — прошептал Алексей и несколько минут неподвижно стоял у стены, упёршись в неё лбом.
Вспомнил, как в тот день вернулся домой, посмотрел, едва сдерживаясь, на жену. Уже с ума сходил от чудовищной боли, которая рвала в клочья сердце, вытягивала жилы, выкручивала суставы. Боялся лишнее движение сделать или слово произнести — вот-вот сорвётся и тогда разнесёт всю квартиру, а её, эту предательницу, просто придушит.
А Ника, едва его увидела, сразу поняла, что её преступление раскрыто. Покраснела, взгляд заметался:
— Алёша… Я не хотела! Алёшенька, извини…
Какая же с*ка!
— Быстро. Собрала. Вещи, — глухо отчеканил Васнецов. — И чтобы я больше тебя не видел. Никогда. Никогда в жизни! Ясно? Проваливай, развратная дрянь!
А сегодня эта встреча…
Что теперь делать? Ведь сразу понял, что по-прежнему сходит с ума. Ничего не изменилось, время его не вылечило… Сколько было других женщин — он вколачивал в них весь свой жар и обиду, надеясь забыться. А им нравилось. Пытался найти другую, хоть немного похожую на Нику. Так и не нашёл. Ника превратилась в его манию.
И вот судьба снова свела их вместе. Зачем?
***
— Доченька… — ахнула Елена Вадимовна, и у Вероники оборвалось сердце.
Она прятала все квитанции и чеки, но где-то недоглядела, и сегодня утром мама увидела, сколько стоит назначенное врачом лекарство.
— Зачем же ты его купила…
— Мама, прошу тебя, не начинай! Всё хорошо!
Вот только маминых слёз ей не хватало!
— Перестань немедленно, — прошипела Ника и указала глазами на дверь ванной, где только что скрылся сын. — Не плачь при Егорке.
Врач расписал лечение. Сказал:
— Вероника Максимовна, ваша мама может прожить ещё долгие годы. Но при одном условии — ей необходимы адекватная поддерживающая терапия и ежегодные обследования.
Да, они переехали в чудесный южный уголок — бирюзовое море, горы, пицундские сосны с длинными иголками, дельфины… Егорка здесь очень окреп. А вот для мамы резкая смена климата и постоянные переживания обернулись тяжёлой болезнью.
И теперь Ника тянулась из последних сил. Любые кредиты — лишь бы мама прожила подольше.
А чеки Вероника собирала, чтобы оформить налоговый вычет на лечение. Каким-то образом не уследила — мама увидела одну бумажку. По её лицу было понятно — сейчас брызнут слёзы.
Чтобы отвлечь маму, Ника сказала:
— Ты не представляешь, с кем я вчера встретилась.
— С кем? — тут же насторожилась Елена Вадимовна. — Я заметила, что ты из садика пришла какая-то странная. Но приставать с расспросами побоялась. — Ну так что?
Ника собралась с духом:
— С Алексеем.
— А-а-ах! — У мамы остановился взгляд, она зажала рот рукой.
Елене Вадимовне потребовалось время, чтобы прийти в себя.
— Зачем он сюда приехал?! Гад! — закричала она. — Вот попадётся мне на глаза, я ему устрою! Отлуплю негодяя сковородкой! Сколько ты слёз из-за него пролила!
Несмотря на то, что говорить о бывшем муже было больно, Ника не удержалась и прыснула со смеху: представила, как её хрупкая худенькая мама воинственно нападает на Васнецова. Он же такой медведь! До девятнадцати лет профессионально играл в хоккей, а там мелких не держат.
— Мам, погнали! — возвестил Егорка, появляясь из ванной. — Ты готова? В садик опоздаем!
— Пойдём, — улыбнулась Ника и потрепала вихрастую голову. Сын был очаровашкой: тёмные волосы, серые глаза, ресницы-опахала и красивые чёрные брови.
…Забросив Егорку в детсад, Ника отправилась на работу. Мышкой прошмыгнула в офис, спряталась за монитором, чтобы не попасться на глаза директору.
Всю ночь не спала — встреча на десятом этаже разбередила рану. Нахлынули воспоминания, и… все они были чудесными. Только последняя ссора провела между ними чёрную черту, отделила друг от друга. А до этого целый год они упивались своей сказочной любовью и были неимоверно счастливы.
В десять утра Ника отправила заказчику на согласование дизайн-проект, а сама несколько минут гипнотизировала взглядом смартфон. Ей нужно собраться с духом и позвонить Васнецову. В висках толчками билась кровь, сердце колоколом стучало в груди, воздуха не хватало.
— Успокойся, — приказала себе Ника. — Ты должна заключить этот контракт.
В следующую секунду она призналась себе, что ей ужасно хочется снова увидеть Алексея. Ну, хоть бы ещё один разок!
— Да, — прозвучал в динамике его низкий голос, и у Ники по спине побежали мурашки. Она изо всех сил сжала смартфон.
— Алексей, доброе утро, — произнесла как можно твёрже, однако голос предательски дрогнул. — Пожалуйста, удели мне полчаса.
— Зачем?
— Это по работе… Ты вчера не захотел… А у меня… А я…
Ника поморщилась: да что же она мямлит!
«Соберись, немедленно, размазня!» — приказала себе и прикусила губу так сильно, что ощутила во рту вкус крови.
— Алексей, я понимаю, что тебе не хочется работать со мной. Но в нашей студии много других специалистов, и они очень талантливы. Они смогут сделать из твоего офиса конфетку. Позволь я приеду и всё расскажу.
— Приезжай, — хмуро бросил Васнецов. — Я остановился в гостинице «Сапфир». Номер семьсот десять.
И он отключился.
Ещё несколько секунд Ника изумлённо смотрела на смартфон. А потом выскочила из-за стола и начала лихорадочно собираться.
***
Олег посмотрел на малышку. Сейчас она сладко спала в автолюльке, установленной на пассажирском сиденье, дорога её укачала. Но мужчина прекрасно знал, что в любой момент шестимесячная сероглазая кукла может закатить такую истерику, что мало не покажется. Олег выехал из Краснодара в восемь утра и надеялся добраться до побережья без приключений — ехать часа четыре.
Ему повезло, что папаша объявился в соседнем городе. Иначе как бы Олег выполнил последнюю волю Дашиной матери? До Москвы или Питера он не смог бы добраться с чужим младенцем на руках — его бы обязательно остановили, возможно, даже арестовали бы. Потом доказывай, что не украл ребёнка.
Пришлось потрудиться, чтобы отследить перемещения Васнецова. Олег сразу же отправился в путь, пока бизнесмен не свалил куда подальше.
Серая лента шоссе вилась перед капотом, тихо играло радио, а Олег думал о том, как же ему не повезло. Вроде и неудачником его не назовёшь, в остальных вопросах всё у него хорошо — есть свой небольшой бизнес, квартира, машины меняет часто — может себе это позволить. Но вот в отношениях с бабами полная непруха.
Всегда.
Познакомился с эффектной женщиной, сошлись, стали жить вместе… Всё было прекрасно. Татьяна совсем молодая, на десять лет младше, ей только что исполнилось тридцать. Недавно у неё появилась дочка. Татьяна сказала, что родила исключительно для себя, с отцом ребёнка не поддерживает никаких отношений и сообщать ему о малышке не собирается.
Олег решил не вдаваться в подробности, его всё устраивало.
Татьяна работала в интернете, вела какие-то вебинары и мастер-классы. Очевидно, у неё неплохо получалось, потому что она полностью обеспечивала и себя, и крошечную дочку.
Решили, что Таня переедет в просторную квартиру Олега, а свою однокомнатную будет сдавать.
Олег начал думать, что, наконец-то, звёзды удачно сошлись. До этого у него были короткие связи, он никак не мог найти женщину по душе. А тут сердце дрогнуло. Ну и что, что с дитём! Дашка совсем маленькая, вырастит, как свою.
Но счастье продлилось всего два месяца. А потом как-то вечером Татьяне стало плохо, её увезли в больницу с приступом панкреатита.
Врачам не удалось её спасти…
Олег не мог в это поверить. Какой, бл**ь, панкреатит? Откуда? Татьяна выглядела здоровой, ни на что не жаловалась. Шёлковая кожа, красивый цвет лица, роскошная фигура… Её было жаль до слёз — такая молодая женщина, очень яркая, интересная, эффектная.
Нельзя сказать, что Олег в неё влюбился до потери пульса, но у него появилось ощущение, что он вошёл в тихую гавань и его метания закончились. К тому же он очень быстро привык к домашнему уюту, вкусным борщам и регулярному сексу.
И тут такой удар.
Татьяна смогла позвонить из реанимации. Олег едва узнал её голос, он звучал очень слабо.
— Пожалуйста, если со мной что-то случится, найди Дашиного отца. Его зовут Алексей Михайлович Васнецов. У него компания «Континент», — попросила Таня.
— Да что ты выдумываешь! — возмутился Олег. — Ну, зайка! Сейчас тебя подлечат, и всё будет хорошо!
— Поклянись, что найдёшь Дашиного отца, — с тихим отчаянием повторила женщина. Дай мне слово.
— Хорошо, клянусь. Даю слово. Хотя, я считаю, ты зря себя накручиваешь, зайчонок. Уже через неделю будешь дома.
Но нет. Вернуться домой Татьяне было не суждено.
Позади остался Новороссийск, ехать оставалось всего ничего. Главное, чтобы Дашка опять не закатила истерику. Как же она потрепала Олегу нервы! Неужели малышка чувствует, что её судьба трагическим образом изменилась? Не может ведь такая кроха понимать, что у неё больше нет матери?
Олег поморщился — что за сентиментальная чушь лезет ему в голову! Конечно, Дашка ничего не понимает. А орёт, как оглашенная, потому что Олег не нянька, он не умеет правильно ухаживать за младенцами. Возможно, он что-то делает не так.
Он оказался в этой истории крайним. Выяснилось, что близких родственников у Татьяны нет, дальних Олег не нашёл, поэтому ему пришлось полностью взять на себя и организацию похорон, и заботы о Даше.
Надо обязательно пристроить девчонку. Олег ей никто. В противном случае придётся сдать малявку в детдом.
— Надеюсь, твой папаша от тебя не откажется, — пробормотал мужчина, снова взглянув на спящую малышку.
***
Фасад отеля сверкал тёмно-синим стеклом. Светило солнце, но порывы холодного ветра не позволяли расслабиться. Со стороны набережной доносился шум прибоя и крики чаек.
Ника вошла в холл отеля, и снова удивилась его великолепию. С потолка высотой в три этажа свешивались нити со сверкающими бусинами, образуя круг.
В лобби этой гостиницы Ника несколько раз встречалась с клиентами «Эллипса». Почему Алексей не спустился вниз? Они могли бы расположиться на диванах сбоку от стойки ресепшен.
Страх и паника терзали сердце. Удастся ли заключить контракт?
Нет, даже не это тревожило больше всего. А то, что Ника поняла: Васнецов по-прежнему имеет над ней огромную власть. Будто и не было этих пяти лет. Вчера его голос заставил её трепетать, а один лишь взгляд полностью лишил воли…
Но и в его глазах она увидела то же самое, что видела раньше — безумную страсть и жажду обладания.
…Девушка сообщила администратору о цели визита и направилась наверх. Все её мысли сейчас были связаны с Алексеем, она заново переживала их короткую, но яркую историю.
Мелодичный сигнал лифта вырвал Нику из плена воспоминаний. Двери раздвинулись, она ещё раз взглянула на себя в зеркало и решительно сжала губы. Она уже не та малышка, которая без памяти влюбилась в красивого парня. Она взрослая женщина, несущая ответственность за свою семью. У неё сын, мама и миллион обязанностей.
А Васнецов давно уже не тот мужчина, который сводил её с ума поцелуями и прикосновениями…
Всё это в прошлом, и назад дороги нет.
Ника шла по длинному коридору, каблуки сапожек мягко пружинили на ковровом покрытии. Она смотрела на цифры на дверях, приближаясь к нужной комнате. Сердце выпрыгивало из груди.
Ну и вот он — семьсот десятый номер…
Ника сделала глубокий вдох и постучала.
Вскоре за дверью послышался голос Васнецова. Кажется, он разговаривал с кем-то по телефону. Властный баритон звучал приглушённо:
— Пришли до обеда все цифры, всё, что у тебя есть. Потом обмозгуем, как решить эту проблему… Что? Нет, ну почему же… Здесь ты не прав… Ладно, не паникуй… А коэффициенты там какие?
Дверь открылась, Васнецов мазнул по гостье быстрым взглядом, кивнул — заходи! — и удалился вглубь номера. Ника посмотрела на его широкую спину, обтянутую чёрным шёлком халата. Волосы у Алексея были мокрые, наверное, только что принял душ. Одеться к её приходу он не удосужился.
Ника повесила куртку на вешалку, вошла в роскошную гостиную и осмотрелась. Вкусу дизайнера, оформлявшего «Сапфир», можно было аплодировать. Каждая деталь интерьера была уместной и элегантной.
— Подожди, я сейчас скину тебе три файла. — Васнецов вернулся к ноутбуку, который стоял на журнальном столике около дивана, и быстро застучал клавишами. По экрану огромного телевизора на противоположной стене бежали бесконечные цифры и змеились разноцветные графики.
Ника присела на краешек пышного велюрового кресла, скрестила ноги, напряжённо обхватила колено руками. Ждала, когда Васнецов закончит разговор, и не сводила с него глаз. Просто не могла не смотреть на его мощную шею, на широкую грудь с небольшой порослью тёмных волос.
Сколько жарких поцелуев она оставила на этой груди! Да и вообще везде на его теле…
Раздвинувшиеся края халата позволяли полюбоваться внушительной мускулатурой. Очевидно, Васнецов продолжал активно заниматься спортом, играл, как и раньше, с друзьями в хоккей…
Ника коротко вздохнула, но тут же подавила вздох — не дай бог, Алексей заметит.
Тот, наконец, закончил общение с невидимым деловым партнёром. Бросил айфон на стол и хмуро посмотрел на бывшую супругу.
— Итак… Вообще-то, у меня не так уж много времени. Но я тебя слушаю. Постарайся уложиться в десять минут, — с неприятной усмешкой процедил он.
Надменный, неприступный…
Наверное, не может простить себе, что вчера в офисной башне расслабился: обнял бывшую жену, проявил чувства.
Сейчас он снова заледенел. Совершенно чужой мужчина.
Наверное, так оно и есть. Прошло пять лет — он уже далеко не тот Алёшка, которого она знала и любила. Да и вообще, можно прожить десять лет с человеком и так до конца не узнать, кто он на самом деле и на что способен.
А они прожили вместе всего один год. О чём тут говорить!
Ника гордо выпрямилась и представила, что перед ней незнакомый человек. Нужно просто качественно провести презентацию. Она в этом занятии поднаторела. В принципе, когда клиенты вели себя адекватно, у Ники не возникало проблем, она всегда могла уговорить потенциального заказчика. Её внешность, приятный голос и манеры располагали к себе людей.
Но ведь директор постоянно отправлял Нику ещё и к таким уродам, как Альберт Дмитриевич, который вчера огрел её по пятой точке. Увидев красивую молодую женщину, эти озабоченные сразу начинали распускать руки и выкатывать неприличные требования…
Ника сосредоточилась и в течение следующих десяти минут безостановочно говорила. Она представила в лучшем свете дизайн-студию «Эллипс», рассказала, в каком стиле смогла бы оформить офис Васнецова.
Бывший супруг не перебивал. Пару раз запустил пальцы в тёмную шевелюру и взъерошил волосы. Ника на миг сбилась, судорожно сглотнула — ей всегда безумно нравился этот его жест! А какие красивые у него руки…
Она тут же себя одёрнула.
Наконец презентация закончилась, и в гостиной повисла напряжённая пауза. Ника с замиранием сердца ждала, что ей скажет Алексей.
— Вижу, тебе очень хочется заключить этот контракт, — вновь усмехнулся он и уставился на гостью тяжёлым взглядом.
— Да, очень, — искренне призналась Ника и поёжилась: взгляд Алексея её раздевал.
— Почему?
— Потому что иначе меня уволят.
— Вот как? — удивлённо поднял брови Васнецов. — У тебя суровые условия работы.
— Да. Но я не хочу её терять. Мне будет трудно найти другое место, — тихо, но с чувством произнесла Ника.
Ей не хотелось откровенничать с Васнецовым, который продолжал буравить её жёстким, неприятным взглядом, но вариантов не оставалось. Сейчас она казалась себе очень жалкой.
— Ну что ж… — Мужчина расправил плечи, размял шею. — Если тебе так нужен этот контракт, тогда придётся постараться.
— Что ты имеешь в виду? — замерла Ника. Нехорошее предчувствие заставило сердце сбиться с ритма, оно словно зависло в невесомости, а потом вновь лихорадочно заколотилось где-то высоко в горле.
— Например, для начала… Не откажусь от минета. Прямо сейчас.
— ?!!
Ника подняла на Васнецова ошарашенный взгляд. У неё сорвалось дыхание, она не могла поверить, что он это сказал. Нет, это кошмар какой-то! Выставляет её шлюхой. Неужели он способен на такую гадость? Ведь Ника любила его больше жизни, он был её героем!
Девушка медленно поднялась с кресла. Колени дрожали, не слушались, щёки горели так, словно к ним приложили горячее железо. Возмущение и злость закипали в груди. Мало она настрадалась за прошедшие пять лет — когда собирала себя по кусочкам, когда училась жить без него!
Так и не научилась.
А он явился, чтобы ещё больше испортить ей жизнь. Чтобы добить.
— Васнецов, ты больной? — с тихой яростью спросила Ника. — Совсем спятил? По-твоему, я проститутка?
— Мы оба прекрасно знаем, что высокой нравственностью ты не отличаешься.
Васнецов, прищурившись, следил за бывшей женой. Наблюдал за реакцией, будто проводил эксперимент.
— Катись ты к чёрту! — прошипела Ника и ринулась к выходу.
— Нет, постой. — Мужчина подскочил с дивана и схватил разозлённую девушку за тонкое запястье. Теперь он угрожающе возвышался над ней — девяноста килограммов стальных мышц и злости.
— Почему же нет, Вероника? Давай обсудим.
«Да он издевается!»
— Отвяжись от меня! — огрызнулась Ника и, размахнувшись свободной рукой, залепила Васнецову пощёчину.
Очень хорошо врезала, хлёстко, благо высокие каблуки добавили ей росту. Однако мужчина даже не вздрогнул. На его щеке проступило красное пятно, тем не менее, запястье Ники он так и не выпустил — только зря ладонь отбила о его каменную морду!
Минуту они не двигались и испепеляли друг друга пылающими взглядами. Неизвестно, что произошло бы дальше, но в этот самый момент в дверь постучали. И ещё раз — довольно требовательно.
Васнецов встряхнулся, будто освобождаясь от наваждения, разжал пальцы, выпустил запястье девушки и пошёл открывать.