Глава 22

СОНЯ

Я проснулась первая. Подняла голову с груди Кирилла, посмотрела на него, улыбнулась. Во сне он так и не разжимал объятий, а я очень удобно расположилась – обняла мужчину за шею, закинула ногу ему на бедро… Спалось чудесно в таком положении, лучше, чем когда-либо. Даже во сне я таяла от счастья, понимала, что со мной произошло что-то невероятно прекрасное…

Сейчас в спальне было всё ещё темно, но я проснулась как по будильнику – сработала привычка.

Дотянулась осторожно до смартфона – всё верно, уже семь утра. Я провела с любимым всю ночь, так и не уехала домой из отеля.

Нашла пять непрочитанных сообщений от Лизы, суть которых сводилась к насмешливому заявлению: «Так-так, ребёнок у мамы, а ты продолжаешь благодарить Казанцева за сертификаты?»

Да, отблагодарила я Кирилла по полной программе.

Или он меня.

Чувствовала истому во всём теле, сладкую боль в мышцах, а сердце плавилось от восторга. Мы занимались любовью всю ночь, и это было прекрасно… Сейчас я изнемогала от нежности, любовь к Кириллу переполняла меня.

Лежала и прислушивалась к его размеренному дыханию, впитывала каждой клеточкой его тепло…

Но внезапно испытала приступ дежавю. Вспомнила, как почти семь лет назад точно так же проснулась в объятиях Кирилла и начала фантазировать, как мы будем жить дальше. Тогда я была глупенькой наивной малышкой и считала, что ночь, проведённая с боссом, даёт мне какие-то права на него.

Я жестоко ошиблась…

А сейчас мне пришлось констатировать, что Кириллу всё же удалось пробить брешь в моей обороне. Он своего добился – овладел мной, несмотря на моё сопротивление.

Что будет дальше? Как он себя поведёт?

Да, всю ночь Кирилл признавался мне в любви, но это были слова, произнесённые в порыве страсти, на пике острого физического удовольствия…

Сейчас я уже не питаю иллюзий и понимаю, что события могут развиваться как угодно. Но я не жалею, что эта ночь была в моей жизни.

Ещё одна фантастическая ночь…

Вдруг в голову пришла другая мысль, заставившая вздрогнуть. А если сейчас в спальню прибежит Анечка? Я же не знаю, может, она всегда так делает? Например, утром на выходных, когда не надо идти в сад, Олежка обожает попрыгать у меня на кровати, полежать на моей подушке и даже пообниматься, хотя такие взрослые суровые парни, как он, вообще-то этого не делают.

Мне бы не хотелось, чтобы Анечка застала меня в постели её отца. Это неправильно. Столкнуться сейчас с помощником и няней – тоже не лучший вариант. Во сколько Андрей начинает работу и появляется в кабинете?

Решила потихоньку выбраться из кровати. Да не тут-то было! Горячая ладонь сжала моё запястье, как только я начала осторожно сползать с Кирилла.

– Стоп. Куда? Назад, – сонно пробормотал мужчина, а в следующую секунду меня уже подмяли, придавили к матрасу, распластали и начали осыпать поцелуями.

Сразу же поняла, что долгая насыщенная ночь на боеспособность Кирилла никак не повлияла – сейчас он был снова готов приступить к удовольствиям.

– Подожди, ты что… – сдавленно зашептала я, уворачиваясь от страстных поцелуев, – Милый, я боюсь, что Анечка сейчас прибежит.

– Обычно она этого не делает. Анютка просыпается позже, чем я уезжаю в офис. Но на всякий случай закрою дверь.

Кирилл подскочил с кровати, а я в очередной раз едва не задохнулась от красоты его тела. Мощная фигура, оплетённая тугими мышцами, как скульптура античного бога. Тату на плече и бицепсе выглядят очень эффектно… Вспомнила, как в больнице Кир ревниво спрашивал, нравится ли мне его татуировка. Тогда я промолчала, потому что в тот момент я и говорить-то не могла.

Но… мне нравится абсолютно всё. Он идеален. И этой ночью не только Кирилл меня целовал, но и я его – исследовала губами каждый сантиметр его тела и хорошо запомнила, какой он вкусный, шелковистый…

– Мы быстренько, – заговорщицки понизив голос, сообщил мужчина. – Как ты сказала? Милый? Необычно слышать это от тебя. Повтори ещё раз, малыш.

– Милый, – шепнула я.

– Ещё раз и погромче.

– Милый, – с нежностью произнесла я, а в следующее мгновение мой рот закрыли жарким поцелуем…

*****

Я очень надеялась сбежать из президентского люкса до появления помощника и няни. Но Кирилл требовал, чтобы мы позавтракали втроём – он, я и Анютка.

– Нет! Тогда придётся объяснять ребёнку, почему я ночевала здесь, – запротестовала я.

Скинула белый гостиничный халат и начала одеваться. Мужчина следил за моими телодвижениями жадным хищным взглядом – вот-вот опять набросится.

Натянула джинсы и лонгслив. Кирилл тяжело вздохнул, намекая: без одежды ему нравилось гораздо больше. Одежда – кому она вообще нужна? Сам он всё ещё был в халате. Надо сказать, что спокойно принять душ у меня не получилось, потому что в огромной душевой из матового стекла мы тоже успели «быстренько», и это было какое-то сумасшествие…

Мужчина ясно давал понять, насколько он изголодался и как сильно меня хочет, и от этой мысли сладко ныло внутри…

– Лучше я всё же побегу, Кир!

– Малыш, ты усложняешь. Уверен, Аня обрадуется, когда тебя увидит. Вы вчера нашли общий язык, почти подружились, и я очень этому рад.

– Я тоже. Но давай не будем торопить события, Кирилл. Для ребёнка и так слишком много сильных эмоций, ей трудно всё переварить. Зачем подбрасывать Анютке сложные вопросы.

Кирилл поднял вверх руки:

– Сдаюсь. Тебя не переспоришь, – засмеялся он и немедленно притянул к себе, быстро поцеловал несколько раз в щёку и губы. – Выглядишь невероятно. Не хочу тебя отпускать, синичка.

Действительно, глядя в зеркало, я и сама заметила, насколько меня изменила прошедшая ночь – можно подумать, я потеряла невинность. В каком-то смысле, так оно и было. Тело, столько лет мечтавшее о любви и мужских прикосновениях, превратилось в волшебный инструмент. А Кирилл прекрасно знал, как им пользоваться, он действовал виртуозно. И сейчас у меня в глазах полыхали огни испытанного наслаждения, я выглядела измученной и довольной.

– Кирилл, вообще-то, мне надо на работу. Не сомневаюсь, что и тебе тоже. Сейчас поеду домой, переоденусь, а в девять уже встреча с поставщиком. И в цех тоже надо. А потом ещё в два магазина – договорилась с владельцами.

– Хорошо-хорошо, милая! Понимаю, как ты загружена, и не хочу вредить твоему бизнесу. Но вечером мы обязательно должны встретиться, потому что завтра мы с Анюткой уже уезжаем.

Ч-что-о… Что он такое говорит?!

На миг я потеряла дар речи, а к горлу сразу же подкатил предательский комок. Было ощущение, что потолок гостиничного номера рухнул, и меня придавило разломившейся на куски бетонной плитой.

Я молча смотрела на Кирилла, изо всех сил стараясь не выдать своих эмоций, но внутри закипала обида. Вот, значит, как! Добился желаемого – и можно уезжать?

– Завтра… – наконец произнесла чуть слышно.

– Сдам Анечку моей маме, а сам из Москвы сразу же полечу в Шанхай. И оттуда – в Барселону. Эти две поездки давно были запланированы, но из-за того, что я загремел в больницу, пришлось их отложить. Партнёры уже нервничают. Если бы не это, я бы ни за что от тебя не уехал, малышка моя любимая. Не расстраивайся, милая, мы обязательно опять будем вместе, вот только дела разгребу.

У меня немного отлегло от сердца. Но сразу накатило новое беспокойство:

– А как же твоя голова, Кир? Такие перелёты… Китай, Испания… Далеко ведь! Ты выдержишь? А ты посоветовался с врачом? А что говорит Матвей Николаевич? Похоже, он переживает о твоём здоровье гораздо больше, чем ты сам!

– Стоп-стоп-стоп! – воскликнул Кирилл. – Сколько вопросов! Всё со мной в порядке. А врачи и Матвей Николаевич… Они настоящие паникёры. Им волю дай, они бы меня тут навечно арестовали. Я-то не против, с условием, что ты будешь рядом. Но ведь и делами кто-то должен заниматься. Соня, ты сама предпринимательница, поэтому сможешь меня понять.

– Я понимаю, Кирилл… Но переживаю, выдержат ли твои мозги перегрузку в самолёте. Взлёт, посадка…

– Выдержат, – отрезал железным тоном. – Но… Безусловно, очень приятно, что ты обо мне так переживаешь, солнышко.

Обнял, зарылся лицом в мои волосы…

– Итак, формулирую задание на день. Сейчас мы оба работаем, как ненормальные, а вечером я забираю Олежку из сада, и мы вчетвером куда-нибудь едем. А пока малышня будет играть, обсудим, что делать дальше. Мы должны принять решение.

– Хорошо. Тогда до вечера, Кир, – произнесла я, тщательно скрывая волнение: ясно, что впереди серьёзный разговор.

Кирилл поцеловал меня в губы, стиснул на груди с рваным вздохом, в котором я услышала отчаянное нежелание со мной расставаться. Но у него тут же зазвонил сотовый – рабочий день уже начался.

Любимый принял звонок, не выпуская меня из стального кольца.

– Да, Ашот, доброе утро. Надо же, как рано ты мне звонишь, не ожидал… Угу… да… ах, значит, так?.. Давай, я не против. Только должен заранее предупредить, что на прежних условиях я вести разговор не согласен. Ты сам аннулировал моё последнее предложение, отказался от всех бонусов. Так что смотри… Всё равно готов? А, ну отлично. Тогда сейчас пересечёмся.

Не успел Кирилл отбить звонок, как раздался следующий. И ещё два мобильника пиликали, не умолкая.

– Началось в колхозе утро! – улыбнулся Кир и наконец освободил меня. – Соня, прикинь, похоже, я всё-таки куплю эту чёртову швейную фабрику! Ну, пока, малышка, до вечера. Люблю тебя.

Я вышла из номера, ещё ощущая на губах вкус поцелуев. Сколько же мне их досталось за сегодняшнее утро! А если вспомнить, что было ночью! Сразу бросало в жар, а вдоль позвоночника сходила раскалённая лавина…

В холле у лифта столкнулась с помощником – он собирался приступить к своим рабочим обязанностям. Так и не удалось проскочить! Но чего мне теперь стесняться.

– О, Софья Николаевна, доброе утро. Вы оттуда, а я туда, – поприветствовал Андрей с вежливой и непроницаемой улыбкой. Он даже взглядом не дал понять, что ему совершенно ясно, как я провела ночь.

– Доброе утро, Андрей.

– Босс в хорошем настроении?

– Вроде бы, да, – улыбнулась я.

– Ох, как здорово! – искренне обрадовался помощник.

*****

Весь день была сама не своя – находилась под впечатлением от произошедшего.

– Что с тобой, доча? – удивилась мама. Мы с ней в цехе разбирались с новой моделью платья, давали техзадание швеям. – У тебя всё в порядке, Сонечка? Какая-то ты… необычная! Шальная. Глазами сверкаешь, как дикая кошка.

– Всё хорошо, мам.

Зато, когда я в офисе встретилась с Лизой, подруга молниеносно установила причину моей неадекватности.

– Так я была права? Ты действительно осталась в отеле у Казанцева?! Со-о-о-онька… Молодец, поздравляю, свершилось! Давно пора! Ну и как всё прошло? Рассказывай! Нет, не отпущу, куда побежала!

Лиза схватила меня за руку и не выпустила из кабинета. Я засмеялась, попробовала вырваться, но не удалось – подруга вцепилась крепко, она жаждала подробностей.

– Вот! Я слышу счастливый смех. Так смеётся женщина, которую всю ночь сладко мучили, – заявила Лиза. – Всю ночь? Да? Я права?

– Всю. И утром тоже. Ещё два раза, – улыбнулась я, краснея до ушей. Щёки горели так, что сейчас капли воды с шипением бы испарились с них.

– Ещё?! А сколько же раз было ночью?

– Пожалуйста, не спрашивай!

– Бли-и-ин… Ай да Казанцев! Впрочем, я в нём не сомневалась. Теперь, подружка, не теряйся, пусть отрабатывает всё, что пропустил. Только подумай, сколько удовольствий он тебе задолжал за шесть лет! Вам надо закрыться у него в отеле, по крайней мере, на неделю и никуда не выходить.

– Кирилл завтра уже уезжает, Лиз, – горестно пожаловалась я.

– Что-о-о-о?! Вот скотина! – взвилась подруга. – Разок попользовался – и в кусты?! Не выйдет! Я требую бессрочного продолжения банкета!

– Ему в Шанхай надо… И в Барселону. Партнёры ждут.

– Так, может, он всего на пару дней, а потом примчится обратно?

– Точные сроки не назвал. Мне грустно. Но сюда Кир уже не вернётся, потому что Анютка, няня и помощник улетают в Москву. Его заточение в нашем городе закончилось.

– Но он хотя бы какое-то конкретное предложение тебе сделал? Как будете жить? Как он собирается общаться с сыном? – подруга укоризненно покачала головой. – Что же Кирюха такой медленный, а? Давно бы уже кольцо подарил вот с такущим бриллиантом, – Лиза растопырила пальцы, демонстрируя размер камня, – и замуж позвал!

– Возможно, это не входит в его планы? – предположила я с тоской.

Сердце щемило, мысли метались… Но я твёрдо решила не попадаться второй раз в плен фантазий. Не буду, не буду, не буду мечтать, что из-за одной-единственной ночи Кирилл сразу на мне женится. Всё это я уже проходила, и мои фантазии оказались пустыми…

– Сказал, что вечером встретимся с детьми и поговорим.

– Можно подумать, дети вам дадут. Как же! – скептически заметила Лиза. – Хочешь, заберу Олежку и Аню и поразвлекаю их? А вы с Кириллом спокойно обсудите ваши дела?

– Наверное, Кир захочет напоследок пообщаться с сыном.

– Хм… Ясно. Но в любом случае, Соня, я буду держать за тебя кулачки. Очень переживаю.

– И я.

*****

Олежка расстроился, когда вечером Кирилл сообщил ему, что завтра утром они с Анечкой улетают.

– Папа, как же мы без тебя? – воскликнул он и повис на отце.

– Командировка, сын. Очень надо, китайцы заждались. Испанцы тоже заждались. Короче, всем меня ждут.

– Понимаю… Но ты, главное, возвращайся, ладно?

– Обязательно, сынок. К тому же, мы с тобой теперь всегда на связи. Ты в любое время можешь мне позвонить. А я тебе.

Вот, значит, как это будет… Тоска окутала меня чёрным облаком, с каждой секундой настроение неотвратимо портилось.

Мы приехали в тот самый ресторан, где детям понравилась игровая комната. Девушка-аниматор в костюме лисы радостно поприветствовала наших малышей, она сразу их узнала.

– Эту сладкую парочку не забудешь, – сказала она нам.

Олежка в два счёта развеял сомнения сестры по поводу причёски. Он сам даже не обратил бы внимания, что Анины волосы стали гораздо короче, мужчины в этом не сильны. Но я подговорила сына, поэтому он заливался соловьём: засыпал Анечку комплиментами. Я заметила, что теперь маленькая кокетка то и дело эффектно отбрасывает назад волосы – новый образ ей уже нравился.

После того, как дети уничтожили по тарелке супа и куску пиццы, аниматор-лисичка увела их за собой в игровую комнату.

– Я-таки купил швейную фабрику, – объявил Кирилл.

В отличие от меня, он выглядел очень довольным. Пользуясь тем, что дети ушли, Кир вплотную придвинулся ко мне на диване, навалился с объятьями, поцеловал несколько раз в щёку и висок.

– Поздравляю. Твой визит в наш город начинался не очень-то весело, но зато закончился триумфом. Вернёшься в Москву победителем.

– Ещё бы. И покупка швейной фабрики – это, по сути, не так уж важно. Самое главное, что я нашёл здесь тебя и сына. О таком фантастическом результате командировки я даже не мечтал. Но… Ты грустишь, синичка. Мне тоже грустно, не хочется расставаться с вами даже на один день. Кстати, я же тебе обещал перечислить имена всех моих китайских партнёров. Это всегда так бодрит, чесслово! Слушай, малыш: Тао Хань, Боян Чжао, Веньян Цзинь, Ливей Чэнь, Тао Цань, Цун Ян…

– Да ты на ходу придумываешь! – наконец не выдержала и улыбнулась я.

– Нет же! Слушай дальше: Чангминг Чжоу, Зэн Янь, Чан Чэнь…

– Хватит меня обманывать!

– Да когда я тебя обманывал, Соня!

– Я тоже так могу: Хань Вань, Вань Хань, Тао Пао, Пао Тао, Чжу Чжань!

– Какая ты ловкая! – удивился Кирилл и сжал мои руки. С улыбкой он смотрел на меня, скользил взглядом по лицу, будто никак не мог налюбоваться… – Зато ты развеселилась. А то совсем сникла, смотреть больно.

Голос мужчины звучал вкрадчиво, соблазнительно вибрировал на самых низких нотах… Я слушала, как заколдованная.

А завтра они улетят, и наша с Олежкой жизнь опять изменится… Ужасно, что приходится расставаться, за этот неполный месяц я привыкла, что Кирилл постоянно рядом…

– Соня, ты же понимаешь, что нам с тобой надо что-то решить. – Мужчина вдруг стал совершенно серьёзным. – Мы не можем жить на два города, мы должны быть вместе. Поэтому вы с Олежкой должны переехать в Москву. Давай сделаем так. Пока я буду разбираться с китайцами и испанцами, вы с сыном готовьтесь к переезду. Ясно, что возникнет множество организационных вопросов. У тебя бизнес, придётся перевести его в столицу. Но я тебя уверяю, в Москве перед твоей фирмой откроются новые перспективы.

Приятный баритон Кирилла по-прежнему завораживал, однако я понимала, что лечу куда-то вниз, проваливаюсь в бездонную чёрную яму.

Я же хотела услышать совсем другое! Почему он не произнёс самых важных для меня слов? Надеялась, что сейчас Кирилл сделает мне предложение… Позовёт замуж, признается, что мечтает называть меня своей женой…

Идиотка! Что ж… Получается, я так и осталась наивной мечтательницей.

Снова наступаю на те же самые грабли, повторяю прежнюю ошибку! Пора бы уже понять, что мужчины устроены совсем не так, как женщины! Они думают по-другому!

Всё, что хочет Кирилл, это чтобы мы с Олежкой постоянно находились рядом, под рукой, чтобы он в любой момент смог пообщаться с сыном. А со мной позаниматься любовью – пока ему не наскучит.

– Кирилл, но это невозможно, – проглотив ком в горле, пробормотала я.

Только бы не зареветь! Не завыть от отчаянья!

– Почему, Сонечка? В чём дело?

– Как же мы переедем?

– А в чём проблема?

– Ты серьёзно? – скрипнув зубами, процедила я. – Ты действительно думаешь, что всё так просто? Взять и переехать в другой город по щелчку твоих пальцев? Между прочим, я уже записала Олежку в хороший английский лицей. И сын пойдёт туда со своими лучшими друзьями из садика. Они договорились. И мы с мамами тоже договорились и всё организовали. Хотя это было безумно трудно!

Кирилл нахмурился.

– А ещё у Олежки здесь любимый тренер. Да что там тренер! Крёстная и бабуля у него здесь! Как он будет без них жить? И о них я тоже должна подумать. Ты всего три недели с сыном, но уже не хочешь с ним расставаться. А моей маме и Лизе каково будет? Они вырастили его с пелёнок, нянчили, всю жизнь над ним тряслись… А я? У меня цех, склад, сотрудники, наработки, связи… Всё брошу, да? И потом… Я уже жила в Москве! Теперь туда не хочу, Кирилл! Она огромная, там слишком много людей. Я даже на машине не смогу ездить, потому что мне будет страшно!

Лицо мужчины превратилось в неподвижную маску, Кирилл замкнулся, и это чувствовалось. Он молча изучал меня и будто пытался понять, что действительно скрывается за моим отказом. Пауза длилась так долго, что мне стало не по себе.

– Поверь, в Москве очень много хороших английских школ. Выберем для Олежки самую лучшую, – наконец произнёс Кирилл. – С тренировками тоже проблем не будет, найдём отличного тренера – и увлечёт, и заинтересует. А Лизу, бабушку и друзей Олежка будет навещать. Прилетит к ним в гости в любое время, когда захочет. Ты же помнишь, у меня свой самолёт.

Как легко у него всё получается! Самолёт свой, угу. А каждый перелёт – это риск для жизни. Не налетаешься в гости-то!

Я не собиралась сдаваться. Вдруг поняла, что даже если бы сейчас Кирилл предложил мне руку и сердце, я всё равно тысячу раз бы подумала, сможем ли мы с Олежкой переехать. Я не могу взять и вырвать ребёнка из привычной и любимой атмосферы. А Лиза и мамуля? Да они обрыдаются, узнав, что отныне не смогут видеть Олежку каждый день!

– Соня… Я совсем не ожидал, что ты откажешься, – удивлённо пробормотал Кирилл. Он сжал виски пальцами, на миг прикрыл глаза…

– Ты думал, я буду прыгать от радости? Вовсе нет. Ты же слышал мои аргументы! Как я могу лишить ребёнка всех его привязанностей в обмен на пару часов в неделю, которые ты сможешь выкроить из своего плотного графика для общения с ним?

Кирилл стиснул челюсти, его брови сошлись к переносице, болезненная усмешка искривила губы…

– Намекаешь, что я плохой отец?

– Нет, вовсе нет! – отчаянно воскликнула я. – Конечно, сейчас ты уделяешь сыну много внимания, но тут и условия другие. А в Москве войдёшь в привычный ритм, и выяснится, что не так уж много у тебя времени на ребёнка. Но тогда зачем всё ломать?

Могла бы уколоть, сказав, что можно даже и по Анечке судить. Если бы у Кирилла было больше времени на дочку, он не упустил бы её развитие и более тщательно выбирал бы персонал.

Но мне удалось сдержаться. Прикусила язык, промолчала. И хорошо, а то иначе наша перепалка закончилась бы вообще печально. Мужчина и так сидел темнее тучи, от него веяло настолько мрачной энергетикой, что у меня заледенели плечи, а в груди неприятно покалывало.

Прибежали дети, своим появлением поставив точку в разговоре.

– Всё-таки, Соня, я надеюсь, ты хорошенько всё обдумаешь, пока я буду в командировке, и изменишь своё мнение.

– Папуля, возвращайся поскорее! – Олежка полез к отцу обниматься, Анечка тоже пристроилась.

Вертикальная морщина между бровей тут же разгладилась, Кирилл по очереди поцеловал детей, обнял их сразу обоих. В его руках малыши смотрелись как два воробышка.

– Папа из командировки привезёт подарки, – сообщила брату Анечка. – Он всегда так делает.

– Вау! Классно! Мне ещё ни разу не привозили подарки из командировки!

– Правда, что ли? – удивилась Анютка.

– Ну да! Потому что моя мама от меня никогда не уезжает.

– Ух ты… Везёт тебе! – Анечка вздохнула так грустно, что мы с Кириллом переглянулись.

У меня сжалось сердце от этой, совсем не детской, тоски. А после разговора с Кириллом на душе и так было тяжело. Не понимала, права я или нет…

В конце вечера выяснилось, что последнюю ночь перед отъездом мы не сможем провести вместе.

Ещё одно разочарование… И такое жестокое! Я мечтала снова очутиться в объятьях Кирилла, растаять от его поцелуев. Пусть сейчас мы почти поссорились, но наша ночь могла бы стать волшебной.

– Друзья хотят устроить мне отвальную вечернику – Матвей, Рустам, другие парни, – сообщил Кирилл. Грустная усмешка проскользнула на его красивых губах, я не могла оторвать от них взгляда. – Я бы, конечно, лучше остался с тобой, синичка… И к утру уже наверняка сумел бы уговорить тебя переехать в Москву, – Кир хитро улыбнулся. – Но придётся всю ночь гулять с мужиками в клубе у Матвея. Это он организатор вечеринки.

– Ну вот, – окончательно расстроилась я. – Надо же… Тогда давай хотя бы Анечку к себе заберу. Хочешь? А то няня воспользуется твоим отсутствием и опять что-нибудь учудит. Она дама непредсказуемая, я это уже поняла.

– Правда можешь забрать Анютку? Отлично! Спасибо тебе, милая.

Мы объявили детям о том, что сегодня они ночуют вместе, а потом ещё несколько минут слушали вопли малышни: брат и сестра были в восторге, они прыгали от радости.

А мы с Кириллом молча смотрели друг другу в глаза. Не сомневаюсь, оба думали об одном и том же… Представляли, какой страстной и незабываемой могла бы стать эта ночь… Мы бы повторили всё, что уже испробовали, а потом Кирилл добавил бы новых красок. Он умелый, а я… Я очень отзывчивая, как выяснилось…

Но нет, не суждено. Друзья – это святое. Поэтому ночь перед отлётом Кирилл проведёт в клубе…

*****

Дома детишки потребовали разложить для них диван. Я боялась, что они не смогут уснуть, так как обоих захлёстывали эмоции.

– А ты споёшь нам ту песенку? Она мне очень понравилась, – сонным голоском попросила Анютка.

– Конечно.

Девочка отключилась после третьего куплета, но Олежка даже и не собирался. Я шёпотом сообщила ему, что папа пригласил нас переехать в Москву. Понимала, что сейчас опять взбудоражу ребёнка, но не удержалась – очень хотелось узнать его мнение.

– Ой, как здорово! – обрадовался сынишка. – Будем жить там все вместе? Ура! У меня такой крутой папа… И не хочу расставаться с Анюткой, я ей нужен, я её старший брат… Только обязательно надо взять с собой бабулю и Дениса Васильевича… И крёстную, конечно… Подожди, мам! А как же мои друзья? А тренер? Они-то точно не смогу поехать с нами, у них же у всех своя семья… Что же делать?

Олежка подскочил на диване, сел, обняв подушку, задумался и на мгновение стал совсем взрослым. Я вдруг поняла, что с каждым годом он будет всё больше и больше походить на Кирилла, пока окончательно не превратится в копию своего отца.

– Что же делать, мам? – повторил сынок.

– Пока не знаю, малыш. – Погладила Олежку по голове, посмотрела в серые глаза. – Серьёзно, даже не представляю.

– Ладно, мам, сильно не переживай. Я сейчас посплю, а утром обязательно что-нибудь придумаю.

– О, было бы здорово.

– И тебе сообщу.

– Отлично.

Вскоре Олежка уже видел десятый сон. А я всё ещё сидела около дивана, смотрела на спящих малявок и грустила. Переживала, что мы с Кириллом так ничего и не решим, и случится то, чего я боюсь больше всего на свете: он снова исчезнет из моей жизни. Вернее, будет в ней присутствовать только в роли Олежкиного отца. И точка.

Эта мысль в клочья рвала душу.