Глава 11

— Не могу. Руки слабые, ложка дрожит, — внезапно огорошил меня Эрик, когда я принесла ему завтрак и поставила тарелку на специальную подставку на кровати. А потом он и вовсе заставил меня растеряться: — Покорми меня.

— Но… Ты же… Вы же… Как-то же вам хватило сил перетащить меня ночью на кровать? — указала я на явную нестыковку. Ну не выглядел Вотергейм сейчас ослабевшим.

— Неимоверным усилием воли, — очень серьезно произнес он, прямо глядя мне в глаза. — Не мог же я бросить тебя спать в неудобном кресле, а самому нежиться в постели?

Эта фраза меня пристыдила, и я села к нему поближе, убрала подставку, взяла тарелку с наваристым супом и начала его кормить. Только почему-то в этот момент всей кожей ощущала, что руки слабеют у меня, а не у него. Под взглядом Эрика я все больше смущалась и даже мысленно на себя прикрикнула. Что за ерунда такая⁈ Как малолетка несмышленая, честное слово!

— Не хмурься, — улыбнулся он, положил руку мне на бедро и погладил.

Как я не разлила остатки супа — не знаю. Но… убирать его руку не стала. Во-первых, так сидеть и кормить Эрика было удобнее, а во-вторых… Ой, даже не хочу знать, что сейчас бушевало у меня в душе, но эти минуты внезапно показались очень важными и только моими… нашими.

Скормив ему суп, я взяла салфетку и промокнула краешки губ Эрика. Внезапно он перехватил мою руку. Салфетка выпала из ослабевших пальцев, а он, пристально глядя мне в глаза, снова поднес ладонь к своим губам и поцеловал.

Как я не застонала от этой ласки — не знаю. Но ощущения оказались такими острыми, что перехватило дыхание. И это он только поцеловал мою ладонь…

— Спасибо, было очень вкусно.

— Ага. — Я бездумно кивнула, не в силах оторвать взгляда от его глаз, а потом и губ, которые начали медленно ко мне приближаться.

Внезапно в дверь громко постучали, разбивая возникшее между нами с Эриком притяжение. От неожиданности я подхватилась, как ужаленная. А в следующее мгновение в помещение вошел лекарь.

— Добрый день, ваше сиятельство, Марта, — поклонился он графу, с удивлением разглядывая взъерошенную меня. — Прошу прощения, что я так бесцеремонно вломился в ваш дом, но дверь долго никто не открывал, а она оказалась не заперта, и я решил, что все-таки могу проведать своего пациента. — Увидел тарелку, отставленную мной: — О, вы как раз пообедали. Это хорошо. Давайте обследоваться.

Чтобы скрыть смущение и не сверкать алыми щеками, я подхватила грязную посуду и поспешила в кухню. Достала из печи как раз приготовившиеся булочки с корицей, заварила укрепляющий настой и, составив все на поднос, пошла наверх.

Когда вошла, Левендорн как раз закончил осмотр и говорил:

— Господин граф, вам очень повезло. Я такого давно не видел! — Посмотрел, как я ставлю поднос на стол, и добавил: — А вот и причина таких великолепных результатов!

— Забота? — улыбнулась я.

— Вы! Это все вы! — И, глядя в мои округлившиеся глаза, пояснил: — Вернее, ваша магическая совместимость с графом. Я такое всего несколько раз в жизни видел! Первый раз еще на заре своей лекарской деятельности! И с тех пор отслеживаю такие случаи! Я ведь пишу диссертацию. А тут такой подарок!

— Не понимаю вас, — нахмурилась.

— Да что тут непонятного⁈ У каждого человека есть свой окрас магии, ну или частота резонанса, или… Ай, называйте как хотите! Но именно это не позволяет напрямую, без ритуала, передавать магическую энергию в источник другого человека. Ваша же магия оказалась… — Лекарь замялся, подбирая слова.

— С таким же резонансом? — предположила я.

— Нет! — снова ввел меня в недоумение Левендорн. — Она оказалась с тем самым резонансом, который привел магию пациента к балансу! И теперь вместо того, чтобы подчиняться деструктивному влиянию демонической руны на его груди, она сама влияет на нее и ускоряет регенерацию. Неужели вы сами не видите! Граф почти здоров! Хотя это и не исключает необходимости профилактических визитов в мою клинику.

Я посмотрела на Эрика и заметила, что он и в самом деле выглядит гораздо лучше, чем даже утром, когда мы только проснулись.

— О боги, столько материала для изучения! Я же так скоро смогу наконец защитить диссертацию! — Глаза лекаря горели энтузиазмом и восторгом.

— А что еще вы знаете о таких случаях? — заинтересовался Вотергейм.

— О! Таким людям всегда комфортно вместе. Я имею в виду физически. Они даже чувствуют себя лучше и бодрее, когда находятся рядом. Я специально делал замеры! А еще у меня есть теория, которая пока не давала сбоя, хотя у меня и была совсем небольшая выборка, но… Неважно, я почти уверен, что такими магическими парами могут стать только мужчина и женщина! — Лекарь так воодушевился, что взмахивал руками. — А еще я почти уверен, что у таких пар рождаются очень сильные магически одаренные дети. Правда, пока мне удалось исследовать только один случай…

Левендорн внезапно посмотрел на нас так, что мне показалось — потребует прямо сейчас лечь на постель и делать детей, чтобы подтвердить его теорию. Но Вотергейм сбил его с мысли, задав следующий вопрос:

— То есть вы хотите сказать, что мы с Мартой — идеальная пара?

— Да! — воскликнул лекарь, а потом до него таки дошло, что он говорит о графе и обычной служанке: — То есть… Я имел в виду, что… эм… лучшей сиделки вам не найти.

— Я вас понял, — посмотрел на меня нечитаемым взглядом граф

А я… Я не знала, как реагировать. Никогда ни о чем таком не слышала. И вообще, наверняка у Вотергейма отличная природная регенерация — она у сильных магов всегда такой была, — а Левендорн всего лишь пытался оправдать свои теории. Не зря же у него за столько лет активной практики не набралось достаточно случаев для изучения.

А еще… Я не Марта. И почему-то уже начинала ненавидеть это имя.

Некоторое время лекарь еще побыл с графом, отведал настоя с булочками, несколько раз повторил, как Вотергейму со мной повезло, и напоследок снова предложил работу.

Я вежливо улыбалась, но, когда дверь за Левендорном закрылась, поднялась к Эрику и с порога выпалила:

— Вы же понимаете, что все, что говорил лекарь, — вздор? Иначе бы о таком давно знали!

Вотергейм, накинув халат, уже сидел за столом и разбирал скопившиеся письма. Он удивленно на меня посмотрел, на несколько мгновений застыл, а потом успокаивающе произнес:

— Конечно, Марта. Не бери в голову. У лекарей иногда бывает.

Я обескураженно захлопала глазами, не ожидая, что он с такой легкостью со мной согласится, кивнула и покинула его комнату. В душе почему-то вместо удовлетворения плескалась досада и тоска, а еще хотелось одновременно броситься на шею Эрику и сбежать от него так далеко, чтобы никогда меня не нашел.

Что же это со мной творится?