**Глава 16**

Он не выходит с судна четвертую ночь, остается вместе с нами.

- Иди, поохоться. На тебя смотреть невозможно.

Мне достается неровная усмешка. Незачем усмехаться! Хорошо что он не говорит мне: “тогда отвернись”!

- В такую погоду, - Раф смотрит в иллюминатор, - я уйду минимум на час. За это время может случиться всякое.

Всякое - это значит, что нас отбросит куда-нибудь, куда трудно себе представить и дальше, чем можно предположить, и он уже не найдет нас.

- Но так не может больше продолжаться.

Мне есть с чем сравнить. Я помню каким был Джейк. Тогда я была одна. Теперь же я не хочу терпеть в таком состоянии Рафа и, что еще хуже, ждать от него неожиданной метаморфозы. Зубы Карен опять встают перед моими глазами.

- Чёрт! Как это развидеть? - Я мотаю головой, пытаясь хотя бы таким образом выбросить это видение из своего сознания.

Следом идет другое - вяло упирающиеся в руках вампиров дети, их лица и глаза, словно кто-то взял и приблизил эту картинку на максимум. Безысходность и страх в их глазах, таких темных от расширившихся в них зрачков.

- Есть предложения?

- Да, есть!

У меня такое имеется, но, если честно, то я боюсь. Вдруг он не сможет остановиться? Он уже смотрел на мою рассеченную бровь и на кровь из губы и нормально реагировал, но ведь он был сыт тогда, а сейчас...

- Сколько тебе нужно крови, чтобы продержаться до следующего раза?

Раф качает головой. Он все верно понял.

- Мне следовало догадаться. Нет, Алекс, это плохая идея.

- Это нормальная идея! - говорю я ему как можно тверже. - Если только тебе не понадобится вся кровь.

- Не заставляй повторять меня!

Я показываю на его лицо, но вместо того чтобы хоть что-то спросить меня - вампир выходит из каюты прямо под проливной дождь вперемешку с морской водой. Я медлю, но выскакиваю следом за ним. Он сможет удержать меня на месте и это даже хорошо, что это произойдет не в каюте.

- Ты себя не видишь! Раф! Где твое чертово благоразумие?

Я показываю на его лицо и тут же хватаю за рукав, затягивая под козырек рубки. Меня, честно говоря, забавляют такие моменты. Они такие сильные с Джейком, но взгляды у них совершенно непередаваемые, самое малое - удивленные.

- Ты понимаешь, что ты мне предлагаешь?! Советуешь после нескольких дней жары и жажды откупорить бутылочку любимого, прохладного напитка, сделать глоток, а потом завинтить крышку как ни в чем ни бывало?!

- Тогда иди! - Я пытаюсь вытолкнуть его обратно, но теперь складывается ощущение, что он за эти пару секунд пустил корни в палубные доски. - Иди! Только перестань быть таким!

- Да дело не только в жажде! Алекс!

Пока он пытается пронзить меня самым яростным из своих взглядов, я закатываю рукав куртки.

- Мне твои гляделки нипочем! У меня был отличный тренер!

Он заключает мое лицо в ладони, а я смотрю как с его мокрой челки капает вода, бежит ручьем в пространство между нами.

- Алекс! Замечательный ты мой человек! Скажи, что не заметила этого!

Я не понимаю о чем он говорит мне и почему не может сказать прямо. Сейчас-то… Какие причины для того, чтобы напускать туману в свои слова? Я знаю, что он вампир. Этого ведь достаточно.

- Раф! Умоляю тебя, хоть ты не начинай говорить загадками.

Он отпускает меня, выходя на страшно качающуюся палубу. Я с ужасом смотрю, как вампир продолжает оставаться на месте даже тогда, когда дно лодки становится параллельно волне, тогда как меня несет вперед и заставляет опираться всем весом на переборку.

- Если есть что-то такое на что я должна обратить свое внимание - скажи и всё! Мы придумаем что-нибудь!

* * *

Мы его раздражаем и море, бьющее сильнее обычного в корпус лодки, ветер и неповоротливая яхта - все это бесит его не меньше живых, кто хоть как-то может откорректировать свое поведение. Лиза и Паоло держатся от него подальше.

Кот…

Кот предупреждает меня, что близкое нахождение рядом с хищником чревато. Не знаю, чем я так приглянулась животному и почему он так защищает меня. Не я его спасла, а Лиза.

- О! Ты заговорила со мной.

- Я всегда болтаю с тобой.

Я кривлю душой. Обращаюсь к нему исключительно по делу и отвечаю только когда спросит.

- Я ведь настраиваю тебя!

- Нет, ты расстраиваешь меня! Понимаешь?!

Два предложения спокойным тоном, а дальше мы переходим на крик. Последний рекорд - самый продолжительный разговор длился двадцать одну секунду. Я считала.

- Нет, я не понимаю! Я заставляю сомневаться тебя в любви всей твоей жизни!

Он выходит из кают компании в серую сырость дня, в убийственную темноту туч.

В этот раз я кривлю душой - в  последнее время я обращаюсь к нему исключительно по делу. Все дело во мне, в моем неуемном любопытстве и ответах Рафа.

Я все знаю. Я не хочу ни в чем признаваться. Как говорят: это и будет началом решения проблемы! Какой проблемы черт возьми?!

Меня до сих пор не покидает тяжелое чувство после нашего последнего разговора. Я не хочу лгать себе и уж тем более быть идиоткой перед самой-собой. Я сама попросила его рассказать обо всем и теперь мучаюсь от этого знания, противопоставляя и сравнивая.

- Раф! Мы оба знаем почему ты злишься!

- Неужели?! - рявкает он, перекричав в этом возгласе стихию. - По-моему наоборот - мы оба в курсе почему злишься ты!

Я стою вне досягаемости от мокрых “спиц”, сыплющихся с неба, глядя на парня, что едва переодевшись, вновь промокает до самой нитки, но все же становится на место рулевого.

- Неужели?! - Теперь моя очередь вскидываться и сверкать в его сторону глазами. - Пока тебя окончательно не вывело из себя это знание - может ты сделаешь или придумаешь что-нибудь, чтобы стать нормальным: не орать, не беситься и уж тем более не убить нас!

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍***

Свалка закончилась вместе с качкой, щекотка и визги, мой смех и шипения кота наконец прекратились, подоспевшие защитники, теперь угомонившись, пьют чай в кают компании. Я же не успокоилась, вновь повторила интересующий меня вопрос.

- Кровь животных и рыб может унять жажду, но ненадолго. Она успокаивает, оставляет почти что человеческий цвет глаз, но на короткий срок, сколько бы ты не выпил.

Рафаэль, как и я, смотрит в потолок и следующее говорит, уже улыбаясь:

- Ферма с кроликами - это отличная идея, надо взять на заметку. Они ведь быстро плодятся.

Меня захватил его ответ, встревожил, заставив посерьезнеть и проигнорировать замечание о кроликах, что в другой раз обязательно показалось бы мне смешным.

- А существ? Они ведь почти люди.

- Существ тоже. Что касается меня, то на какое-то время я становлюсь медлительнее, а в скором времени необоснованно раздражительным. Когда во мне нормальная кровь - я злюсь, но не больше обычного.

- А еда?

Не продукты интересуют меня. Я вспоминаю последние полгода в компании Джека. Он приходил домой, то был каким-то заторможенным и вялым, спал добрую часть вечера, затем просыпался и начинался кошмар, из-за которого я пряталась у себя в комнате; то наоборот каким-то энергичным, не отставал, лез с разговорами, все равно цеплялся, прямо как в тот день когда я принесла шахматы, но выходить из себя не спешил.

- Помогает продлить ощущение сытости. Организм поставляет питательные вещества, выбрасывает их в кровь, но в меньшем количестве, но сжигает в несколько раз быстрее.

Я отодвигаюсь от него, выхватывая свою руку из его. Мне не нравится все это.

- Ты специально мне это говоришь, да?

- Специально?

- Да. Зачем ты настраиваешь меня против него?

- Настраиваю? Ты сама спросила меня.

Да, это правда.

Это не логично.

Но он знает, что мне есть с кем сравнить и что вспомнить. Я видела Джейка таким. Я видела его с этим безумно красивым цветом глаз и тогда, когда они светились красным. Я видела его мега раздражительным, когда он орал на меня, не стесняясь посторонних, а потом он изменился, как будто тумблер переключили.

"Я вампир, я чудовище, которое убивало и убивает людей, по-другому уже не будет."

Я не забыла этих слов. Я приняла их как данность, как цену любви в этом безумном мире, но что-то продолжает цеплять меня, а именно, когда в последний раз я видела это.

Когда мы мирились. В тот вечер, что он намекал мне о вампирах.

Он был чудовищем даже тогда, когда мог им и не быть.

* * *

- Не хочу ждать, когда наступит ситуация хуже, чем невыносимо!

- Хорошо, ты говоришь: мы оба знаем причину, по которой я злюсь. Ты не права. Я пока не голоден, все очень даже терпимо.

Я приподнимаю брови. Тогда что с ним происходит? ПМС?

- Ты просила сказать тебе в чем дело, говорю: чем ближе мы приближаемся к югу, тем хуже я выгляжу, тем страшнее становится им и беспокойнее тебе.

Я смотрю на очутившегося рядом вампира и отпускаю руку с закатанным рукавом, но вместо этого моя кисть быстро оказывается в его пальцах и как бы я не тянула ее обратно - у меня не получается ее высвободить. Я не передумала, но считаю, что это лишнее.

- Я не могу доставить тебя на Юг, как бы ты этого не просила. Я убью тебя. Это не будет моей прихотью и не принесет удовольствия.

Я пытаюсь отойти от него подальше, но тем не менее остаюсь на месте, дверь под его плечом не открывается. Он загораживает им окошко, так что я не вижу, что происходит внутри. Это не важно, наверное.

- Карен?

Он кивает, но тут же отворачивается. Я слышу, как он скрипит зубами. Меня тянет назад, но в этот раз это делают волны. Раф продолжает нависать надо мной, опираясь ладонью в доску.

- Да. Если мы вернемся туда - я убью тебя и вернусь к ней. Вот почему я злюсь и только потом из-за голода.

Это я должна была заметить? Интересно каким это образом? По компасу? Или… Я не знаю.

- Стоит нам оказаться чуть южнее выбранной Карен точки и…

Он теперь кладет голову мне на плечо, точнее упирается в лбом и слегка потирается о него. Я слышу, как из его груди вырывается стон.

- Прости меня, Алекс.

Не знаю, что сделала бы я при спокойной погоде - отпрыгнула бы от него или оттолкнула.

Вряд ли. И тот и другой вариант мало вероятен.

Стало ли мне страшно?

Нет. Мне стало холодно. Еще холоднее, чем было под ледяными брызгами и каплями дождя, хлещущими со всех сторон

- Или? Тут ведь должно быть или?

Вампир молчит, спустя мгновение поднимает ко мне свое лицо.

- Да. Я отвезу тебя к людям. Во всяком случае я должен постараться сделать это.

- И?

Он не отвечает, впрочем, этого и не нужно. Тут все и так становится понятно.

- Буду свободен.

Раф перестанет подчиняться Карен. Чокнутая уже не будет мучать его.

Он правду говорит? Или?..

Да, правду. Все остальные мысли - чушь собачья.

Вопрос только: почему признался именно сейчас? Совесть замучала или и в самом деле у него ничего не получается с этим его долбанным гипнозом? Всерьез надеется, что я выберу его?

- Так в этом все было дело, - говорю я медленно, но спохватившись, задаю следующий вопрос: - За что ты просишь прощения?

Я все еще стою, как вкопанная, закрываю глаза от прилетевшего плевка Посейдона, а может быть его сирен, русалок или еще от какой твари. Мне все равно что он ответит. Так должно быть.

- Опять просишь сделать меня выбор? За это?

Именно. Его продолжительный взгляд и молчание говорят о не произнесенном вслух положительном ответе.

- Ну, так и выбирать нечего, - говорю я, продолжая как можно более ровно. - Мы идем в Делавэр, а потом будет Балтимор, Норфолк, Чальстон, пока мы не достигнем Эверглейдса.

Мы встретим Джейка еще до Чарльстона. Он будет в Делавере, а Раф - он может делать что хочет!

- Алекс!

- И иди поохоться. Все равно во всех трех вариантах мне ничего хорошего не светит.