Глава 32

Две недели пролетели, как один день. Страсти немного улеглись, а в доме Кирилла, наконец, воцарилось спокойствие. Надежда днем училась, а вечера они проводили вместе, стараясь получше узнавать друг друга. Надя с каждым днем становилась все более уверенной в себе и в нем. Начала проявлять характер, спорить и отстаивать свое мнение. Кирилл наслаждался преображением и не спешил, добиваясь полного доверия. Не хотел ломать и к чему‑то принуждать, особенно после истории с Маратом. Позволял тактильный контакт, касания и поцелуи, но с близостью не торопился. Да просто боялся испортить идиллию, что между ними воцарилась, но и времени зря не терял. Пораньше закончив работу, Кир заехал в ювелирный, а затем к сестре. Открыл бархатную коробочку и протянул ей. Ему было важно мнение Жени в этом вопросе, но больше всего он нуждался в поддержке. Никто кроме нее не мог помочь ему справиться с волнением, что штормило его последние несколько дней. – Ты хорошо подумал? – уточнила Женя и перевела взгляд на кольцо. Очень нежное и лаконичное, с россыпью мелких синих камушков, переливавшихся на все лады. – Думаешь, рано? – нахмурился Кир. Этот вопрос мучил его все время. Он разрывался в разные стороны от противоречивых мыслей и своих принципов. С одной стороны, очень хотел присвоить Надежду. Как можно быстрее окольцевать и запретить даже думать о чем‑то кроме него, но с другой – Кирилл понимал, что это путь в никуда. Надя была слишком молодой и неопытной. Столько всего не видела и не пробовала. Ее жизнь только началась, и выходить замуж в таком возрасте могло стать для нее просто утопией. Спустя несколько лет она может сильно пожалеть о своем решении. – Кир, я ничего не думаю, – мягко улыбнулась Женя. – Просто уточняю твои намерения. – Я не знаю, – честно признался он и покачал головой. – Где эта тонкая грань между «хочу, чтобы Надя принадлежала мне целиком и полностью» и «она такая молодая, куда ей замуж»? Все время пытаюсь найти золотую середину, и как‑то не получается. – А с ней ты пробовал обсудить ваше будущее? – Пробовал… – Кирилл улыбнулся, вспоминая свои попытки поиска конструктива. – Диалога не получается. Она, как котенок… ластится и мурчит… но мне хочется, чтобы она узнала жизнь, получила образование, посмотрела мир, в конце концов, а не закапывалась в быту. – А ей чего хочется? – Быть рядом со мной… – В этом что‑то есть… – протянула Женя, пряча улыбку и как ни в чем не бывало принялась рассматривать свои ногти. – Все зависит от вас двоих. – Согласен, – рассмеялся Кирилл, чутко уловив ее намек и поднялся на ноги. – Ладно я поехал, Наденька ждет. – Наконец‑то ты спешишь домой. – Женя обвила его шею руками и крепко обняла. – Я так счастлива за тебя. Пусть у вас все сложится. – Спасибо. – Он невесомо коснулся губами щеки, забрал коробочку с кольцом и направился к выходу. * * * Надежда весь вечер провела у плиты. Найдя в интернете более‑менее простой рецепт, воодушевленно готовила ужин для Кирилла. Мясо по‑французски. На деле все оказалось не так просто, но она не сдавалась. Очень хотела порадовать Кира, предвкушала его реакцию и едва не пищала от восторга. – Чем это так вкусно пахнет? – услышала она его голос и, подпрыгнув от радости, побежала в коридор. – Наконец‑то ты вернулся, – бросилась Кириллу на шею и прижалась к холодным губам своими. Соскучилась по нему невозможно. Вроде не виделись всего несколько часов, а казалось целую вечность. – Ну что ты, малышка, – прошептал Кир и, подхватив под ягодицы, вовлек в чувственный поцелуй, наслаждаясь мягкостью и податливостью девичьих губ. Тело отреагировало мгновенно, наградив болезненной эрекцией и напомнив, как давно у него не было качественного секса. Так хотелось бросить все, подняться в комнату с Надей на руках и дать волю своим эротическим фантазиям. Но вместо этого Кирилл отстранился и спустил ее с рук от греха подальше. – У Клавдии Петровны сегодня выходной, и ужин приготовила я, – воодушевленно проговорила Надежда, нервно ломая пальцы от нетерпения. – Сама? – удивленно воскликнул Кир. – Конечно. – Она расплылась в довольной улыбке и потянула его за собой. – Попробуешь? – Обязательно. – Он прекрасно знал, что Надя не умеет готовить от слова совсем, но выбора не было. Помыв руки, послушно сел за стол. Надя закрутилась вокруг него, положила в тарелку мясо и приборы, а сама села напротив, ожидая реакции. Кирилл натянуто улыбнулся, осторожно отрезал кусочек мяса и, зажмурившись, отправил себе в рот. От количества соли из глаз едва не брызнули слезы, но он не изменился в лице и как ни в чем не бывало продолжил есть. – Ну как? – Надежда смотрела не него так, что язык не повернулся сказать правду. – Очень вкусно. – Кир с трудом проглотил еще один кусочек, взял руку Нади в свою и поцеловал. – Просто божественно. – Правда? – Она едва не разревелась от счастья. – Угу… Поддавшись порыву, взяла его вилку и отправила кусочек себе в рот. Кирилл не успел ее остановить, лишь прикрыл глаза ладонью, понимая, что его обман раскрылся. – Фу, какая гадость! – Надежда рванула к раковине и немедленно выплюнула мясо. – Кирилл! – возмущенно воскликнула она и недовольно топнула ногой. – Что? – улыбнулся он, едва сдерживаясь, чтобы не рассмеяться. – Зачем ты мне врешь? – Надя обиженно надула губы. Кир притянул ее к себе и посадил на колени. – Я не хотел тебя расстраивать. – Это же несъедобно… – В следующий раз получится лучше. – Он ободряюще погладил ее по спине. – Ты обязательно научишься. – Может, я просто не создана для кухни? – Она шмыгнула, с трудом сдерживая предательски подступившие слезы. Стало так обидно и досадно, что старалась и ничего не получилось. Ведь делала все строго по рецепту. – Главное, что ты создана для меня. – Кирилл устроил ее на своей груди, мягко коснулся губами макушки. – Поэтому ты от меня морозишься? – всхлипнула Надежда, уткнувшись носом ему в шею. – В каком смысле? – Он отстранился и, нахмурившись, посмотрел ей в глаза. – Я тебе не нравлюсь как женщина, да? – Надя говорила тихо и старательно отводила взгляд. Кир едва не рассмеялся, услышав такое обвинение. Только и думал, как бы затащить эту девчонку в койку. В красках представлял, как будет ее любить, с ума сходил от переизбытка гормонов, а она предъявляет ему… – Откуда этот бред попадает в твою прелестную головку? – Кирилл сокрушенно покачал головой. – С чего ты взяла? – Мы уже две недели спим в одной постели и… – Надя запнулась и густо покраснела, так и не сумев закончить фразу. – Девочки из института говорят, что… – Ты имеешь в виду секс? – перебил ее Кир, улыбаясь во все тридцать два. Она лишь кивнула, но глаза поднять так и не решилась. Слишком неловко было обсуждать все это с ним, но и теряться в догадках Надежда очень устала. Кирилл был рядом, обнимал ее, целовал, но не предпринимал попыток зайти дальше, а ей хотелось большего. – Я просто не хочу на тебя давить и торопить. – Он взял ее лицо за подбородок и повернул к себе, вынуждая смотреть в глаза. – Все обязательно случится, когда ты будешь готова и захочешь близости. – Я хочу, – прошептала она одними губами и нервно сглотнула. Щеки пылали, а в глазах застыл лихорадочный блеск. Кир титаническим усилием воли заставил себя тормознуть и не накинуться на нее, как изголодавшее животное. – Я хочу сделать все красиво и правильно… – Так я рискую умереть девственницей, – внезапно ответила Надя. Кирилл рассмеялся, когда до него дошел смысл ее слов. Девочка научилась показывать зубки, что не могло не радовать. – Твои институт очень плохо на тебя влияет. – Он мягко поцеловал ее в губы. – Где моя чистая и неискушенная девочка? – М‑м‑м… – Надежда лукаво закусила губу. – Может, выросла? – Как быстро, – цокнул языком Кир. – Я не успел насладиться твоим взрослением. Но у меня для тебя есть подарок… – Какой? – прошептала Надежда, растворяясь в его теплом и нежном взгляде. В его руках все обиды испарялись, а проблемы отходили на второй план. Ей ничего было не нужно, лишь бы чувствовать любовь Кира и отвечать ему взаимностью. – Вот. – Кирилл достал из кармана небольшую коробочку и протянул ей. – Что это? – Надя осторожно открыла ее и едва не задохнулась от восторга, увидев кольцо. Последняя, самая заветная мечта начинала сбываться, и Надежда очень боялась поверить в реальность происходящего. – Это символ моих намерений, – тем временем продолжал Кирилл. Его голос звучал взволнованно, вибрируя на каждом слове. – Я очень тебя люблю и хочу, чтобы ты стала моей женой, в будущем… – Кир, я… – Надежда задохнулась от переполнявших ее эмоций и не смогла договорить. – Нет, не отвечай мне сейчас, – нервно улыбнулся он. – Подумай хорошо. Я готов ждать столько, сколько потребуется. – Да господи, что ты такое говоришь? – Она покачала головой, едва не рыдая от счастья. – Я согласна. Я очень хочу стать твоей женой. – Ты уверена? – Кир серьезно заглянул в глаза, в них стояли слезы. – Конечно. Безусловно. Это единственное, о чем я мечтаю. Поддавшись порыву, он надел ей кольцо на палец, за шею притянул к себе и вовлек в жаркий поцелуй. Затем подхватил на руки и понес наверх, отметая последние запреты. * * * Надежда всеми силами старалась подготовиться к этому волнительному моменту, но ничего не вышло. Она знала лишь теорию и то очень расплывчато, но совершенно не боялась, потому что искренне доверяла Кириллу. Крепко держалась за его шею и дрожала от волнения и предвкушения. Кир вошел в комнату, аккуратно опустил на кровать свою драгоценность и замер, жадно пожирая глазами девичьи изгибы. Надя была такой теплой и податливой, что у него сносило крышу. Поддавшись порыву, он склонился к ней и провел носом от шеи к уху. Вдохнул ни с чем не сравнимый аромат ее кожи и шумно выдохнул. – Ты уверена? Кирилл все еще мог остановиться и контролировал каждое свое движение. – Да, – ответила она, боясь лишний раз пошевелиться и испортить волшебство момента. Близость любимого мужчины приятно кружила голову и рассеивала тревожные мысли. Надежда блаженно улыбалась, растворяясь в новых для себя ощущениях. Кир с трудом сдерживался, чтобы не наброситься на нее, как изголодавшее животное. Вместо этого осторожно потянул ее футболку вверх, обнажая упругую грудь в простом бюстгальтере‑маечке. Надя была красива до невозможности и так желанна, что сводило скулы. – Моя девочка, я буду очень нежно тебя любить, – прошептал он и склонился к ней, ласково целуя бархатистую кожу над линией маечки. Проложил влажную дорожку к уху и шее, пока наконец не завладел сладкими губами, терзал и дразнил, распаляя ее желание. Надежда едва успевала отвечать на требовательные поцелуи. Захлебывалась эмоциями и теряла ощущение реальности. Кир был везде, его горячие губы лишали кислорода, но взамен наполняли тягучим, сладостным блаженством. Никогда прежде она не испытывала такого всепоглощающего сумасшествия. Теряла себя, точнее, добровольно дарила целиком и полностью. Поддавшись порыву, зарылась пальчиками в его волосы и соскользнула по шее на плечи, мягко массируя и прижимаясь теснее. Услышав сдавленный стон, поняла, что делает все правильно. Не прерывая поцелуй, нащупала пуговицы и принялась расстегивать, но непослушные пальцы то и дело срывались. Кирилл не выдержал этой пытки и рванул полы рубашки в разные стороны. Мелкие пуговицы рассыпались по коже, а Надежда наконец получила доступ к его телу, чем сразу же и воспользовалась, положив ладони на пылающую кожу груди. Кир зашипел и отстранился, глядя в ее пьяные‑пьяные глаза. Надя разочарованно застонала и подалась вперед, но он остановил. – Не спеши, – плотоядно оскалился, усмиряя внутренних демонов. – У нас вся ночь впереди. Расстегнул пуговицу на ее шортах и стянул их, оставляя в хлопковых трусиках с милым котиком спереди. Он никогда не мог даже подумать о том, что обычные котики будут возбуждать его куда сильнее, чем самое эротичное белье. – Какая красота. – Кирилл наклонился и поцеловал котика в морду. – Ох. Щеки Надежды раскраснелись еще больше, а в глазах появился лихорадочный блеск. Она с трудом соображала, что происходит, но не сопротивлялась, позволяя ему все, плавясь от его ненасытных взглядов и обжигающих поцелуев. Кир мягко помог ей сесть и, глядя в глаза, стянул маечку. Надя инстинктивно прикрыла грудь руками и нервно закусила губу. Он едва не взвыл, когда осознал, что для нее все в первый раз. Первое обнажение перед мужчиной, первые откровенные ласки, первая близость. Дальше у них будет миллион ночей и дней, но то, что случится сейчас, больше не повторится. А он должен сделать все, чтобы эта ночь запомнилась навсегда. – Дай мне увидеть тебя полностью… – хрипло произнес Кир и нервно сглотнул. Надежда дрожала от волнения, но все же опустила руки, открывая его взору небольшую, но упругую грудь с маленькими ярко‑розовыми сосочками. Кира затрясло, как в лихорадке, от желания прикоснуться, и он не стал отказывать себе в удовольствии. Уложив Надю на спину, осторожно дотронулся до соска, мягко обвел ореол пальцем и, как только образовалась твердая горошина, несильно сжал ее. Надя призывно застонала и выгнулась ему навстречу, открывая доступ и поощряя на продолжение. Его губы жадно терзали грудь Надежды, срывая все более громкие и восторженные стоны. Она горела в огне страсти и испепеляющего желания. Никогда прежде не испытывала ничего подобного и пока не понимала, как потушить это пламя. Хотелось, чтобы эта сладостная пытка поскорее закончилась и в то же время чтобы не кончалась никогда. Чтобы Кирилл вечно так целовал ее и ласкал, доводя до исступления. Вдоволь насладившись упругими полусферами, Кир спустился к животу, обрисовал языком пупок и остановился губами около границы трусиков. На дав Наде опомниться, потянул их вниз и, отбросив в сторону, запечатлел поцелуй на гладкой коже лобка. Она дернулась и резко свела ноги вместе. Кирилл лишь улыбнулся, уверенно развел их обратно и коснулся губами влажных горячих складок. – Нет, что ты… – Надежда задохнулась и попыталась вырваться, но он не позволил и продолжил нежное скольжение языком по самым чувственным точкам. Надя дрожала всем телом и пыталась вырваться, но недолго. Язык Кирилла творил что‑то невероятное, заставляя ее стонать от наслаждения, которое волнами расходилось по телу. Это было так сладко и одновременно стыдно, что дезориентировало в пространстве. Надежда уже ничего не понимала, лишь чувствовала, как удовольствие течет по венам, лишая воли. Кир ощутил, что она на грани, и отстранился. Сам держался из последних сил, но хотел сделать все наиболее лайтово. Надя судорожно выдохнула и непонимающе посмотрела ему в глаза. – Сейчас… Он быстро разделся и удобно устроился между ее бедер. Целовал жарко и требовательно, заставляя забывать обо всем, так что последние мысли вылетали из головы. Прижался горячей головкой к ее лону, растягивая и растирая влагу. Надежда ощутила дискомфорт, инстинктивно напряглась и уперлась ладонями в его грудь. – Нет, я не хочу. Отпусти меня, – испуганно зашептала она и заметалась под ним. – Трусишка. – Кирилл накрыл ее собой и выдохнул в ухо, разгоняя мурашки по всему телу. – Потерпи немного. – Кир, пожалуйста, – всхлипнула Надя, и судорожный стон сорвался с ее губ, когда его губы вновь начали свой беспощадный натиск. Вновь сдавалась без боя его власти. Он не хотел причинять ей дополнительную боль. Не обращая внимания на протесты, целовал Надежду и ласкал, пока не ощутил, что она полностью расслабилась и больше не сопротивляется. Замер на секунду, собираясь с силами и толкнулся вперед, прорываясь внутрь и заполняя собой. Надя вскрикнула, задрожала и начала вырываться. Слезы хлынули из глаз, а пальцы болезненно впились в плечи Кира. Он мужественно вытерпел и крепче прижал ее к себе, давая возможность привыкнуть и успокоиться. – Тише, моя маленькая, – шептал нежно, собирая губами капельки с ее щек. – Все самое страшное позади… – Больно… – всхлипнула Надежда. – Мне остановиться? – Нет. Конечно нет, – закачала она головой. Кирилл терпеливо ждал, пока она хоть немного оттает. Нежно целовал лицо и шею, постепенно расслабляя, и начал медленно двигаться под судорожные всхлипы. Каждое движение давалось с большим трудом. Долгое воздержание не способствовало терпению, но ради Нади он делал невозможное. Боль понемногу проходила, и Надежда расслаблялась в его искусных руках, начиная ощущать приятную волну, поднимающуюся откуда‑то из глубины. С каждым толчком ее накрывало все сильнее, потом мир разлетелся на тысячи разноцветных осколков, а в теле возникла необычайная легкость, как в невесомости. Кир тонко уловил ее ощущения и постарался продлить этот момент. насколько возможно, а затем сам отправился на вершину блаженства, задыхаясь ни с чем не сравнимыми эмоциями. Ни с одной женщиной он не испытывал подобного. Потому что и не любил никого, а тупо справлял потребности тела. – Люблю тебя, – прошептал Кирилл, крепко прижимая к себе вымотанную ласками Надежду. Нашел свое сокровище и был абсолютно счастлив. Теперь у него было все, чего можно только желать. – И я тебя очень‑очень люблю, – улыбнулась она и удобнее устроилась у него на груди. Чувствовала себя немного странно. Вроде ничего и не изменилось, а вроде и стало по‑другому. Надя превратилась из девушки в женщину, вот так, одним махом, но ни о чем не жалела. Кир был именно тем мужчиной, с кем она хотела пройти по жизни рука об руку.