Глава 15

— Макс, тебе краску оставлять? Мы почти всю израсходовали.

— Нет, — он коротко отмахнулся от друга, даже не взглянув на него.

Мы с Леркой сидели в сторонке от суеты и увлеченно болтали, но я не раз за сегодняшний вечер ловила на себе довольно странные взгляды Максима. Вот только понять не могу: он до сих пор злится или что с ним не так? Почему уже третий день ходит как в воду опущенный?

Мне думалось, что после благотворительного вечера в наших «отношениях» практически ничего не изменилось: он все так же шутил в разговоре со мной и искренне улыбался, словно ничего не произошло. Но последние несколько дней друг явно витает в облаках.

Уж не Айсберг ли приложил к этому руку?..

— Чего ты как пришибленный таращишься на Янкин рюкзак? Понравился? — Лерка хохотнула, но ее шутку оценили все, кроме Максима: парень после ее слов дернулся так, будто ему пощечину залепили, и тут же отвел глаза.

Он правда почти неотрывно смотрел на кучку наших рюкзаков, что валялись в сторонке, а мой как раз оказался сверху.

— Да так, задумался.

— Чего это он сегодня такой задумчивый, — Лера толкнула меня в плечо и, склонившись к ушку, прошептала с упреком: — только не говори, что ты его жестко отшила и теперь бедный Макс страдает от неразделенной любви.

Вот не хотела я смотреть на нее, но зачем-то повернула голову и встретилась с острым взглядом ее серых глаз. И поежилась, ощутив себя под ним как лягушка перед препарированием.

— Не отшивала я его, — проворчала, закатив глаза. — Самой интересно, что не так.

— Ну так иди и выясни.

Эта, прости господи, лучшая подружка нагло столкнула меня с шины, на которой мы обе сидели, и подтолкнула ближе к Максиму.

Надо отдать должное — реакция у парня на высшем уровне, в отличие от моей…

Из-за того, что Лерка грубо толкнула меня в спину, я едва с землей не поцеловалась. Макс вовремя схватил меня за руку и притянул на свободную около него шину, я же мысленно обругала вкрай обнаглевшую Леру.

Она, мило захлопав ресничками, тактично свалила, оставив нас с Максимом вдвоем, если так можно выразиться. Технически вокруг было полно народа, но мы с ним остались единственными, кто бездельничал.

Но что мне, блин, сказать? Неловкость зашкаливала между нами точно так же, как стрелка на спидометре при скорости.

— А помнишь, на том вечере ты…

— Макс, ты… — начали мы оба и сразу умолкли. — На том вечере неделю назад? Ты что, все еще обижен из-за этого?

— Да нет же, — он отмахнулся, но в глазах плескалось что-то очень странное, я не могла отгадать эту эмоцию. — Вы с двоюродной сестрой давно не ладите?

— Не понимаю, к чему этот вопрос? — Я сощурилась, и он сразу объяснился:

— Да просто у меня тоже есть двоюродный брат, но мы дружим с детства, вот и удивился, что между вами словно… вражда.

— Тю, — закатив глаза, выпалила с глубокой досадой в голосе: — мы не ладим, сколько я себя помню, так что забей. Ты же не из-за этого напряжен в последние дни?

Сказала чисто ради шутки, а Макс напрягся еще сильнее и снова зыркнул на мой рюкзак.

— Нет, — оторвав от него глаза, вновь посмотрел на меня. — Не заморачивайся, со мной все норм.

На этом наш странный разговор закончился, да и народ уже медленно расходился по домам.

Макс отошел попрощаться с другом, а я выцепила Лерку, чтобы мы нашли себе такси через приложение. И как назло, никто не хотел брать наш заказ.

— Капец, ну что за невезение, — заныла подруга и, оторвав взгляд от смартфона, вдруг уставилась куда-то за моей спиной. — Оу, кажется, Макс тебе под шумок что-то в рюкзак положил. Слушай, не зажимай подробности! Что между вами, а?

Она мечтательно вздохнула, наверняка уже представляя себе сюжет как из романтической истории, но что мне ей сказать, если у нас даже поцелуй не сросся? Как-то это все…

И что, черт возьми, Максим запихнул в мой рюкзак? Я обернулась как раз в тот момент, когда друг подошел и с широченной улыбкой протянул мне его.

— А что ты… ау-у-ч… — Лера, паразитка, больно ущипнула меня за руку, явно чтобы я не испортила «сюрприз» от Макса раньше времени.

— Подбросить? — Он указал в сторону своего байка, я тупо не успела отказаться:

— О, супер, а я попрошу Русика меня подвезти, он сегодня на машине.

Я и рта не успела раскрыть, как Лерки уже и след простыл. Зараза!

— Ей нужно сменить специальность на сваху, — проворчала себе под нос, пока тащилась за Максимом к байку.

Уж не знаю, услышал ли он мое ворчание, однако друг ухмыльнулся и протянул мне шлем.

Дорога для меня слилась в одно неразборчивое пятно, и я глазом не успела моргнуть, как мы уже остановились около особняка. Неуклюже спрыгнула и просто хотела вежливо распрощаться, но Макс тоже слез. Снял шлем, сразу убрал его на сиденье, а затем взглянул на меня со странной решительностью, от которой мурашки поползли по коже.

Чего это он задумал?

— Спасибо, что подвез, — начала было я, но…

Макс дерзко шагнул ближе и, прежде чем я успела бы отступить, схватил меня за запястье.

— Ян, я…

Так и не закончив, просто протянул ко мне вторую руку и скользнул по затылку ладонью, тут же зарываясь пальцами в волосы. Я даже опомниться не успела, как он уже наклонил ко мне голову и мгновенно накрыл мои губы своими, словно вся его робость резко испарилась, уступив место лихорадочному порыву.

Легкий, почти невесомый поцелуй быстро сменился на жадный и напористый, под которым я застыла столбом. Макс упрямо напирал, раздвигая губы языком, словно хотел что-то доказать себе или мне, неважно. Легкая дрожь прошлась по телу колючками, но сердце не отозвалось, лишь пульс подскочил от неожиданности.

И только я уперлась руками ему в грудь, чтобы оттолкнуть, как вдруг Макса оторвало от меня с какой-то чудовищной силой. Пришлось спешно проморгаться, чтобы разглядеть перед собой Артема. Его лицо исказилось от бешенства, а злость полыхала в глазах с такой силой, что он бы мог одним только взглядом поджечь Макса на месте.

Бережной вцепился в ворот его куртки и с пугающей легкостью отшвырнул в сторону байка, словно парень был легче пушинки. Максим пошатался, но чудом устоял на ногах.

Опомнившись от первичного шока, я бросилась к Айсбергу, ведь он уже вскинул кулак, чтобы ударить Макса.

Да он же рассыплется от одного удара…

— Прекрати! — цепко ухватилась за его руку и попыталась дернуть на себя, но где там! — С ума сошел⁈

Но, к счастью, Артему хватило ума не доводить ситуацию до драки:

— Если еще раз увижу тебя рядом с Яной, то ноги переломаю, — злость звенела в нем похлеще, чем прибор на радиацию. — Сел на свой драндулет и свалил с моих глаз, пока я себя еще контролирую.

Прорычал он так свирепо, что у меня аж кровь заледенела от страха. Не за себя, конечно же: Макс тупо может ни за что сейчас попасть под горячую руку.

Да что, блин, на душнилу нашло⁈ Ну, поцеловались разок, это что, преступление?

— А ты… — резко обернулся он, и его потемневший взгляд налетел на меня как цунами.

В нем бушевал такой жуткий шторм, что я инстинктивно попятилась, но Артем медленно надвигался на меня, пока не ворвался в личное пространство.

— Домой, живо! — проревел в лицо, ожидая покорности, но внутри будто предохранитель перегорел:

— Никуда я не пойду… — Психуя, я развернулась, чисто чтобы пойти в другую сторону, но Айсберг не собирался вести со мной «светские беседы».

Схватив меня под локоть, грубо дернул на себя, а в следующее мгновение поднял и дерзко перекинул через плечо, как невесомую куклу.

Я только и успела пронзительно взвизгнуть прежде, чем этот козел потащил меня к дому, будто мешок с картошкой тянет.

— Отпусти! — с отчаянием взревела и заколотила его кулаками по каменной спине, брыкая ногами в воздухе.

И что, он послушал меня? Да нифига!

— Придурок, поставь меня на землю!

— Зайдем в дом, тогда отпущу, — равнодушно отчеканил Айсберг, мертвой хваткой удерживая меня за бедра.

Не обращая внимания на вопли с яростными попытками вырваться, он занес меня в дом и грубо швырнул на диван.

Тошнота тут же подкатила к горлу, но я кое-как подавила в себе рвотные позывы. Голова пошла кругом от резкой смены положения, мне понадобилась долгая минута, прежде чем прийти в себя.

Воздух в гостиной искрил от напряжения, и Артем нависал надо мной, готовый обрушиться сверху в любой момент, как бетонная стена. Проморгавшись, заметила, что в потемневших глазах полыхала первобытная ярость, а грудная клетка тяжело вздымалась оттого, что он дышал урывками.

— Какого черта ты творишь? — в бешенстве проорал мне в лицо, так что аж желваки дернулись.

Тоже не сдержалась:

— Это я должна спросить, какого черта ты творишь, Артем⁈ В тебя что, бес вселился? Набросился на Макса как варвар и обругал зачем-то!