Глава 26

Пока одевалась, написала Максу, спросив, в какой больнице он лежит и как себя чувствует. Он ответил довольно быстро:

«Со мной все норм»

А следом прислал адрес частной больницы и номер палаты. Вот и хорошо! По дороге туда купила фруктов и сразу поспешила к другу. Больница встретила меня привычным запахом лекарств, а медсестра на посту вежливо подсказала, куда идти.

Палата была на втором этаже в конце коридора, и, как только я к ней подошла, вдруг замерла на месте, словно ноги вросли в линолеум.

— … и чем все могло обернуться в итоге!

Этот грубый, властный голос, пробирающий до кости… я бы узнала его из тысячи!

Неужели Айсберг ругает Макса за то, что он пригласил меня в клуб?

— Я понял, Артем Николаевич, — раздался в ответ хриплый и жутко уставший голос Макса. — Больше такого не повторится.

И что бы это значило, черт возьми⁈ Я перестала дышать и крепче сжала пакет в руке, уже собираясь войти, но Артем снова заговорил:

— Не забывай, что у нас была сделка, а ты все испортил!

Что? Какая сделка? Да к черту все, я не смогла заставить себя просто стоять на месте и подслушивать.

Сразу ворвалась в палату, и на меня мигом уставились две пары глаз, а я не знала, на ком сфокусироваться, поэтому выбрала Артема:

— Ничего не хочешь мне объяснить? Какая еще сделка⁈ Угрожал ему? Денег предлагал, чтобы Максим держался от меня подальше?

— Яна… — он тяжело вздохнул и потер пальцами переносицу, словно не знал, как оправдаться.

— Ян, ты все не так по… — начал было Макс, но Бережной одним взмахом руки заткнул его, ведь я бы все равно не поверила в эту наглую ложь.

— С тобой мы дома поговорим, — сухо бросил мне, после чего обернулся к Максиму: — А ты… сам знаешь, что нужно делать.

После Артем, не дав мне времени опомниться, схватил за руку и силком вытянул из палаты. Пока тащил прочь на буксире, я успела сунуть пакет с фруктами какой-то медсестричке, просто чтобы не нести его с собой обратно.

Опомнилась я лишь у его машины и сразу взбрыкнула, скрестив руки на груди.

— Я, вообще-то, пришла проведать друга!

— Я навестил его за тебя. С ним все в порядке.

Хоть и говорил грубо, но я уловила те самые ревнивые нотки, от которых на душе стало приятно до дрожи.

— Вот как, — хитро улыбнулась ему, пока позволив опустить тему некой сделки. — Ладно, поверю тебе на слово.

Артем тяжело выдохнул, но вместо грубых слов он вдруг шагнул ко мне вплотную и, скользнув рукой по талии, рывком притянул к себе, а в следующий миг прижал спиной к машине.

Он был так близко, что наше дыхание соединилось и все мысли испарились, чтобы я сосредоточилась только на одном человеке предо мной. Грубый, властный, но такой… притягательный, что нереально глаз отвести!

— Поверишь, значит? — переспросил он с хрипотцой, и я буквально задрожала от переполняющих меня нежных чувств. — Запомни, малышка: если твой мужчина сказал, что вопрос уже решен, значит, так оно и есть!

Сердце, и без того стучавшее через раз, замерло на мгновение, а затем забилось быстро-быстро, так что перед глазами поплыла картинка.

Не дав мне даже открыть рот для ответа, Артем склонился и жадно накрыл мои губы, словно за эти несколько часов разлуки изголодался по поцелуям.

Это был не легкий, успокаивающий поцелуй, Бережной целовал глубоко, голодно, но невероятно сладко, так что я утонула в этом море страсти. Бешеным напором любимый стирал все до последней мысли о Максиме из головы, доказывая, кому я теперь принадлежу.

Осознавая это, у меня судорожно подкосились колени, а остатки злости от услышанного ранее разговора мгновенно расплавились в горячем дурмане. Судорожно выдохнув в губы любимого, я инстинктивно вцепилась пальцами в лацканы его пиджака и ответила на поцелуй со всей пылкостью, забыв о том, что мы стоим посреди… больничной парковки.

Да разве могла я остановить безумие, что внезапно накрыло нас двоих?

Артем первым оторвался от моих губ, но лишь тогда, когда нам обоим катастрофически не хватало кислорода. Бережной тяжело сглотнул, смотря на мои явно припухшие губы, и с трепетом скользнул по нижней губе большим пальцем, отчего я зажмурилась на секунду.

— Садись в машину, моя маленькая слабость, — прошептал он мягко, обжигая кожу горячим дыханием, и сам открыл предо мной пассажирскую дверцу.

Артем подождал, пока я усядусь, и, закрыв за мной, тоже юркнул на место водителя. Он сразу вставил ключи в зажигание и завел двигатель, как вдруг напрягся, что-то увидев в зеркале заднего вида. Его скулы мгновенно заострились, а расслабленность испарилась без следа.

— Что там? — я обернулась, всматриваясь сквозь стекло.

Меня все еще мелко потряхивало от поцелуя, и взгляд был затуманен. Даже если бы я хотела там кого-то увидеть, то не смогла бы. Когда снова повернулась, любимый, пожав плечами, тронулся с места.

— Да так, одна крыса, считающая себя самой умной.

Хоть он и выразился туманно, но я поняла, что кто-то за нами следит, вот только зачем? Опять дядя? Видимо, никак не успокоится, пока не приберет к рукам акции папы…

Ну, это была лишь моя догадка, а там кто знает, вдруг у Артема и без того полно недоброжелателей?

И тут меня словно молнией пронзила догадка, которая раньше не приходила в голову. А вдруг тотальный контроль Бережного — это не маниакальное желание управлять мною, а отчаянная попытка защитить?

Пока он вел машину, я всмотрелась в его жесткий профиль и впервые взглянула на него иначе. Не как на тирана и самодура, а как на любящего, заботливого человека. Если мои догадки реально верны…

Ох и дура же ты, Яна… Как после этого смотреть Бережному в глаза⁈

Артем оставил меня в особняке, а сам снова уехал, пообещав, что вернется вечером и мы обязательно обо всем поговорим.

Но до самого вечера меня не отпускали мысли. Липкое предчувствие беды ворочалось под ребрами, как тяжелый камень, мешая мне нормально дышать.

С того самого момента, как я предположила, что Артем все это время защищал меня, в голове, не переставая, крутились пазлы, которые упорно не хотели складываться в нормальную картинку. Некая сделка между Максом и Артемом, та «крыса», что следила за нами, угрозы дяди на благотворительном вечере… все это пахло какой-то лютой катастрофой, в эпицентре которой я случайно оказалась.

Еще долго могла грызть себя изнутри, но наконец вернулся Артем, и я выскочила в коридор, чтобы лично встретить любимого. Стоило ему увидеть меня, как в глазах тут же вспыхнуло обволакивающее тепло, от которого у меня мурашки побежали по коже. Он мигом притянул меня к себе, жадно целуя в губы, но я сразу уперлась ему ладонями в грудь.

Так дело не пойдет! В этот раз он меня точно не отвлечет!

Бережной на мои действия иронично выгнул бровь и снова потянулся к губам, но…

— Ну уж нет, Артем, притормози, — я отстранилась, глядя ему в полыхающие страстью глаза. — Рассказывай, что за сделка у вас с Максимом? И только попробуй снова съехать с темы!

Артем тяжело вздохнул, явно понимая, что на этот раз не выйдет отмазаться. Стянул с себя пиджак и бросил его на пуфик, а следом ослабил галстук. Затем, крепко взяв меня за руку, потянул за собой в гостиную и плюхнулся на диван, а меня усадил сверху себе на колени. Я тут же прижалась к нему и обняла за шею, а любимый пристально всматривался мне в лицо и спустя мгновение заговорил:

— Твой дядя Валера устал ждать и решил действовать, — начал Артем, и от его ровного тона по коже пробежал неприятный холодок. — Он вышел на Максима и предложил ему помочь с погашением кредита, а взамен твой друг должен был подкинуть тебе микромаячок, чтобы Валерка всегда знал, где ты находишься.

Пока слушала, меня прошило ледяным потом от осознания горькой ситуации. Так вот зачем Максим крутился в тот день возле моего рюкзака… А мы с Леркой, наивные дурочки, подумали, что он мне любовную записку подкинул!

— Офигеть… да ну быть такого не может, — я прижала ладони к пылающим от гнева щекам, чувствуя, как моя твердая вера в дружбу дает огромную трещину. — И… что Макс? Он… согласился?

Меня уже мелко потряхивало, а любимый ласково погладил по спине, будто говоря таким образом, что все нормально и не о чем тут переживать.

— Изначально он правда подкинул тебе маячок, — Артем криво усмехнулся. — Но потом, видимо, совесть заела, и он пришел ко мне в офис с повинной. Весь трясся от страха, думая, что я ему голову за такие выходки оторву.

— И как ты его еще не побил… — мрачно проворчала я, прекрасно зная крутой нрав Артема.

Да он бы его закопал на месте за предательство…

— Очень хотел, — честно признался он, и его скулы напряглись. — Но потом подумал, что если наказать сопляка, то Валера найдет кого-то другого из твоего окружения. Например, твою подругу, или еще кого-то, кого я мог «упустить из вида». А так Радецкий все еще делает вид, что работает на Валерку, но на самом деле сливает всю инфу мне.

От горечи во рту пересохло, и я едва сглотнула.

Да это какой-то… дурной сон, не иначе! Мой мозг буквально отказывался переваривать эту фигню. Парень, которого я считала своим другом — наполовину предатель, а родной дядя — поехавший головой сталкер…

И если бы ко всему прочему выяснилось, что даже Лера замешана, я бы… просто разочаровалась в людях!