Глава 28

Утром, на «трезвую» голову, я не изменила своего решения насчет передачи прав своих акций Артему. Это не было импульсивностью под гнетом эмоций, я доверяла Айсбергу не меньше, чем в свое время папа.

Даже наоборот, намерение усилилось, когда спустилась к завтраку и случайно услышала разговор любимого с начальником безопасности — Олегом. Это он ранее в клубе позаботился о Максе и, как я успела понять, именно этот мужчина все время тайно следил за мной по поручению Бережного.

— После инцидента в клубе Валерий наверняка догадался, что мы водим его за нос, так что предыдущий план стоит пересмотреть. Максим нам, вероятно, больше не…

Олег запнулся, едва я вошла на кухню, а Артем просто махнул рукой:

— Говори свободно, у меня нет секретов. Тем более, все это напрямую связано с ее безопасностью. Пусть послушает.

Слушать было особо нечего: Олег уже и сам не знал, какой шаг предпримет мой дядя. Но предположил, что следующей в игру может вступить моя подруга, поэтому посоветовал мне быть бдительной.

Хоть я и хотела его гневно перебить, с пеной у рта доказывая преданность Леры, но вовремя прикусила язык. Все правильно — сейчас ни в чем нельзя быть уверенной на сто процентов.

Артем колебался с окончательным решением, ведь он тоже не мог знать, какой трюк следующим использует мой дядя. В итоге отпустил безопасника и, как только он ушел, я заговорила с твердостью:

— Давай я просто перепишу на тебя акции папы, и ты полноправно войдешь в совет директоров, тогда дяде придётся заткнуть свой поганый рот.

Я думала, это идеальное решение, которое удовлетворит всех, но Артем долго всматривался мне в лицо, при этом его лицо оставалось полностью непроницаемой маской.

В итоге он качнул головой и заговорил настолько ровно, что мне на миг стало не по себе:

— Я в любом случае обещал твоему отцу, что не дам его братьям разорить компанию прежде чем ты законно унаследуешь ее. Я тебе не говорил раньше, но сейчас скажу, чтобы ты была в курсе дел. Поскольку я твой опекун до двадцати пяти лет, то, соответственно, могу управлять холдингом Вити, имея на руках контрольный пакет акций. Сейчас на посту гендиректора сидит доверенное мне лицо и тщательно проверяет все, что проходит через производство.

Но в идеале это кресло должна будешь занять ты, как только тебе исполнится двадцать пять. И ни я, ни твои дяди туда не имеем права влезать. Все, что делает мой человек в холдинге, — это удерживает компанию на прибыльном уровне.

— Думаешь, я что-то смыслю в бизнесе? — с психом вскинула ладони, лишь бы донести до упрямца свою мысль. — Я буду первой, кто разорит папино дело, как только унаследую его, а вот ты…

— Хорошо, — рявкнул он, перебивая меня, — тогда мой человек и дальше будет управлять, но чтобы я больше не слышал от тебя глупостей по поводу акций. И неважно, я это или кто-то другой. Не забывай, что из-за этого твой отец лишился жизни.

Хлесткие слова вернули меня с небес, больно приземлив на землю. Бережной окончательно поставил точку, даже не дав мне шанса что-то еще сказать. На этом наш спор, если его можно так назвать, закончился.

Я думала, после этого Артем психанет и уедет на работу, но он не торопился оставлять меня одну. Наоборот, затащил с собой в кабинет и, усадив на диван, одарил страстным поцелуем прежде чем приступил к работе.

Мы так и зависали вдвоем: Бережной решал вопросы в телефонном и онлайн режиме, а я чатилась то с Лерой, то с Максом, постоянно украдкой поглядывая на любимого. Это было просто крышесносное зрелище видеть его таким серьезным и сосредоточенным.

Честно, залипать на Айсберга в его рабочей стихии оказалось тем, от чего невозможно оторваться. Вот он сидит за массивным столом, слегка нахмурив брови, и раздает указания своим подчиненным. И голос звучит настолько властно, что у меня по коже бегут волнительные мурашки.

Рукава рубашки он небрежно закатал до локтей, обнажив сильные руки с выступающими венами, а пальцами то и дело отбивал по столешнице какой-то напряженный ритм. Сейчас он мне виделся в новой роли: мощный, опасный и абсолютно непробиваемый.

И во всем этом был один маленький, сводящий с ума нюанс.

Стоило мне лишь слегка пошевелиться на диване, перекинуть ногу на ногу или тихо хмыкнуть над очередным забавным стикером от Леры, как суровый босс тут же отрывался от работы и сосредотачивался на мне. Я прямо кожей чувствовала, как его темный взгляд теплел, когда скользил по мне, окутывая такой нежностью, что сердце сбивалось с ритма, радостно кувыркаясь в районе горла.

Осознание того, что этот невероятно сильный, властный и опасный для всех остальных мужчина принадлежит только мне, кружило голову похлеще любого крепкого алкоголя.

Пока он смотрел на меня, я прятала лицо за экраном телефона, нервно покусывая губы, чтобы не расплыться в глупой улыбке, и просто плавилась изнутри от переполнявших меня эмоций. Похоже, я втрескалась в Артема настолько глубоко и безнадежно, что пути назад уже просто не существует.

Артем спал как убитый, мне же давно не спалось. Подперев щеку рукой, я с ленивой улыбкой наблюдала за безмятежным выражением на лице любимого.

— Какой же ты врунишка… — тихо проворчала под очередной храп Артема.

Мне некстати вспомнилось, как неделю назад он особо подчеркнул, что нам лучше спать в отдельных комнатах, потому что его часто мучает бессонница. А если и засыпает, то изводится от кошмаров. Ну, я помнила, что однажды он и правда завывал на весь этаж, потому что ему снился плохой сон, но…

Я все же капризно отстояла свое право спать с любимым в одной комнате и ни разу не пожалела! Прошла неделя, а бессонница у него была лишь раз, и то потому, что мы болтали до утра.

Не знаю, что стало причиной его кошмаров, но, похоже, они отступили, оставив после себя лишь горький след. Я не спрашивала причину их появления, просто ждала, что Артем сам расскажет, но он всегда избегал этой темы. Как и отмахивался от расспросов, откуда у него появились ожоги на руке. Конечно, мне до горечи не нравилось, что у Бережного от меня тайны, но что я могла с этим поделать?

Артем вдруг медленно заворочался, инстинктивно вскидывая руку и шаря ею по кровати, будто пытался найти меня даже сквозь сон. Стоило его пальцам прикоснуться ко мне, как он тут же сгреб меня в охапку, притягивая к своему горячему и твердому телу. Артем лениво приоткрыл один глаз и хмыкнул, увидев, что я беззастенчиво пялюсь на него.

— Чего не спишь, моя маленькая шпионка, — низко и волнительно хрипло произнес он, так что мурашки прокатились по позвоночнику.

— Любуюсь тобой, пока ты не нацепил на себя маску жестокого босса, — я игриво провела пальчиком по его обнаженной ключице, наслаждаясь этим моментом. — И вообще, знаешь ли ты, Артем Николаевич, какой бессовестный лгун?

— Я? — он притворно ахнул, словно я только что задела его нежные чувства.

— Ага. Куда подевалась твоя бессонница? Дрыхнешь уже который день без задних ног! Еще и храпишь!

Артем хрипло рассмеялся, и этот звук мгновенно согрел меня изнутри, стирая все тревожные мысли. Я потянулась к любимому рукой, но Артем перехватил ее и нежно поцеловал каждый пальчик, а затем плавно навис надо мной, полностью заслоняя собой, отчего сердце забилось в ускоренном ритме.

— Вообще, с тобой хрен уснешь, — промурлыкал мне прямо в губы, обдавая жарким дыханием. — Но, знаешь, спать с тобой в одной кровати оказалось лучше всякой терапии, так что я готов и дальше терпеть твои постоянные брыкания и попытки отвоевать одеяло, моя маленькая слабость.

Я растаяла от его слов, как мороженое на солнце, и вдруг решилась задать волнующие меня вопросы прямо в лоб:

— Но если без шуток, почему ты раньше не мог заснуть? А кошмары? Что тебе снится? Я помню, в тот раз ты во сне звал па…

Без предупреждения Артем заткнул меня поцелуем, мгновенно выбивая из головы все ненужные мысли. И я поддалась на жаркую провокацию, громко простонав ему в губы, ведь нереально сдержаться рядом с Артемом. Уже и сама охотно липла к нему, нагло скользя ногтями по его спине в ожидании утреннего секса, но…

Нашу страсть жестко остудил звонок мобильного Артема. Сначала Айсберг отмахнулся и продолжил жадно целовать, но айфон надрывался на тумбочке, вибрируя так настойчиво и противно, что у любимого сдали нервы. Он раздраженно рыкнул, нехотя отрываясь от моих губ, и с тяжелым вздохом потянулся за телефоном. Судя по тому, как бешено перекосило лицо Бережного, он собирался послать звонящего к чертям собачьим.

— Рус, лучше бы у тебя было что-то важное, — рявкнул в трубку, но уже через пару минут разговора его лицо закаменело, превращаясь в ледяную маску, которую я так сильно ненавидела.

Вглядываясь в мрачный вид любимого, я мигом напряглась, чувствуя, как теплая атмосфера вокруг падает до нуля, постепенно превращая комнату в лед.

Руслан — это его правая рука и зам, а значит, звонить так рано утром по пустякам он точно не будет… И хоть я не смогла разобрать слов, но паническая интонация мужчины так и кричала о настоящей катастрофе.

— Что значит — везде⁈ — голос Артема напоминал металлический скрежет, от которого у меня тошнотворно сжался желудок. — Как безопасники вообще проворонили этот слив⁈

Я осторожно приподнялась на локтях и с нарастающей внутри тревогой вглядывалась в потемневшие глаза любимого, пока он слушал, что говорит ему зам. С каждой секундой он все сильнее сжимал телефон в руке до побелевших от напряжения костяшек, так что казалось, скоро раздавит айфон от злости.