Глава 5

Наверное, стоило одеться перед тем, как выскочила из дома. Дикий холод пробирал аж до костей, заставляя съёжиться и обнять себя руками. Стуча зубами и про себя поскуливая, Лиза искала хоть какое-то заведение, где можно согреться и выпить чашку горячего чая. На худой конец магазин, где не так зверски холодно…

Но как назло все ближайшие заведения были закрыты, а до торгового центра идти ещё минут пять. Метель больно била по лицу, а ветер срывал с головы капюшон толстовки. Гадство какое, так и воспаление лёгких схватить недолго. Но о возвращении домой даже не думала. По крайней мере пока… Пока там Илья.

И снова тошнит от одной мысли о поцелуе, которого она не хотела. Мерзко. Нет, не Илья мерзкий. От себя мерзко. Потому что он сын Андрея! Сын! Даже не знакомый, не друг, не брат. Сын. Он не должен чувствовать к Лизе… Да ничего не должен чувствовать! Это неправильно.

Наконец добралась до торгового центра, направилась в ближайшую кафешку. Тело все ещё трясло, но уже не от холода, а от отходняка. Мороз никак не хотел выходить из костей, будто поселился там навеки. Как и прегадкое чувство, что она совершила что-то страшное и непоправимое. Что-то, что может испортить всю жизнь. От чего не сможет никогда отмыться.

Или она просто слишком бурно отреагировала на мальчишескую глупость? Илья был пьян, ещё и по голове получил. Вот и учудил. Но это же чепуха. Они же даже не поцеловались. Просто соприкоснулись губами. И не по Лизиной инициативе, кстати говоря.

Но всё равно было паршиво. Ещё ссора с Андреем эта дурацкая… Теперь про Илью Лиза сказать ему точно не сможет. Он же не поверит, что это случайность. Подумает, Лиза так отомстить решила. Да и Илье достанется…

Начала отходить. Как морально, так и физически. Чай, принесённый улыбчивой, пожилой женщиной мгновенно согрел желудок, а потом и всё тело. Щеки начали гореть, наступило расслабление.

– Ну что, милая, согрелась? – участливо спросила добрая женщина и Лиза благодарно улыбнулась.

– Спасибо, вы меня спасли. Ещё немного и окоченела бы.

Женщина смахнула с соседнего столика невидимые крошки, подошла ближе.

– А что же ты, девочка, в такую погоду раздетая совсем?

– Да я… подругу ждала. У подъезда. А ключи дома забыла. Дверь захлопнулась и вот, – хорошо, что перед ней не Вербин. Тому подобной лапши не навешать.

– А я тебя знаю. Ты в той высотке живёшь, да? Видела тебя несколько раз.

Лиза действительно забегала в этот торговый центр за подарками Сашке. Интересно, и много людей её так узнаёт? Нехорошо… А женщина, будто почувствовав её напряжение, отмахнулась.

– Да ты меня не бойся, милая. Я просто наблюдательная очень. Целыми днями здесь торчу, посетителей практически нет, вот и смотрю на людей.

Лизу это утешило мало. Наблюдательная женщина могла и новости посмотреть год назад. И Лизу могла запомнить. Могла также знать, что она в розыске. Но седовласая женщина казалась очень доброжелательной, да и за телефон не хваталась. Лиза решила не привлекать внимание скорым бегством и допить чай.

– А вы, значит, здесь работаете? – поддержала беседу из чувства вежливости, а женщине, похоже, только того и надо было.

– Да вот, как видишь…, просиживаю дни, можно сказать. Но что ещё делать на пенсии? Люблю сладкое печь, угощаю редких посетителей, вроде тебя. Погоди-ка, милая, сейчас принесу тебе клубничный чизкейк.

А Лиза вдруг спохватилась, начала шарить по карманам. Обнаружилось, что забыла не только одеться, но и деньги. Ох, как неудобно…

– Ой, подождите! Я, кажется, забыла кошелёк. Эээ… А можно я вам за чай чуть позже верну? Вот только домой сбегаю…

– Во-первых, меня тётей Таней можешь называть. А во-вторых, никаких денег не нужно. Считай это угощением. Хорошо?

Тётя Таня вернулась через минуту с невероятно красиво оформленным чизкейком. Лиза не сомневалась, на вкус он ничем не хуже.

– Давай, милая. Угощайся.

– Спасибо. Меня, кстати, Л…Наташей зовут.

Женщина кивнула, присела напротив, с умилением наблюдая за гостьей. А та, не теряя времени, отломила вилкой первый кусочек и положила его в рот.

– Ну, как?

– Ужасно вкушно! – прошепелявила с набитым ртом и засмеялась. Как же, оказывается, приятно общаться с кем-то, кроме угрюмого, злобного Вербина.

– Ну вот и хорошо. А то стоят мои сладости на витрине, засыхают. Никому не нужные, – в голосе тёти Тани проскользнула грусть.

– А почему нет посетителей? – обернулась на пустые столики. В торговом центре обычно много народу, странно, что здесь никого нет.

– Да пришли тут как-то из полиции. Денег хотели. Им сейчас все платят. Как же это называется… «Крыша», во! А я отказалась. Сказала им, что полиция нынче хуже бандитов девяностых. Да и платить, честно говоря, нечем. С трудом набираю на аренду помещения. Вот и начались проблемы. Проверки разные, нервотрёпки. Эти кровопийцы стабильно раз в неделю закрывают моё кафе дня на два-три. Посетителей и до этого не много было, а теперь и вовсе… – тётя Таня вздохнула, а мне стало её жаль. Что взять с бедной женщины? У неё, быть может, кроме этого маленького кафе ничего больше и нет.

– А семья ваша? Помочь совсем некому? – спросила осторожно, перестав от волнения жевать.

– Я одна живу. Дочка есть, но с ней много лет не общаемся. Поругались как-то сильно, она из дома ушла. С тех пор ни разу не виделись. Я хотела найти, помириться, даже номер телефонный у её подруги взяла. А она меня матом послала и трубку бросила. От той же подруги знаю, что внук у меня есть. Но ни разу в жизни его не видела.

Лиза даже рот открыла от удивления. Как можно так пренебрегать своей семьёй?! Тем более мамой. Мама – это же… Это мама. Какой бы она ни была и какую ошибку не совершила бы. Нельзя так с мамой. Лиза бы всё отдала, чтобы свою вернуть.

– Мне очень жаль. Но… Может помиритесь ещё?

Тётя Таня тепло улыбнулась, мягко накрыла руку Лизы своей.

– Хорошая ты девочка, Наташенька. Заходи ко мне почаще, а?

Лиза хотела было ответить, что совсем не против, но тётя Таня вдруг выровнялась, поднялась со стула.

– Добрый день, – вежливо поздоровалась с новым посетителем и Лиза обернулась назад. Улыбка тут же стёрлась с лица, а сердце пустилось вскачь галопом.

Андрей. Он стоял у входа, сунув руки в карманы брюк и, поигрывая челюстями, смотрел на Лизу.

– Это за мной, – быстро поднялась, пока он не начал греметь. – Спасибо вам за гостеприимство, тёть Тань.

Вербин отошёл в сторону, пропуская Лизу наружу и, мазнув по женщине беспристрастным взглядом, пошёл следом.

– Дома чай закончился? – остановившись у машины, развернул её к себе лицом, впиваясь пальцами в локоть.

Поморщилась.

– Я просто вышла прогуляться, – в хаотичном танце плясали пугающие мысли, но оправдываться Лиза не собиралась. Пусть его сын оправдания себе ищет. Она ни в чём не виновата.

– В таком виде? – кивнул на её нехитрый домашний прикид – джинсы да футболка с длинным рукавом. Не для февраля одёжка…

Но раз он спрашивает, значит, ничего не знает? Получается, Илья ничего ему не говорил?

– А ты мимо кафе проходил, да? – ответила с издёвкой. Как там говорят? Лучший способ защиты – нападение?

– Нет, Лиза. Я за тобой приехал, – он склонил голову, зачем-то вглядываясь в её лицо. – За тобой наблюдает мой человек. Он мне и сказал, где ты.

Ах, ну да. Как она могла забыть?

– Ты совсем уже помешался на своём контроле, – покачала головой, отводя взгляд в сторону. Что ж, он хотя бы не знает об Илье. Интересно, тот успел сбежать?

– Что с тобой происходит, Лиз? – поймал её пальцами за подбородок, заставляя смотреть ему в глаза. – Ты ведёшь себя как ребёнок. Ещё и сама хочешь стать матерью, – уколол. Больно так, обидно. Чтоб наверняка. Чтоб сама признала, что не нужны им дети. Жестокий он всё-таки.

– Больше не хочу. Передумала, – улыбнулась ему через силу, практически насильно растягивая губы. На улыбку мало было похоже. Скорее на гримасу боли.

– Поехали, – бросил ей резко, распахивая пассажирскую дверь и буквально запихивая Лизу внутрь.

Несколько минут ехали в абсолютной тишине. А когда Андрей свернул во двор, припарковался и заглушил мотор, Лиза дёрнула ручку двери, собираясь выйти. Вербин не шелохнулся.

– Ты не идёшь? – взглянула на него.

Он повернулся всем корпусом, упёрся рукой в её подголовник.

– Что произошло между вами с Ильёй?