Глава 16

Огнев выходит покурить, а я собираю эти невероятно вкусные конфеты с пола вместе с осколками стекла битой чашки. Я все убираю, хотя мужчина ни слова об этом мне сказал и не заставлял. Я сама этого хочу. Мне впервые в жизни стыдно, что я себя так повела.

Из кабинета меня никто не прогоняет, и он не кажется больше мне таким страшным. Вполне себе комфортный, и еще тут тепло. Остаток ночи я лежу на диване, пока Олег Игоревич сидит рядом за столом и что-то пишет в бумагах.

Я все боюсь, что он снова запрет меня в той холодной камере, но майор почему-то этого не делает. Когда просыпаюсь утром, вижу Олега Игоревича, который снова надевает на себя все это обмундирование с оружием.

— У вас вызов?

— Не твое дело. Свободна пока. Вечером приходи.

— Хорошо. Я приду.

Поднимаюсь с дивана и вспоминаю, что моя футболка все так же разорвана на груди. Немного видно лямку лифчика. Как я в таком виде домой-то поеду…

— Пиджак мой можешь взять. Потом вернешь.

— Ага. Спасибо.

Быстро хватаю его огромный пиджак и закутываюсь в него, мгновенно согреваясь.

Как мышка выскальзываю из кабинета мужчины и уже через полчаса попадаю домой. Едва дойдя до квартиры, опускаюсь на корточки и прислоняюсь головой к стене.

В последнее время проблемы так и липнут ко мне как банный лист…

Прислушиваюсь к звукам. Вроде тихо сегодня. Отлично!

Быстренько прошмыгиваю к себе в комнату и закрываюсь. Я давно так делаю. С того самого дня, как мамы не стало. Мне так спокойнее, хотя и это не всегда помогает.

Переведя дух, выхожу и быстренько принимаю душ, вымываю волосы. Становится намного лучше.

Переодевшись в обычную домашнюю одежду, шлепаю на кухню, где делаю себе плотный завтрак. Надо бы хоть раз в день нормально есть, не то совсем окоченею.

— О, а вот и шалава наша явилась!

Поджимаю губы. Черт, Колька, отчим! Его же вроде не было.

— Я не шалава! Отвали.

Молча наливаю себе чай, когда чувствую цепкие руки на своей талии. Сжимают больно. Как всегда.

— Ты как с отцом разговариваешь? Всю ночь шлялась не пойми где, а теперь так просто домой заявляешься⁈

— Ты мне не отец! Не подходи, не то в ментовку заявлю на тебя, понял?

Ставлю чашку на столешницу и отхожу от него, но отчим преграждает дорогу. Он нависает надо мной, как стена. Сердце учащает ритм.

— Че ты сказала? А ну, иди сюда!

Жесткий захват за волосы заставляет вскрикнуть, а прямой удар в живот согнуться пополам. Отчим быстро заваливает меня на пол, и я чувствую несколько глухих ударов обувью по ребрам, после которых жадно хватаю ртом воздух и начинаю кашлять.

— Еще раз вякнешь что-то про ментов, убью! Тварь неблагодарная, такая же, как и мать, дура. Научись уважать старших, мразь. Я кормлю тебя. Ты в хате моей живешь! Ты никто! Никто в этом мире, и не думай, что ты кому-то можешь быть нужна!

Судорожно хватаю ртом воздух, загибаясь от боли. Черт… Только не снова. Я ведь только отошла, и, что самое хреновое, отчим прав. Он прав как никогда. Я никто. Я никому не нужна.

Колька уходит, забрав мой чай, а я поднимаюсь и кое-как дохожу до своей комнаты, закрываюсь изнутри. Доползаю до кровати и просто падаю на нее. Плакать не могу, из груди только всхлипы вырываются.

Больно… Как же сильно ребра болят! Черт. Надо было молчать про ментов. Не получила бы снова. Дура! Я сама виновата. Точно сама. Никому нельзя говорить о том, что Колька бьет меня, а то он меня так отлупит, как мамку мою, и тогда уже все. Венки можно заказывать, а я жить хочу. Очень хочу.

Я просыпаюсь, когда на улице уже снова светло, и только сейчас меня как током прошибает. Боже, я проспала! Я же должна была вчера в восемь прийти на площадь к Огневу. Он точно там был и ждал меня, я уверена.

Проклятье. Проклятье!

Бросаю взгляд на окно. Блин… сколько времени? Похоже, полдень уже. Чего я так отключилась? Тело сильно болело, и ребра особенно. Колька в этот раз постарался. Думала, что спину мне сломает, но вроде нет. Могу двигаться. Твою ж…

Поднявшись на кровати, чувствую, что ребра еще очень болят, но уже не так адски сильно, как вчера. К черту. Заживет. Как обычно.

Открыв замки, выглядываю в коридор. Нет его сегодня. Хорошо. Быстро привожу себя в порядок, хватаю пару бутербродов и, доедая их по дороге, несусь в отдел.

Я встречаю Огнева у машины и едва успеваю его догнать, прежде чем он уедет из отдела.

— Олег Игоревич, подождите!

Мужчина останавливается в последний момент и бросает взгляд на меня.

— Чего тебе, Калинина?

— Это… я не смогла прийти вчера. Давайте сегодня.

— У нас тут не рынок, чтоб торговаться. Ты не пришла, сделка аннулирована.

Он обходит меня, идет к машине, а я в последний миг за руку его хватаю, чувствуя теплые грубые пальцы.

— Пожалуйста! Ну не надо! У меня была причина. Честно.

— Твой лимит доверия исчерпан, лиса. Свой шанс ты проебала.

Мужчина резко вырывает свою руку из моих ладоней, а я чувствую боль. Душа как будто ломается. На осколки крошится. Он мне не верит. Совсем.

— Пожалуйста… я правда не могла. Олег Игоревич, ну, поверьте мне!

Слезы стекают по щекам. Мне так обидно в этот момент, до боли прямо. Я не могу ему сказать, что меня вчера так избили, что встать не могла, да и синяки свои тоже показывать будет не к месту. Я просто хочу, чтобы мужчина мне поверил. Один раз. Пожалуйста.

— Через пару недель придет повестка в суд. Жди.

Он открывает дверь, и в салоне я замечаю женщину на переднем сиденье. Красивая. Роскошная блондинка. Красиво одета и накрашена. Он с ней едет. Вместе.

Понимание приходит мгновенно. Это же… женщина его. Ему не до меня.

— А эту шалаву вы не считаете никем, как меня? Она для вас достаточно хороша? Ее не надо сажать в тюрьму?

Вижу, как ходят желваки на скулах майора.

— Закрой рот. Это не твое дело.

— Ха! Конечно, не мое! Куда уж мне до вас! Я же глупая оборванка, я же «это», даже не человек, а так… моль надоедливая. Я думала, что вы другой, поймете меня, а вы… Да чтоб вы все сдохли тут, менты поганые! — кричу, чувствуя, как подступают к глазам слезы, но мне плевать уже, что он скажет.

Резко разворачиваюсь и просто позорно сбегаю от Огнева. Он не понял меня, не поверил и не захотел понимать.

Ох, как же мне больно и обидно! Слезы капают из глаз, хотя я вообще не плакса ни разу. Я терплю обычно, но тут уже не могу просто сдерживаться.

Олег Игоревич вон, оказывается, каких любит, хоть я и не сомневалась особо. Женщин красивых, нарядных, в дорогой одежде, которой у меня и близко нет. И косметики такой тоже, обуви, цацек, манер и воспитания — да всего!

Ох, лучше бы Олег Игоревич ударил меня, чем так обошелся. Ненавижу. Ненавижу его и еще… сильно, просто до дикости ревную!

* * *

Чисто на адреналине я добегаю домой пешком и даже не чувствую боли в теле, однако весь следующий день даже встать не могу. Куда ни дотронься на боку и спине, больно. Сука, отчим постарался в этот раз, но раскисать я не намерена. Это далеко не первый раз случается, когда он меня бьет. Жестоко, больно, наотмашь. Раньше выкарабкивалась — и сейчас тоже. Выживу.

Злость на Огнева мне не дает опустить руки. Я знаю, почему он тогда не захотел целовать меня. Ему было просто противно целовать такую оборванку, как я. Конечно, я ведь была не накрашена и одета черт-те как. Точно не таким образом, как эта его роскошная блондинка, ну и пусть!

Если Олегу Игоревичу не нравлюсь, другим понравлюсь. К черту!

Через пару дней мне становится чуть лучше, и я уже могу ходить без стонов от боли в боку. В этот же вечер я достаю из шкафа юбку и блузку, которые мне как-то подруга отдала. Я берегла эти вещи для особого случая, и, похоже, этот случай настал. Я тоже хочу нравиться. И если не ему, то другим.

Одевшись, смотрюсь в зеркало. У меня красивая фигура. Даже очень! Худенькие ноги и тонкая талия, аккуратная грудь, попа небольшая, но есть.

Хватаю косметичку. Она полупустая, но и того, что есть, мне хватает, чтобы накраситься. Я подвожу черным карандашом глаза и крашу ресницы, брови не трогаю, они и так густые у меня. На губы блеск розовый наношу. Мне его подружка отдала как ненужный, а мне он очень даже нравится.

Расчесываю свои длинные рыжие волосы. Они волнами спадают на плечи и переливаются на свету. Красиво. Я не хочу больше быть серой мышью и не буду! Не собираюсь даже.

Уже через час я оказываюсь в одном из местных клубов. Благо для девушек сюда вход бесплатный, поэтому меня сразу пропускают.

Отлично. Клуб находится в одном из подвалов под магазинами. Я здесь впервые, но, судя по слухам, тут просто зашибенно.

Если честно, я не знаю, зачем приперлась сюда. Просто себя показать. Потанцевать и почувствовать себя хоть раз человеком.

В динамиках орет громкая музыка, и я вижу, как битком набитый клуб прыгает и отрывается под нее. Уже через миг вливаюсь в эту толпу, закрываю глаза и так же, как и они, начинаю прыгать, забыв о проблемах.

Сейчас просто хочу кайфовать. Не хочу думать ни про Огнева, ни про то, как он действует на меня. Неправильно, запретно и до боли желанно. Если я никто для него — ну и пусть, ладно! Я уже привыкла быть никем для всех. Просто тенью, никому не нужной проблемой.

Не знаю, сколько времени я так танцую, но совсем скоро у меня начинают жутко болеть спина и ребра, а во рту дико пересыхает. Я тащусь к барной стойке и залезаю на стул передохнуть.

— Что ты будешь пить, красотка?

Оборачиваюсь и вижу рядом с собой высокого мужика. Одет в серый костюм. На руке поблескивают золотой перстень и увесистый такой браслет. Его кожа смуглая, а взгляд открытый, прямой. Симпатичный вроде.

— А ты типа угощаешь?

— Конечно, да. Для такой красавицы, как ты, ничего не жалко. Что тебе заказать?

Пожимаю плечами. Кажется, я все же могу нравиться людям.

— Колу.

— Араш, колу девушке.

Уже через миг мне подают огромный стакан колы с пузырьками, половину которого я тут же выпиваю. Божечки, как же вкусно! Сто лет колу не пила.

— Как тебя зовут, милая?

Смотрю на этого мужика. Я ему реально понравилась? Так просто?

— Василиса. А тебя?

— А как ты хочешь, чтобы меня звали?

— Не знаю, мне все равно.

Бросаю взгляд на этого чудика. Он сидит рядом и поглядывает на меня с полуулыбкой, а я смотрю на свой стакан с колой, который почему-то начинает ходить кругами перед моими глазами.

Стойте… вроде же только что предо мной стоял один стакан. Почему теперь их стало четыре…