Глава 28

Я пытаюсь поверить в то, что натворила, но каждая моя клетка противится этому. Теперь я уже не сбегу и не отмоюсь. Я убийца, настоящая преступница и буду отвечать за все, что сделала.

Если честно, я плохо помню последние события. Так, обрывками только. Вспоминаю только, как Олег Игоревич приехал ко мне домой. Кажется, он что-то говорил и смотрел так… как на убийцу. Мужчина вытащил меня из квартиры и усадил в машину. Держал меня под руку. Вел за собой, так как я вообще не понимала, что происходит. Голова просто как в тумане была.

Потом помню, что приходила врач и долго осматривала меня, в глаза фонарем своим все светила, что мне не понравилось, а потом был первый допрос. С ним. С мужчиной, при взгляде на которого мое сердце каждый раз начинало стучать быстрее.

Олег Игоревич задавал вопросы, а я отвечала. Честно все как было рассказывала, понимая, что уже все равно ничего не изменится. Хотите правду — вот она, правда. Такая, как есть. Без прикрас, где я стала убийцей, хоть и не хотела этого.

Огнев выходит, и меня вскоре переводят в камеру. Одиночную, где есть только твердая лавка, столик и малюсенькое окно.

Насколько я поняла, я здесь временно, пока меня не переведут уже на постоянку куда-то дальше, или что. Я не знаю, как это все происходит, но думаю, что выучу. Пора бы уже давно выучить, но теперь-то уж точно все нагоню. Я стану зечкой, или как их называют. Господи.

Я сижу в этой камере одна до самого вечера. За дверью сначала доносятся звуки шагов из отдела, но под конец дня все стихает.

Обхватываю себя руками. На дворе октябрь. Мне холодно, а я в одном только длинном свитере да шортах, в которых ходила дома. Хорошо, хоть обувь есть, но я не помню даже, как обувалась. Все было словно в тумане.

Когда из-за двери доносится шорох, тут же вскакиваю и жмусь к стене. Я никому тут не доверяю.

Звенят ключи, и дверь приоткрывается, а в ней Огнев стоит. Заходит молча. В руке какой-то пакет, который он бросает на маленький стол.

Он ко мне пришел? Зачем? Я не понимаю.

— Тебя не тошнило?

Пожимаю плечами.

— А вам-то что?

— Я задал вопрос.

— Немного, — отвечаю честно. Меня и правда чуть тошнило. Вижу, как напрягается его спина, и немного пячусь назад от мужчины. Зачем он пришел? Что сделает?

Олег Игоревич достает из пакета плед и бросает его мне.

— Держи.

Теплая мягкая ткань, приятная. Я тут же набрасываю этот плед себе на плечи и согреваюсь.

— Спасибо.

— В пакете еще теплая одежда и расческа. На. Поешь.

Он достает какой-то бокс, из которого вынимает бутерброды и отдельно небольшой термос.

Я же смотрю на все это и не понимаю.

— Вы камеру не перепутали? Зачем это все?

Огнев садится спиной ко мне и закуривает.

— Не перепутал. Поешь. До суда ты должна еще дожить.

Молча подхожу и беру эту еду. Бутерброды с колбасой и сыром. Нарезаны грубо. Такими большими кусками. Похоже, он сам эту колбасу рубил. Улыбаюсь невольно. Мне еще никогда никто бутерброды не готовил.

Беру один и откусываю. Рот мгновенно наполняется слюной, и я вспоминаю, что до дикости голодная.

Уминаю этот бутерброд за секунду и тут же хватаю второй, но ловлю взгляд мужчины. Кладу его обратно.

— Бери. Тебе же принес.

— Спасибо.

Съедаю и второй бутерброд. Чаем очень сладким запиваю. Черным.

— Вы запомнили?

— Что?

— Что я кофе не люблю.

— Ты тогда так от кофе плевалась, что не запомнить бы не смог.

Улыбаюсь, и в тот же час плакать хочется. Почему все так? Вот почему?

Закончив с едой, поднимаюсь, но сильное головокружение пошатывает меня. Голова еще болит после удара. Сильно.

— Ой…

Резко назад отшатываюсь, но сильные руки не дают упасть. Мужчина быстро подходит ко мне и придерживает за талию, не давая свалиться на пол.

— Врача вызвать?

— Нет. Все нормально. Такое было уже. Пройдет.

Оказавшись в крепких мужских руках, вырываться не хочется. Вздрагиваю, когда Олег Игоревич волосы мои отодвигает и костяшкой руки проходится прямо по синяку.

— Не надо. Не смотрите туда.

Отворачиваюсь. Стыдно мне синяками своими сверкать, но сильные пальцы перехватывают лицо, заставляя посмотреть в глаза.

— Мне плевать на твои синяки, лисичка. Насрать на них.

Я даже опомниться не успеваю, когда мужчина наклоняется и накрывает мои губы поцелуем. Таким… нежным, от которого у меня к глазам подступают слезы.

Больно, невыносимо больно внутри, но на поцелуй я тут же отвечаю. Поднимаю руки и обхватываю мужчину за плечи, на носочки встаю, лишь бы дотянуться до него.

Его губы горячие, мягкие, приятные, но этого мало. Все мое тело к нему льнет. Сама не знаю почему. Не могу просто иначе. В голове туман, но он мне нужен сейчас. Как лекарство, как чистый воздух.

Чувствую, что мои щеки мокрыми становятся, и мужчина прекращает поцелуй. Смотрит на меня строго и серьезно. Как всегда.

— Я остановлюсь, если ты не хочешь.

Быстро слезы свои вытираю и мотаю головой.

— Ни за что! Только не сейчас.

Мужчина рычит и подхватывает меня под попу. Сдирает с меня шорты вместе с трусами и, взяв этот самый плед, расстилает его на столе. Меня усаживает на него и широко разводит мне ноги.

Дыхание учащается, и я невольно впиваюсь в руку Огнева.

— Будет больно опять?

Мужчина долго смотрит на меня, но после качает головой.

— Нет. Не будет.

Его рука накрывает мой живот, и я чувствую, как каждая клетка отзывается этому движению горячим возбуждением.

— Прошлый раз было грубо для тебя, хочу исправить ошибку. Расслабься.

Замираю, когда мужчина опускается вниз и закидывает мои ноги прямо себе на плечи.

— Олег Игоревич…

Сердце отбивает чечетку. Что он делает?

— Тихо, девочка. Поздно убегать.

Костяшкой руки майор проводит прямо по моей промежности, и я дрожу. От трепета и возбуждения, от его близости и мужественности, которая бьет через край.

Приоткрываю губы и хватаю воздух. Что он…

— Ах!

Крупно дергаюсь, когда мужчина наклоняется и проводит языком прямо там! По моей промежности. Так развязно и одновременно с этим запретно ласкает, увлажняя мои складочки, что я невольно обхватываю его крепче.

После этого Олег Игоревич поднимает на меня потемневший взгляд и, видя, что я замерла в ожидании, опасно улыбается.

— Вот ты и попалась, лисичка.

Смотря прямо на меня, он опускает голову и снова проводит языком по промежности, провоцируя у меня волну жара во всем теле. После опускает взгляд и начинает делать что-то такое языком и губами, отчего мое тело буквально подкидывает от разряда тока.

Наверное, я бы уже сто раз упала со стола, если бы майор в это время намертво не держал меня руками за бедра.

Он чертовски силен, а я слабая. Шансов нет никаких, да и, если честно, убегать мне не хочется. Мне до дикости приятно то, что делает со мной этот взрослый и опытный мужчина.

Сначала он ласкал мои складочки языком, а после нашел мою самую чувствительную точку и начал ее посасывать, ритмично бить по ней языком так запретно и остро, что совсем скоро я просто взорвалась и изогнулась в судороге.

По телу тут же прошелся заряд тока, и я ощутила, что мне приятно. Невероятно просто.

Перед глазами замелькали мушки, а по спине пробежались мурашки.

— Господи… что это?

Мужчина поднялся и ладонью вытер свою слюну вместе с моей влагой. Он как-то опасно улыбнулся, и я вспылила:

— Эй, чего вы смеетесь⁈

— Ничего. Ты такая неопытная, хоть и хочешь ею казаться. Это оргазм был. Нормально все с тобой.

Когда Огнев выпрямился, я увидела, что из его штанов отчетливо выпирает член, и мой рот почему-то наполнился слюной.

Поднявшись на столе, я встала на ноги и осторожно потянулась рукой к нему. Дрожащими пальцами прикоснулась к заметно выпирающему бугру его возбуждения.

— Не играй с огнем, лисичка.

Улыбнулась.

— Я же говорила уже, что люблю опасность, товарищ майор.

Я стою и бесцеремонно касаюсь мужчины пальчиками сквозь штаны, однако длится это недолго. Уже в следующий миг Огнев подхватывает меня за талию и с легкостью снова усаживает на стол.

Удерживая меня за шею, майор одной рукой ловко расстегивает ремень и брюки, а после достает оттуда уже явно возбужденный орган.

— Прости, лисичка, ждать я больше не могу.

Мужчина подсаживает меня ближе к себе, приставляет головку члена к моим половым губам и размазывает по ним мою же влагу.

От предвкушения и ожидания этой сладкой пытки я вся дрожу. Я хочу этого сейчас, и мне плевать, что я заключенная, а он мент, который меня же и посадит. Я хочу его. Хочу этого мужчину почувствовать в себе.

Вскрикиваю, когда Огнев направляет в меня свой горячий твердый член и толкается вперед бедрами. Все мое тело при этом напрягается. Особенно там. Внизу. Я чувствую, как его орган проталкивается в меня все глубже и в итоге заполняет до предела.

Господи. Это так… я даже двигаться не могу. Он большой. Невероятно.

— Нормально?

— Да.

Киваю, чувствуя небольшое жжение и просто-таки предельное растяжение и наполненность.

— Можешь врать где угодно, но только не подо мной. Я знаю свои размеры, поэтому не притворяйся. Если больно, лучше скажи, я сбавлю обороты.

— Хорошо. Я скажу…. скажу, если будет очень больно.

— Умница.

Олег Игоревич наклоняется и целует меня в ушко, а я впиваюсь в его плечи, расстегиваю верхние пуговицы рубашки и касаюсь пальцами горячей волосатой груди.

Кайф и возбуждение, тепло, нежность, страсть. Он так меня заводит, так сильно нравится мне. Этот взрослый мужчина как спичку меня распаляет.

Майор рычит, после чего начинает медленно двигаться во мне, одновременно с этим прикладывая два пальца к клитору и начиная его массировать.

— Расслабься. Прими его.

Царапаю его грудь и широкую спину, ощущая невероятную наполненность, но в какой-то момент ритмичные движения мужчины провоцируют у меня прилив нового возбуждения, и я снова завожусь.

Внизу становится очень мокро, и теперь я чувствую, что мне нравится. Я привыкла к его размеру, и, боже, мне так хорошо! Приятно. До чертиков приятно, когда он толкается в меня.

В какой-то момент Огнев подхватывает меня со стола и, удерживая на весу сильными руками, продолжает вбиваться в мое тело, буквально насаживая на свой стоячий член, а у меня разве что искры из глаз не валят.

Черт, мое тело уж точно не мне сейчас принадлежит. Его оно сейчас! До последней капли.

Внизу живота ураган, а промежностью я чувствую это трение. Наши животы сейчас соприкасаются, он меня согревает своим жаром и возбуждает ритмичными сильными движениями просто до предела.

Чтобы не упасть, я лишь крепче обхватываю Олега Игоревича за шею и впиваюсь в его горячие губы поцелуем, жадно принимая эту опасную ласку, которая скорее похожа на звериную игру, но мне нравится.

Нравится то, что он со мной вытворяет.

Прижавшись к мокрому от пота телу мужчины, я чувствую его сильные руки. Он буквально держит меня на весу и, крепко ухватившись за попу, вбивается в меня. Безжалостно и очень страстно, на грани дикости и безумия.

Это так запредельно сладко, что внизу моего живота все скручивается в тугой узел, и я не выдерживаю. Судорога пробирает так быстро, что я совершенно не могу это контролировать.

Лишь шире раскидываю ноги и прижимаюсь к мужчине, пока он делает последние фрикции и тоже кончает.

Вымотанную и уставшую, с небольшим еще головокружением, Олег Игоревич отпускает меня и ставит на пол, но мои ноги реально не держат.

— Ой…

— Тихо. Сейчас.

Сорвав покрывало со стола, мужчина оборачивает меня в него и осторожно усаживает на лавку. Сам же, сделав медленный глубокий выдох, одевается и берет мой чай. Одним глотком он выпивает его прямо из стаканчика.

Сильнее укутавшись в одеяло, я поднимаю взгляд на Огнева. Знаю, сейчас вроде не время спрашивать, но все равно.

— Олег Игоревич, что со мной будет теперь? Суд и тюрьма, да?

— Да, — он говорит это серьезно, и я лишь киваю. Мы оба понимаем, что ясно все со мной, но я не могу… не могу просто смириться с этим.

— Сколько лет мне дадут? Десять, двадцать. Сколько?

Вижу, как плечи мужчины очень сильно напрягаются, после чего он просто молча выходит, закрыв за собой дверь.