Глава 30

Зал пылал огненным сиянием миллионов свечей. Хрустальные люстры, словно вырезанные из ледяных глыб, висели под потолком, как созвездия, спустившиеся на землю. В их гранях преломлялся свет разноцветных свечей: одни горели голубым пламенем, другие мерцали подобно янтарю, третьи – были красными, как ягоды калины. На всю эту разноцветную феерию с удовлетворением поглядывала довольная Яга – именно она с помощью диковинной магии превратила огонь свечей в подобие гирлянды. Я и Вихрь сидели во главе огромного стола. Наши кресла, сплетенные из оленьих рогов, были обернуты в мягкий серебристый бархат. На этом фоне мое яркое зеленое платье выглядело особенно празднично. Каждый камушек наряда красиво переливался и менял цвет даже от мимолетного движения: от светло-салатового до небесно-изумрудного. Рядом, держа меня за руку, сидел Вихрь и поглаживал мою ладонь большим пальцем, отчего по коже бежали мурашки. Его камзол в тон моему платью сливался с моим нарядом – и сразу становилось понятно, что мы теперь одно целое. Муж и жена. Мой взгляд скользнул через зал на другой конец стола, который возглавляли Финист и Водяничка. На мое удивление, Гриба не была привередливой в выборе наряда для своей свадьбы. Да и времени было немного для организации – но ее, как и меня, ничуть не смутил предложенный наряд из закромов Горынычева замка. Расшитые в голубых тонах наряды Финиста и Водянички, так же как и мои с Вихрем, когда-то принадлежали его родителям. Молодожены были счастливы. Финнист подносил ко рту Грибы виноград, и как только ягоды касались ее губ, она ловко ловила их зубами и звонко смеялась. – Возможно, стоило сесть к ним поближе, – улыбнулся Вихрь. – А то мне кажется, мы пропускаем все колкие шутки Водянички. – По-любому это очень неприличные шутки, – ответила я, прекрасно понимая, что Вихрь прав. Надо было сесть поближе, а так теперь между нами раскинулся огромный стол, заставленный манящими яствами: жареные фазаны, пироги с мясом, расстегаи, супы в чашах из тыкв-великанов, диковинные десерты… глаза разбегались от многообразия. По столу между блюдами радостно прыгал клубок-колобок, напрашиваясь то ли на ругань («Куда по чистым скатертям грязными нитками?»), то ли на музыкальные заказы. Колобок явно возомнил себя главным по развлекательной составляющей – он приставал к гостям и спрашивал, что им включить. Те слабо понимали, чего от них хочет клубок ниток, и прогоняли его дальше. Колобок тем временем добрался до Василисы, которая будто невзначай села рядом с Иваном. – А хотите, включу романтическую музыку? – с ходу выдал он. – А какая музыка романтическая? – быстро заинтересовалась сестра. – Смотря в каком жанре. – Довольный собой колобок принялся перечислять: – Блюз? Джаз? Рок? Поп? – Ой нет, – Василиса даже покраснела. – Не надо нам никаких поп. Давай лучше что-нибудь простое. Про поле, про ягодки. Чтобы душа в пляс пошла! Колобок на мгновение задумался, а спустя миг выдал: – Всем девчонкам посвящается! «Ягода-малинка, оп-оп-оп!!!» Громыхнули заводные басы… и вместе с этим распахнулись двери зала. От неожиданности я вздрогнула – что уж там, даже колобок умолк. Грянула гнетущая тишина. На пороге зала стоял смуглый незнакомец в кислотно-желтом кафтане и с огромной коробкой в руках, из-за которой торчала только его макушка. Из-за спины мужчины неожиданно выглянула ослиная голова в такой же кислотной попоне, только в «шашечку». Послышался цокот копыт… – Срочный доставка… – выдал мужчина. – Курьерский служб… «Ослюндекс Гоу». Срочный тариф. Сорок пять минут – и торт у вас! – Какой еще ослюндекс? – переспросила остолбеневшая Гриба. Мужчина посмотрел на нее мучительно долгим взглядом. – Доставка принимать будете? Подарок от царя Гвидона на свадьбу для дочь! – ломая слова, выдал он. – Я – курьер-скороход. На осле через лес, дол, горы ехать! Чтоб успеть! Как шайтан лететь! Скрипя сапогами, он двинулся вперед по залу, в то время как его робкий ослик цокал за ним, с вожделением поглядывая на салатные листья в подложках под блюдами. Коробку опустили передо мной и Горынычем. – Это точно от батюшки? – не поверила я, глядя на курьера-скорохода. – Какие еще сорок пять минут? Мы из Руси сюда неделю шли. Курьер явно оскорбился. – Вай! Обижаешь, красавица! Это вы, может, и шли неделю, а я лететь. На зверь! – он ласково погладил осла меж ушей. – Не ишак, а ласточка! Зверь! Ваш батюшка еще письмо передал! Курьер протянул мне свиток, который я с осторожностью развернула, чтобы вчитаться: «Дорогая дочь, надеюсь, ты не в обиде на меня за свое маленькое приключение. К сожалению, я не успеваю на твою свадьбу. Думаю, ты понимаешь, как сложно оставить престол без присмотра даже на минуту. Но хотел бы передать свои самые сердечные поздравления. С этим письмом отправляю Свадебный Торт, надеюсь, скороход успеет к пиршеству. С надеждой на скорую встречу, твой батюшка Гвидон. P.S. С полцарством разберемся при личной встрече. Жду внуков!» Внизу и в самом деле была подпись и печать батюшки. Я перечитала послание трижды, прежде чем сообразила. Впрочем, заглянувшая ко мне через плечо Яга тоже быстро поняла, что к чему. – Письмо без имени, – хихикнула она. – Универсальненько. Видимо, когда понял, что Василиса с вами, решил, что хотя бы одна дочурка точно замуж выйдет. – Так что, доставка принимаете? – напомнил о себе курьер, и я кивнула. Думала, незнакомец тут же уйдет, но он медлил. – Поставьте пять звездочек и отзыв о качество обслуживаний? И чаевые. – Да хоть десять звезд, – улыбнулся Вихрь, будучи в явно прекрасном настроении. – Располагайся за столом, только шайтан-осла своего в конюшню проводи. Там его накормят и напоят. Курьер удалился. Грянула прервавшаяся музыка – колобок вновь завел мелодию, решив, что его незаслуженно прервали не на той ноте. – А теперь танцуют все! – громко крикнул он, заставляя гостей оторваться от еды и идти растрясать кости. – За любовь! – крикнул кто-то, и зал взорвался голосами. – Горько! Я подняла свой кубок, но Вихрь перехватил мою руку. – Нет, – прошептал он, притягивая меня к себе и накрывая жарким поцелуем так, что мое сердце зашлось в неприличном биении. – За нас. Он подхватил меня на руки и понес в центр зала, чтобы кружить в танце. Рядом веселились другие люди, но для меня и Вихря мир словно бы замер. Казалось, теперь существовали только я и он. – Ты счастлива? – спросил он, обжигая мое ухо своим дыханием. Я прижалась к его груди и прикрыла глаза, прислушиваясь к своим ощущениям. – Да, – ответила я, и все же какая-то неуверенность проскользнула в голосе. – Тебя что-то смущает? – Скорее пугает, – призналась я, понимая, что сейчас не время и не место. Это же моя свадьба, а я думаю не о том. – Лебедь, когда уходила, обещала, что это не конец. Что, если она не просто угрожала? – Чем бы это ни было, мы справимся, – пообещал Вихрь. – Все же мы вместе. Решим все, что не успели решить. Спасем с грибной поляны Гельмута и друзей Финиста, окончательно расчистим путь в горах между двумя государствами. Как только сойдет снег, проложим хорошую дорогу. Вдобавок скоро вылупится избушенок – нужно же нам будет посмотреть, как он растет. Так что впереди нас ждет очень много хорошего. – И надо выдать Василису замуж, – добавила я, улыбнувшись. – По любви! – И выдать твою сестру замуж, – согласился Вихрь, косясь куда-то за мою спину. – Впрочем, возможно, она и сама справится. В очередном вираже мы крутанулись, и я увидела то, что до этого видел Вихрь. Василиса абсолютно бесстыже целовалась с Иваном, а тот млел в ее объятиях. Я зажмурилась. – Хорошо, батюшка не видит. Иначе… Но что «иначе», я не узнала. Внезапно Яга подлетела к Василисе и напрочь прервала ее поцелуй с Иваном. Словно она была на балу тем самым блюстителем порядка. – Не надо вмешиваться, – попросил Вихрь. – Баба Яга ничего не сделает просто так. Просто контролирует, чтобы ничья честь не пострадала. Он закружил меня в вихре нового танца, заставляя расслабиться и выбросить все дурные мысли из головы. В конце концов, мой муж был прав. Теперь, когда мы были вместе, мы справимся со всем. – Я люблю тебя, Змеина Прекрасная, – прошептал он. – А я тебя, мой Вихрь!