Глава 11. Ненужные откровения

Всю отведённую на решение текущих проблем неделю я вертелась, как барабан стиральной машины. Мало того, что предстояло восстанавливаться в академии, хотелось ещё и с каналами разобраться. Бросать их не стоит, какой-никакой, а кусок хлеба – не факт, что я приживусь в планово-финансовом отделе клиники. С другой стороны, работу и учёбу не совместить с просиживанием долгих часов в интернете. Пока накидала отложенных публикаций. На будущее для двух пабликов – тех, что не по специальности, начала искать покупателей, а для остальных – админов. Жаль, конечно, расставаться со своим детищем, да делать нечего. Не потяну такую нагрузку. А ведь ещё личная жизнь! Геля уже основательно достала и не позволит дальше динамить Никиту. Да я и сама в курсе, что пора строить отношения, мне уже давно не восемнадцать. «Настоящий полковник» в отделе кадров поглядывал на меня одобрительно: – Наслышан-наслышан. Маргарита очень довольна! Я отвлеклась от чтения документа: – Она обсуждала с вами мою персону? – А как же! – мужчина машинально тронул обручальное кольцо и по-доброму улыбнулся. – Рита считает, что ей очень повезло с новой сотрудницей, и не могла не поделиться. Только теперь я обратила внимание на семейное фото под стеклом на столе. Точно! Рядом с полковником, держащим на руках двухлетнего малыша, замерла сияющая Маргоша! Вот кто её муженёк! Подумать только. Лет на пятнадцать старше. Хотя… кого это останавливает. Мне почему-то стало неловко. Чувствовала себя новобранцем среди старослужащих, да ещё и связанных крепкой дружбой. Новичку не на кого опереться, а они все друг за друга горой. Бегло, уже не вчитываясь, пролистала доп. соглашение, подмахнула. Полковник посмотрел укоризненно и счёл необходимым озвучить основные пункты: – Рабочий день с девяти до пятнадцати, перерыв на обед сорок минут. Суббота и воскресенье – выходные. Через полгода можно будет оформить ежегодный оплачиваемый отпуск. Для учебного понадобится справка из академии. – Спасибо, я всё поняла. – Пройдите в комнату двести два. Там готово рабочее место. Сказка! Взяли под белы рученьки, повели по ковровой дорожке… Могла ли я, отправляясь на сомнительное собеседование к Анжелину, ожидать, что найду нормальную работу? Это тебе не за богатенькой дамочкой следить! Хотя, радоваться рановато, нужно глянуть ещё, каковы дамочки тут. С Марго сразу же непонятки возникли, знакомство с остальными может получиться не лучше. Комната двести два встретила меня приятным, можно сказать, плюшевым ароматом парфюма. На подоконниках двух окон теснились горшки с декабристами, кактусами, алоэ вера и столетниками. Чуть слышно шумел кондиционер. В унисон шуршали компьютеры на четырёх столах. По два с каждой стороны. Около окна слева сидела очень полная дама, углубившаяся в работу и даже не поднявшая на меня глаз. Напротив неё встрепенулась молоденькая девушка, которую легко можно было принять за школьницу, если б не беременность. Люся. Она тут же подтвердила мою догадку. Вскочила, проворно обошла стол и бросилась мне навстречу: – Привет! Я Люся. Ты Полина, правда же? Вот твоё место, – она указала на ближайший к двери стол справа. – Рядышком будем сидеть, правда, недолго, я уже через неделю в декретный отпуск ухожу! – Она погладила себя по животику и солнечно улыбнулась. Из-под моего стола выбрался молодой человек смешной наружности. Рыжий, лохматый, с оттопыренными ушами и вздёрнутым носом: – Всё готово. – Спасибо, Мишенька! – отреагировала Люся и объяснила мне: – Это наш системный администратор. Сеть тебе подключал. – Здравствуйте, – сказала я, наконец. Миша, упорно глядя себе под ноги и ничего не комментируя, поспешил удалиться. Полная дама, так и не подняв головы, недовольно сказала: – Потише, девочки. Мешаете. Люся комично поморщилась и зашептала: – Это Галина Ивановна. У неё отчёт квартальный. Лучше не трогать. А здесь, – указала на пустующий стол слева, – Наташа. Она сейчас отдыхает. На Алтае, прикинь! Приедет, расскажет. – На секунду погрустнев, Люся уточнила. – Правда, меня здесь уже не будет. – А Маргарита Аркадьевна где? – спросила я. – У неё свой кабинет. И ещё одна комната есть, там тоже четыре человека. Потом познакомишься, – Люся махнула рукой, демонстрируя пренебрежение, – там одни старухи. Людмила Холщевая производила двоякое впечатление. Кажется, душа нараспашку – лёгкая, активная, приветливая. Однако за фасадом чувствовалось хорошо спрятанное нечто. Пока не удалось определиться, что именно меня смущает. На Люсином столе зазвонил стационарный телефон. Девушка бросилась к нему, словно беременность ей вообще не мешала. Неудивительно, живот был аккуратным, высоким и, по всей видимости, поддерживался бандажом. Я успела только обойти стол и пристроить на полочку под ним свою сумку. Даже ещё не села, как Люся, вернув трубку на рычаги, скомандовала: – Полина! Тебя Маргарита Аркадьевна вызывает. Иди прямо сейчас. – А где её кабинет? – Двести четыре. Выходя в коридор, я заметила, с каким облегчением вздохнула Галина Ивановна. Не думаю, что ей мешала работать новая сотрудница, скорее всё-таки раздражала непрерывная болтовня Люси. И вот что удивительно, женщина её не приструнила, терпела. Почему, спрашивается? *** Кабинет Маргариты размерами не уступал комнате двести два. Тут, вероятно, устраивались летучки или что-то в этом роде – к огромному столу начальницы примыкал ещё один, с четырьмя креслами вдоль каждой длинной стороны. Подоконник пустовал. Из растений я заметила лишь пальму в дальнем углу. На стене за спиной хозяйки висели красочные постеры и всевозможные сертификаты в рамочках. Вдоль другой тянулись многочисленные полированные шкафы. Компьютер спал. Здесь пахло дорогими, резковатыми на мой вкус духами, впрочем, вполне соответствующими харизме и яркой внешности моей начальницы. Я замерла на пороге, поздоровалась. Услышав мой голос, Маргарита Аркадьевна отвлеклась от мобильного телефона, в котором что-то искала, и повелительным жестом указала на ближайшее к ней кресло. Пришлось пересечь свободное пространство и протиснуться к столу. Сиденье подо мной мягко утонуло, слегка скрипнув, чем вызвало недовольную гримасу Маргоши. Она положила на стопку бумаг телефон и поднялась, велев мне оставаться на месте. Подошла к подоконнику, опёрлась на него ладонью и цепко на меня посмотрела: – Он тебе всё рассказал? Разумеется, я поняла, о чём вопрос. Отвечать не хотела, поскольку Леонид даже не намекнул, стоит ли признаваться Маргарите в том, что их тайна мне известна. Не нашла ничего лучше, как прикинуться простушкой: – Ваш супруг? Что это была за усмешка! Марго уловила и оценила хитрость. Мне пришлось минуту держать на губах улыбку, ожидая следующего вопроса или уточнения. – Проехали, – сказала Маргарита и отвернулась. Теперь она рассматривала внутренний двор клиники, куда выходили окна. – Хочу предупредить, что сплетен не потерплю. Поскольку никто не знает подробностей нашего прошлого, любая утечка укажет на тебя. Я промолчала, перестав улыбаться. Что тут скажешь? Муссировать личную жизнь начальства не собиралась, однако за других отвечать не могла. Например, за того же Анжелина. Леонид легко поделился со мной, может кому-то ещё раскрыть свои секреты. А я буду крайней? В полной тишине стали слышны шумы улицы. Пророкотала и остановилась машина, мужской голос отдавал короткие команды, руководя транспортировкой больного, по всей вероятности, лежачего. Маргарита проводила взглядом невидимых мне людей, сочувственно покачала головой и повернулась. – Полина, не сочти за навязчивость, но я не прощу себе, если ты влипнешь. – Куда влипну? Ещё не забылось предупреждение о сплетнях и я не сразу переключилась на новую тему. – Не надейся, что Леонид ради тебя оставит жену. – Пф-ф-ф… Это уже не просто ревность, а паранойя какая-то. Я таращилась, не понимая, как тут можно реагировать. Маргарита продолжала напирать: – Он в ответе за Татьяну и никогда её не бросит. Вставая и отодвигая жалобно скрипнувшее кресло, я кивнула: – Очень рада за свою подругу. Для меня это не новость, если что… – Ты дружишь с Арестовой? Уверена, что улыбочка у меня получилась победная: – Так точно. Именно она попросила Леонида Сергеевича взять меня на работу в клинику. Напрасно тревожитесь. Никаких обещаний разводиться он не раздаёт и вообще, на такие темы мы не беседовали. Маргарита усмехнулась. – Ну, знаешь, некоторые девицы не сомневаются, что способны осчастливить мужика, отодвинув его жену. Даже если он много раз предупреждал, что не разведётся. – Вам виднее, Маргарита Аркадьевна. – Хочешь сказать, ты не такая? – Я не такая. И вообще, у меня есть парень. Могу идти осваиваться? Не дожидаясь позволения, я развернулась на каблуках и пошагала к дверям, но начальственный окрик остановил меня: – Полина! Ещё один вопрос. – Марго догнала меня и встала рядом, пытаясь перехватить взгляд. – Она счастлива? Я имею в виду Арестову. – Разумеется! Кто давал мне право на такие оценки? Не имела ни малейшего представления, счастлива ли Таня, просто хотелось досадить навязчивой Маргоше. – Надо же… – начальница смотрела испытующе. – Выходит… м-м-м… расчёт, как говорится, был верным. – Не понимаю, о чём вы. – Иди. Осваивайся. Опасаясь, что Марго ещё что-нибудь эдакое вспомнит, я поспешила прочь и едва не натолкнулась на Люсю, поджидавшую меня в коридоре. Чересчур любознательная сотрудница поманила меня в дальний торец, где около панорамного окна стояли кожаные диваны и пепельницы. Место для курения, где никто не курил, судя по аромату свежей сдобы. Люся предложила сесть и ответила на мой недоумённый взгляд: – Осталось со времён Виталия Георгиевича, он любил трубку мусолить и общаться с бизнес-партнёрами по телефону. – Булками пахнет. С корицей. – А! Это из столовки. Тут на первом этаже свой зал, не пересекающийся с больными. Нормально кормят и дёшево. Если надумаешь, запишись у Галины Ивановны. Там порции на счёт. Я обещала подумать. Пока хотелось отведённые на обед минуты провести вне этих стен. Отвлечься и собраться с мыслями. Слишком крутые эмоции для первого рабочего дня. – Ну! Рассказывай, – Люся отвалилась на спинку дивана и сложила ладошки на выпуклом шаре живота. – О чём? – растерялась я. – Воспитывала тебя Марго? – По поводу чего? – Ясно чего! Насчёт хозяина, мол, он примерный семьянин, раскатывать губу не стоит и всё такое… – Она что же? Всем такое говорит? – Не прям всем, конечно. Только перспективным. Наташке говорила, и мне, и тебе вот… – Отрицать смысла нет? – усмехнулась я. Люся рассмеялась, запрокинув голову, довольно скоро успокоилась и подмигнула: – Я слышала, как ты заявила: «У меня парень есть!» Правда что ли? Всё-таки её искренность и открытость подкупали. Подслушивать нехорошо, однако, если тут же и признаться… Я не могла сдержать улыбки, сделала усилие, чтобы противостоять напору: – Людмила, я не привыкла к такой методике. Не успела прийти в коллектив, как начинают строить, выпытывают подробности личной жизни… Это как-то связано с моим профессионализмом? Обаятельная улыбка не сошла с симпатичного личика. Разве что тон немного изменился, к нему добавились нравоучительные нотки: – Полин, мы тут, как одна семья, ничего не скрываем, делимся и радостью, и проблемами … – Так-таки ничего, – усмехнулась я, – в таком случае, намекни, чья ты дочь? – Э-э-эа-а… – Люся пару раз хлопнула ресницами. – Кто тебе проболтался? Ответ меня не интересовал. Вообще пальцем в небо ткнула, предполагая, что не просто так терпят в коллективе болтушку и надоеду. Встала с дивана и, помахав Люсе рукой, отправилась в комнату двести два. Люди, куда я попала? *** – Тебе звонили, – сказала Галина Ивановна, как только я вошла в комнату. Ах, да… мобильник с собой не захватила, вот он тут и распевал. – Спасибо. Извините. Усевшись, активировала. Хм… пропущенный вызов от Ника. Перезванивать не хотелось. Оу… ещё и сообщение от него. Давнишнее, кстати. Как же я пропустила? Наверное, за кофе выходила на кухню и не услышала. Вот что значит, перестала по работе вотсап проверять, потеряла бдительность. Открыла. «Волновалась за меня?» Набрала: «Ты в порядке?» Только отправила, сразу же пришёл ответ: «В полном» Зависла. Написать, что рада? Или просто смайлик отправить? Вступать в переговоры ни к чему, жив, и слава богу… Так и не решила, отвлеклась, почувствовав движение. Рядом с моим столом возвышалась Галина Ивановна с прозрачной розовой папкой в руках. Надо же, при такой тучности умудряется бесшумно двигаться! – Посмотри, пожалуйста, – папка легла мне на стол, – здесь материалы по новым правилам закупок лекарств и оборудования. С января вступят в силу, нужно подготовиться. – Хорошо, – я щёлкнула кнопочкой и достала верхний документ. – Ничего, что это бухгалтерия, я как бы не копенгаген. – Никто не заставляет тебя вести учёт. Поищи в интернете разъяснения. Постарайся раскопать толкового консультанта. Я бы и сама разобралась, но зашиваюсь, жуть! – Галина Ивановна поплыла к своему месту, кивнув на стол отсутствующей сотрудницы: – Эту просила, да на неё где сядешь, там и слезешь. А… вот где я видела розовую папочку – около компьютера Холщевой. Теперь же Люсин стол был девственно чист. – Хорошо,– повторила я, трогая мышку, чтобы разбудить монитор. – Обычно домой беру на выходные, – Галина Ивановна уселась и протяжно вздохнула, – дочери ругаются. Говорят: вкалываешь, как землекоп, а получаешь, как лопата. Шутка мне понравилась. Засмеялась: – Поддерживаю! Я бы тоже маму ругала, если б она стала работу домой таскать. – Где планируешь обедать? – спросила сотрудница, глядя в монитор. – Записать тебя в нашу столовую? С завтрашнего дня будут кормить. Стоимость стандартной порции двести пятьдесят. Общую сумму из зарплаты вычитают. Только надо предупреждать, если отсутствуешь. – Пока не нужно. Спасибо. – Скажешь, когда соберёшься. За день только. – Хорошо… Дверь внезапно распахнулась, в комнату залетела сияющая Людмила: – Слушайте! Что я узнала! – Пожалуйста! – Галина Ивановна прожгла её взглядом, – не здесь и не сейчас. Девушка фыркнула и с обиженным видом направилась к своему столу: – Не хотите, как хотите… – уселась и продолжила раскладывать на компьютере брошенный полчаса назад пасьянс. Я поняла, для чего нужна Холщевая! Жаль, что она скоро исчезнет. Если бы не Люся, мы с Галиной Ивановной так и забыли про обед. – Как знаете, а я кормить своего дракончика! – девушка немного прогнулась, нарочито выпячивая живот, и с улыбочкой пошла к выходу. На пороге обернулась ко мне: – А ты куда? – Burger King видела неподалёку. – Ну-ну… Я честно собиралась перекусить сэндвичем. Однако на выходе с территории клиники меня поймал босс. – Давай, дружок, отметим твой первый рабочий день! Обращение поразило меня в самое сердце. «Дружок!» Подумать только. Сказано ласково, а я ищу подтекст. Прямо кличка какая-то. Хотя, если честно, «подруга» мне понравилась бы меньше. – М-м-м… – хлопала ресницами, не представляя, как отказаться. – Без возражений! – Леонид взял меня под локоток и потянул в сторону, противоположную той, куда я собиралась. – Готовят сказочно. Уютное и не публичное местечко. Понятно, владелец клиники не считает возможным кормиться вместе с персоналом. Я-то как попала? Перегруженная противоречивыми чувствами, топала за Анжелиным и односложно отвечала на его вопросы. Да, рабочее место устраивает. Интернет подключили. Коллеги отличные. Люся щебечет. Нет, не мешает. Галина Ивановна – монстр. В хорошем смысле. Маргарита? Да, вызывала. Ничего особенного. Интересно, он так за всех новых работников переживает? Не стану обманывать, мне было приятно идти рядом, разговаривать, вдыхать уже знакомый аромат кедра. Приходилось гнать мысли о Татьяне. В конце концов, мы ничего предосудительного не делаем. Можно ведь просто по-дружески пообедать? Мамочки… Раскрыв меню, я чуть в обморок не свалилась. Ну, и цены! Могу представить, какое у меня было лицо. Леонид засмеялся и положил руку на столбец с цифрами: – На это не смотри. Угощаю. Нужно бы встать, отодвинуть книжку меню и с улыбкой пойти прочь. Почему нет сил на это? Я сидела, почти не дыша. На вопрос официанта покачала головой: – Воду с газом и ко… нет, чай. Леонид забрал у меня меню со словами: – На свой вкус закажу, если не возражаешь. Хотелось бы возразить. Нет, не могу. Перечить боссу выше моих сил. Всего лишь кивнула, соглашаясь. Солянка с форелью, котлеты по-киевски, чёрный чай и неизменный эклер. Уф-ф-ф… Балует Лёня подругу своей жены. Официант – молоденький кудрявый паренёк – всё ещё делал пометки в блокноте, когда к нашему столу подрулила Марго. За ней, словно паж, вышагивал супруг. Леонид встал, подал руку полковнику: – Геннадий Семёнович, Марго! Присоединяйтесь. Мы с Полиной отмечаем старт её трудовой деятельности. В мою сторону прилетел почти ненавидящий взгляд Маргариты. Хотя, почему почти… Пока муж Маргариты диктовал официанту заказ, Леонид отодвинул для неё стул. Усаживаясь, начальница ядовито прошипела: – Что творишь, вертихвостка? К счастью, никто, кроме меня, не услышал. Усевшиеся за стол мужчины спасли меня от дальнейшего разбирательства. Понятное дело, ненадолго. Чувствую, после обеда меня опять вызовут на ковёр. *** – Таня с подругой посетили закрытый показ в Доме кино, – начал разговор Леонид. – Я прошу Полину поделиться впечатлениями. Взгляды сидящих за столом приклеились ко мне. Хм… неожиданно. – Рита тоже пыталась меня вытянуть, – пожаловался Геннадий Семёнович. – Терпеть не могу эту муть. Тратят деньги на всякие эксперименты, нет бы нормальный фильм снять! Марго закатила глаза, оставив замечание мужа без комментариев, а я порадовалась, что полковник не поддался на уговоры, иначе бы они знали, что Арестова ходила на показ одна, и с хитростью Леонида случился проброс. Я, успев опомниться от неожиданной встречи, начала пересказывать собственную статью на канале Дзен. Коротенько, конечно. – Кто мог подумать, – с кривой улыбкой заметила начальница – перед нами профессиональный зритель. Я пожала плечами: – До Татьяны мне далеко. Так… немного понимаю. Леонид, не глядя, нашёл мою лежащую на колене руку и пожал. Толпа сумасшедших мурашек россыпью бросилась по всему телу. Умом я понимала, что секретный жест босса всего лишь благодарность за то, что поддержала его игру, но… мамочки мои, как сложно сохранять равнодушное выражение лица! На моё счастье нам принесли солянку. Я удивилась, ведь в ресторане обычно приходится долго ждать. – Мы приноровились, – наклонился в мою сторону полковник, – первое заказываем из того, что сегодня входит в бизнес-ланч, получается быстрее. Разговор переключился на обсуждение достоинств местной кухни. Я не участвовала. Ела и украдкой осматривалась. Анжелин не обманул. Место приятное. Столы располагаются свободно, хоть в футбол играй. Многие пустуют. Возможно, к вечеру народу прибавится. Вон, и сцена имеется в глубине, там, наверное, поют, развлекая посетителей. – У них свой джаз-бэнд! – угадав мой интерес, поведал Геннадий Семёнович. – Рекомендую прийти сюда вечером, и лучше с молодым человеком, чтобы потанцевать. – Обязательно воспользуюсь вашим советом, – улыбнулась я, не решаясь проследить за реакцией Маргариты. – Никита любит джаз. Знать бы ещё, что он любит, этот Никита! Кудрявый официант с очередным подносом прервал наш диалог, чему я была очень рада. Состроить из себя влюблённую в кого-то там за горизонтом ещё можно, а бесконечно продолжать эту линию совсем ни к чему. Вспоминая всем известного медвежонка, хочется сказать: главное, вовремя подкрепиться. Уничтожив котлетки, я забыла о волнении и больше не обращала внимания на Марго, общаясь, в основном, с полковником. Эклер вообще примирил с действительностью, больше я не переживала о том, что босс вызвался заплатить и за меня. Почему бы не устроить праздник ради такого замечательного повода, как начало настоящей карьеры! В клинику возвращались все вместе. Марго ловко задала вопрос об академии, пока я отвечала, мужчины принялись обсуждать чемпионат по баскетболу. В результате, мы шли впереди, а они следом. Скоро стало ясно, зачем это понадобилось. Выслушивая рассказ о возобновлении учёбы, начальница взяла меня под руку и так крепко прижала её к себе, что, вздумай я вырываться, не сумела бы сделать это незаметно. – Ну, так что? – спросила она, чуть ли не на ухо. – Смотря о чём. – О твоём парне. Хочется на него посмотреть. – Надеетесь отбить? Марго беззвучно засмеялась. Из-за того, что мы шли практически вплотную, я почувствовала, как колышется её грудь. Попытка отстраниться не удалась. Меня прижали ещё плотнее: – В субботу приводи его сюда часиков в шесть вечера. Отличная программа. Истинный любитель джаза будет в восторге. – Приводи, – хмыкнула я, невольно передразнив её. – Предложу. Обещать не могу, сами понимаете, мужчины не очень приветствуют, когда ими командуют. – Полина, – Марго пропустила мимо ушей мою подковырку, – я бы хотела с тобой подружиться. Понятно, что на работе нужно сохранять дистанцию, но ведь мы можем общаться вне клиники. Что-то в последнее время подруги на меня падают, словно бонусы на карту шопоголика. И как быть? Арестова мне хотя бы понравилась, и не потому, что за визит в «Певчие дрозды» я получила тысячу баксов. Я чисто по-человечески чувствовала расположение к худенькой и как будто беззащитной Татьяне. Общаться с женщиной, которая заметно старше, да ещё обладает некоторыми признаками истинной стервы, опасно. Не говоря уже о том, что совершенно не хочется. Однако, её не пошлёшь. Начальница всё-таки. После паузы выдохнула: – Лестно. – Не совсем подходящее слово, другого не нашлось. – Так что же? Уговоришь Никиту провести вечер в кругу новых знакомых? Надо же! Имя запомнила. Удивления я не показала, пожала плечами, отвечая: – Говорила же. Предложу. – И Татьяну Арестову позови. Что она засела в своих «Дроздах», как отшельница! – Тон Маргариты стал мечтательным: – Закажем столик на шестерых, потанцуем, чуточку выпьем, вкусно поедим. Класс! Вот, оказывается, куда она метит! Сдалась ей дружба со мной, как вирусное приложение. Цель – Таня, а через неё Леонид. Как он говорил? Старая любовь не ржавеет. Трудно сказать, какие воспоминания об этой связи остались у него, а вот Марго до сих пор сохнет, я это буквально кожей чувствовала. И что поразительно, владелец клиники подробно расспрашивал о впечатлениях, интересовался, как я осваиваюсь, эта же – непосредственный руководитель – обошла эту тему абсолютно. Маргарита маниакально муссировала перспективы нашей дружбы, подразумевающей тройственный союз. Могу предположить, что подобравшись к Арестовой, она потеряет интерес к промежуточному пункту. Хоть, правда, своди их! Лишь бы от меня отстали. *** О том, что пора уходить домой, мне напомнила Люся. Даже не представляю, как буду без неё ориентироваться! Вообще за временем не получалось следить. Холщевая сладко потянулась, сидя за столом, пикнула кнопкой выключения бесперебойника – компьютер успела погасить раньше – и объявила: – Три часа, кстати! Некоторым пора сматываться. – На меня она не взглянула, улыбалась соседке напротив: – Галина Ивановна, можно я пораньше уйду? – Да кто тебя держит? – откликнулась та. – Прикроете, если будут искать? Галина Ивановна на секунду отвлеклась от монитора, красноречиво глянув на девушку. Не высказалась вслух, однако мысль и так была очевидна: «Когда тебя – бездельницу – искали?» Люся проворно встала, схватила рюкзачок и, на ходу продевая руки в лямки, скомандовала мне: – Идём! Хватит сидеть. Все глаза сломаешь. Поспешно сложив просмотренные документы в отдельную стопку, я тоже выключилась и взяла сумочку. Подсознательно стремилась покинуть территорию в компании. Вдруг кто-нибудь ещё прицепится! – Ты разве не на треть ставки? – спросила Холщевую, пока мы шли по коридору. – Вот ещё! Подпишу новые условия, когда отпуск оформлю. Мне же с этой суммы декретные будут начислять. Неохота терять. Маргоша попыхтела, но согласилась. Кстати, как она тебе? – Норм. – Влюблена в хозяина, как кошка. Заметила? – Я? – Не я же. Мы успели выйти из здания, но я всё равно нервно оглянулась. Как будто нас могли услышать в известных кабинетах. Пожалела, что пошла с Люсей и, когда на развилке спутница стала поворачивать в другую сторону, с облегчением воскликнула: – А мне к метро! До завтра. – Погоди, – остановилась та, – где живёшь? – услышав название улицы, схватила меня за руку: – Идём-идём! Охота тебе в метро толкаться! Покажу, как через дворы на проспект попасть. А там на трамвае три квартала и вуаля! До остановки вместе дойдём и расстанемся, мне в другую сторону. Мне понравилась перспектива добираться домой чуть ли не пёхом. Три квартала – мелочь, в хорошую погоду можно на роликах доезжать. И физкультура, и экономия. Я с энтузиазмом повернула за Люсей: – Показывай дорогу, всезнайка! Она засмеялась моему определению: – Просто я наблюдательная и коммуникабельная. – Понятно. Я бы ещё кое-какие эпитеты подобрала, озвучивать не стала. Холщевая села на любимую волну, пришлось слушать: – Короче, Маргоша спала и видела, как захомутать Анжелина. Рано или поздно добилась бы, при её-то характере! Однако Сергеич не только ей приглянулся. Сечёшь? – Неудивительно, – пожала я плечами. Мы миновали закрытый шлагбаумом двор. Я всматривалась вперёд, выискивая признаки проспекта. Очень хотелось поскорее разойтись. Не то чтобы не любопытно узнать историю Леонида… Не от Люси, уж точно! Она, не замечая моего смущения, продолжала: – Виталий Георгиевич сначала сделал его компаньоном, а потом вынудил на дочери жениться. – Что значит, вынудил? – недоверчиво хмыкнула я. – Понимаю, дочь он мог заставить замуж выйти, не компаньона же! – Почему? Всего лишь пообещал золотые горы. Кем был Анжелин до того? – Кем? – Для провинциала Сергеич неплохо выглядел. Имел сеть аптек в Подмосковье, начал потихоньку осваивать столицу. А тут, прикинь: крутая клиника, магазины медтехники, ещё не знаю что… Полный пакет, включая квартиру в центре, прописку и прочее. А надо всего лишь взять молоденькую девицу под крылышко. Она ведь, знаешь, – Люся покрутила пальцем у виска, – нуждается в присмотре. Сказать, что считаю Татьяну Арестову вполне адекватной? Я прикусила язык. Нет уж, в этот костёр лучше хвороста не подбрасывать. Пусть Люська трещит, сколько угодно, ответных откровений не дождётся. Следующий двор на нашем пути оказался огороженным решётчатым забором. Моя проводница уверенно подошла к калитке и стала набирать цифры на кодовом замке: – Запоминай! Три, пять, семь одновременно. Потом зелёную кнопочку жмёшь. И вуаля! Калитка, скрипнув, отворилась. – Здесь живут твои знакомые? – предположила я. – Говорю же! Коммуникабельная. Да и кто откажется сказать секретный код симпатичной девушке с печальными глазами? – она довольно натурально изобразила кота из мультфильма о Шреке. – С обратной стороны такой же, кстати. Это если завтра утром здесь пойдёшь. – Спасибо, я поняла. За удобный путь на работу стоило простить Холщевой неуёмную болтливость. Особенно, если учесть полученные сведения об интересующих меня лицах. Правда, насколько ценны и достоверны эти сведения, пока неясно. Быть может, половина – плод фантазии сплетниц отдела. Заставили Леонида жениться или нет, не так и важно. Раз уж страдающая по утерянному счастью Марго смирилась со статусом своего бывшего, мне точно не следует питать иллюзий. Люся продолжала говорить, я почти не слушала, углубившись в свои размышления. – Эй! – потеребила меня спутница, – ты здесь? – Да. Что? – Правда, ведь он добрый? Притворяется строгим, таким неприступным, а на самом деле – душка! – Не знаю. Наверное… – пожала я плечами, не разобравшись, о ком идёт речь. Уточнять не стала, благо мы вышли на проспект, можно было расставаться. Люся порывисто меня обняла, чмокнула воздух рядом с ухом и, отстранившись, махнула рукой: – Вон твоя остановка! А мне туда. Неужели этот день, переполненный запредельными эмоциями, позади? Я пошла пешком, радуясь, что не нужно спускаться в метро и брести в толпе. Даже в трамвай не захотела садиться. Лучше и приятнее идти не спеша, наслаждаться солнышком и пахнущим липой воздухом. Машин на проспекте на удивление мало и обычный бензиновый флёр почти не ощущается. Осмотреться опять же не помешает. Что тут за магазины по пути? Может, кафешка симпатичная попадётся. Хотя, нет, кофе дома попью, благо он теперь у меня очень хороший. Почему-то перед глазами возник образ облитого шоколадом пирожного, а именно эклер, заказанный для меня Леонидом в обед. Права Холщевая! Как бы босс ни притворялся строгим, он остаётся душкой.