Глава 35

Больше всего раздражал тот факт, что связи не было.

И не будет сутки.

И потом, наверное, тоже не будет, потому что их заблокируют… Лотта почувствовала, как ее знобит. От страха? Или уже? Она прислушалась, но кроме озноба никаких изменений в себе не заметила. Разве что пятка чешется.

Левая.

И значит ли это, что все с пятки начинается?

…с корабля, который прибыл…

Откуда?

Они узнают. Расспросят Алину… и стало быть… так, надо успокоиться и перестать думать о том, что колотящееся сердце — тоже симптом, что глаз, кажется, подергивается, а по спине точно ползет струйка пота, но не от жары.

В каюте совсем не жарко.

Успокоиться. Закрыть глаза…

…Алина не могла быть единственной зараженной. Если только ее не подкупили, но… нет, Данияр не планировал покупать ей билет, это случайность, порыв души, а порывы чужой души крайне сложно рассчитать. И если бы целью была Алина, билет у нее был бы. Нашли бы подходящий предлог. А значит?

Значит, она не одна.

И была не одна.

Еще несколько гидов. И работники порта. И команда на станции. И целый мир, который рискует прекратить свое существование только потому, что кто-то решил заработать. Или не в одних деньгах дело? Владельцы «Фармтека» давно и настойчиво играют в политику, и в Совет прорываются, только места в нем занимают не самые удобные. А вот с репутацией спасителей человечества можно рассчитывать на большее.

Лотта подавила вздох.

И ярость.

…итак, мир заблокируют. Когда станет известно об эпидемии? У Алины симптомы только-только начали проявляться, но она молода и здорова. Всегда найдется кто-то постарше и не настолько здоровый. И значит, попадет в медчасть. Там проведут стандартный анализ.

И получат сомнительный результат.

Больше заболевших, больше сомнений… сигнал об эпидемии. Карантин, как положено… отслеживание контактов. Корабль…

…кто-то должен будет предположить чуму.

Когда? Не сразу, ибо возникнут вопросы, но корабль в любом случае блокируют. Отправят санитарные команды? Или все-таки…

Лотта потерла шею и запоздало испугалась, посмотрела на руку.

Так. Успокоиться.

Бабушка была бы недовольна. Бабушка сказала бы, что истинные Эрхард сохраняют лицо в любых обстоятельствах. И Лотта постарается. В конце концов, она еще жива.

Плохо то, что связи точно не дадут, чтобы не допустить паники. Да и в целом постараются максимально замять тему, что понятно, одно дело далекая станция и совсем другое — обитаемый мир, где проживают несколько миллионов человек. Совсем замолчать не выйдет, но…

…родственники, чтоб их.

Чума не лечится, это знают все. И директора дрогнут, сочтя за лучшее договориться, нежели продолжать войну.

Лотту спишут.

И плохо…

Но хорошо, что ключи к основным финансовым потокам все еще у нее. И до объявления фактической смерти изъять их невозможно.

Плюс.

Второй — контракт. Наемники… наемники не подчиняются правительству в той мере, в которой это не нарушает закон. Но в данном случае само правительство с законом играет, стало быть… вопрос открыт.

Третий — лаборатория.

Лекарство.

Реально?

Здесь Лотта вздохнула. Врать себе она не привыкла. А с другой стороны истинные открытия совершаются в таких вот, острых ситуациях. Теперь главное не позволить команде развалить корабль. И не допустить паники.

И она, подавив острое желание спрятаться под кроватью, набрала код. Сигнал вызова поступит на капитанский мостик, а с ним и инструкции, не подчиниться которым команда не имеет права. Если, конечно, желает сохранить свое место.

А пятка все-таки чесалась.

— А… ее не стоит запереть где-нибудь? — Эрра отодвинулась от девушки, которая выглядела уставшей, изможденной и видом своим вызывала у Тойтека жалость.

Просто жалость.

И благодарность. Где-то очень-очень глубоко в душе. Он отдавал себе отчет, что именно ее глупость и дала шанс всем.

— Элементы вируса весьма летучи, — Тойтек уже мог не просто сидеть, получалось привставать и даже стоять, правда, очень недолго. Но отнюдь не из-за паралича, скорее дело было в ослабевших мышцах, что не спешили регенерировать, несмотря на хорошую дозу суб-реагентов и энергетиков.

От них слегка шумело в ушах, а в теле появилась привычная знакомая Тойтеку легкость.

— Они давно уже в системе вентиляции, а на фильтры надеяться не стоит.

— Но все равно…

— Да и дышали мы вместе, помните, ветерок был… — он вдруг совершенно несерьезно хихикнул, чем и заработал настороженные взгляды. — Извините. Побочное действие.

Хотелось танцевать.

И работать. О боги… кажется, с дозой он переборщил, взял по старой привычке, забыв, что несколько месяцев уже не использовал допинг, а значит, чувствительность рецепторов повысилась. А масса тела понизилась.

— Пройдет… дело в другом… я не знаю, какой штамм они использовали.

— Кто? — пискнула Алина, прикрывая лицо платком.

К новости она отнеслась довольно спокойно, кажется, просто не поверила, что и вправду больна. То есть, больна, но не так и серьезно.

— Злые люди, — сказал Тойтек, чувствуя, как губы растягиваются в улыбке.

А ведь правда в том, что синтезировать вакцину не так уж сложно, главное, иметь образцы. А у него есть. Что еще понадобится?

Он протянул руку, и в нее вложили квадрат планшета с развернутой страницей, где указан был перечень имеющегося оборудования.

Неплохо.

Очень даже неплохо.

Или скорее даже хорошо. Просто-таки отлично. И сепаратор… сепаратор — это чудо. Даже модель более-менее пристойная, с высокой степенью очистки.

Так. Успокоиться. И сердце унять.

Или это чума?

Нет. Не надо думать. То есть, надо, но не о том…

— Пока болезнь не перешла на вторую стадию, шанс есть, — Тойтек пошевелил пальцами, и те пошевелились, быстро так… хорошо. Но помощь ему будет нужна. Кого-нибудь толкового, способного управиться с оборудованием, поскольку себе Тойтек не доверял. — И неплохой. Мой метод дает куда больший процент… нужно лишь… это не белок, но в итоге получается сложная структура со схожими свойствами, если ее стабилизировать в насыщенном энергетическом поле… параметры выдержать…

А вот энергоблока в лаборатории не было.

Он поморщился.

Конечно, откуда взяться портативному энергоблоку на курортном лайнере? Это разработка военных… малые… большие нужны для калибровки двигателей.

Двигателей.

Мысль была логична и понятна. И главное, вполне себе имела шансы на успех. Кто гений? А матушка не верила, матушка считала науку скучной.

— На вот, — Кахрай сунул под нос стакан, — выпей.

— Спасибо. Извините. Стимуляторы. Надо работать. Много. Быстро. Вот и решил. Подстегнуть, — говорить опять стало сложно, но скорее потому, что язык не поспевал за мыслью.

— Умный, а дурак, — покачал головой ах-айорец. — Если ты загнешься, то и мы следом.

— Нет.

Тойтек сделал вдох. Закрыл глаза. И выровнял сердечный ритм, что опять же получилось легко, почти без усилий.

— Нужно будет спуститься в ходовой отсек. Выставить значения… на двигатели… показатели… запустить в тестовом режиме. Он относительно безопасен.

…защитные костюмы должны иметься.

И запуски проводят, и калибровку, а значения нужного Тойтеку поля в десятки раз ниже обычного, поэтому шансы неплохие.

— И если получится, мы… справимся.

— А если нет? — поинтересовалась Алина и чихнула. — Ой, извините…

— Тогда умрем, — ответила ей Эрра и подбросила клинок весьма чудовищного вида. Тот, кувыркнувшись, опустился на ладонь, но не ранил.

— Но я… я не хочу умирать…

— Значит, надо работать, — Лотта нахмурилась и пальчики ее застучали по коммуникатору. — Нет, я точно их уволю… всех… кто-нибудь умеет управлять кораблем?

Тишина была ответом.

И в ней робко прозвучал голос ах-айорца.

— Я… учился… когда-то… играл… и на тренажерах еще. У меня даже сертификат есть. Для судов малого класса.

— Отлично, будете капитаном, — рявкнула рыжая, и Тойтек подпрыгнул. Ему понравилось, и он подпрыгнул еще раз. Потом подумал, что выглядит он аккурат так, как должен выглядеть сумасшедший ученый. И мысль эта привела в пречудеснейшее расположение духа.

А потом появилась еще одна, столь же бредовая.

А если…

Подобное гасится подобным. Лекарства от чумы нет, но… терять им нечего, а пара экспериментов напоследок — это будет очень-очень весело.

Когда прошло полчаса, а запрос так и остался не отвеченным, Лотта поняла, что с нынешней командой она все-таки не сработается.

Она отправила повторный.

И еще один.

И получила блокировку искином канала, что скорее привело в недоумение, нежели разозлило. Они это всерьез? Пара ключей, которые искин проигнорировал. И коды допуска, что должны были дать полный контроль, но вместо этого Лотта увязла во внешней программной оболочке. Это было неправильно.

Категорически.

— Помочь? — Кахрай заглянул через плечо.

— А… есть как?

— Есть, только это незаконно. Если без разрешения.

Лотта фыркнула.

— Считай, оно у тебя имеется.

Он улыбнулся и… и обидно будет умереть вот так, ладно, без любви, но даже без любовника. А еще вдруг вспомнилось море под ногами. И небо, что мерцало всеми оттенками радуги, и ветер, и ощущение близости, поцелуй, который все длился и длился, и…

— Погоди…

Кахрай сел рядом, и как-то вдруг стало спокойно, словно все проблемы исчезли разом. Лотта подавила тихий вздох. Не стоило обманываться, но, видят боги, как же хотелось обмануться.

— Да… вот так… держи, — он вернул ей планшетку. И руку убрал не сразу. И показалось, он хочет что-то сказать, что-то донельзя важное, но вот…

Не получилось.

— Спасибо.

— Не за что.

И смотрит.

А Лотта тоже смотрит и, кажется, немного краснеет. Самую малость. И стесняясь этой малости первой отводит взгляд, цепляясь за привычные безопасные столбики цифр. Пусть не сразу получается понять, что именно обозначают эти цифры, но когда получается…

— Проклятье!

— Что? — Кахрай отряхивается, будто сбрасывая невидимую паутину.

— Прыжок идет в автоматическом режиме…

И кажется, только Данияр понял, что это означает. Понял и… нехорошо ругаться, но иногда нужно. Лотта и сама бы… шепотом.

— И как это получилось?

— Сброс шлюпки до перехода на струну… думаю, последует в аварийном режиме. Здесь шлюпы класса «А», — Лотта перешла на страницу. — Семь штук, но… заблокированы?

— Командой?

— Не знаю.

Она запустила протокол проверки и смены ключей, не сомневаясь, что найдет немало интересного в системе.

— Одно не понятно, — Лотта оторвала взгляд от экрана, чтобы вновь встретиться с Кахраем. И на этот раз удалось не покраснеть.

Наверное, удалось.

Или точно?

— Как они поняли?

— Позволишь?

Она молча протянула планшетку.

— Не было… обращений в медицинский пункт не было. То есть были, но два вывиха, заболевший зуб и обострение хронического насморка. Три пищевых и четыре алкогольных отравления. Один приступ аллергии. Подозрение на перелом вследствие нарушения техники безопасности. Удар током… обычная текучка.

— Тогда почему?

— Поэтому…

Кахрай развернул экран, чтобы видно было всем. И его, и бортовой журнал, в котором искин автоматически зафиксировал поступающую информацию.

— Значит… там началось? — тихо спросила Эрра. — То есть… они знают, что там началось… и решили… сбежать?

Лотта трижды перечитала короткое сообщение.

Код черный.

Эпидемия.

Карантин. Подозрение… требование вернуться. Требование, которое команда обязана была выполнить, но… почему? Испугались?

Или…

Она пролистала журнал дальше, пробираясь сквозь цепочки команд, вычленяя те, которые имели значение. Короткий сбой системы рециркуляции воздуха. Частичное отключение седьмого фильтра, продлившееся около пятнадцати минут. Достаточно, чтобы произвести замену вкладышей, но в журнале нет ни заявки, ни пометки о выполнении.

…вдох.

Выдох.

И сквозь зубы слово, которое приличные девицы и в мыслях не произносят. Но кажется, Лотта давно перестала быть приличной, хотя девицей и осталась. Ладно…

…сбой малых маневровых, но тоже краткий. Система отметила, однако рапорт не подала. Как и не сообщила об установке трех дополнений, смысл которых Лотте был не ясен.

Она ткнула в строчку пальцем.

— Похоже, что ты права. Система безопасности здесь никакая. А это дубль… и вот, смотри, — Кахрай, перегнувшись через ее плечо, задевая ее своей рукой, перелистал ниже. — Двигатели пытались остановить, видишь, эта цепочка, но система не отреагировала. А вот навигационная карта и…

— Мы летим не туда?

— Они испугались, — Лотта потерла глаза, которые внезапно защипало. — Эпидемия. Чума. И корабль, который вышел из-под контроля. Они… ушли.

— Не сами.

— Уверен?

— Абсолютно. Десять минут. До нижней палубы около пяти. А еще надо подготовить шлюп, активировать запуск, пусть и аварийный. И, что важнее, решиться. Нет, их подтолкнули к этому. Есть видео?

Лотта кивнула.

Регистраторы работали исправно.

— Подвинься, — на диванчик рядом с ней упала Эрра. — Что? Должна же я запомнить людей, которых убью…

…капитан.

Он шел первым и быстро, правда, у шлюпа все одно остановился, оглянулся, и камера засняла его крупным планом. Усталое растерянное лицо, будто он не до конца понимал, что же происходит.

Медик.

Суетливый нервный. Он точно должен был представлять, что такое чума. И знание выступает на лбу его бисеринами пота. Он отталкивает капитана, спеша первым забраться в шлюп. За ним следуют офицеры, знакомые Лотте по снимкам с личных дел.

Надо же, а казались приличными людьми.

— Вот сволочи, — сказала Эрра.

— Кто? — Алина спросила и чихнула. — Извините…

— Ничего, деточка, — милостиво разрешил Тойтек, — мы все уже давно заражены, так что чихай на здоровье.

— С-спасибо.

Старпом спорил с капитаном, который то и дело указывал на корабль и что-то говорил, но что — понять было невозможно. Спор закончился коротким ударом в затылок, когда капитан отвернулся, и тело его оттащили ко второму шлюпу.

— А капитан у нас все-таки будет… — протянула Эрра.

— Ничего, я и на штурмана согласен, — Данияр вовсе не выглядел расстроенным. — И еще не факт, что он живой.

— Живой, — сказал Кахрай. — На убийство система безопасности среагировала бы…

— Смотря на какое, — Данияр поднялся. — Я на мостик. И пока… не стоит волновать людей.

— Долго молчать не получится, — Некко произнесла это задумчиво. — Скоро начнут поступать заболевшие. Если поначалу получится еще солгать, то чем дальше…

— Вакцина нужна.

И все посмотрели на Тойтека, который раскачивался в кресле и что-то весело насвистывал себе под нос. Почувствовав взгляды, великий ученый и гений, остановился и сказал:

— Что? Я, может, почти придумал, как всех спасти. Памятник поставите?

— Всенепременно, — пообещала Лотта. — Из золота отолью. В полный рост.

Если выжить получится.