Глава 18. Василиса

Остаток вечера прошел под пристальным присмотром Кирилла. Он принимал все удары на себя, отвечал на вопросы, с легкостью отшучивался на матушкины выпады, коих было не много, но все же. Вторым защитником мне послужил племяш, Макса вскоре привела няня, мальчик был в классическом костюме и с самодельной открыткой в руках. С серьезным выражением лица он поздравил отца – своего деда, за что удостоился всеобщей похвалы и сбросил ненужную маску серьезности для ребенка. Забыв обо всех наставлениях, залез мне на колени. Штудировал меня в английском языке, явно хвастаясь новыми знаниями. Когда я сомневалась с ответом, намеренно либо меня отвлекали, Макса раздувало от гордости. А я и рада была потешить племяша.

Всех гостей пригласили выйти на улицу. Наконец-то наступило время фейерверка. Улучив момент, попрощались с родителями, сославшись на то, что Максу пора отдыхать, а няню отпустили, да и мне еще нужно купить линзы, иначе я завтра с утра буду беспомощна, как слепой котенок, и незаметно для остальных гостей сбежали.

Подвез нас дядя Антон, ведь именно его матушка отправила за вещами Кирилла, хоть сам Антон Владимирович с женой были приглашены на праздник. Я вновь испытала неловкость, человека вырвали из-за праздничного стола в разгар гулянья. На мои извинения дядя Антон отмахнулся, ответив: «Все же выпили, а я не очень люблю это дело. Да и мне не трудно».

Паулина с Игорем остались в ресторане, дав ценные указания: занять дальнюю комнату (довольная улыбочка сестры), вещи первой необходимости на кровати (ехидный смешок), Макса сразу уложить спать (серьезная мина).

Зайдя в квартиру, первым делом все сняли обувь и счастливо вздохнули. Мы с Максом на правах хозяев проводили Кирилла в отведенную нам комнату. Объяснили, где кухня, нашли пульт от телевизора и дали пароль от вай-фая.

Я без проблем уложила Макса спать, ребенок вымотался за день так, что даже не просил спеть перед сном. Коснулся головой подушки и, пожелав спокойной ночи, провалился в сон. Когда я пробежала глазами по распорядку дня, вывешенному над письменным столом, пришла в ужас. У ребенка почти не было свободного времени. Умственные занятия чередовались с футболом, теннисом и тхэквондо, и был единственный выходной – воскресенье. После такого марафона любой взрослый отключится, не добравшись до постели.

Я еще долго ходила по комнате: развешивала вещи в шкаф и раскладывала и ровняла по полкам книги, оставленные на столе. Поймала себя на том, что в детской больше не к чему придраться и более мне здесь делать нечего.

Идя по коридору, прислушивалась в надежде на то, что Кириллу захотелось перекусить или выпить чаю на сон грядущий и он спустился на первый этаж. Облокотившись на перила, чуть свесилась вниз, но нет, тишину ничего не нарушало. Ни звяканье посуды, ни звук закипающего чайника.

Сомнения и страхи в сторону, и я зашла в спальню.

Кирилл успел принять душ, переоделся в домашние штаны и футболку, разговаривал с кем-то по скайпу, сидя на кровати. Ноутбук был развернут чуть под углом к входу, мешая рассмотреть собеседника.

– О, а вот и Василиса, – заметил меня Кирилл, – поздоровайся с майорчиком Няшем.

Господи, только этого мне не хватало. Пришлось подойти ближе и махнуть рукой в камеру.

– Привет, Костя, – поприветствовала я без энтузиазма.

– Привет, Василиса, – лицо Вихрова вытянулось.

– Кстати, можешь поздравить, – Медведь притянул меня и усадил рядом, – я стал счастливым обладателем невесты.

Лицо майора вытянулось еще комичней, и он приоткрыл рот.

Кирилл наслаждался эффектом – тихо посмеивался.

– Я в душ, – я схватила пакет, оставленный для меня Пашей, – а вы тут посплетничайте, подруженьки.

Плотно прикрыла дверь ванной и закрыла защелку. Знала, что Кирилл не войдет, но при закрытых дверях как-то спокойней.

Я наполнила ванну горячей водой, добавив всевозможные полезные гели, соли и масла, с удовольствием нежилась. Уставший от переживаний мозг вдруг очнулся и подсказал, что мы с Медведем не успели договориться о том, как будем спать. В комнате, помимо кровати, было два кресла, но в них не помещусь даже я.

Надеясь, что Кирилл еще не развалился бессовестно на всю кровать, я торопливо вытиралась полотенцем. Когда открыла бумажный пакет, тихонечко заныла, вспоминая злорадную мордашку сестры. В нем нашлось новое белье достаточно приличного фасона, чтобы ощущать себя комфортно, принадлежности для умывания, зубная щетка, набор кремов и расческа.

Расчесывая влажные волосы одной рукой, второй чистила зубы. Лишь бы не уснул… Лишь бы не уснул…

На дне пакета нашла ночную рубашку. Развернула шелковый комочек, поскуливая – изумрудный клочок ткани, отороченный черным кружевом.

М-да.

Примерив, старалась найти положительное в своем наряде. Во-первых, длина, почти до колен. И все… как ни крутилась перед зеркалом, ничего целомудренного в этом наряде больше не нашла. Красивый изумрудный цвет оттеняет смуглую кожу, верх на тонких лямках и отделан черным кружевом, шикарно подчеркивает грудь. Сейчас я молилась, чтобы Кирилл уже лег спать. Я готова покемарить на креслах или на полу, завернувшись в покрывало с кровати.

Ладно. Сколько здесь ни стой, изумрудный шелк не превратится во фланель с цветочным рисунком. Сейчас прошмыгну в коридор и ограблю Игоря, надеюсь, он носит пижамы.

Я тихо открыла дверь в спальню, свет горел, что одновременно и радовало, и огорчало.

Я выглянула, мало ли он еще с кем болтает по скайпу, и тут я во всей красе.

Кирилл лежал на спине, закинув руки под голову. Он моментально отреагировал на мое появление. Повернул голову и вытаращился своими восхитительными глазами.

Мне захотелось срочно что-нибудь накинуть на плечи. Медвежьи бесстыжие глаза бегали по всему телу, даже не пытаясь сконцентрироваться на лице. Я одернула себя, чтобы не прикрыть грудь ладошками.

– Кхе-кхе, – громко кашлянула, призывая Кирилла отвлечься от моей груди. – Как спать будем?

Его взгляд наконец-то поднялся к лицу.

– Как все люди, лёжа. А, ты вон про что! Даже и не надейся, на пол я не лягу. Я мальчик нежный. Простыну, отлежу себя бока. Да и настроение у меня паршивое, если не высплюсь, – проследив за моим взглядом, Медведь со смехом смотрел на кресла. – Что, думаешь, как в них поместиться?

Вопрос я проигнорировала, усиленно размышляя, как же поступить. Прикидывая варианты, сама же их отметала. У Макса маленькая кровать, всю ночь поджимать ноги то еще удовольствие. Уйти самой или выгнать Кирилла в гостиную, так с утра тетушка с Анной всем растрещат, что сплю я с женихом врозь. За размышлениями развесила свой скромный гардероб, состоящий из одного платья, джинсов и рубашки. Еще одна проблема, которую завтра же нужно решить.

– Я схожу за вторым одеялом, – произнесла я.

Ответ на вопрос пришел сам собой.

– Василис, – Кирилл откашлялся и окликнул.

– Водички принести? – поинтересовалась я.

Мужчина сидел на кровати и все это время делал вид, что занят перепиской в телефоне.

– Ты не могла бы… надеть что-то другое. Я все же мужчина молодой…

Я повернулась к мужчине лицом, демонстрируя во всей красе шелковое безобразие. Ну, и себя, конечно.

– Не волнуйся, молодой, мне тоже некомфортно расхаживать перед чужим мужчиной почти голой.

– Это какой же я тебе чужой?! – возмутился Медведь. – Как сумки по этажам таскать, так роднее и нет.

– Чужой и молодой, заканчивай всем мной хвастаться, – я указала на телефон. – Я не усну, если в глаза будет светить телефон.

Кирилл нахмурился и ответил серьезно:

– Я легенду поддерживаю, между прочим. Кстати, матушка сейчас занимается тем же. Все родственники вплоть до Хабаровска уже радуются нашему счастью. Я получил несколько поздравлений.

– Надеюсь, ты сейчас шутишь?! – спросила я, не скрывая ужас в голосе.

– Если бы…

– Изменять будешь ты! – я нервно выкрикнула.

– Не понял…

– Мне и так стыдно за обман. А как я потом в глаза твоим родителям смотреть буду?!

– А мне не будет стыдно? – уточнил Медведь.

– Тебе нет, ты же мужчина! – я вспомнила второй главный мужской аргумент после «И че?!»

***

Я пробежала взглядом по полкам гардеробной, взяла первые попавшиеся спортивные штаны и футболку Игоря. Вещи сестры не рассматривала, Паша хрупкого телосложения, то, что на ней свободно, на мне будет подчеркивать каждый изгиб. Тут же переоделась и позаимствовала одно из одеял с кровати сестры.

Так с одеялом, как со щитом в руках, вошла в спальню. Кирилл снял покрывало, аккуратно свернул и положил его на кресло, пока сам вольготно устроился на левом краю кровати.

– Надеюсь, ты не храпишь? – поинтересовалась я, взбивая подушку.

– Редко, а ты?

В ответ я хлопнула паршивца подушкой по голове.

– Нет, но мне могут сниться кошмары, – ответила честно.

Я выключила свет и забралась в постель. Вертелась, хорошенько заворачиваясь в одеяло, подтыкая его со всех сторон, чтобы ни капли прохладного воздуха не коснулось моей кожи.

– Ты еще долго будешь гнездо вить? – послышалось в темноте.

– Будешь ворчать, начну сначала, – я пригрозила шепотом, намекая, что и спать пора, нечего мешать человеку лечь с удобствами.

– Чуть не забыл предупредить, я не люблю, когда во сне на меня закидывают руки или ноги, – судя по голосу, Кирилл был доволен собой и улыбался.

– И не надейся, – прошипела я, совершая последние манипуляции. – Спокойной ночи, дорогой.

– Спокойной ночи, милая.

Когда моя голова коснулась подушки, то все страхи по поводу того, как спать в одной кровати с малознакомым человеком, исчезли. Усталость от перелета и неприятные события сыграли роль лучшего снотворного.

Еще вечером я понимала, что события дня не пройдут для меня бесследно, но отчаянно надеялась, что кошмары не вернутся.

Я резко распахнула глаза от переполняющего душу ужаса. Села на край кровати и прижала ладони к груди, сдерживая взбесившееся сердце.

Когда-то давно я вычитала в журнале о способе быстрее забыть сон – нужно лишь потрогать голову. Как ни смешно, но способ работал вкупе с суевериями, и я трижды прошептала: «Куда ночь, туда и сон», глубоко вдыхая и выдыхая воздух. Кровь долбила по барабанным перепонкам. Я не шевелилась, ждала, что страх начнет ослабевать. В последний раз мне потребовалось не больше пятнадцати минут.

Когда за спиной услышала движение, сердце зашлось еще быстрее. Я забыла, что в комнате не одна.

– Василис, – хрипловатый голос слышался как из-под толщи воды. – Вась.

В голове пронеслась глупая мысль о том, что впервые Кирилл сократил мое имя.

– Спи, – собственный голос разнесся в голове жутким гулом.

Матрас чуть накренился, я почувствовала на плечах прикосновения, через секунду мое тело было заключено в объятия.

– Страшный сон? – спросил тихо Медведь.

– Да.

– Расскажешь?

– Тебе не понравится, – ответила я.

Никому не интересны чужие проблемы – этот факт я уяснила давно.

– Я жду, – Медведь положил колючий подбородок на мое плечо. – Ну!

Но все же лучше расскажу я, чем моя заботливая матушка решит осведомить Кирилла о моих проблемах.

– Это кошмар детства, – произнесла я. Объятия стали крепче. – За мной гонится чудовище, а я стараюсь убежать.

– Получается?

– Иногда. А раньше всегда догоняло.

– И как ты научилась убегать?

Меня била крупная дрожь.

– Я шагаю в окно…

Наступила гнетущая тишина, от которой страх разрастался с новой силой.

– А ты знаешь, кто за тобой гонится? Когда-нибудь останавливалась, встречалась лицом к лицу? – Кирилл уточнил без издевки и насмешки.

Я надеялась, что этот вопрос не созреет в голове мужчины и я обойдусь общими фразами.

– Знаю.

– И кто это? Привидение, монстр, вампир, домовой?..

– Моя мать, – слова сорвались с моих губ вместе со смехом. На шее я почувствовала прерывистый выдох. – Хоть наш союз и фиктивный, я не хочу, чтобы ты узнал это от матушки или своего братца. Надеюсь, она еще не указала на мои «изъяны», и я смогу сделать это самостоятельно?

– Мы с ней никогда о тебе не говорили. Расскажи мне подробней.

– Ты уже понял, что кошмары преследуют меня с детства, со временем они переросли в тревожный синдром. У меня могут быть беспричинные страхи, вот как сейчас. Их просто нужно переждать. Мои отношения с матерью далеки от приятных, и сегодняшние события повлияли. Несколько месяцев я не вспоминала о… подобном.

Было жутко употреблять слово «приступ».

– Поэтому ты уехала из дома?

– Да, – грустно признавать, но это факт. – Я свела нервирующий фактор к минимуму.

Фраза подразумевала: я свела общение с матерью к минимуму.

– Это все «изъяны»? – сухо поинтересовался Медведь, не выпуская меня из объятий.

– Еще скверный характер, – я желала отшутиться.

– Это общедоступная информация. Раз всё, пришла моя очередь. Плоскостопие… – произнес мужчина обреченно.

– Что?

– Говорю, у меня плоскостопие и язва.

– Язва желудка?

И зачем я уточняю?..

– Скоро прибавится язва мозга… если такое возможно, – проворчал Кирилл. – Что, и никаких шуток по поводу плоскостопия и моего прозвища? – он старательно пытался меня расшевелить.

– Утром обязательно пошучу.