Глава двадцать седьмая.

Вальдемар.

- Разрешите? Я с отчётом, господин барон.

- Проходи, Леанна. Очень быстро давай.

Накинул примитивный самодельный крючок в нижней части двери. Пока все заняты на приёме, самое время узнать последние сведения. Леа также передавала всё, что проведали Куно с Луцем, чтобы не было лишней суеты вокруг меня.

- Думала, всё. Никак не выйдет. Тут она посередь разговора захрапела, уснула. Старый человек, что тут говорить. Я перешла в спальню…

- Короче, Леанна, короче.

- И продолжаю рассказывать про новые, удобные…

-Леа!!!

- Шпилькой, как учили, вскрыла тот ящик в комоде, а там шкатулочка среди других вещей, запертая, и её тоже, но булавкой. Вот это внутри лежало. С её столика, как велели, взяла то, что каждый день себе капает, она называет «Божественная вода», перед сном пьёт. Вернулась, уселась в кресло, да и продолжила рассказ.

Отдаёт мне небольшой яйцеобразный флакон толстого стекла с длинным узким горлышком, наглухо притёртой пробкой. Там мутная жидкость, словно к воде добавили немного молока. Немного, меньше половины. Второй флакончик синего цвета похож на миниатюрный графин.

- Сходи, найди Куно, он понадобится вскоре. Пусть на чёрной лестнице недалеко от её комнат ждёт.

Запираюсь. Аккуратно, не спеша сливаю жидкость в свою фляжку. Пытаюсь определить по виду и запаху яд, не получается. Пустой флакон тщательно ополаскиваю, наливаю воду и замутняю немного травяным отваром. Леди Маргарет уже не очень хорошо видит. В крошечный графин наливаю её яд.

- Куно на месте. С тазиком, уронит случайно, если что. Я объяснила. Леди распоряжается подачей закусок, скоро за стол сядут гости.

- Верни всё по местам, снова закрой, как учил. Если дверь заперта – ко мне.

Дверь была заперта. Пришлось помочь, никто не помешал, прислуги мало, очень заняты все. Пора вниз, там скоро перекус намечается.

Центром внимания мне стать не удалось. Цвет местной аристократии и купечества был увлечён процессом массового сватовства, затеянным Амелиндой. Прикинул по числу, примерно четыре кандидата на девушку. Неплохо, есть выбор. Прошёлся, поздравляют с исцелением, попал под перекрёстный огонь местных сопливых невест. Их чуть ли не взашей вместе с мамашами любезно вытолкнул из комнаты переговоров сам герцог. Виконт им недоступен, переключились на меня. Теперь я котируюсь на рынке женихов: барон, не старый, холостой.

- Господин баро-о-н, осмелюсь предложить присесть, тут подают прэлэстные закуски, вот есть место. Подвинься, доченька. Поухаживай за нашим чудесно исцелённым баро-о-ном.

Я уже «наш»! Опомниться не успеешь, окрутят. Мыслей не слышу, Слава Богу, значит к работе они не относятся. Что думают «прэлэстные» дамы обо мне, и так могу сказать.

- У Вас прэлэстная племянница, господин баро-о-н. Посмотрите, она пользуется вниманием кавалеров.

- Для Вас просто Вальдемар. Вы тоже весьма прэлэстны, но мне пора, прошу извинить, дела.

Да, чёрт побери, мне пора на правах старшего родственника остановить эту…эту вакханку! Она неумеренно много пьёт для дамы, таскает кубок в руке, здесь так не принято, не говоря уже о том, что её подцепил какой - то местный павлин в желто – сине – малиновую крапинку и направляет в укромный уголок в смежной гостиной. Попытаюсь отвлечь.

- Амелинда, племянница, можно тебя? Извините, барон. Срочное дело.

- Что такое? Я работаю, у меня цейтнот полнейший.

Мы отошли в сторону. Перешёл на современный немецкий язык, во избежание.

- Я тоже работаю. Нужна помощь! Наблюдай за леди Маргарет после того, как она уйдёт и вернётся вновь. За любым человеком, с кем она сближается, говорит. Особенно за руками. Линда, это важно.

- Тебе троих агентов уже не хватает?

- Где ты видишь троих, кто их сюда пустит? Леанна наблюдает, я, ты. Надеюсь, вместе, не проглядим момент. Следи за её руками.

- Постараюсь. Не обещаю, по возможности. Я не специалист в этой области. Попробую за мимикой следить, мне так понятнее будет. С чего ты взял, что она опасна?

- Много будешь знать, скоро состаришься. Тётушка нацелилась убрать племянника. Сегодня, в общей суматохе и многолюдье. Орудие убийства – яд. Уже подменил на воду.

- Проще ему сказать.

- Ты лезешь не в своё дело. Не проще. Он заподозрит деятельность нашей разведки. Мне нужно точно знать, «отравление» состоялось. Я не смогу казнить человека за одни намерения. Помоги.

Вроде прониклась. Держится ближе к местной госпоже Тоффане, подцепляет людей для беседы и стоит так, чтобы её видеть. Леа скромно кокетничает с управляющим вблизи лестницы.

Вычислять намерения женщины по мыслям оказалось непросто. У неё они скачут как сумасшедшие кенгуру вперемешку с кроликами. Нет отчётливого плана действий, включены воспоминания молодости, сиюминутный быт. Вчера за ужином мне пришлось так напрячься, что вспотел. Ничьих мыслей, кроме неё не слышал, значит, она одна по моему ведомству проходит.

«В пузырьке ещё достаточно, более чем. Она нахалка, как пялится на мужчин.

Женит щенка, тот наплодит щенят, могу не успеть. Надо поторопиться, да, пора.

Убогий не до конца исцелился, лицо какое – то тупое. Может он сам по себе недоумок?

Камеристка приятная девушка, переманить бы, но потом, когда главное дело сделаю. Хорошая любовница будет сыну, через неё можно им управлять.

Значит завтра. Отменное блюдо – талтарелки, жаль, мало подали, для гостей завтра будут в кухне готовить, зайду.

Людей много, все станут есть и пить. Насчёт напитков надо распорядиться, больше разных. Любимый морс его пусть кухарка готовит. Меньше подозрений.

Подлить – одно мгновение, место отдельное, рукав широкий. Почему его отец, Мартин, на мне не женился? Ведь клялся, божился, обещал. Сам жив бы был, наш сын спокойно правил…»

Такие мысли среди хаоса остальных суматошно метались в мозгу старой девы, любящей тётушки, сестры покойной матери правителя. Чёткость мышления скорее всего зависит от возраста. Священник, молодой человек, формулировал суть конкретно, не отвлекаясь. Вот прямо как сейчас Амелинда.

Ей действительно нужно за этот приём вычленить более менее подходящих мужчин, не отдавать же девчонок в чужое государство абы кому. Они - наши первые ласточки, надежда на начало весны в лютой зиме Средневековья.

Судя по настроению общества, весна уже пришла. В воздухе витает нечто… эдакое, необъяснимое. Вызывающее эйфорию присутствующих и романтический настрой. Самое то, для такого мероприятия. Даже родители женихов и невест слегка возбуждены, дамы весело чирикают, мужчины отвешивают им громоздкие композиции из комплиментов. Они сами ещё молоды, старшему поколению по тридцать пять, сорок лет! Пройдусь, послушаю.

«Они мрут родами как мухи осенью. В первый раз прокатило и сейчас сойдёт. Есть ребёнок, значит приданое моё. На кого нацелиться? Все хороши. Неужели на самом деле такие красавицы? Влюбиться, жениться, да жить - поживать? Жена ведь всё равно нужна. Приданое и в этом случае моё…».

Павлин в крапинку застыл в раздумьях возле портрета кроткой Лауры, с венком из полевых цветов на золотых локонах. Она вынимала почтового голубя из клетки. Нет, парень, наша голубка тебе не достанется. Слухи о подозрительной смерти первой жены, подпортят репутацию приятного вдовца. Слухи организуем.

Как бы о самой свахе сплетни не пошли. Его Светлость по пятам за шлейфом по всему залу таскается, вот – вот наступит.

Наконец наследник изволил появиться: наспех одет, волосы встрёпаны. Отец вспомнил о своих обязанностях и целеустремлённо поволок его к картинной галерее. Юноша застрял там надолго, созерцая существующие и несуществующие прелести девиц. Пубертатный возраст он такой, по себе помню.

Герцог не мешал, но и не отходил. Наконец юноша указал на виконтессу, даже не зная, кто она. Линда говорила, Харальд хочет оттянуть женитьбу надолго. Поэтому выбрал ребёнка. Обрадованный Хессел Мартина зашуршал бумажками, развернул свиток, отец с сыном скрылись в отдельной комнате.

- Она удалилась, господин барон, сейчас. Через кухню по чёрной лестнице. Вернётся – доложу.

Вот что значит много глаз, я отвлёкся, Линду окружили родители девиц и наседают, что то требуют. Умничка Леа сработала чётко. Ждём. У леди Маргарет есть шанс передумать, не брать грех на душу.

- Внимание, всем внимание! С девушками, с их характеристиками, пожеланиями, приданым вы ознакомились. Сейчас нужно будет ответить письменно на некоторые вопросы молодым людям, дабы благородные девы, их родственники могли так же познакомиться с вами. Воочию увидеться, познакомиться, сможете на балу выпускниц пансиона в месяце июне, в городе Ольденбурге. Приглашения я раздаю при личных аудиенциях завтра и послезавтра. Тогда же заключим договора на мои услуги.

Линда раскладывает по краю стола писчие принадлежности, ей помогают девушки, заискивающе заглядывающие в лицо. Началось анкетирование, похоже, некоторые мужчины даже примерно не задавались подобными вопросами о себе, супруге и будущей семейной жизни. Дело продвигалось туго, даже с описанием параметров внешности.

Свахе точно не до проблем разведки. И ведь даже не дрогнула, услышав, что милая старушка замышляет. Специальность Амелинды сталкивала её с преступным миром. Она делилась опытом работы криминальным психологом в МВД, недолго, всего полгода, но повидала достаточно.

- Господин Вальдемар, она спускается. Уходила и возвращается по чёрной лестнице.

- Леа, будь начеку. Главное - увидеть момент, когда будет подливать. Ничего не делаем, ничего не говорим.

- Вы что! Как можно! Не по христиански! Я молчать не буду!

- Успокойся, я не монстр. Там уже простая вода. Наблюдай незаметно. Ты должна быть уверена, в том, что видела.

Амелинде сейчас некогда. На неё не надеюсь. Работаем. Около сорока человек в просторном зале. Перемещаются постоянно, стоят группами, говорят, пишут за столом, тут же едят. Герцогское место с торца стола, справа место наследника, слева тётки. Но они пустуют. Яд жидкий, значит кубок. Кубок у правителя наособицу, более парадный, дорогой. Никто не посмеет взять, тем более пить из него. Рано или поздно он подойдёт, нальёт или нальют ему.

Приём идёт примерно три часа, достаточно для жажды. Красивый узкогорлый кувшин рядом. Графин стеклянный с красно – розовым напитком. По центру стола блюда с закусками, почти все съедены.

Она! В своём чёрном чепце, с белой кружевной лентой изнутри. Благообразная, величавая, почтенная старая дева проходит вдоль стола. Остановилась у своего стула. Подскочил молодой щёголь, отодвинул стул даме. Села, подаёт кому то стоящему у коридора в кухню знак. Подбегает временная горничная Летти, получает приказ. Исчезает.

Мне видится всё какими то рывками, отдельными не слитными эпизодами. Выходят кухарка, Леанна и Летти. Выставляют свежие нарезки и бутерброды. Леа накрывает возле хозяйских мест. Увидев, что столы пополнили, идут, подтягиваются гости, с ними вместе отец с наследником.

Леди Маргарет лично решила осмотреть, всего ли довольно на столе? Поднялась и проходит мимо места ещё не севшего герцога. Она сама будет наливать вино в кубок? Нет. Ничего не наливает. Просто подвинула его чуть ближе, переставила тарелку с пирожками. Пошла дальше, осматривает, поправляет, перекидывается словами с дамами. Радушная, приветливая, гостеприимная хозяйка.

- Вы заметили? Я видела! Шипящий шёпот прямо в ухо. Леа медленно наливает мне вина. Но кубок Его светлости ещё пуст! Вот он садится, и сам наливает себе морса, буквально залпом выпивает. Леди беседует с купцом в противоположном конце стола. Встаю, отхожу, нужно уточнить, что Леанна видела, а я не заметил. Благо, что люди в движении, эдакий сидячий шведский стол.

- Что видела? Не понял тебя.

- Она налила подменённый «яд» в пустой кубок. Мгновенно достала из рукава, когда двигала посуду. Флакон не зря такой формы, в ладонь ложится, его не идно вовсе, горлышко сквозь пальцы. Наклон руки и готово.

- Уверена?

- Вот Вам крест!

Леди Маргарет, леди Маргарет… Вы сделали свой выбор.