Глава 14

— Обороняйся! — Дэмиор кивнул Олану и нанес скользящий удар по груди: тот едва взмахнул палкой и тут же зашипел от боли.

Палка в руках мужчины выглядела грозным оружием, и Олан, не успевая отражать удары, то и дело болезненно морщился. Проводник перешел в наступление, и мальчик, силясь дать отпор, споткнулся и рухнул на землю. Мужчина подал ему руку и помог подняться.

— Давай еще раз. Уже лучше.

Несмотря на пронизывающий ветер и мелкий снег, Дэмиор был в одной рубашке, а вот Олан кутался в куртку — Брисса запретила "морозить ребенка"

Заметив мое любопытство, проводник вопросительно приподнял бровь, но в ответ я качнула головой. Мы пытались тренироваться, но у меня все валилось из рук, мужчина нервничал и злился. Больше заниматься я не рискнула, не для меня это.

Я отвернулась и, набрав снега в котелок, пошла к костру, у которого сидела Брисса, замотанная в одеяло. На ее лбу выступила испарина, фандрийка мелко дышала и выглядела замученной.

— Все еще плохо? — с сочувствием спросила я, подвесив котелок над огнем.

— Увы, — ответила она. — Малыш волнуется.

Я нахмурилась. Не нравилось мне, как протекала беременность фандрийки. Я была не слишком сведуща в этом вопросе — в родной деревне беременные опасались меня, и Ильясса сама занималась ими. Однако на пятом месяце ребенок не должен так активно шевелиться и реагировать на все, что ест или пьет его мать. Вчера я сварила Бриссе новый отвар, но не успела она отпить и глотка, как согнулась от рези в животе — ребенок буквально молотил ногами изнутри.

— Не переживай, все будет хорошо! — я пыталась убедить в этом не только ее, но и себя.

— Как твоя рука? — Брисса заметила, что левую руку я стараюсь по возможности не тревожить. Раны от когтей крэйтара оказались глубже, чем мне казалось, и заживали плохо. С памятной встречи прошло почти две недели, но рука все еще ныла, стоило резко пошевелить ею. Несмотря на все мои старания, раны зарубцевались, и теперь кисть пересекал некрасивый шрам.

Вода в котелке закипела, и я бросила внутрь несколько горстей крупы и немного соли. Горячая пища — наше единственное спасение, мы с Бриссой изрядно мерзли, больше не радуясь снегу, то и дело сыпавшему с небес. Здешняя осень напоминала зиму, но проводник говорил, что это ерунда и настоящие трудности ждут нас на перевале. Когда к костру подошли Дэмиор и Олан, раскрасневшиеся после тренировки, каша как раз поспела, и я разлила ее по тарелкам. Обед был скромным, но каждый проглотил его с жадностью. Остатки я поделила между Бриссой и Оланом — им еды требовалось больше, чем нам.

— Что у нас с припасами? — спросил Дэмиор.

— Крупы осталось с фунт, горсть соли. Сухари кончились, вяленого мяса четыре полоски. У лошадей один мешок овса, — теперь готовкой занималась я: Брисса стала слишком чувствительной к запахам, к тому же выросший живот вкупе с толстой одеждой изрядно сковывал ее движения. Дэмиор и Олан обычно запасали дрова и обустраивали лежанки.

Мы замолчали, впрочем, думая об одном. Денег оставалось совсем мало, и в последнем селении, что мы проезжали, подработать не удалось — мои настойки никто не купил, так как здесь был свой хороший травник, едва не поколотивший меня за мою попытку подработать, а помощь Дэмиора так никому и не понадобилась. Изредка проводнику удавалось подстрелить какую-нибудь птицу из самодельного лука, но заходить далеко в лес он не рисковал, а к тракту животные не приближались.

Дэмиор развернул карту на коленях.

— Мы уже в предгорьях, до Риогалла дней пять добираться. Постараемся дотянуть.

Пару дней назад на горизонте появились величественные горы, затянутые дымкой. Издалека они выглядели неприступными, и хотя мужчина убеждал нас, что знает дорогу, все равно было не по себе.

— Может, все-таки зайдем в банк? — выпалила Брисса. — Возьмем немного золота…

— Ты уверена, что твой отец оставил попытки найти тебя? — Дэмиор обратился к фандрийке. Этот разговор повторялся у них каждые несколько дней.

— Нет, — выдохнула Брисса и прижала руки к животу.

— Тогда не будем рисковать.

Опустошив тарелку с кашей, я поднялась.

— Не заходи глубоко в лес, — подняв глаза на меня, приказал Дэмиор. Мои спутники приняли мою привычку, но проводник не одобрял мое желание отдалиться от стоянки.

С тех пор, как меня поранил крэйтар, его словно подменили: мужчина общался со мной по делу, не позволяя себе улыбку или смех. И я уже готова была поверить в то, что его признание после нападения Рэйса и тот поцелуй на площади мне привиделись. Брисса проводила меня обеспокоенным взглядом.

Кивнув, я поднялась и отошла от костра на десяток ярдов. Сейчас мне требовалась помощь леса — забота о Бриссе здорово выматывала меня, а равнодушие Дэмиора мучило, хотя мне не хотелось признаваться в этом даже самой себе. Он много времени проводил с Оланом, обучая мальчика владению мечом и воспитывая характер. Но иногда я ловила на себе долгие взгляды проводника, гадая, что они значат.

В лесу было хорошо. Настолько, что не хотелось возвращаться. Зимний лес дремал, и его сонное сознание успокаивало. Погладив ствол ели, я подумала об отце. Как же мне не хватает его улыбки и добродушного смеха: "Не плачь, все будет хорошо!". Когда в детстве меня обижали, я бежала к нему на реку, а он сажал меня на колени и говорил, что все наладится. И я верила, послушно сглатывая слезы. И сейчас мне очень хотелось верить.

Обхватив себя за плечи и увязая в глубоком снегу, я повернула к лагерю. Встреча с крэйтаром сделала меня осторожнее. Сойдя с тропинки, тут же провалилась в глубокий сугроб. Ойкнув, облокотилась на ствол дуба и сняла ботинок, чтобы вытрясти снег.

— Почему ты так странно себя ведешь? — донесся до меня обеспокоенный голос Бриссы. Я затаилась.

— Как именно? — проводник спокойно собирал посуду, не глядя на нее.

— Ты стал так холоден к Орис. Что между вами произошло? Я думала, что она нравится тебе!

— Тебе показалось, — равнодушно ответил Дэмиор.

— Это из-за того, что она дриада?

Вопрос фандрийки остался без ответа. Глаза защипало от подступающих слез, но я усилием воли я отогнала их. Нельзя плакать! Зачем же Дэмиор позвал меня назад? Чтобы я могла заботиться о Бриссе?

Осознав, что я по-прежнему стою с ботинком в руке, вытряхнула снег и обулась. Выждав пару минут, вернулась к костру, ничем не показав, что я слышала разговор. Стараясь не смотреть на Дэмиора, собрала свои вещи и приторочила сумки к седлу. Вскоре мы отправились в путь.

Лошади шли медленно: даже на тракте лежал снег: здесь слишком редко проезжали люди. Солнце светило все ярче — день обещал быть погожим. Верхушки гор, украшенные снежными шапками, искрились, слепя нас.

К вечеру мы успели проехать с десяток лиг, прямо на лошадях пообедав вяленым мясом. Свою долю я отдала Бриссе. Фандрийка как-то призналась, что все время хочет мяса — ребенок требовал сил.

Едва солнце скрылось за горами, мы увидели несколько телег, стоящих на обочине дороги. Дэмиор подал нам знак остановиться и насторожился. Глиф предупреждал нас, что на дорогах рыщут не только крэйтары, но и разбойники. Справа от дороги переминались лошади, доносились веселые голоса, и в воздухе пахло чем-то вкусным. Мы рассмотрели небольшой лагерь с суетящимися вокруг костра людьми.

Окинув его взглядом, Дэмиор счел его неопасным и, спешившись, крикнул:

— Вечер добрый! А кто хозяин?

Голоса смолкли, и к нам вышел невысокий седовласый мужчина,

— Я хозяин, Каснар Флидис.

— А куда путь держите? Если нам по дороге, то мы бы хотели присоединиться, — твердо сказал Дэмиор, не заискивая и не упрашивая. Хозяин каравана смерил нас оценивающим взглядом, отметив беременность Бриссы, видимую уже даже сквозь одежду, и ребенка.

— Мы едем в Риогалл.

Мысленно я ликовала. Путешествовать компанией гораздо безопаснее, к тому же здесь можно подработать! Только бы караванщик взял нас.

— Я хороший воин и уже сталкивался с крэйтарами. А еще с нами травница, — проводник указал на меня.

Теперь Каснар с гораздо большим интересом смотрел на нас:

— Хорошо. Но денег платить не буду. Только еда с общего котла для всех вас.

Я чуть слышно выдохнула, не веря нашему везению. Брисса и Олан тоже радостно улыбались — едва соленая крупа надоела всем!

— Идет, — мужчины скрепили договор рукопожатием.

Спрыгнув с лошади, я осмотрелась. Караван не шел ни в какое сравнение с караваном Стаяма: вокруг костра сидело всего с десяток человек, а телег было и того меньше.

Не успели мы подойти к костру, как рядом раздался удивленный возглас:

— Дэм?

Светловолосый мужчина соскочил с места и сгреб проводника в охапку.

— Сто лет тебя не видел! Как жизнь?

Дэмиор, сперва опешивший от неожиданности, широко улыбнулся и засмеялся. Я завороженно смотрела на его преображение.

— Привет, Эрт, старина. Рад тебя видеть! — сердечно поприветствовал он друга, похлопав по спине.

— Что ты тут делаешь? Работаешь? — добавил он, взглянув на нас.

— Веду девушек за перевал.

— Перевал! — глаза мужчины округлились, но вопросов он задавать он не стал.

— Познакомься. Это Олан, Брисса и Орис, — проводник по очереди представил нас другу.

— Я служу здесь охранником. Раньше мы с Дэмиором вместе работали в страже.

Я чуть слышно выдохнула: если бы Эрт оказался магом, он мог бы раскрыть мою тайну. Мужчина каждому шутливо пожал руку, и я заметила, что его глаза были насыщенного цвета лазури.

- Откуда едете? — спросил Дэмиор.

— Из Кордейлы, — охотно ответил Эрт. — Последний караван, скоро перевал будет занесен снегом. Вот и везем в Риогалл специи и соль. А вы идете за перевал? Не знал, что ты водишь путников. Думал, все еще в страже работаешь.

— Пойдем осмотримся, — я потянула Бриссу в сторону, давая друзьям возможность пообщаться наедине. Сейчас Дэмиор нисколько не напоминал того хмурого мужчину, с которым мы путешествовали последние две недели.

Через полчаса в моем кошельке позвякивали монеты, а фандрийка смотрела на меня с уважением — все-таки травник нигде не пропадет. Набрав заказов на приготовление трех настоек и выменяв одну из них на шерстяные носки для себя и Бриссы, я была довольна как никогда. К тому же соблазнительный запах, исходящий от котла, намекал на ужин.

К несчастью, поварихой оказалось жена караванщика, отказавшаяся кормить нас сегодня — ведь мы только нанялись на службу. Вернувшись голодными, мы обнаружили, что Дэмиор с Оланом уже разбили лагерь и развели костер.

Эрт, крутившийся поблизости, сочувственно посмотрел на нас:

— Что, старая Ирла отказалась кормить? Та еще стерва! И как Каснар ее терпит! Ничего, я вам подсоблю — мне она не откажет.

Охранник ушел, едва ли не вприпрыжку, и я удивленно посмотрела ему вслед. Он так разительно отличался от Дэмиора, спокойного и уравновешенного, но глядя на него, невозможно не улыбаться.

Едва мы успели сварить ненавистную крупу, как рядом вновь появился Эрт. Он принес нам большой ломоть сыра, вяленого мяса и даже сахара. Отказавшись от мяса, я посыпала сухарик сахаром и вонзила в него зубы. Запивая лакомство чаем, я едва не урчала от удовольствия.

— Любишь сладкое? — спросил Эрт, улыбаясь.

— Угу, — кивнула я. В последние недели нам было не до сладкого.

Мое настроение поднялось и, убедившись, что Брисса под присмотром, я поднялась.

— Отойду ненадолго.

Пришлось отойти подальше — слишком много незнакомых людей. Последнюю неделю я проводила эксперимент — пыталась научиться владеть своей силой. Если бы я могла вызывать ту защитную волну, мне было бы намного спокойнее.

Поздоровавшись с лесом вокруг, с любопытством наблюдающим за мной, я глубоко вздохнула. Закрыв глаза, воскресила в памяти все происходящее: ненавистного мага, пытающего навредить моим друзьям, свое желание помочь им любой ценой. Внутри начало зарождаться какое-то тянущее чувство, холодком разбегающееся по спине. Когда я восстановила в памяти ту сцену, все исчезло.

Опустив плечи и тяжело дыша, словно пробежала целую лигу, я отбросила в сторону воспоминания о Рэйсе и друзьях. Они вызывали слишком яркие эмоции. Стоит подумать о маге, который мог причинить нам вред, мне становилось дурно. Хорошо, что теперь он за решеткой. Дэмиор сказал, что стражник попался принципиальный — сидеть магу в тюрьме.

Сосредоточившись на желании защититься, я почувствовала тихое течение Силы по крови. Внутри меня все горело, а кожа, как и в прошлый раз, покрылась мурашками. Едва тепло докатилось с поясницы до плеч, как все кончилось.

Я обессиленно облокотилась на ствол дерева и утерла пот со лба. От моего дыхания в воздухе появлялись облачка пара, но мне было жарко. Подумав пару секунд, распахнула плащ и распутала шарф.

Вторая попытка оборвалась в тот же момент, что и прежде — едва добравшись до плеч, ручеек силы захлебнулся. Несмотря на неудачу, я ликовала. Впервые мне удалось нащупать этот источник! Но мне нужно научиться концентрироваться — в схватке с Рэйсом сила сорвалась с кончиков пальцев.

Передохнув и растерев виски ладонями, вновь приступила к делу. В голове уже стучали молоточки, но мне хотелось закрепить успех. Едва сила начала зарождаться где-то в позвоночнике, как в глазах потемнело и ноги подогнулись. Я словно подкошенная рухнула на снег, кляня себя за беспечность. В висках шумела кровь, заглушающая все вокруг. Я не слышала голоса растений и вдруг почувствовала себя настоящей сиротой. Эта тишина пугала.

Ничего, успокаивала я себя, пытаясь не всхлипывать. Это временно. Просто я перенапряглась. Заставив себя подняться со снега, я оделась и поплелась к лагерю. Перед глазами все плыло, а тело качало — ноги не слушались. Пройдя с десяток шагов, я увидела перед собой человека. С трудом поняла, что передо мной стоит Эрт. Его голубые глаза были широко распахнуты, и он что-то пытался втолковать мне, однако его слова доносились слабо, словно сквозь плотную завесу. Сообразив, что я не в себе, он махнул рукой и подхватил меня на руки. Я запоздало взвизгнула — земля и небо качнулись и затанцевали, то и дело меняясь местами. Прижавшись к плечу мужчины, я зажмурилась, слушая, как колотится его сердце.

— Что случилось? — раздался голос Дэмиора.

Меня бережно уложили на лежанку около костра. Марево перед глазами рассеялось, и я рассмотрела испуганное лицо фандрийки. Да, обычно из леса я возвращалась отдохнувшей и полной сил. Рядом же обнаружился и проводник, расспрашивающий приятеля.

— Я нашел ее недалеко от лагеря. Что это с ней?

— Ничего, я в порядке, — я подала голос, удивившись тому, как слабо он звучит. — Просто голова закружилась.

— Я принесу кипятка. Ваш костер едва тлеет, — сказал Эрт.

Едва охранник ушел, Дэмиор и Брисса вопросительно взглянули на меня, и я нехотя призналась:

— Я пыталась научиться владеть своей силой. Не вышло.

— Нужно было предупредить. Свались ты там, в лесу, нашли бы мы тебя? — строго сказал Дэмиор, и мне стало горько. Неужели это все, что его беспокоит?

Под возмущенным взглядом Бриссы проводник отошел от меня и занялся лошадьми. Рядом нарисовалась взволнованная мордашка Олана. Я погладила мальчика по светлым вихрам, давая понять, что я в порядке.

Вскоре вернулся Эрт, и Брисса заварила чай из моих запасов. Дэмиор к нам не присоединился, а вот его друг с явной неохотой отказался посидеть с нами — пришла его очередь дежурить у костра.

***

…Стены давили, и воздуха не хватало. Откуда-то с потолка капало, и звук разбивающихся капель о каменную плиту действовал на нервы. В камере царил мрак, и я с трудом мог разглядеть серые стены с сеткой трещин и стальную решетку

Почему я проснулся? Голова нещадно болела, а тело, ватное и тяжелое, отказывалось повиноваться. Шершавый пол был твердым и холодным, и я оставил попытки перевернуться.

Со стороны решетки послышались гулкие шаги.

— Выспался? — спросили тонким голосом с визгливыми нотками.

Я повернул голову и сфокусировал взгляд. Мой посетитель — или пленитель? — оказался невысоким и сутулым мужчинкой с тонкими ногами и впалой грудью. Форменные брюки и рубашка смотрелись на нем нелепо, натягиваясь и пузырясь на разных местах.

Удовлетворив свое любопытство, я отвернулся.

— Архон передал, чтобы ты соглашался. Иначе он еще раз встретится с тобой и потолкует как в прошлый раз.

Тело предательски заныло, но я промолчал. Визгливый голос ввинчивался в уши, но скрыться возможности не было.

— Впрочем, у него есть для тебя подарок. Заметил, какой неудобный пол?

Тихий щелчок, и мое недоумение тут же разбилось вдребезги — все тело затопила жгучая боль. Из груди рвались крики, но я стиснул зубы, прикусив губу.

Извернувшись, посмотрел на своего мучителя: тот стоял, держа в руках поблескивающий предмет, и широко улыбался. Заметив мой полный ненависти взгляд, он на долю секунду стушевался и побледнел. Стараясь скрыть свою слабость, он торжествующе улыбнулся, и я потерял сознание.

***

— Нет!

Я вскочила с места. Тело все еще ощущало боль, а по щекам струились слезы.

— Орис, что такое? — сонно спросила Брисса. Мальчишка, спавший у нее под боком, пошевелился, засопел и отвернулся, накрывшись одеялом с головой.

Это сон? Всего лишь сон? Я по-прежнему чувствовала спертый воздух, а в ушах звучал визгливый смех. Я тряхнула головой, пытаясь убедить себя, что это всего лишь кошмар. Получалось плохо, и я поднялась, растирая затекшее тело.

— Орис? — раздался шепот Дэмиора сбоку. Мужчина приподнялся на лежанке. — Что-то случилось?

На заспанном лице проводника не было обычной хмурости и равнодушия: серые глаза смотрели обеспокоенно.

— Сон страшный приснился. Просто ужасный, — меня передернуло.

— Это всего лишь сон, — Дэмиор ободряюще улыбнулся.

— Прости, что разбудила тебя, — я не могла отвести глаз от взъерошенного мужчины. Хотелось как можно дольше продлить этот момент, поговорить с ним как раньше.

— Мне тоже порой снятся плохие сны, — медленно сказал проводник.

Я с сочувствием взглянула на него, мечтая коснуться его лица и разгладить морщинки на лбу.

— Ложись спать, — он помрачнел. — Завтра нам предстоит долгий переход.

Я кивнула, и мужчина отвернулся, укрывшись плащом. Все волшебство этой ночи рассеялось, и мне вновь стало горько. Полюбовавшись на затылок Дэмиора, украдкой смахнула слезу и поежилась от пронизывающего ветра. Поднявшись, укрыла спящую Бриссу, разметавшую одеяло. Сама ложиться не стала. Не хочу вновь видеть тот сон.

Завидев в центре лагеря пламя костра, я прихватила кружку и отправилась туда. До рассвета оставалась еще пара часов, и лучше коротать их у огня.

Эрт встрепенулся и потянулся к оружию, заслышав мои шаги, но я тихо окликнула его.

— Орис? Ты чего не спишь? — удивился охранник.

— Что-то не спится. Можно я посижу с тобой?

— Конечно! — он широко улыбнулся.

Налив кипятка из булькающего котелка, я послушно села рядом с мужчиной, грея руки о кружку. Некоторое время мы молчали, глядя на сверкающее пламя костра. С неба сыпался снег, и огонь слизывал его прямо на лету.

— У тебя снежинка прямо на носу, — Эрт улыбнулся и легонько щелкнул меня по носу, а после погладил по щеке.

Я смутилась и поежилась, мужчина отдернул руку. Повисло молчание, и охранник попытался сгладить неловкость:

— Смотри, что у меня есть. Специально для тебя приберег!

Пошарив в сумке, охранник достал нечто, завернутое в тряпицу, и протянул мне.

— Она немного подмерзла, но если подержать над огнем…

С любопытством я развернула тряпицу и обнаружила внутри лепешку и кусковой сахар.

— Ирла пекла утром еще, оставил на вечер, но ты же любишь сладкое…

Я задумчиво вертела подарок в руках, но едва я решила вернуть его назад, как охранник возмущенно сказал:

— Назад не возьму! И не проси! Неужели я не могу подарить девушке лепешку?!

Я хихикнула над горячностью Эрта, и мы оба дружно рассмеялись. Это разрядило обстановку, и постепенно мы разговорились.

— Спасибо. И за булочку, и за вчерашнее. Я бы не дошла до лагеря.

— Пустяки! — махнул рукой Эрт и спросил. — А вы идете за перевал?

— Да, к родственникам, — пояснила я. В компании Эрта я чувствовала себя спокойно, но нельзя забывать о безопасности. — Бриссу все еще может искать отец, а про меня вовсе никто не должен знать.

— И не боитесь?

Конечно, я боялась. С каждым днем неприступные горы приближались, и меня охватывала дрожь при одном только взгляде на них.

— Боюсь, — тихо ответила я. — Но Дэмиор — хороший проводник, он обещал провести нас хорошей дорогой.

— Да, он отличный друг и товарищ. Мы с ним раньше служили вместе, до того, как его назначили в напарники Рэйсу.

— Рэйс? — вырвалось у меня. — Они были напарниками?

— Да, — задумчиво сказал Эрт, пошевелив палкой угли в костре. — Мне он никогда не нравился, но они стали друзьями. Меня тогда перевели из столицы за небольшую провинность, и я не знаю, за что Дэма вышибли из стражи. 1439f7c

Я вспомнила грязные намеки Рэйса на убийство. Мне по-прежнему не верилось в это, но проводник не спешил рассказывать о себе. Я покачала головой, стараясь успокоиться и привести в порядок разбежавшиеся мысли.

— Впрочем, что это я все о Дэме, — к моему сожалению Эрт сменил тему. — Может, расскажешь о себе?

- Да, что рассказывать. — Я смутилась, заметив живой интерес охранника. — Я родилась на Юге, травничеством с детства занимаюсь…

Позади послышались шаги, и, обернувшись, я увидела хмурого проводника. Он смерил нас тяжелым взглядом, вызвав недоумение Эрта, и обратился ко мне.

— Орис, можно тебя?

— Конечно. — Я поднялась, — Эрт, спасибо еще раз за помощь и компанию.

Дэмиор чуть слышно скрипнул зубами и потянул меня за собой. Я едва не упала, запутавшись в одеяле, которым укрывалась у костра.

На небе разгорался зимний рассвет, и тяжелые пышные облака задумчиво плыли, скрывая верхушки гор. Лагерь только начинал просыпаться: раздавались тихие голоса и ржание лошадей.