Глава 17. Несовпадение стилей
Размазать варенье по ней Эле ещё никто не обещал, и она немного растерялась. Правда, её растерянность смыло бурным потоком возмущения, когда она увидела, что Тома открывает ЕЁ холодильник.
— Ты! Что ты там забыла? Там всё моё!
— Не забывайтесь, уважаемая! — Тома и покруче людей тоном могла останавливать, не то, что эту эльфо-выпендрюху, так что Эля затормозила меховыми тапочками как миленькая и аж присела. — Этот холодильник — совместная собственность супругов, то есть, если вы по разрешению неуважаемого мною Александра можете им пользоваться, то и я могу делать то же самое, благодаря позволению Арины. Вам ясно?
Она выложила в пластиковый контейнер остатки колбасы, в другой — пару недоеденных пирожных, и чуть их прикрыв, поставила в холодильник, предварительно шустро убрав всё содержимое одной из полок на другие.
Варенье она почему-то в холодильник не поставила, а бережно закрыв его крышкой, унесла в комнату и оставила там.
Уходя из «гостеприимной» квартиры, Тома заперла дверь в комнату на ключ, почему-то насмешливо покосившись на широкую щель под этой самой дверью.
— Ну, ты попала! — шипела Эля, добывая из недр своих сумок какой-то пластиковый пузырёк. — Вот я тебе устрою!
Она отлично умела пользоваться самыми экстремальными, пусть даже и неприятными приёмами по «чистке организма», считая, что детоксикация крайне полезна для здоровья, так что пузырёк со слабительными таблетками всегда был при ней. А что? Иногда нужна была интересная бледность и невесомость, отлично достижимая с помощью вот таких таблеточек.
— Главное, их принять заранее. Сильно заранее! — злобно прошипела Эля, вытаскивая пирожные из холодильника.
Она измельчила таблетки, потом растолкла их в мелкий порошок, и осторожно сняв верхний слой крема в пирожных, подмешала порошок в середину кремового слоя. После этого, как можно более незаметно, Эля пристроила пироженные верхушки на место.
— Ну, я над тобой повеселюсь! — злобно шипела Эля, закрывая холодильник.
Ах, если бы, сейчас её видел Саша! Красивое и милое, трогательное и нежное личико на секунду словно сползло, и на лице Эли проявилось коварное и хищное выражение, роднившее её со злобной крысой из мультфильма о Щелкунчике…
Правда, Саше и так хватило потрясений.
Конечно же, он плотно пообедал в ресторанчике около работы, но поужинать там же не смог — сильно задержался, и возвращался уже почти ночью. Нет, можно было бы заехать куда-нибудь и поесть, но Эля звонила уже почти непрерывно.
— Днём она позвонила в рыданиях и пожаловалась на Тамару, которая её оскорбила и угрожала ей, потом она позвонила ещё раз восемь… после шести я почти ничего не успевал, потому что она звонила, звонила и звонила… — тяжко вздыхал за рулём Саша. — Арина никогда так себя не вела! — невольно пришло ему в голову.
Невольно пришло, но окопалось и как-то не стремилось убраться…
— Жил себе спокойно, питался правильно. Никто меня не дёргал… А сейчас? — недовольно-голодный внутренний голос бухтел, ворчал и растравлял раны. — Да, Эля красива, элегантна, но… как бы это… чужой женой она меня устраивала гораздо больше!
Сейчас, когда уже не было необходимости защищать её от нападок матери и сестры, критический взгляд на достоинства жизни с его невестой снова вернулся и, прищурившись, начал крутить носом и намекать, что связываться с этой девушкой как-то неразумно…
— Ну, а что мне делать? — фыркнул Саша на внутренний голос, покосившись на себя в зеркало заднего вида.
— А если попытаться всё-таки вернуться к Арине? Ну, правда же… она уже должна была успокоиться, перестать так злиться! И вообще, людей надо прощать за ошибки! Тем более, что, если бы я ей был безразличен, она бы не подселила к нам эту свою Тамару!
Размышления о том, как бы ему лучше устроиться, совпали с возвращением домой.
Надежда на какой-то более-менее нормальный ужин вспыхнула в душе Александра, стоило ему переступить порог квартиры. Пахло умопомрачительно вкусно! Мысли о том, что Эля ему вообще-то не очень подходит, смылись моментально, унесённые великолепным запахом!
— Элечка, милая! Я вернулся! А что у нас на ужин?! — радостно воскликнул он, думая увидеть Элю, выглядывающую из кухни…
Правда, против его ожиданий, она вышла из комнаты и, всхлипнув, кинулась ему на шею.
— Саша, я так тебя ждала, так ждала. Что мне пришлось пережить! Ещё и вонь эта… Понимаешь, воняет оттуда! — она сердито кивнула на запертую дверь комнаты, которую заняла Тома. — Запах как… как в каком-то мерзком колбасном цеху!
Саша машинально покосился на дверь, потом шагнул на кухню и печально уставился на тарелку с отвратительной горкой брюссельской капусты и небольшим кусочком какой-то рыбы.
— Ты хотел поплотнее — вот, всё вкусное и на пару… — объявила Эля, обиженная на невнимание Саши к её жалобам.
— Дорогая… я как бы это… не ем вон ту зелёную пакость! — Саша брезгливо ткнул пальцем в противный ему продукт и тут же пожалел об этом — Эля пискнула, закрыла руками лицо, взметнулись одежды, даже, кажется, эфемерные крылышки укоризненно затрепетали, унося свою владелицу прочь от негодяя, так её оскорбившего.
Тут бы ему кинуться вслед, вымолить прощение, но он устал, был голоден, его дразнил потрясающий запах, который объяснялся крайне просто — Тома коварно оставила в комнате маленький обогреватель с поддувом, который приехал в её чемодане на колёсиках, а на него высыпала сухую приправочную смесь для начинки колбас… Смесь нагрелась, запах легко преодолел препятствие в виде двери, атаковал Элечку, а теперь и Шашулю…
Нет, если бы Эля не была так избалована вольготной жизнью с любящим её Олегом, и хоть немного задумалась бы о том, что уставшего после работы человека надо всё-таки накормить ужином… И что этот самый ужин может отличаться от её вылазок в модные рестораны, то, конечно, она бы поучилась готовить, выяснила, что именно нравится любимому мужчине…
Только вот не собиралась она интересоваться подобными глупостями. Зачем? Да и любимого человека у неё никогда просто не было — была дичь, которую надо было приручить, подчинить себе, заставить себя содержать, доставляя как можно меньше хлопот.
Элин стиль был загадочен, элегантен, слегка неуловим, самую малость, так, чтобы заставить за ней бежать. Бежать, пока не попал в хитрую ловушку. Вкусной еде места в этом стиле не было — приготовление такого было уделом «вульгарных», то есть простых, обыденных, повседневных и неинтересных женщин.
Именно по причине несоответствия Элиного стиля Шашулиным потребностям в питании и вышло так, что мерзкая зелёная пакость была им выкинута, рыба осмотрена и проглочена в одну минуту, а дальше голодный Саша полез в холодильник на добычу питания.
И узрел…
Где-то краем сознания он припомнил что-то про Тому, которая коварно приволокла какие-то омерзительные продукты и оккупировала Элин холодильник непозволительной вонючей пакостью, но все эти воспоминания рухнули при виде отличнейшей колбасы и пирожных.
Да, сочетание вышло странным, но его это не очень смутило — было так вкусно!
Колбасные запахи витали в воздухе, вдохновляя его на новые питательные подвиги… так что он и сам не заметил, как контейнеры опустели и последовали в мусорный пакет, вслед за «паровой» капустой.
Довольный жизнью и чуточку, самую малость смущённый от поедания чужих продуктов, Саша сидел и пил чай, проговаривая завтрашний диалог с Тамарой.
— Я ей скажу, что увидел продукты, не сообразил, что это её и выкинул их. Контейнеры одноразовые — упаковочные, которые в магазинах дают, так что никаких проблем! Нечего в мой холодильник залезать! Если скажет, что это он наш общий с Ариной, скажу, что это ещё доказать надо!
Эля напрасно ждала в тёмной комнате прибытия виноватого Александра. Правда, время проводила с пользой — переписывалась с «карпом», растравляя его интерес к своей особе. Но переписка подошла к концу, а Шашуля всё никак не шёл с повинной головой, так что она отправилась сама — ну, надо же уточнить, не потерял ли он совсем совесть!
— Ты поел? — холодно уточнила она.
— Да, Эль, спасибо! — благодушное Сашино настроение распространилось даже на склизкую рыбу, которую он заглотил. — Рыба была отличная.
— Милый! Нам надо поговорить… я не хочу видеть тут эту Тамару!
— Но мы же это уже обсуждали… — начал Александр.
— Да, я помню, но я придумала способ обойти эту проблему. Мы с тобой скоро будем свободны, и нам ничего не помешает расписаться! Можно даже справку купить… ну, что это надо сделать срочно. И тогда я буду твоей законной женой, и буду иметь право тут находиться, а она будет никем, и ты сможешь её выгнать!
Саша не подавился чаем только потому, что его уже допил.
Как-то идея столь спешной женитьбы его не порадовала. Он было уже собрался заявить о том, что им нужно насладиться спокойной жизнью без обязательств, как Эля проплыла к холодильнику, достала очередной пучок каких-то невнятных ростков и тут увидела, что Томина полка пуста…
— Ой, ты что, выкинул её продукты? Зачем? Я туда специально слабительного подмешала, чтобы она знала, как тут, в моём холодильнике всякий мусор разбрасывать!
Выпученные Сашины глаза Эля отнесла на счёт его возмущения Томиным поведением, так что вдоволь поплакалась «любимому» о том, как сегодня страдала от этой неописуемой хамки.
Стремительный старт Шашули с места и исчезновение его скромной особы в помещении, куда и короли пешком ходят, Эля никак не связала со своей «приправой» к пирожным.
Правда, раз на пятый начала что-то подозревать.
— Милый, с тобой всё в порядке? — нежный голосок вызвал у несчастной жертвы Элиных интриг желание побиться головой о стенку.
— Да, дорогая, видимо, мне просто не пошла пища на пару… — простонал Саша.
Его организм вовсе не хотел никаких насильственно-очистительных процедур, и в голову полезли всякие непрошенные мысли…
— Ну, так вот женись, а она обидится на то, что я её готовку не ценю, или ещё на что-то там, и решит, что вдовой ей быть приятнее, — рассуждал Саша. — И что? Дома вообще ничего не есть? Нет, понятно, что особо и нечего, но при таком раскладе и пить тоже нельзя! Чего-то я, кажется, попааааал!
Голодный, несчастный Александр, выходил из комнатки санитарного назначения, попадал в прихожую, благоухающую изысканными мясными деликатесами, сглатывал слюну и тащился в спальную. Элино обаяние на него тоже как-то действовало не очень — он почему-то инстинктивно испуганно отшатывался от любого её жеста. Так, что пришлось «найти» у себя признаки простуды и «испугаться» того, что он может заразить свою Элечку.
— Дорогая, я лучше в кухне на диванчике посплю, а то, мало ли… — сказал он, наконец.
Правда, там колбасой пахло ещё сильнее.
Наутро настроение Сашеньки было отвратительным, так что, когда он услышал скрип ключа в замочной скважине, оно стало ещё менее жизнерадостным!
Явление сияющей Томочки на пороге его кухни, повергло Сашу в состояние «счас просто изничтожу».
— Ой, Шашуля… доброе утречко! Как твоё ничего? Вижу-вижу! Цветёшь, волосы дыбом стоят, а в глазах такое доброжелательное гостеприимство? Аж приятно! — пропела Томочка.
— Че-го-те-бе-тут-на-до? — прорычал Александр.
Голодный, абсолютно не выспавшийся, с полностью очищенным организмом, пропитанный ароматом колбасы и с пустым холодильником, он выглядел крайне нелюбезно.
— Как чего? Не успела дома позавтракать, вот сюда забежала. Нет, можно в кафе, но я так люблю домашнее!
Она метнулась в комнату, откуда ей навстречу вырвался монолитный аромат колбас, вынырнула оттуда с баночкой варенья, чуть не с головой закопалась в пакет с продуктами и на столе появились яйца, свежая докторская колбаса, манящая невинным розовым срезом, небольшая сковородочка, небольшая пачка сливочного масла, коротенький поджаристый багет.
— Ты издеваешься? — неожиданно откровенно и горько спросил Саша.
— Да, а что? — так же откровенно улыбнулась ему Тома, взмахнув багетом. — Я очень-очень люблю перед завтраком закусить кем-то вроде тебя!
Топот Александра, рванувшего из кухни, вызвал на лице Томы улыбку. Короткий осмотр холодильника сделал её ещё шире.
Когда через пару минут Александра вынесло в прихожую уже одетого и с ключами от машины в руках, Тома приветственно помахала ему бутербродом и напутствовала словами:
— Хомячить чужое без разрешения — дурной тон даже у студентов в общаге! А не извиниться за это — и вовсе фу! Хотя… что ещё ждать от существа, которое даже не осознало, что творило последние несколько лет! Так что я тебя прощаю — на скорбных совестью не обижаюсь, но только на первый раз — потом буду страшно мстить! Удачного тебе дня, Шашуля!
Хлопок двери едва не вынес её на лестничную клетку и следом за этими странными звуками на кухню выплыла сонная и ничего пока не осознавшая Элечка.
— Ой, какие люди и уже в макияже. Ба, да он у тебя перманентный? Ну, конечно! И как я сразу-то не догадалась. Ты, главное, подновить его не забудь, а то, как слиняет краса-то ненаглядная… Как увидит очередной «Шашуля» натур-продукт, так и с копыт навернётся! А ну как ещё не женат будет на тебе? Или завещает всё-всё не тебе вовсе, а ещё кому-то!
— Мне всё равно половина достанется! — спросонья брякнула Эля. — В любом случае!
— Радость моя, ну, что же вы так безграмотны? В любом случае нельзя отказать в завещании иждивенцам — то есть несовершеннолетним, инвалидам, пенсионерам. Из первой категории вы уже выросли, во вторую разве что на корню отсохшей совестью можете попасть — но за это инвалидность не дают, а до третьей вам ещё далековато. Всех остальных через завещание вполне можно оставить с некоей обнаженной частью тела! Так что, думайте, милая! Думайте! Обидно будет положить кучу сил на какого-то типа, а потом ррраз и оказаться на улице без ничего…
Тома с аппетитом ела завтрак, пила кофе, выразительно заедая его вишнёвым вареньем, и насмешливо косилась на опешившую Элю.
— Люблю нести я свет и радость, дубинкой разгоняя гадость… — промурлыкала Тома, вымыв свою личную тарелку и убрав её в комнату. — А теперь меняем ароматизатор — разнообразие — наше всё!
Насыщенный упоительный аромат кофе, ванили и корицы наполнил квартиру после её ухода, вызывая желание немедленно кинуться к ближайшей кондитерской и скупить там весь ассортимент!
Правда, до Эли это дошло не сразу — она переваривала прощальную Томину фразу:
-Не скучайте, милая, я ещё и на ужин приду!