ГЛАВА 8

– Неужели это правда! – завизжала вдруг Саша во весь голос, дрыгая ногами словно маленький ребенок. – Не верю! Просто это невозможно! В гробовой тишине я, Рита и Саша лежали на диване в доме последней. Каждый думал о своем, листал ленту социальной сети. Крик блондинки заставил встрепенуться, испуганно выровняться по струнке. – Сколько раз просила так не делать! – закатила глаза Рита, у которой от испуга по телу мурашки пошли. – Что там такое, балда?.. Саша с торжественным видом показала нам с телефона какую-то афишу. – Можешь разъяснить? – мягко попросила я. – Ничего не понятно… – До вас доходит, как до жирафов… – закатила глаза Саша, набрала полные легкие кислорода и импульсивно затараторила: – В общем, вы все знаете, что мой любимый певец Мияги, правда? А любимый клуб – «Стетфорд». Ну, тот который возле самой центральной площади. – Ты была там всего раз, – поддела ее Рита, давя улыбку. – И то, пробралась бесплатно, пока охранник отвернулся. – Это не важно! – воинственно воскликнула Саша. – Важно то, что на этих выходных Мияги выступает в «Стетфорде»! Разве это не знак, что мы ПРОСТО ОБЯЗАННЫ ТАМ БЫТЬ! – Сашенька, все это, конечно, прекрасно… – как можно доброжелательнее произнесла я, пытаясь быть тактичной. – Но центр столицы, популярный клуб и звезда мирового уровня… Ты уверена, что у нас есть деньги на подобное развлечение? Подруга вдруг вскочила на ноги и, грызя ногти, принялась вымерять шагами комнату: – Я все придумала. Вы ведь помните, что через месяц у меня день рождения? Я скажу родителям, что хочу в качестве подарка бронь столика на втором этаже клуба. Там как раз самый лучший вид на сцену. – А как же… – попыталась вставить свои пять копеек Рита, но была заткнута жестом руки Саши. Я посмотрела на подругу с сочувствием. Если Саше что-то взбредало в голову, девушку было уже не остановить. Она, как поезд, сошедший с рельс и мчащийся прямо в овраг. – Деньги, что вы планировали потратить мне на подарок, потратите на коктейли в баре. Идет? – взгляд девушки внимательно изучал мое лицо и лицо Риты. Наконец, я напряженно кивнула первая. Честно говоря, не особо понимала, на что соглашаюсь. Затем Рита тоже кивнула, при этом скривившись. Саша будто втягивала нас в какую-то авантюру, после которой мы могли запросто остаться с голыми задницами. Но девушку, судя по всему, это нисколько не расстраивало. Радостно хлопнув в ладоши, она схватила сотовый и бросилась в другую комнату: – Пошла звонить родителям! Через полчаса мы окончательно убедились, что в клуб «Стетфорд» все же идем. Но родители Саши не согласились на ВИП столик, как хотела дочь. Потому что бронь его стоила пятьдесят тысяч, плюс двадцать минимальный чек. Они позвонили в клуб и выбрали самый дешевый вариант: барная стойка у танцпола перед сценой. В результате за Сашей была проходка на концерт и по одному коктейлю каждой. – Следующую неделю мы будем слушать только об этом концерте… – словно опытная гадалка предсказала Рита. Так оно и случилось. *** – Диана? – нервный мужской голос окликнул меня в тот момент, когда я уже собиралась войти в аудиторию. – Можем поговорить? Я растерянно обвела взглядом накачанного симпатичного парня. Через тесную футболку прорисовывались стальные мышцы. Он показался мне довольно милым в своем стеснении. – Да? – махнув рукой подругам, мол, идите занимайте место, я подошла к парню и с интересом уставилась в его карие глаза. – Что-то случилось? – Ты ведь получила мою записку, правда? – он напряженно скривился. – Надеюсь, она не попала к другому человеку. Я Дима. Дима Флажков. – А, это ты… – не ожидая от себя подобного, я засмущалась. Дима был первым, кто открыто проявил свою ко мне симпатию. – Приятно наконец познакомиться. Дима ответил мне широкой улыбкой, сверкая белыми зубами. Я засмеялась, как идиотка. И тут же пожелала провалиться от стыда под землю. – Сходим вечером в кафе? Я угощаю, – произнес он и тут же осекся. – Черт, я такую ерунду несу… Естественно, я угощаю, если приглашаю. Прости, туплю. Мы, словно два барана, соревновались по типу: кто ведет себя более нелепо. И неизвестно кто побеждал. – Идет! – согласно кивнув, я ощутила, как от волнения сжимаются легкие. – Где встретимся? Дима только открыл рот, чтобы ответить, как его взгляд зацепился за нечто за моей спиной. Парень побелел и потерял дар речи, немного попятившись назад. – Добрый день, Вадим Геннадьевич! – произнес тот, и я с трудом удержалась на ногах при мысли, что Шлефов прямо за мной. Стоит и испепеляет. Показалось, у меня спина воспламенилась! – А мы с Дианой здесь вот… – Я смотрю, Флажков, ты настолько хорошо подготовился к моей паре, что вместо повторения решил поболтать? – чеканя каждое слово, профессор убивал Диму словами. Резал без ножа. – Понятно. Спасибо за наводку. Я проверю. Закрыв глаза, я заставила себя приободриться и резко повернулась: – Добрый день, профессор!.. – Виделись, – холодно махнув по мне демонстративно равнодушным взглядом. – Быстро в аудиторию! И хоть пара начиналась через пять минут, Шлефова ослушаться никто не мог. Уже через считанные секунды я рассказывала подругам о произошедшем. Они не понимали, с чего Вадим Геннадьевич словно с цепи сорвался. – Он всегда такой, – поясняла я, сама в это не веря. В тот день в него будто бес вселился. Всю пару Шлефов продержал Диму у доски. И хоть парень не был глупым, профессору удалось выставить его таковым. Под конец, униженный Флажков стеснялся встречаться со мной взглядом. А я, злясь на поведение Шлефова, демонстративно подошла к Диме и предложила прямо сейчас попить кофе. – Чего ждать? – как можно громче произнесла, исподтишка поглядывая на Вадима Геннадьевича. Тот старательно делал вид, что читает чей-то конспект. – Мне натерпится узнать тебя получше! Шлефов закашлялся, ударил кулаком по столу и слегла привстал, будто с трудом удерживает себя прикованным к стулу. – Конечно, я только «за»! – радостный Дима положил руку мне на талию, направляя в сторону выхода. – Ты такая худенькая, Дианочка. Как струна! Куплю тебе самый большой и сочный эклер! Уже переступая порог из аудитории в шумный коридор, я услышала, как Шлефов все же вскочил с места и прорычал: – Диана, живо подойди! Но я случайно «не услышала», почему-то коварно улыбаясь. И все же, попивая кофе с интересным симпатичным парнем, я думала лишь о том, что чувствует сейчас Шлефов? О чем думает? Где и с кем? Глупость какая-то… **** Восемь вечера. Звонок на телефон: – Девушка, спуститесь пожалуйста. Встретьте курьера. На мои убеждения, мол ничего не заказывала, мне объяснили: кто-то сделал доставку за вас, указал номер и адрес. Так что заберите, будьте добры. Натянув плащ поверх пижамы с кроликами, я спустилась с детским воодушевлением. Меня ждал букет кустовых белых роз и пицца. Уже дома, улыбаясь до ушел от такого внезапного приятного сюрприза, я сделала фото себя с подарком. Подписала: «Спасибо, Димочка! Ты очень внимательный!». То, что это именно Дима Флажков, почему-то не сомневалась. Во время кофе мы обсуждали маленькую стипендию и то, как приходится изощряться, дабы не умереть с голоду. Дима похвастался, что подрабатывает в компании отца и особо проблем с деньгами не имеет. А то, что адрес ему своей не говорила, так это не сложно: в общаге все друг друга знают. В голове все складывалось идеально. «Шикарная пижамка. Специально принарядилась?», – пришло через считанные минуты. Я уже собиралась ответить, как заметила одну «маленькую» деталь… Это был профессор Шлефов, а не Дима. Как так вышло, ума не приложу. Видимо, слишком много о Вадиме Геннадьевиче думала… Не успела толком осознать, что натворила, как тот добавил: «Вообще странный комплект. Шорты короткие, топ узкий. Я почти вижу твои соски, а если наклонишься, будет видно задницу. Только не говори, что так ходила курьера встречать». Я закрыла глаза, пытаясь помедитировать. Такого преподаватель студентке написать просто не мог. Не Шлефов, уж точно! Открыла глаза с надеждой. Нет… Все же не ошиблась. Это был он – мой мучитель. «Так это подарок от вас? Точно? Вы прямо уверены на все сто?», – обреченно переспросила. А вдруг это изощренная шутка. «А от кого еще, Диана? На кого ты другого рассчитывала?», – почему-то во фразах чувствовалось ехидство. «Думаешь, Флажков? Сомневаюсь, что в его плоский ум когда-либо придет подобная гениальная идея». На нервах распахнув коробку пиццы, я, не замечая того, съела целый кусок. Она была непревзойдённо вкусная, ароматная, сочная! Ничего подобного никогда ранее я попросту не ела. Наверняка, из какого-то дорогого места, где не экономят на качестве и количестве продуктов. «Зря вы так о нем говорите. Отличный парень. И смышленый! И вообще… Ваша идея не гениальная, а идиотская!», – заступилась за Диму я. «Значит, пиццу не хочешь? Жаль. Сейчас приеду заберу. Не пропадать же продуктам», – выпалил тот, и я поперхнулась третьим, почти доеденным кусочком пиццы. Чувствуя себя неловко, с выпученными от страха глазами, я быстро ответила: «Нет, пиццу не отдам. Она уже привыкла ко мне. Новые хозяева – это стресс!». И занервничала. Вдруг правда приедет? А я в пижаме с кроликами. Она и вправду не очень закрытая… Кусая ногти, меряя шагами комнату, снова ела. Просто не могла остановиться. «Не придумывай. Зачем тебе одной такая большая пицца. Уверен, в тебя столько просто не влезет!», – парировал Шлефов. «Влезет! – в панике напечатала я за считанные секунды. Глянула на упаковку, уточнила и сморозила с перепугу: – Двадцать пять сантиметров идеально для меня!». Пауза. Пришел смайлик с выпученными глазами. Я трижды перечитала, что написала, и застонала в голос, ударяя себя кулаком в лоб. Ну что за идиотка? «Отлично, – пришло спустя целую вечность. Я к тому времени уже успела довести себя морально до петли за длинный язык. – Сработаемся?». И что он имел в виду? Мой хороший аппетит или?.. Нет, никакого «или». С безумно колотящимся сердцем я решила поскорее закончить странный диалог. Чересчур сильно он меня нервировал: «Спасибо за пиццу. Правда, самая вкусная, что я когда-либо ела!». «С удовольствием поприсутствовал бы в процессе. Но, как скажешь», – пришло от Шлефова, я проигнорировала прямое напрашивание в гости. И как, собственно, это будет выглядеть: известный во всем вузе профессор пришел в личную комнату к своей студентке?! Тема обсуждений на год вперед! Люди и так поговаривают про меня всякое. Но больше всего меня беспокоило другое… Я больше переживала о том, что скажут люди, а не о том, чтобы остаться с мужчиной наедине. «А как цветы? Свежие? Все нормально?», – не отступал мужчина. Желая поскорее съехать с разговора, я подошла к букету, поставленному в огромную стеклянную чашку, быстро сфотографировала и отправила. Пусть лично увидит, что все отлично, и отстанет. «Отличный вид. Цветы, правда, не заметил», – отправил он нечто странное. Увеличив фото, я ахнула от смущения. Суета всегда давалась мне с трудом, заставляя совершать ряд необдуманных действий. За букетом цветов расположилось зеркало, предназначенное для макияжа. В нем отражался не столько красивый пышный букет, а я…. С высоко затянутыми короткими пижамными штанами, образовавшими своеобразную «верблюжью лапку», обнажающими половину ягодицы и коротким топом со спавшей лямкой. Одна часть груди была настолько открыта, что почти обнажала соски. – О, нет… Диана! Ты сумасшедшая! – застонала я в голос, растирая переносицу. – Как ты могла? Что с тобой не так?! Пока я самобичивалась, телефон завибрировал несколько раз. Не сразу я рискнула прочесть сообщения от Шлефова. «Чтобы ты знала, пицца и цветы не просто так. Я до сих пор ем твои щи и с каждым днем они все вкуснее и вкуснее. Это первая еда, которую я могу есть не только с плиты». Дальше шло фото… На островке его красивой современной кухни класса люкс расположилась та самая кастрюля, в которой я готовила щи. На дне были лишь жалкие остатки. Но не они привлекли мое внимание, а отражение в зеркале напротив. Мощный мускулистый мужчина в черных боксерах с каменным прессом, мощной грудью и бицепсами на руках, от которых волнами расходились вены… Во рту пересохло, дышать стало нечем. Я не могла не думать о том, что именно торчит из боксеров. «Надеюсь, что как-нибудь приготовишь что-то еще. Моя кухня в твоем расположении. В долгу я не останусь», – напечатал Шлефов. Мокрая от пота, задыхающаяся от переизбытка адреналина, я откинула телефон и закрыла лицо руками. Мое тело горело от возбуждения. Так сильно, как никогда ранее. Закрыв глаза, я провела по нему руками, считая, что это его руки… Каждая клеточка отзывалась, будто оголенный нерв. Чувства затмили разум, эмоции захлестнули мощной волной… Я пришла к финалу, думая о том мужчине, о котором было нельзя. **** – Я не понимаю, что мешает тебе пойти на свидание с Димой? – в который раз начала свою «песню» Саша. Уже порядком поднадоело слушать одно и то же каждый день. – Красивый, накачанный, не дурак… В чем причина? С трудом сдержавшись и не закатив глаза, я как можно спокойнее разложила по полочкам свои мысли: – Неужели ты сама не понимаешь? Я кручусь, как белка в колесе. Пары, к которым надо готовиться – это раз. Сложная тема научной работы и сложный научный руководитель, выпивающий все соки – два. Работа, где я провожу остаток времени – три. У меня бывает нет времени чай выпить, какое свидание? В последнем пункте я, конечно, лукавила… У меня было время выпить чай, но… Только вместе с Шлефовым. Он, словно специально, постоянно задерживал меня со всякими глупыми поручениями, а потом лениво произносил: «Что-то мы с тобой сегодня замотались. Давай хоть угощу тебя в качестве поощрения». И угощал. А я, по какой-то неведомой мне самой причине, не могла отказать. В эти крохотные полчаса каждый день я наслаждалась общением с интересными человеком и забывала о времени. Конец перерыва всегда был расстройством. – Вот именно поэтому ты должна пойти на свидание с Димой! – присоединилась к давлению Рита. – Хватит уже быть отшельником, Диана. Последние месяцы мы не узнаем тебя. Ты изменилась. Положа руку на плечо Рите, Саша активно кивала на каждое слово девушки. Мол, та полностью права! – В худшую сторону! – поставила точку в этом диалоге блондинка. – Нужно что-то менять. Я задумалась: вправду ли я изменилась? Еще и в худшую сторону? Оценивая события, что происходили со мной с начала учебного года, не могла не заметить большие перемены. Во-первых, преподаватель, что всегда казался мне снобом, гадким деспотом и вообще крайне неприятным существом, теперь занимал большую часть моей жизни и… Не был неприятен! Это еще мягко сказано. Страшно самой себе признаться, но меня почему-то к нему тянуло. При всем при этом я совсем перестала общаться с подругами. На них не хватало времени. А еще я крайне боялась разболтать чужую тайну. С каждым днем я становилась все дальше от подруг, студенческой жизни и привычного быта, но все ближе к Нему. Человеку, от которого стоило бы держаться подальше. – А знаете, – вдруг поддалась я, – может я и схожу на одно свидание с Димой… Но, ничего не обещаю! Радостные подруги, не скрывая улыбок, переглянулись и дали друг другу пять. А я почему-то погрязла в тревоге и никак не могла избавиться от чувства, словно подвязываюсь на что-то неправильное. *** С Димой мы встретились в самом центре города, до куда добираться мне пришлось больше часа на метро. Учитывая, что парень предупредил, мол пойдем мы в ресторан, я нарядилась, накрасилась, уложила волосы и натянула самые высокие и шикарные осенние туфельки в своем арсенале… А потом весть путь простояла на ногах, зажатая между тремя тучными мужчинами. От прически вовсе ничего не осталось. – Блин, – скривившись, тот почесал затылок, – я не знал, что ты на метро. У меня вот машина. – Ничего. – Я улыбалась изо всех сил, хоть после пережитого в подземке это давалось с большим трудом. – Ты ведь далеко живешь, тебе не по пути. – Нет. Возле общежития… Соседний дом, – признался тот и тут же переменил тему: – Что же, думаю, в таком виде тебя в хороший ресторан не пустят, давай что-то попроще выберем? И вроде ничего такого страшного не произошло, но стало неуютно, и захотелось сбежать. Я вдруг ощутила себя идиоткой, которая не пойми зачем целый вечер потратила на сборы. – Можно и в фастфуд! – пошутила я. Поддерживая идею парня, что всю такую потрепанную меня никуда больше не пустят. – Правда? А я думал это как-то неприлично для первого свидания, – с надеждой зацепился за слово Дима, приобнял меня за талию и повел по длинной алее, которой не было конца и края. А я на шпильках. Ноги начинали отвалиться. – Ну, раз ты сама предложила, почему бы и нет? Какая разница, ведь это тоже ресторан, только быстрого питания? Тут, кстати, спустя десять километров вниз есть мое любимое место… Я чуть не заплакала, ноги тоже сжались в предвкушении страданий. – Не думаю, что это хорошая идея… – мягко намекнула ему я. – Ведь твоя машина здесь. – Ничего! Потом обратно до нее вернемся. Ты ведь не спешишь? Ну и отлично! Кардио. Спорт, Дианочка, очень полезен для фигуры, – выпалил тот, и я не решила спорить. Не хотелось казаться той, кто за собой не следит. Мы шли, шли, шли, а дорога все не кончалась. Я не могла слушать, о чем там говорит Дима. Все мои мысли сводились к ногам: «Как бы побыстрее присесть!». – О, смотри, – я с воодушевлением поймала взглядом кофейню, – как там мило. Зайдем? Флажков стушевался и неловко поежился: – Знаю я такие места. Кофе рублей пятьсот небось стоит… Тяжело вздохнув, я клятвенно пообещала: – Я заплачу за себя сама! Только идем, прошу! Видимо, мои слова как-то пристыдили Диму, потому что пока я отлучилась в уборную, тот сам купил мне чай и маленькое печенье-орешек. – Для тебя ничего не жалко, малыш! – самодовольно усмехнулся тот, гордо оплачивая на кассе двести рублей. Кофейня оказалась студенческой столовой, и почти все столики были заняты молодыми ребятами. Пока я обводила взглядом помещение, ища хоть одно свободное место, Флажков добавил: – Я как раз цветы забыл тебе купить. Вот, их замена. – Ничего, – отмахнулась я с улыбкой. И не желая обижать парня, солгала, как делают все девушки: – Я не люблю цветы. – Какая же ты крутая, Дианка! Вот другим девушкам надо цветы дарить, подарки делать, комплименты говорить, а ты не меркантильная… Уважаю! – поймав взглядом свободный столик на улице, Флажков бросился туда. – Идем, я лучшее место нашел. Я застыла, как вкопанная. Никогда не думала, что кто-то сможет превратить термин «удобная» в комплимент. Обозвать, а потом за это похвалить. Это уж точно не то, что ты хочешь услышать на первом свидании. Да и на улице сидеть в нулевую температуру совершенно не хотелось. За столик к Диме я присела с мыслью, что хочу как можно быстрее вернуться домой. – Знаешь, Дим. Я тебе деньги за печенье и чай переведу. Сколько? – достав сотовый, открыла банкинг и уставилась на парня. Он сразу согласился. Но назвал бОльшую сумму, чем я увидела на терминале, поэтому переспросила. – Я свой чай приплюсовал. Просто какая тебе разница, столько переводить, правда? Ты же не меркантильная. Как говорила моя мудрая бабуля, чем чаще мужчина делает акцент на коммерческой стороне отношений, тем быстрее ты должна бежать… В противоположную от него сторону. Перевела я Диме больше, с запасом, и засобиралась домой: – Холодно, надо в общагу возвращаться. Может в другой раз погуляем? Как-нибудь… – Могу тебя до дома подкинуть. Хочешь? – с улыбкой предложил тот, я неожиданно напряглась. Может, я ошиблась в парне и не все так печально? Но не успела обрадоваться, как тот уточнил: – Только ты ведь понимаешь, как дорого стоит заправить «Порш Кайен»… Было бы не плохо скинуться. Я и так очень потратился, пока к тебе сюда добирался. Ты ведь понимающая, а не как все остальные, которым от меня нужны только деньги. Я обомлела. Чуть телефон в стакан с чаем не уронила. Зависла гробовая тишина. В ней, между потоками сильного ветра, я услышала визг шин, и как какой-то смелый водитель нагло припарковался прямо перед нашим столиком на тротуаре. Двери открылись, послышались импульсивные шаги. – Василькова, ты ничего не перепутала? Какого черта ты по холодине шляешься? У тебя, как у кошки, семь жизней?! Мои правки по научной работе уже учла и исправила, а? А документы, что я тебе на почту скинул, обработала и напечатала? – дикий, нервно-торопливый рык Шлефова заставил меня испуганно вздрогнуть и перевести на профессора растерянный взгляд. Словно в замедленной сьёмке, я видела, как тот нагло берет мой чай, делает глоток, морщится и кидает содержимое в мусорный бак. – Какая гадость! Как же я была зла на Шлефова… Но, оценив застывшего Диму Флажкова, вдруг поняла, что не хочу и секунды с ним рядом оставаться. – Ничего не сделала, простите, – соврала я, хотя со всеми задачами разобралась еще день назад. – Скоро окажусь дома и… – Как «скоро»? Мне надо прямо сейчас! – демонстративно закрыв собой Диму, профессор указал пальцем на свою машину. – Быстро внутрь. Ну, чего сидишь? Мне ждать обморожения твоих почек или как? Не заставляй меня закидывать тебя к себе на плечо и тащить, Василькова! Это было… Странно. Да, Шлефов мог себе позволить подобный хозяйский тон, только наедине. Но рядом был Дима, однокурсник и я засмущалась, опуская взгляд. В голове началась паника. Что делать? Как отвечать? А если пойдут слухи?! Не знаю, о чем думал в этот момент Вадим Геннадьевич, но вдруг испустив долгий измученный выдох, он отодвинул в сторону стул от стола, поднял меня за талию и закинул себе на плечо. Краем глаза я поймала выпученные от недоумения взгляды прохожих и, что самое главное, Димы. – Какого черта вы творите?! – прокричала я уже в машине, в которую меня закинули, словно мешок с картошкой. И так же пристегнули, как неодушевленный предмет. – Алло, господин Шлефов?! Кто-то есть дома в вашей черепушке? Вы вообще думаете о последствиях своих действий?! О будущем? Вы ведь ведете высшую математику, где же ее отголоски в ваших поступках! Люди могут не так понять… – А как, – он нервно отбивал ритм по рулю ладонями, – как ты это понимаешь? Что по-твоему «верно»?! Я продолжала ругаться всю дорогу. Обвинила его даже в том, что испортил мое свидание. Хотя там и портить было нечего… Припомнила все грехи и трижды попросила больше никогда не встречаться на моем пути. На эмоциях, под воздействием адреналина, даже не заметила, как авто резко затормозило у общежития. – Все сказала? – прорычал он, отстегивая свой ремень безопасности и нависая надо мной с бешенным взглядом. – Ничего не упустила? – Ничего! – смело воскликнула я, хотя внутри вся сжалась в предвкушении наказания за длинный язык. – Отлично! – выдохнул тот мне прямо в лицо с облегчением, а затем поцеловал. Нагло и резко, будто делал это каждый час каждого дня своей жизни. Напористо, глубоко и настолько жарко, что я мгновенно потеряла ориентацию и связь с реальностью. Были только его губы, проникающий глубоко внутрь хвойный запах духов и прерывистое рычащее дыхание. Вдруг резко распахнув глаза, я воскликнула себе: «Диана, что ты творишь?». В этот момент, на козырьке общаги я увидела свою подругу Сашу, сидящую в компании группы парней. Они курили, болтали, а подруга смотрела прямо в стекло машины. Меня пробило ознобом от мысли, что она видит то, что происходит… Резко открыв и закрыв глаза, я немного успокоилась. Саша смотрела совершенно в иную сторону. Оттолкнув от себя Шлефова, я отвесила ему пощечину и быстро выскочила из машины, по стеночке пробравшись в общежитие. Так, чтобы никто из компании Саши меня не заметил.