ГЛАВА 9

– Ну и что, что Флажков не заплатил тебе за чай с печеньем?! – Саша возмутительно выгнула бровь. – Тебе что, от него только деньги нужны? Это повод прерывать общение? Я ахнула в изумлении. Одно дело слышать подобное от Флажкова, другое от собственных подруг. Ругаясь на меня, блондинка весело выплясывала на барном стуле под любимого Мияги и одновременно фотографировалась с красивым голубым коктейлем. – Дело не в деньгах! – отхлебнув свое пойло, я скривилась. И дело было даже не в Лонг Айланде, просто мой организм плохо переносил спиртное. Но Саша уже купила всем алкогольные коктейли, приходилось пить. Ведь стоили они целое состояние. – Это он только о них и говорит! – Ты же знаешь, что Флажков красивый, спортивный и из обеспеченной семьи. Его прошлые девушки, судя по сплетням, только денег от него и хотели. Теперь он просто лишний раз перестраховывается, – деловито пояснила мне Рита, которая тоже отказывалась вставать на мою сторону. В конце вообще скептически уставилась и с прищуром уточнила: – Ты уверена, что дело в Диме, а не в тебе? С психом поставив бокал на стойку, я сложила руки на груди и уставилась на подруг. Мне начинало сильно не нравиться, что девушки так активно пытались влезть в мою личную жизнь. – Да, – саркастично выдохнула, – дело во мне. Довольны? Закроем эту тему! – Дима, между прочим, всем своим друзьям рассказал, какая ты классная, – снова начала свою шарманку Саша, игриво подмигивая и коварно улыбаясь. – Сказал даже, что с такой, как ты, готов всю жизнь прожить. Разве это не любовь?! – Какой «такой»? Удобной? В чем тут любовь? – устало закатив глаза, я уже с трудом сдерживала не самые позитивные эмоции. Никакого наслаждения от крутого клуба «Стетфорд» не было. Лишь накатывающая волнами ярость. – Девочки, я хочу, чтобы мой мужчина хотел сделать меня счастливой, а не думал лишь о том, сколько и когда на меня потратил. Потому что если человек лично мне дорог, то я ему готова отдать всю себя без остатка. А Дима… Слишком зациклен на деньгах. – Ну, – философски заключила Рита, отсалютовав мне бокалом, – а ты покажи ему, как сильно ты стараешься ради отношений с ним. Тогда он посмотрит на твой пример и будет делать так же. С широко распахнутым ртом я таращилась на Риту и не могла поверить, что это говорит моя собственная подруга! – Выпьем же второй тост не за меня, – Саша торжественно подняла бокал, – а за Диану! Которая запуталась и очень нуждается в дружеском вправлении мозгов! Слова Саши больно укололи куда-то в самое сердце. Второй раз резко поставив бокал на стойку, я бросилась к уборной, локтями пробираясь через толпу танцующего народа. Заперевшись в туалетной кабинке, я закрыла глаза и сдавленно застонала. Собственная жизнь превратилась в руины. Родители окончательно определились с отношением ко мне, игнорировали, распускали слухи и презирали; лучшие подруги совершенно не понимали и не собирались понимать; странные чувства бередил где-то в глубине души профессор, которых еще недавно казался исчадьем ада. – Ты справишься! – задала сама себе я настрой, набрала полные легкие кислорода и толкнула дверь. Буквально из-за угла на меня налетела девушка в розовом мини. – Ой, простите, так неловко вышло… – Смотри по сторонам! – совсем недоброжелательно пискнула та, оценивая меня недобрым взглядом. А ведь это именно она почему-то стояла вплотную к туалетным кабинкам, хотя пространства вокруг было достаточно. – О, Диана? Не думала, что у студенток есть деньги на клуб подобного уровня… Диана… Это была та сама девушка Шлефова. Меня почему-то передернуло. С натянутой улыбкой я вежливо ответила: – Почему же? Среди студентов очень много обеспеченных родителями. А вот преподаватели как раз не могут себе позволить подобный досуг. – Не знаю, как остальные, но мой зайчик… то есть Вадим Геннадьевич может! – она сверкнула глазами. Мол, завидуй. – Уверена, вы на танцполе кучкуетесь, а у нас лучшая ВИП-комната с прямым выходом за кулисы. Адьес! Виляя бедрами, Диана гордо вошла в свободную кабинку, запирая за собой двери. Настроение после встречи с девушкой упало на самое дно. Возвращаться к подругам не хотелось. Присев прямо на лестницу напротив танцпола, расположенную в другом конце зала от сцены и бара, я устало подперла лицо кулаком и выпала из реальности. Кто-то присел рядом, но я даже не повернулась. Всем видом демонстрируя, что не настроена на новые знакомства. – Размышляешь о смысле жизни? – прямо в ухо прошептал знакомый профессорский голос. Я вздрогнула, глаза едва не выпали из орбит, а сердце бешено забилось в груди от волнения. После того странного поцелуя мы виделись первый раз, и я морально не подготовилась к встрече. – Поделишься? – Поделитесь со своей девушкой Дианой, – ехидно оскалилась я, но тут же осеклась. Это звучало, как ревность. Поэтому поспешно добавила, чем еще усугубила ситуацию: – Мне плевать, если что. – Именно так говорят люди, которым плевать, ты права, – поиздевался надо мной тот, подсаживаясь все ближе и ближе. Теперь мужская рука буквально трогала мою поясницу. Якобы случайно. – Вообще нас в кабинке больше десяти человек. Кто позвал Диану, я не знаю, но пришла она не со мной и уже уходит. Присоседишься к нам с друзьями? Я удивленно вздернула бровь и оценивающе посмотрела на профессора: – Вашу ВИП-кабинку там вообще не проветривают, да? Вы как себе это представляете? «Всем привет, это я – студентка вашего друга. Ничего такого не подумайте, мы просто вместе выпиваем!». Отличная репутация, профессор. Шлефов улыбался чертовски странно, как радостный сумасшедший. Было в этом что-то напористое и хищное. Я снова отвернулась, сфокусировавшись на сцене. – Я считаю, ты неправильно смотришь на ситуацию, – пробурчал он мне прямо в ухо, проводя кончиком носа по волосам. Буквально зарываясь им в мои кудри и издавая измученный утробный хрип. По телу прошли мурашки от двусмысленного замечания: – У тебя слишком длинный язычок, Диана… Но мне нравится. – Считаете? Пересчитайте, – холодно отмахнулась, пересев на самый край лестницы. И чуть не упала, потому что бортиков в клубе не предусмотрено. Шлефов ловко схватил меня за талию и притянул к себе, не давая упасть. От простого движения позвоночник буквально прошибло электрическим импульсом. Я ощутила, как дрожит тело в его сильных горячих руках… Как плывет мозг от знакомого запаха духов… Как горят губы, вспоминая о недавнем поцелуе… Резко мотнув головой, избавляясь от наваждения, я строго приказала: – Профессор Шлефов, придите в чувство и вернитесь в себя и к себе… В ВИП-кабинку. – Я хочу, чтобы ты пошла со мной, – чеканя каждое слово, он впервые не ходил вокруг да около. Принюхавшись, я не услышала резкого алкогольного амбре. Это было странно. Шлефов вел себя на редкость развязно. Длинные мужские пальцы мягко массировали мой позвоночник, будто играли на пианино. И пусть на мне был черный плотный комбинезон со свободными шортами и руками-воланами, все равно прикосновения ощущались так же остро, как к голому телу. – Почему… – прикрыв на мгновение глаза, я потеряла суть фразы… Мысли улетучивались совсем не туда, куда следовало. – Почему я должна идти с вами? Хоть одна причина? – Я видел тебя сверху. С подругами тебе явно невесело, – прошептал он чертовски низко на ухо, тяжело и прерывисто дыша, испуская клубы горячего пара мне на шею. Из его слов я сделала лишь один вывод: «Шлефов за мной следил!». – Да и не место в толпе слабому полу. Тем более, такому красивому. Он считает меня красивой? По телу растеклось приятное тепло. Еще немного и я бы сказала «да» на любое его предложение! – Слабый пол в магазине продается, Вадим Геннадьевич, – достав из запасов откуда-то взявшееся мужество, я резко встала с места, нехотя обрывая порочную связь. Это было больно и тяжело, но необходимо. Развернувшись к мужчине, зависая над ним, я старалась казаться равнодушной и холодной: – Вам не кажется, что пора остановиться? Даже в таком положении он не выглядел тем, кто способен прогнуться. В черном костюме, идеально сидящем по стройной фигуре. Со стильно зачесанными назад волосами и уверенным соболиным взглядом. Сжимая ступень по обе стороны от себя, он делал это так интенсивно, будто вот-вот раздавит в песок. – Если бы я мог, – прошептал он тихо, но я прочла по губам, – то давно бы это сделал. Голубые глаза прожигали насквозь… Музыка отбивала ритм сердца… Я не могла оторваться от его лица, как завороженная следила за каждым взмахом ресниц… И вдруг поняла, что грань дозволенного мы давно перешли. Оголенные провода давно были разбросаны. Оставалось только наступить и сгореть. – Диана, вот ты где?! А мы уже обыскались! Прости нас, пожалуйста, что давим и… – Рита налетела на меня позади. Заготовленная заранее речь тут же оборвалась, как она напоролась взглядом на Шлефова. Девушка тихо гневно шепнула мне на ухо: – Боги… Этот ублюдок даже в выходной не оставляет тебя в покое?! Какая же мразь! Я все ему выскажу… И плевать, что будет! – Нет, не надо… – резко оттащив подругу в сторону, я оставила Шлефова одного. Он затерялся за лицами десятков других людей, а потом и вовсе пропал из виду. – Он отдыхает в клубе. Что такого? Он ведь тоже человек. – Тоже человек? Это ты мне говоришь? – Рита злобно оскалилась. – Дима рассказал друзьям, как этот ублюдок наехал на тебя при всей честной улице, потом просто насильно затолкал к себе в машину, заставляя что-то там то ли учить, то ли печатать… Ты ведь знаешь, что не обязана это терпеть? Мы можем вместе пойти к ректору и обо все доложить. – Доложить на Шлефова? – внутри меня вспыхнул страх. – Зачем? – Как это «Зачем»?! – Рита опешила. – Разве не он доставал тебя все годы учебы. Сейчас четвертый курс. А если диплом тебе запорет? Потом в магистратуру не возьмут. У тебя ведь есть сейчас уникальная возможность избавиться от препода. Воспользуйся. Так и не получив ответ, девушка приобняла меня за талию и потащила в сторону танцпола, где на всю зажигала Саша. А мне весело так и не стало. Я вдруг представила этот «идеальный» мир, где нет Шлефова, и сердце забилось с утроенной силой. Не от радости, нет… В нем стало пусто и промозгло, как на кладбище. Прошло не меньше получаса к тому моменту, как я смогла выкинуть из головы тревоги по поводу Шлефова, оставить проблемы на завтра и отдаться музыке. Рита, я и Саша отплясывали, словно последний раз. Во весь голос подпевали всем известные хиты и визжали, срывая голоса. – Нужен перерыв! – запыхавшаяся Саша с тоской поджала губу и едва не разрыдалась, когда Мияги допел последнюю песню и ушел прочь со сцены. И пусть после него обещали других, не менее популярных исполнителей, звезда вечера была уже позади, и люди немного разбрелись кто куда. – К бару? – Чур мне мартини с водкой! – радостно потерла ладоши Рита. – «Секс на пляже» для неженок, вроде Насти Петровой. Саша расхохоталась, а я почему-то нет. Старательно пыталась вспомнить, с какого момента возник этот странный конфликт между нами и Настей? Почему мы друг друга постоянно задеваем? – Мне Мохито без алкоголя, – имея выбор, я заказала именно то, чего на самом деле хотела. Подруги же посмотрели на меня косо. Мол, чего ты тут выделываешься. Пытаешься казаться лучше других. Я посчитала нужным оправдаться: – У меня болит живот от спиртного. – Ну да, конечно… – рассмеялась Саша, махнув ладошкой. – Ты в бабушку постепенно превращаешься. Не думала, что это так быстро произойдет. Я не успела осмыслить ее слова и даже толком не расслышала из-за громкой музыки. Тем более Рита вдруг встрепенулась и указала пальцем куда-то мне за спину: – Смотрите, кто к нам идет! Что это, если не судьба?! Саша и Рита выглядели счастливыми и одухотворенными. Я же напряглась, заранее подозревая что-то неладное. – Привет, малышка, – чужие незнакомые руки нагло обняли меня за талию, притянули к себе. На щеке остался мерзкий, неприятный поцелуй. А я так опешила от наглости, что даже пощечину не отвесила. – Как тут отдыхается? Я обернулась и удостоверилась, что это Дима Флажков. Мне не показалось. Пока подруги тихо хихикали с видом: «У них точно что-то было!», я сгорала от стыда и неловкости. – Не делай так больше, ты меня понял?! – холодно отчеканила я по слогам парню. Тот неопределенно пожал плечами. – Я серьезно. Мне неприятно! – Слушай, а это твое? – напрочь игнорируя мои слова, Дима вырвал из моих рук Мохито и одним глотком осушил почти полный стакан. Затем скривился и выплюнул все обратно… В тот же стакан. – Какая гадость! Почему без белого рома?! Ну и мочу ты пьешь… И тут меня окутала страшная злость! Только девушка может знать, что такое, когда тебя без спроса зажимает в угол сильный здоровый мужик. Ты говоришь ему четкое и внятное «нет», но он не слышит тебя и продолжает лапать, принимая все за долбанный флирт! Пытаешься вырваться – ноль по фазе. Оттолкнуть – игнор. Будто этого было мало, Флажков еще и испортил мой коктейль за полторы тысячи рублей, купленный на личные сбережения! – Очень жаль, что тебе не понравился, – пошла на принцип я, сверля того взглядом полным ненависти. – Деньги за Мохито скинь на карту до конца вечера, пожалуйста! – Эмм… Что? – Дима переменился в лице. Даже отступил в сторону, наконец-то оставляя мою талию в покое. – Я думал, мы вместе и такие мелочи, как оплата коктейля, уже не важны… Рита и Саша замерли, прислушались к диалогу. Их радостные мордашки сникли. – Мы. Не. Вместе! – прокричала я раздражено. Хотелось донести до каждого в клубе, что я скорее покорю вершину Гималаев, чем стану встречаться с таким, как Флажков. – И вообще, по-твоему, нормально плевать девушкам в коктейль? Просто верни мне деньги, и я куплю себе новый. А тебе пора! – Ясно… – он самодовольно хмыкнул, оценивая меня с ног до головы «помойным» взглядом. – Ты из этих. Как же я сразу не понял. – Из каких «этих?» – от нервов начинало потряхивать, дергался глаз. Особенно, когда Рита положила мне руку на плечо, мол, успокойся. Приди в себя. Но разве проблема была во мне? Разве я начала этот конфликт? – Падких на мои бабки, – стрелял в меня словами тот. Закатил глаза, покачал головой. Будто опустил меня на самое дно, раскусил. – Вот и попалась, Дианочка. Та еще прошмандовка. А я-то думал не такая, как другие… Не меркантильная! Ну, нутро рано или поздно наружу твое бы всплыло. Спасибо, что рано! Обернувшись на подруг, я искала поддержки. Те, видимо, слов Димы не расслышали, потому что вступаться за меня не собирались. Саша вдруг елейно обратилась к парню: – Возьми мой коктейль, Димочка! Пей и отдыхай. Не обращай внимание, наша Диана сегодня не в настроении. Как с цепи сорвалась. Но обычно она не такая, поверь. – Да, – согласно закивала Рита, – у нее проблемы с родителями. Вот и нервничает. Со всеми бывает. Прости ее, ладно? Дима уставился на меня таким многозначительным взглядом… Мол, жду извинений. Я подумаю и, возможно, приму тебя обратно. Мне же хотелось кричать от глупости ситуации! Но обстоятельства складывались так, что даже если каждый во Вселенной назовет меня пчелой, то я все равно не стану жужжать, летать и опылять цветочки им на радость! Поэтому, психанув, я спрыгнула с барного стула, оттолкнула от себя Диму и направилась к выходу. – Стой! – Саша догнала меня спустя пару шагов и ухватилась за рукав. – Зачем ты устраиваешь скандал? Это ведь мой гребанный день рождения! Я, что, зря Диме проходку оплатила?! – То есть, ты ему еще и вход в клуб оплатила?! Вообще замечательно… А на бензин Рита подкинула, да? – ситуация набирала обороты. Не веря собственным глазам, я с удивлением таращилась на милую и нежную блондинку, которая еще недавно казалась мне ангелом воплоти. – Скандал тут устраиваете только вы. Я устала отбиваться от «ценных» непрошенных советов весь вечер! – Ты не видишь себя со стороны, Диана, – сложив руки на груди, подруга воинственно свела брови на переносице. – Но ты ведешь себя последнее время, как равнодушная сука. – Сука… – слова хлестнули по лицу мощной пощечиной, вызывая слезы. – Ясно. Я вас услышала. – Не обижайся, – позади Саши послышался унылый голос Риты. В отличии от блондинки она не казалась рассерженной. Наоборот, почти плакала. – В этот раз я на стороне Саши. – Такое ощущение, что ты стала точной копией Настеньки Петровой, – ехидно процедила Саша, – Может, тебе лучше дружить с ней? Это было последней каплей. Больше бы я просто не выдержала. Сердце больно пульсировало, грозя разорвать меня на мелкие части. Развернувшись, я уверенно пошагала к выходу. Но, застопорившись на промозглом крыльце, передумала. «Что, если подняться к Шлефову?», – возник внутри внезапный вопрос. Почему бы и нет? Больше нет подруг, семьи и «парня». Репутации не осталось. Что останавливает меня от последней стадии деградации – непонятый, ни к чему не ведущий флирт с собственным преподавателем. Звонкий женский смех привлек мое внимание. Я огляделась по сторонам, в поисках звука. Потому что сразу узнала этот голос… Диана. И она стояла на парковке, буквально в десяти шагах от меня… Вместе с Вадимом Геннадьевичем. Ее хрупкая ручка лежала у него на плече. Они мило болтали, совсем, как влюбленная парочка. Меня словно молнией пронзило, когда Шлефов чуть шагнул в бок и встретился со мной глазами. Он улыбался ей – поняла я вдруг. Но при виде меня улыбка сникла. И это стало последней каплей для саморазрушения. Внутри взорвалась ядерная бомба, не оставляя ничего живого. Это было слишком больно для простого флирта. Чересчур. – Диана… – хриплый потерянный голос. Он отодвинул девушку, шагая в мою сторону. А я вдруг по-детски решила сбежать. Оглянулась и поняла, что единственное место, где можно затеряться – переполненный до краев клуб. И вернулась обратно. – Остановись и послушай! – услышала я позади, пока бегло пробиралась по длинному коридору, мерцающему неоновыми вспышками. Ускорив шаг, расталкивая толпу, я шла куда-то вперед, к сцене, где какой-то рэпер читал что-то про разбитое сердце. Символично! И так глупо… Резко остановившись, я почему-то запыхалась. Сердце бешено колотилось. Пульс отдавал битами в ушах. Обернулась назад, там не было Шлефова. Он не следовал шаг за шагом… Но радоваться было рано. Я почувствовала его взгляд с другого края танцпола, напротив. «Иди сюда!», – шептали его Дьявольские губы, а рука манила к себе. «Нет!», – резко мотнула я головой. Вдруг передо мной столпилась группа девочек-фанаток певца, держащих в руке плакаты и макеты. Я влилась в нее, считая, что растворилась в клубном беспорядке. Краем глаза я поймала подруг, спокойно покидающих «Стетфорд» без меня, но вместе с Димой Флажковым. Нужно было лишь выждать время, и я тоже смогу вернуться в свою убогую конуру, зарыться под одеяло и проплакать все выходные, чтобы в понедельник снова делать вид, мол я в полном порядке! Вдруг чья-то рука с крепким хватом обхватила мои запястья и рванула на себя, выдергивая из толпы. – Чертова Диана! – глаза профессора излучали молнии, грудь бешено вздымалась, а густые волосы на голове стояли дыбом. – Зачем ты только заставляешь меня делать это… – Что «это»? – я не выдерживала его взгляд, мечтала провалиться под землю. От страха и неловкости трясло осиновым листом. Ведь теперь он точно знает, что мне не все равно… Видел своими глазами… Тяжело вздохнув, он едва заметно качнул головой и импульсивно растёр переносицу: – Сходить с ума. Я открывала и закрывала рот. Так много было мыслей! Но все слова пропали… Профессор же мягко, едва ощутимо, накрыл мои губы ладонью и шепнул на ухо: – Давай ты хоть немного помолчишь? Резко крутнув вокруг своей оси, Шлефов прижал мое тело к своей громоздкой горячей груди. Его руки плавно сползали от плеч, по талии и остановились на бедрах. Он неторопливо раскачивал нас под музыку, погружая в полную медитацию. – Стой и молчи… – снова шепнул он, хрипло и низко. – Только рядом со мной…