Глава 21. Неожиданная жена

- Арья! Любимая!

Разумеется, Эфран увидел меня на призрачной лошади и попытался догнать, но ничего не вышло. Он не был способен развивать такую же скорость, как у Лоретты.

- Кирстен! - завопила позади Герти, но преследовать не решилась. Видно, из-за Эфрана.

У меня мелькнула мысль, что, сломав двери, лошадка снова открыла ему путь в замок. С другой стороны, леди Торвилл способна разобраться с Эфраном. Да и не факт, что он захочет войти внутрь, раз меня там нет. Мне вообще сейчас следовало думать о других вещах. Во-первых, куда именно несет меня Лоретта. Во-вторых, что последняя поездка на ней для обладательницы моей души закончилась встречей виска и камня.

Ох, каким же темным и негостеприимным казался лес. Черным, скрипучим и... живым. Я могла поклясться, что кто-то наблюдает за нами из темноты. Хотя мы тоже выглядели со стороны не шибко безобидно: растрепанная девушка в белой ночной сорочке на призрачной лошади.

- Ты ведь не на северную поляну меня везешь? - спросила я шепотом. - Не к камням?

Лоретта не ответила. Да и как? Она же не Герти. Просто продолжила путь, а я больше не смела нарушать тишину. Крепче обхватила лошадиную шею и старалась не обращать внимания на пугающие звуки леса.

Не знаю, сколько прошло времени. Мне начало казаться, что лет сто. Будто Лоретта везла меня не по лесной тропке, а в прошлое - к еще здравствующим Арье и Эфрану, дабы научила супругов уму-разуму и предотвратила нынешнее безумие.

- Что это? - испугалась я, увидев между стволов огни костров.

Видение? Иль кто-то беснуется? В смысле, нечистая сила! С чего бы нормальным людям разжигать огонь в чаще глубокой ночью?

Но Лоретта не боялась. Решительно шагала к кострам.

Зато испугались ее. Поднялся визг. Женский и детский. У меня аж уши заложило.

А лошадка остановилась и снова опустилась на колени, предлагая мне спешиться.

Я совершенно не понимала, какого черта здесь творится, но подчинилась. Точнее, подчинилось тело. Мыслей в голове не осталось совершенно, словно все они бросились врассыпную.

Едва я оказалась на земле, Лоретта тихонечко заржала и умчалась прочь.

А я...

Я задрожала с головы до ног. От страха. Холода я не чувствовала, хоть и стояла босиком на холодной земле. Зато ощущала прикованные к себе десятки взглядов. Испуганных, растерянных, любопытных. А сама смотрела вниз, боясь увидеть вместо лиц звериные морды.

И вдруг...

- Кирстен? Боги! Что вы тут делаете посреди ночи?!

Ко мне подбежал Майло Роджерс. На бегу стянул с себя плащ и накинул мне на плечи.

- А вы? Почему вы... - я указала дрожащей рукой на костры.

- Так мы праздник отмечаем, - пробормотал Майло. - Провожаем лето. Всей деревней.

- Деревней? Мы рядом с Радужной?

- Да. Она вон за теми деревьями, - маг указал направо. - А это была та самая лошадь? Прошлое воплощение Оливии Рутенберг?

- Угу, - кивнула я, борясь с подступающими к горлу слезами.

Лоретта привезла меня к Майло! Потому что доверяла? Или угадала мои тайные желания?

А я? Я могу ему верить?!

Мои глаза привыкли к яркому свету костров, и я разглядела собравшихся на поляне людей: женщин, мужчин, стариков и детей. Здесь, правда, собралась едва ли не вся деревня. Они жгли костры и готовили прямо на них угощения. Я ощутила запах жареного мяса, а еще мимолетный аромат яблочного вина.

- Кирстен, что случилось в гостинице? - спросил Майло, беря меня за плечи. - Все живы?

- Да. По крайней мере, были живы, когда мы с Лореттой уезжали. В том числе, Бертран Гордон. Он живее всех живых! Сначала обитал в Викторе, затем в Хантере, а теперь... Теперь вселился в кого-то еще! В замке все под подозрением. А мне туда нельзя. Он хочет соединить меня с Арьей! С той частью души, что осталась в «Приюте странника». Уверен, что так Арья вернется. Его любимая и ненаглядная Арья! Вот только я тоже имею право на существование. Я жить хочу! А меня привязали к этому замку растреклятом договором!

И вот тут я разревелась. Слёзы полились так, будто прорвало плотину.

Все горести вспомнились разом. И обиды на родственников, и детство в школе-интернате, и вечные рикошеты. А уж стоило подумать обо всем, что организовал мне Бертран (начиная с увольнения с насиженного места и заканчивая сегодняшней ночью), так я не просто зарыдала, а завыла. По-волчьи, честное слово! Была бы рядом Герти, испугалась бы, пожалуй.

- Та-ак, - протянул Майло растерянно, явно не ожидая от меня подобного водопада. - Пойдемте, прогуляемся.

- В лес? - я громко шмыгнула носом. - Не пойду!

Он аж кашлянул.

- Да нет же! Зачем в лес? В деревню.

- В прошлый раз я из вашей деревни прямиком к камням по-по-па-ала! - вспомнила я и снова взвыла, вытирая горькие слёзы плащом Майло.

- Так вы же сами... Ну ладно-ладно, не будем о прошлом разе. В этот раз мы просто вдоль домов прогуляемся. Иль посидим на лавочке на центральной улице. И вы мне всё-всё расскажете. Ничего не утаивая. Договорились?

Мне хотелось верить Майло. Очень хотелось.

В конце концов, леди Торвилл не знала, как дальше бороться с Бертраном. А Майло просто не мог быть хуже этого столетнего ископаемого. Не мог и всё!

Я сделала, как он просил. Поведала всё. От начала и до конца. Обо всех злоключениях и тайнах «Приюта странника» и его обитателей, об убитой мною Джулии и его собственных словах сто лет спустя - о том, что его зацепил дурной обряд, превратив в долгожителя. Майло молчал, только хмурился и губы поджимал. Меня не покидал страх, что я зря ему доверяю, уж слишком много всего нехорошего происходило вокруг, и верить хоть кому-то (тем более, магу, которого я видела в будущем) было невероятно трудно.

- По крайней мере, понятно, почему камни до сих пор не исцелились, - проговорил Майло, когда я закончила. - Бертран жив и продолжает их отравлять самим своим существованием. И попытками вернуть Арью, разумеется.

 - Я тоже так думаю, - призналась я и снова вытерла щеку плащом. - Но как быть мне? Как победить Бертрана, чтобы избавиться от него навсегда?

Майло ответил не сразу. О чем-то размышлял, сильнее хмурясь.

- Не факт, что это вообще можно сделать. Если только...

- Говорите! - взмолилась я. - Я готова к нестандартным вариантам.

- Если только запереть его в каком-нибудь теле. Не дать переселяться и не позволить в будущем обрести своё собственное тело.

- Такой способ есть? - я нервно облизнула губы.

- Возможно, - ответил Майло уклончиво, но под моим пристальным взглядом признался: - Для этого придется кем-то пожертвовать. Если запереть Бертрана в чужом теле, его прежний обладатель умрёт. Будут жить только тело и Бертран. В конце концов, оно тоже умрёт. От болезней или от старости. А с ним и ваш неприятель.

- Вот как, - протянула я мрачно. - То есть, Бертран может прожить еще лет семьдесят, причиняя вред окружающим. Плюс нам придется кого-то убить.

- Боюсь, всё именно так, - подтвердил Майло. - Поэтому надо решить проблему с другого конца. Позволим ему соединить вас с Арьей. С осколком души, что бродит по замку. Но на своих условиях. Сделаем так, чтобы верх взяла не Арья, а вы.

Я молчала, дрожа всем телом.

Звучало неплохо. Вот только кто сказал, что из затеи выйдет что-то путное? Я же Кирстен Дьюитт - вечная неудачница. В моем случае, всё всегда идет не по плану. А если начать упомянутое соединение, назад пути не будет. Кончится же всё тем, что Бертран получит желаемое, Арья новую жизнь и относительно молодое тело, а я умру.

Нет, такой вариант меня не устраивал.

- Кирстен, я понимаю, вам страшно, - проговорил Майло. - Но ведь вы и сами понимаете, что действовать необходимо. Во-первых, вернув осколок души, вы, скорее всего, избавитесь от магических рикошетов. Во-вторых, навсегда лишите Бертрана шанса вернуть Арью.

- Вы представляете, как он взбесится, если у нас всё получится? Да он ползамка перебьет со зла! Или всех до единого!

Майло тяжело вздохнул.

- Значит, у нас не останется выбора. Придется привязать его к чьему-нибудь телу. И запереть в подвале. До конца дней.

- У вас есть кандидат? - спросила я гневно.

- Нет, - признался Майло. - Об этом нам придется подумать чуть позже. А пока... Пока надо защитить вас от влияния Арьи при соединении. Для этого, - его щеки чуть порозовели. - Для этого... вам придется сделать кое-что неожиданное.

- Что? - я почти закричала.

Да что он ходит вокруг да около?!

- Для этого вам придется выйти за меня замуж.

Я кашлянула и спросила:

- Вы шутите? Или издеваетесь? Полагаете это смешно?

- Дело в том, что на членов моей семьи не действует призрачная энергия, - проговорил Майло, оставаясь абсолютно серьезным. - Если вы станете моей женой и схлестнетесь с Арьей, она не сможет завладеть вашим телом. Останетесь только вы.

- Понятно, - пробормотала я, контуженная событиями ночи. И качнулась. Да так внезапно, что Майло не успел меня удержать, и я кувыркнулась со скамейки в траву...

****

- ЧТО ты сделала? - спросила матушка, переводя ошалевший взгляд с меня на Майло. - По-по-повтори.

- Я вышла замуж, - объявила я почти гордо. Ибо надо было видеть лица собравшихся в холле обитателей «Приюта странника».

Леди Торвилл икнула, моя сестрица Лара истерически расхохоталась, а Герти... Коза выдала лишь долгое и певучее «мееее». И больше ничего не добавила. Стояла и взирала на меня, как обычно на всех смотрит осёл Ровенир.

Прошло двенадцать часов с тех пор, как Майло ошарашил меня предложением о замужестве и довел до обморока. В эти часы уложилось довольно много событий. Для начала я пришла в себя (точнее, в чувство привел меня сам маг), затем устроила ему скандал, и только потом согласилась выслушать все аргументы, главными из которых были два: развод после победы над Бертраном с Арьей, а также полный и обоюдный отказ от исполнения супружеских обязанностей. Майло заверил, что для обретения магической защиты сие не требуется, а он - джентльмен и не намерен использовать затруднительное положение леди в личных целях.

В общем, я сидела и хмурилась, а потом вдруг подумала, что это не худшая идея на свете. Уж точно лучше обряда, способного освободить меня от договора в обмен на гибель большинства обитателей гостиницы.

- Вы уверены, что ваша семейная магия меня защитит? - спросила я, глядя в глаза мага пристально.

- Да, - заверил он. - Клянусь жизнью.

Я помолчала с минуту, а потом проговорила:

- Хорошо, Майло, я выйду за вас замуж.

А в голове промелькнуло воспоминание об отъезде из города в Чертерли. Помнится, тогда я пообещала матушке, что непременно найду здесь мужа. Вот и исполнила обещание. В извращенном виде, правда, но когда у меня что-то случается, как у нормальных людей и магов? Правильно. Никогда!

А дальше...

Дальше была свадьба. Скромная, на которой присутствовал старейшина деревни Радужной и два свидетеля. Но сначала меня привели в порядок. Местные женщины. Не в ночной же сорочке замуж выходить. Мне и платье нашли, и туфли. В волосы вплели живые цветы. Не худшая на свете невеста получилась. Ну а свадьба... Она прошла, как во сне. Я никак не могла избавиться от ощущения, что всё это происходит не со мной. А с Арьей или Джулией. Будто я в чужом теле и вот-вот проснусь.

Когда же задали главный вопрос, я сказала короткое «да», а минуту спустя превратилась из незамужней Кирстен (фактически, старой девы), в Кирстен замужнюю, что тоже было неплохо. Да, вскоре я разведусь. Зато всегда смогу сказать, что успела побывать женой. В смысле, я смогу это сказать, если выживу после воссоединения с осколком души...

...В «Приют странника» я прибыла всё в том же свадебном платье. Не для наглядности. Переодеваться обратно в ночную сорочку было бы странно. Переступив порог, попросила встретившего нас Бернара собрать всех для важного объявления. Тот отправил выполнять поручение Томми, а сам поведал всё, что случилось в моё отсутствие. Новостей было немного. Камерон почти до утра оставался без сознания. Теперь же пришел в себя, правда, подняться с кровати был пока не в состоянии. Зато дал кучу поручений помощникам. В частности, срочно позвонить в следственное управление, чтобы оттуда прислали кого-нибудь с магическими способностями.

- Правда, я слышал краем уха, что серьезных сотрудников-магов у них не имеется, - рассказал Бернар шепотом. - Маги не особо хотят у них работать. Они ж маги! Так что особого проку я бы не ждал.

- Само собой, - проворчала я. - А как... все остальные?

- Имеете в виду убожество, что в Хантере сидело? - дворецкий закатил глаза. - Да бесы  знают, где он сейчас. Леди Торвилл сказала, это пока никак не определить. Она починила двери магией, повесила ленту магическую, чтоб Эфран не прошел, и спать ушла. Когда мы спросили, как же мы вас теперь найдем, она сказала, что не надо искать. Мол, магическая аура здешних мест ей подсказывает, что вы сами вернетесь. Живая и невредимая. И не ошиблась ведь.

Я подавила тяжкий вздох.

Вот, значит, как. Я умчалась посреди ночи на призрачной лошади, а меня никто и не подумал искать. Даже верная коза.

- Герти где? - спросила я хмуро, дабы удостовериться, что мои выводы верны.

- Бродит где-то. Сердитая на всех. Ночью-то она сама боялась выходить. Из-за Эфрана Саливана. А с утра ходила по округе, вернулась нервная. Сказала, ваш след давно простыл. И давай всех гонять. Ослу рогами наподдала, парни по всем этажам от нее бегали, а коза все пар выпускала и выпускала.

- Вас не тронула?

- Нет. Мы с ней теперь свои, - он подмигнул и показал на «пиратский» красный платок, под которым прятались рожки.

...Наконец, все собрались, и... поднялся шум.

Матушка твердила, что я хочу вогнать ее в могилу, раз вышла замуж непонятно за кого, Лара крутила пальцем у виска, многозначительно глядя на меня. Даже леди Торвилл смотрела с сомнением, мол, всё ли у вас в порядке с головой, дорогая Кирстен. А я... я оглядывала лица мужчин в поисках признаков ярости. Бертрану же полагалось взбеситься при известии о моем замужестве. Но все они оставались спокойными. В смысле, удивленными, но без намека на гнев. Я даже грешным делом заподозрила, что Бертран вселился в отсутствующего в холле Камерона. Ну а что? Лежит себе в комнате, изображает полутруп. До поры, до времени.

- Прекрати кричать! - потребовала я у матушки. - Ты сама жаждала выдать меня замуж. Я вышла. За мага.

- За художника, - поправила она. - На что жить собираетесь?

- С козой будем выступать. В цирке! - объявила я сердито. - Денег заработаем, озолотимся. А теперь, прошу нас простить. Мы идем в мою... то бишь нашу спальню.

А у самой по коже проскакали мурашки. Об этом аспекте я не подумала. Майло ведь теперь придется ночевать вместе со мной, пока этот «балаган» не закончится.

Герти помялась немного на тонких ножках, но пошла за нами по лестнице.

- Ты ведь пошутила насчет цирка, да? - спросила с тревогой.

- Пока не решила, - отозвалась я.

Мы вошли в спальню. Втроем. И каждый ощущал себя не в своей тарелке. Мне перестала казаться путной идея с замужеством, Майло не знал, куда себя деть, а у Герти в глазах читался миллион вопросов, но при моем муже (боги, а ведь, правда, муже!) она не смела ни о чем спрашивать.

- Мне бы это... переодеться, - пробормотала я.

- Конечно-конечно, я отвернусь, - Майло завертелся, пока не уткнулся взглядом в дверь. И добавил: - Если я выйду в коридор, это всем покажется странным.

- Знаю, - проворчала я и полезла в шкаф.

- Так свадьба не настоящая? - уточнила коза.

- Свадьба настоящая, - пояснила я. - Но исключительно для дела.

- А спать он где будет? - коза мотнула головой в сторону Майло.

- Э-э-э.... - выдала я, ибо ночное место дислокации новоиспеченного мужа было хорошим вопросом. Ну да, ему полагалось спать рядом со мной. Однако ж мы договорились, что обойдемся без супружеских обязанностей.

Вот только у мужчин нередко слова расходятся с делом.

Особенно в интимных вопросах.

Да-да, в этих самых вопросах я была неопытна, и всё же не вчера родилась.

- Я на полу лягу, - объявил Майло, продолжая взирать на дверь.

- Отлично! - обрадовалась коза. - Значит, я, как и раньше, буду спать с Кирстен.

- Чего?

Маг опешил от такого заявления и обернулся. Аккурат в тот самый момент, когда я стаскивала свадебное платье.

- Да чтоб вас! - вскричала я.

Супруг тут же отвернулся и извинился, однако он успел увидеть достаточно, и это меня жутко смутило. Я не привыкла оголяться перед противоположным полом.

- То есть, вы спите с козой? - Майло не смог не спросить.

Я его не винила. Сама бы тоже не удержалась.

- Нет, я не сплю с козой. Это она спит со мной. Не спрашивая разрешения.

- А-а-а, - протянул Майло многозначительно.

А Герти надулась.

- Можно подумать, ты жаловалась. Особенно в ночи, когда сюда призраки захаживали. Арья. Иль Лоретта. Ну, в те времена, когда мы ее боялись.

Я решила не развивать тему, а то сильнее обидится, а обиженная коза - это не весело. Молча надела платье. Не одно из черных, служивших униформой, а бордовое с белыми манжетами и воротничком. Хватит расхаживать по замку, будто вдова. К тому же, это Бертран в образе Виктора желал, чтобы я ходила черном. Ни к чему больше потакать его желаниям. Обойдется это ископаемое.

- Ой...

Из кармана платья на пол что-то упало. Я наклонилась и подняла кулон - разноцветный шарик на цепочке.

- А это у меня откуда?

- Дык бабкино наследство, - напомнила коза.

- А-а, - протянула я. - Точно.

Это случилось в тот день, когда я впервые увидела Эфрана Саливана в зеркале. В родительском доме. Тогда мы собрались ради чтения бабушкиного завещания. Сестрам достались книги и дом, а мне вот этот шарик.

- Можно взглянуть? - спросил Майло.

Я закончила переодевание, и он посчитал, что имеет право повернуться.

- Да, - я протянула ему кулон.

Новоявленный супруг рассматривал его с минуту, крутил то так, то этак. А потом изрек:

- Он магический. Только не пойму, в чем его сила.

- Не может быть, - возразила я. - Я всегда чувствую магию.

- Не всегда, - вмешалась Герти. - Договор, что Бертран подсунул, не распознала.

- Договор, вероятно, был зачарован, чтобы Кирстен не поняла подвоха и попала в расставленную  ловушку, - предположил Майло. - А кулон... Здесь некая очень древняя магия. Скрытая.

- Но вы... ты... Мы ведь женаты, значит, должны говорить друг другу «ты», верно?

- Верно, - подтвердил он и улыбнулся. Чарующей улыбкой, манящей.

Однако я предпочла не заострять на этом внимания и вернулась к делу.

- Но ты почувствовал магию кулона.

- Я маг, который подпитывается древними силами здешний мест.

- Думаешь, мне стоит его надеть? - спросила я с сомнением.

- Почему нет? Хуже точно не будет.

Я сделал это. Застегнула цепочку на шее. Почувствовала тепло, прошедшее по телу. В нем было нечто не просто приятное, а обнадеживающее, вселяющее надежду на благополучный исход. И это радовало.

****

Ужин прошел без происшествий. По большей части за счет отсутствия вечных возмутительниц спокойствия: матушки с Ларой и Оливии Рутенберг. Леди Ровенир бросала на нас с Майло любопытные взгляды, но помалкивала. Я же краем глаза следила за мужчинами: доктором, Тимати и прислуживающим за столом Бернаром. Тревожных признаков не замечала, но это ничего не значило. Ископаемое умело маскироваться.

А потом настало время отправляться ко сну. Но я была спокойна. Майло же обещал быть джентльменом. Да и коза вознамерилась спать рядом. Боднет, ежели что. Гораздо больше тревожили призрачные происшествия. Сначала (едва мы покончили с трапезой) объявилась Лоретта. Отнюдь не печальная. Она носилась по этажам, толкала двери копытами, в общем, вела себя крайне подозрительно.

- Что-то ее встревожило, - подметил Майло.

- Бертран, - процедила я. - Наверняка, готовит пакость, и только Лоретте ведомо, в чем она заключается.

- Сегодня ночью стоит быть начеку, - подытожила леди Торвилл, услышав наш разговор. - Если хотите, я могу с вами ночевать. Ну, в смысле... - она запнулась. - Вы, конечно, молодожены, однако...

Дама замолчала, не зная, как закончить фразу.

- А давайте мы вас временно в соседней спальне поселим, ее для Герти приготовили, когда мы приехали, но она там не живет, - предложила я, посчитав, что ночевать вчетвером уже слишком. К тому же, если леди Торвилл уляжется на кровати, Герти придется спать с Майло на полу, а коза мне этого не простит.

- Отличная идея, - поддержал меня муж. - Если что, мы в стенку постучим.

На том и договорились.

Едва же я, не раздеваясь, устроилась в постели по соседству с животинкой, снаружи послышался крик Эфрана:

- Арья! Арья, выходи! Не могу без тебя больше!

- И этот разбуянился, - протянула коза.

- Ничего, двери перевязаны лентой, внутрь он не войдет, - успокоил Майло.

«Угу, если только Бертран его опять не впустит», - проворчала я мысленно, а вслух сказала совсем иное. Просто пожелала всем спокойной ночи и укрылась одеялом, ибо усталость брала свое. Я не спала полтора суток, но что-то подсказывало, что и теперь отдохнуть не удастся. Не дадут.