Глава 20. Ты моя

И всё же я уснула, или это лекарства и капельница. Утром не проснулась, а очнулась. Снова испуг, несколько секунд и я, кажется, «почти» вспомнила все события.

— Вы настаиваете на переводе? Но она должна написать отказ от госпитализации, — ворчит врач и я, наконец, вижу, с кем он разговаривает. Гордей Сергеевич стоит в дверях и не позволяет врачу сбежать. Как они умеют, ушли и пропали.

— Она подпишет бумаги, нас уже ждут в частной клинике. Поймите, тут небезопасно. На неё совершено покушение, это непростое падение с лестницы, её намеренно толкнули и у подозреваемого есть возможность прийти сюда снова, сами понимаете, ничего хорошего от такой встречи не жди, — всё же Гордей умеет быть убедительным, любуюсь его сосредоточенным лицом.

Он буквально нависает над врачом и говорит, нет, он намеренно запугивает. Ведь никому не нужны проблемы. Этой больнице лучше побыстрее от меня избавиться.

— А, если так, то под вашу ответственность, — быстро соглашается врач.

— Всё под мою ответственность и ещё, результаты анализов должны остаться втайне от всех, даже от вашего персонала. Позже материалы пойдут в дело, — Гордей вешает лапшу врачу, а тому, по большому счёту всё равно, что со мной будет. Если меня забирают, то и волноваться не о чем.

— Я вас услышал. Анализы приносят на пост к старшей сестре. Она их разбирает и раскладывает по историям болезни. Спросите, может, уже что-то принесли. Моё дежурство уже заканчивается. Пойду подготовлю бумаги для перевода вашей потерпевшей.

Гордей пропустил врача, и сам вышел следом. Не понимаю, что там такого сверхсекретного в моей истории болезни может обнаружиться.

— Как он за тобой! Как коршун над птенцами! Любит! Всю ночь сидел, пока ты бредила, — тётка, мешавшая храпом, сидит на своей койке, на её перевязанную ногу страшно смотреть. Похоже, что какой-то ужасный несчастный случай, я отвела взгляд, но спросила.

— Бредила? А что я говорила?

— Звала Алину, что-то кричала, нет, или оставь, всё как обычно в кошмарах.

Я успокоилась, хорошо, что не сказала, что-то типа: «Гордей, я тебя не люблю!» А ведь могла. Сейчас же вот смотрю на него, и сердце трепетно волнуется, я снова его увидела. Такой силы и уверенности ни у одного моего знакомого нет. Он реально похож на того, в кого бы я могла влюбиться без памяти. Просто сейчас нужно время.

Голова болит, но не так ужасно, как вчера. Гордей с кем-то быстро переговорил по телефону, потом вернулся, снова его тревожный взгляд. Никто, даже родители так не смотрели на меня.

— Дашенька, сейчас я тебя одену, потом на руках отнесу в машину, как голова? Кружится?

— Кажется, да. Я в туалет хочу.

— Сейчас отнесу.

Он проверил, что казённый халат на мне приличный, осторожно взял на руки и понёс в туалет. Приятно прижимая меня к себе, чувствую себя пушинкой в его сильных руках, В спину услышала комментарий от тётки:

— Вот принцесса, как на руках мужик-то носит, вот это я понимаю, любовь!

Мы стоим перед туалетом.

— Извини, но я с тобой!

— Я стесняюсь, — пролепетала, но поняла, грохнутся в туалете прям моя тема сейчас.

— Господи, я любил тебя по-разному, ты мне дорога, как жизнь. Если голова закружится, и ты упадёшь и что тогда? Нет вместе, прости.

Он снова поднимает меня и в туалете я с его помощью под включённую воду писаю, хоть не с уткой, и то хорошо. Сколько стыда в болезнях. Ужасно. Но это жизнь. Он придерживает меня за руку, деликатно отвернулся, чтобы не смущать.

Мне уже начинает казаться, что он не просто меня любит, это какой-то другой уровень и мне этого не понять. Может, он относится ко мне, как к ребёнку…

Стыд отступил, голова кружится, слабость ужасная. Гордей снова носит меня на руках, мне позволили собраться в какой-то комнате, дали кресло-каталку добраться до машины, он разложил переднее кресло, помог мне устроиться, и мы уехали в ту больницу, куда так стремился меня отправить мой мужчина.

— Даша, я люблю тебя, это сильнее меня, прости, что навязчивый, поди душу тебя в объятиях и заботе, но пока ты в таком состоянии не могу иначе. Скоро поправишься, и всё станет как прежде. Сейчас отвезу тебя, сдам Аркаше, он мой однокашник, надёжный мужик. А вечером приедем с Алиной. Подумай, может, чего-то вкусного хочешь.

В те моменты, когда движение позволяет, он смотрит на меня с такой нежностью, что я начинаю улыбаться.

— Спасибо, — шепчу.

— К сожалению, в этой ситуации много виновных, по-настоящему виновных. Я найду адвоката, на развод пойдёшь под защитой, выкатим все претензии, и измену, и нападение, и сговор с Эвелиной.

— Сговор с Эвелиной? — от неожиданности я даже переспросила. С трудом вспомнила, кто это такая. Бывшая женщина Гордея, и мы с ней в «тёрках», как говорят у нас в супермаркете.

— Она обещала заплатить твоему мужу, и, похоже, он украл твой телефон, на котором была запись, как она тебя шантажировала. Телефона в твоих вещах нет.

— Ну, значит, и денег у меня уже нет. Он все мои пароли знает. Пусть подавится, но телефон жалко, к номеру уже привыкла.

— Этот момент тоже адвокату расскажем, в банке с паспортом выписку сделаем, это серьёзная улика.

— А почему ты так волнуешься про развод, вроде же все просто. Квартира его, он мне изменил, это же очевидно. Остались формальности.

— Да нет! Анализы твои пришли, самые важные. Успели мы их забрать с собой.

Он улыбается встревоженно, одновременно очень нежно. Красный свет, мы остановились, и он положил свою крепкую руку на низ моего живота, сразу тепло растеклось по телу.

Кажется, я начинаю понимать. Он выдержал паузу и сказал то, что давно хотел сказать.

— Ты беременная от меня, Даша! Понимаешь? Срок маленький совсем, но по крови уже титры прошли. Они сразу сделали анализы на беременность, ведь думали, что ты не просто упала.

Наверное, в этот момент у меня глаза так округлились, что Гордей не выдержал и засмеялся.

— Беременных не разводят? — прошептала я.

— Разводят, но если он упрётся, могут затянуть процесс, поэтому я забрал твои анализы, их медсестра не видела, и никому не говори, даже Алине, мы сейчас едем к надёжному врачу, до суда всё останется втайне. Вот такие дела, душа моя!

Он снова погладил мой живот. Теперь я его собственность. Это и приятно, и очень пугает.