Глава 26. Ключи от дома

Не смогла оставаться в спальне, пока они едят. Алина решила взять на себя функции хозяйки. Слышу негромкие разговоры, звяканье посуды. Показалось, что я вполне нормально себя чувствую. Голова не кружится, но если не съем сейчас супа, хоть несколько ложек, точно отключусь.

Медленно, как тень вхожу на кухню и вижу мою новую семью за столом. Ощущение странное, я их всех вроде как знаю, отдельно друг от друга. А вот так, всех вместе за столом вижу впервые.

Матвей очень похож на отца. Но миловиднее и не такой крепкий, как Гордей. И с Алиной они мало похожи, разве только глаза. Любуюсь, улыбаюсь.

Матвей тут же подскакивает со своего места, пододвигает мне стул и помогает сесть, слишком заботливо. Здоровой рукой придерживает меня за спину, помогает сесть.

— Алина, сделай ещё порцию для Даши, мне неудобно одной рукой, — вежливо скомандовал старший брат и сестра, улыбнувшись, повиновалась.

И тут я перехватываю взгляд Гордея на всю эту приятную суету. Он даже не жуёт, замер с кусочком хлеба. Не могу понять, он сейчас в ахе, из-за того, что его сын, после недолгого общения со мной, так заботливо ухаживает? Или оттого, что я снова встала, несмотря на приказ лежать и отдыхать.

Не хочу уточнять! Беру ложку и ем. Неплохой, кстати, супчик получился, учитывая, что морковка и луковица последние, картошки вообще нет, и пришлось делать с рисом. Хоть мяса вдоволь и приправ.

Почему-то разговоры прекратились, отчего мне стало неуютно.

— Чай сейчас или позже, — спросил Матвей.

— Можно и сейчас, — ответил отец, встал и убрал грязную посуду в посудомойку.

— У меня есть десерт и ещё кое-что для Даши, — Матвей поспешно вышел. А когда вернулся, Гордей окончательно потерял дар речи.

Небольшой букетик и бархатная коробочка, как для ювелирного украшения. Такое вступление кого угодно повергнет в шок. Похоже, что Гордей осознал, цветов мне он не дарил. Сын его обставил?

Это неприятно ударило по самолюбию отца.

Матвей не обратил на вытянутое лицо Гордея никакого внимания и тут же продолжил:

— Мне приятно, что ты теперь часть нашей семьи, — сказал он и чмокнул меня в щёку. Подал букет и коробочку.

— Зачем, спасибо! — смущаюсь, принимаю дары. И чувствую, что все ждут вскрытия загадочной коробки!

Брелок очень красивый, металлический в форме домика и надпись: «Кошкин дом» только мы с ним понимаем эту тайную метафору, для бездомной кошки нашёлся дом. Я улыбаюсь и смотрю в глаза Матвею и чувствую, что его взгляд на меня тоже не такой, как у пасынка на мачеху. Но это всего лишь момент.

— Спасибо! — шепчу.

— Это не всё, ещё ключи от квартиры, сделал сегодня дубликаты, — он подал мне связку ключей. Раньше я пользовалась его комплектом, а теперь получила свой.

Моё бродяжничество закончилось, они приютили меня. А теперь случилось символическое принятие в семью. Гордей улыбнулся.

— Неожиданно, сын! Думал вам понадобиться время как-то привыкнуть, а тут оказалось всё мгновенно, принятие с первого взгляда? — нотки недоверия или иронии, но мне как-то неуютно сейчас.

— Ну ты сам сказал, что она, прости Даша, что Даша лучше всех, да, я с этим полностью согласен! — непонятно, Матвей иронизирует или серьёзно говорит.

После падения у меня, правда, какие-то психологические проблемы, не могу понять, что сейчас происходит. Подозреваю неладное, однако не хочется верить, что Матвей пытается как-то уколоть отца. Может, он ревнует Гордея к памяти матери?

— Спасибо большое, мне очень приятно. Чай забыли, — пытаюсь перевести разговор в бытовое русло.

Матвей поставил на стол потрясающий торт, вспоминаю его мороженое, предчувствую, что и торт божественный. У нас сегодня есть повод, его не называем, но все прекрасно понимают значение этого первого совместного чаепития.

Алина разложила ароматные чайные пакетики по чашкам, и Гордей разлил кипяток.

Кусочек тортика оказался на моей тарелочке с золотой каёмкой. И я тут же подцепила ложечкой нежную мякоть бисквита с каким-то белым кремом, вишней и фруктами, сразу отправила в рот.

Мои глаза закрылись сами собой от блаженства. Такого вкусного торта я никогда не пробовала. Вроде простой, но потом появляются богатые вкусы ванили и каких-то приправ, о существовании которых я и не догадывалась!

— Но мороженое было вкуснее, — снова я спалилась. Зажмурилась и улыбнулась своей глупости.

— Рад, что тебе понравилось! — сказал Матвей и ощущение, что мы снова вдвоём.

— Вы без меня ели мороженое? — Алина обиделась.

— На днях я свожу тебя одну, чтобы восстановить справедливость, — отшутился Матвей.

— Нет, с Дашей, и если папа будет свободен, то тоже пойдёт, — категорично заявила Алина, попробовала тортик и расплылась в довольной улыбке.

Только Гордей сидит, поглядывая на нас и молча ест свой солидный кусок торта.

После обеда я снова вернулась в спальню. Немного позже ко мне пришёл Гордей, закрыл за собой двери и прилёг рядом.

— Устал? — шепчу ему на ухо.

— Что это было?

— В смысле? С Матвеем? Он забрал меня из больницы, потом…

— Продолжай!

— Он расстался с девушкой. Почему-то со мной прокатился к ней, она ему нагрубила. И Матвей назвал меня мачехой и порядочной женщиной, в отличие от неё. Я с трудом сдержалась, чтобы не рассмеяться в этот печальный момент. Ну правда, я его старше года на четыре-пять, и мачеха. Ну, мне не обидно. Так что эти цветы, наверное, поэтому. Понял, что рассмешил меня. Ну и в кафе завёз, — рассказала почти всё. Что-то подсказывает, что про поцелуй, пусть даже случайный даже заикаться нельзя.

— Прости меня.

— За что? — чуть было не добавила «За ревность»

— Я тебе не дарил цветы, подарки. Закрутился.

— Ну ты мне подарил крышу, общение с Алиной, заботу, лучшую больницу и, надеюсь, любовь!

Вместо ответа он придвинулся ко мне ближе, снова подгрёб меня к себе, прижал и нежно поцеловал в губы.

— С ума по тебе схожу. Никто на меня так не действует, как ты. Когда пропала, думал, что уже никогда тебя не увижу, чуть не свихнулся от ужаса. Это ненормально, но так получилось. Твой смех, взгляд, забота и то, как ты с моими детьми ладишь. И секс с тобой. Хочу тебя постоянно. Как пацан.

— Очень на это надеюсь.

— На что?

— Что ты не девочка, — и начинаю смеяться, он замер на минуту, потом закрыл глаза и засмеялся.

— Вот это ещё, все твои шуточки с серьёзным видом. Жить без этого не могу. Шути чаще.

— Ладно! Меня дважды просить не надо! Соскучилась по тебе нереально, — сама начинаю его целовать.

— И я. По-быстрому?

— Нет, дети! Терпи до ночи, отец семейства.

— Вытерпишь тут…