Глава 61. Хуже уже не будет

Одиннадцать лет назад

С того самого дня, когда она застукала Дамира с Дариной, всё и пошло наперекосяк — во всём. В том числе и в её отношениях с Димкой.

А ведь в какой-то момент Вита искренне поверила в то, что именно этот человек сможет заткнуть огромную дыру в её сердце, которая образовалась по вине Дамира. Что именно Димка окутает её необходимым теплом, которое согрело бы ей душу. Но, как оказалось, это была иллюзия. Самообман. Его объятия и поцелуи отныне не доставляли удовольствия и больше не грели.

Самым паршивым было то, что ей даже не пришлось ему об этом говорить — он догадался сам. Как всегда проницательный, чуткий, понимающий Димка… Как же ей было стыдно перед ним — даже в глазах жгло. Как стыдно!..

— Ты не со мной сейчас, — сказал он, прерывая отчаянный поцелуй, которым Вита пыталась заглушить свою боль. — Ты не меня целуешь.

А у неё даже не было сил отпираться или просить прощения. Она обессиленно опустилась на скамейку и закрыла лицо руками. Не плакала — просто сидела, заслонившись от этого проклятого мира, как в домике.

Димка даже не злился. Ей-богу, ей было бы гораздо легче, если бы он наорал на неё сейчас, обозвал как-нибудь особенно хлёстко, может быть, даже унизил… Какое там! Наоборот — Димка попытался её успокоить.

— Так себе способ отомстить Даму ты выбрала, — покачал он головой. — По факту делаешь хуже только себе самой. Может, хватит уже себя мучить?

— Предлагаешь мне пойти и утопиться, чтобы разом покончить со всеми страданиями? — мрачно схохмила Вита.

— Я предлагаю пойти и сказать ему правду.

— Какую правду? — испугалась она, убирая руки от лица.

— Скажи, что любишь.

— Нет, — Вита округлила глаза в ужасе, — ты что?! Я не смогу.

— Сможешь, — жёстко возразил Димка. — Иначе просто сойдёшь с ума. Хуже уже не будет, понимаешь? — веско добавил он. — Или он ответит на твои чувства, или нет. Зато ты перестанешь терзаться неизвестностью.

— А как же… а как же ты? — ошарашенно переспросила Вита.

— А что я? Хуже уже не будет, — повторил он с горькой иронией, от которой у неё едва не разорвалось сердце.

— Я ненавижу это дурацкое лето. Ненавижу, — выдохнула она, уже близкая к истерике. — Весь мой привычный мир рухнул. Всё перевернулось с ног на голову. Да, раньше в моей жизни не было любви, не было романтики и страсти, но зато… зато у меня были друзья. Настоящие друзья! А теперь я потеряла одного близкого друга и, кажется, теряю и второго…

— Как друга ты меня никогда не потеряешь, — Димка осторожно присел рядом и взял её за руку, накрыв сверху своей горячей ладонью. — Как минимум это я могу тебе гарантировать.

— Почему ты такой хороший, Дим? — она не удержалась и всхлипнула. — Нет, зачем ты такой хороший? Этим же бессовестно пользуются всякие сволочи вроде меня…

— Что ж, — Димка встряхнул головой. — Если тебя это утешит, то мне где-то даже приятно, что ты меня немножко… попользовала.

— Дурак, — Вита рассмеялась сквозь слёзы. — Господи, какой же ты дурак! Как же я тебя люблю…

Она прекрасно знала, что Димка воспримет это её признание именно так, как нужно, в правильном контексте.

— Ну вот видишь, — улыбнулся он, — сказать эти слова не так уж и трудно. А теперь иди и скажи их снова — только уже не мне.

Вита задумалась.

— Скажу на вечерней дискотеке.

— Обещаешь?

Она отвела взгляд.

— Я… постараюсь.

***

Однако пообещать оказалось куда проще, чем сделать.

На дискотеке к Даму намертво приклеилась Дарина. Вцепилась, как пиявка, и не отлипала ни на секунду. Складывалось впечатление, будто она нарочно демонстрирует всему свету свои права на этого парня — откровенно, напоказ. Она то и дело лезла к Дамиру с поцелуями, прижималась и обнимала.

Димка ободряюще похлопал Виту по плечу:

— Я попробую нейтрализовать её на какое-то время.

— Каким образом? — Вита нервно обхватила себя руками, чувствуя, что от волнения её знобит. — Вырубишь точным ударом по голове?

— Только если придётся пойти на крайние меры, — отшутился он.

В этот момент удачно включился очередной медляк — песня группы Lord Huron «The Night We Met», которую Вита очень любила. Дарина зазевалась на пару мгновений, а когда опомнилась, перед ней уже стоял Димка, приглашая на танец.

— Можно?..

— С тобой? — она изумлённо вытаращила глаза, а затем недоверчиво покосилась на Виту. Та придала физиономии блаженное выражение из серии «ничего не вижу, ничего не знаю, моя хата с краю». — Ну, если только Дам не возражает… — неуверенно протянула Дарина, оглянувшись на Дамира.

Тот пожал плечами, тоже несколько озадаченный.

— Да нет. Нет, конечно, не возражаю. Танцуйте.

Димка тут же обнял Дарину за талию и, оглянувшись на Виту, беззвучно выговорил одними лишь губами: «Скажи ему!»

Момент и в самом деле был самый подходящий, другого такого могло больше не представиться. Сейчас у них было около трёх минут на разговор, пока длится песня… много это или мало? Ну, во всяком случае, достаточно для того, чтобы сказать: «Я тебя люблю». Вот только нужно отозвать его в сторону, чтобы поговорить без свидетелей…

Однако Дамир спутал ей все карты.

— Потанцуем, Хома? — спросил он.

Вита растерялась.

— Вообще-то мне надо… то есть… короче, я хотела бы тебе кое-что сказать, — промямлила она.

— Скажешь, в чём проблема, — и он властно притянул её к себе. Вита вспыхнула, растерялась, смутилась… и положила руки ему на плечи, соглашаясь на танец.

— Красивая песня, правда? — кашлянув, спросил Дамир внезапно охрипшим голосом. Вита же, не надеясь на свой, только молча кивнула в ответ.

Песня и в самом деле была красивая, но меньше всего сейчас Вита думала именно о песне.

«Я искал след, чтобы снова по нему пойти и вернуться в ту ночь, когда мы встретились…»

Дамир никогда раньше не был настолько близко. Она впервые чувствовала его вот так — практически всем телом. Нет, конечно, он и прежде часто обнимал её, прижимал к себе, тормошил по-дружески, ради шутки… но сейчас он держал её в объятиях не как друг, а как парень. Парень, который танцует с девушкой медленный танец.

Вита буквально умирала в его объятиях. Сгорала заживо, боясь, что сейчас просто осыпется к его ногам горсткой пепла. Она начисто забыла всё, что собиралась ему сказать. В мире не существовало больше ничего — только эти чингисханские глаза напротив её лица, близко-близко, которые заглядывали ей в самую душу.

Губы Дамира шевельнулись — кажется, он что-то спросил.

— Что? — с трудом выговорила Вита, не расслышав.

— Я говорю — ты накрасилась?.. Никогда не видел тебя с макияжем. Тебе идёт.

Вита действительно подкрасилась — совсем чуть-чуть, ей помогли соседки-близняшки, они и косметикой с ней поделились.

— Мне правда идёт? — спросила она с надеждой.

— Правда. И пахнешь ты… офигительно.

От него тоже офигительно пахло, чего уж. Запах, который она обожала: свежесть ментола, горьковатый лайм и морской бриз…

Вита положила голову Дамиру на плечо, чтобы не смотреть ему в глаза. Почему-то именно сейчас выдерживать его взгляд было абсолютно невыносимо.

Сказать?.. Не сказать?.. Сказать прямо сейчас или чуть позже?.. Господи, она, наверное, просто умрёт. Как же ей было страшно!

— У тебя так колотится сердце, — глухо произнёс Дамир. — Ты о чём-то волнуешься?

— Нет, — быстро сказала она, слегка отстраняясь, чтобы не прижиматься к нему слишком крепко. — Всё в полном порядке.

Скажи!.. Скажи же ему, трусиха!..

И в этот самый миг песня закончилась. Ну вот, дотянула до последнего!.. Вита зажмурилась и набрала в лёгкие побольше воздуха, чтобы выпалить, наконец, своё отчаянное признание, но её остановил насмешливый голос:

— А вы неплохо смотритесь вместе. Миленько!

Вита ошеломлённо распахнула глаза и увидела Дарину. Губы её улыбались, а взгляд был цепким и холодным.

— Может, вернёшь мне моего парня? — спросила она с иронией.

Вита отступила от Дамира в каком-то ступоре.

— Подожди, — он удержал её за руку. — По-моему, ты хотела мне что-то сказать!

Вита моргнула, избавляясь от наваждения, и осторожно высвободила свою руку.

— Не сейчас. Может быть, завтра.