ГЛАВА 13

Исгерд провела ночь в доме Эклунд, но наутро взяла катер и отправилась назад в Академию. На сей раз она тщательно проверила, нет ли объектов в точке выхода из прыжка, и только потом нажала на панели гипердрайва старт. Как и предполагали они с Хельгой, Волфганг её уже ждал. Стоял на веранде, как будто знал о прилёте невесты. Руки его были скрещены на груди, а чёрные волосы привычной ухоженной волной лежали на плечах, вызывая у Исгерд нестерпимое желание подойти вплотную и дёрнуть за один из локонов, чтобы выяснить, не парик ли у Рейнхардта на голове. Она, конечно же, сдержалась и с улыбкой произнесла: – Сэр Волфганг. Не ожидала вас увидеть. Не думала, что вы встаёте в такую рань. Волфганг пристально следил за Исгерд, отмечая каждый шаг и каждый жест. – А я не ожидал от вас такого… легкомыслия. – Легкомыслия? – Исгерд приподняла бровь, демонстрируя удивление. – Да. Вы припарковали катер на траве. Исгерд с опаской оглянулась через плечо. – И правда… – растерянно произнесла она. – Не волнуйтесь, – поспешил успокоить её Волфганг, – если вы дадите ключ, Юки его уберёт. Вы ведь достаточно мне доверяете? – Конечно, – лёгкая улыбка отразилась у Исгерд на губах. Корабль всё равно принадлежал не ей, и служба безопасности Консула по возвращении в любом случае проверит его на жучки. – Юки! – крикнул Волфганг, и та выскользнула из сумрака коридора, взяла ключи из рук Исгерд и тут же направилась к кораблю. – Как вы провели выходные? – спросил тем временем Волфганг, делая вид, что наблюдает за процессом перегона корабля. – Достаточно продуктивно, – сказала Исгерд и присела в кресло напротив. – Я очень за вас рад, – Волфганг резко повернул голову и пристально посмотрел на неё, – скажите, Исгерд, знаете ли вы, зачем Консул послала вас сюда? Исгерд повела плечом. Начинался не самый приятный разговор, но она давно его ждала. – Передо мной была сформулирована задача «наладить с вами контакт». – Надеюсь, вы понимаете, о чём речь? Исгерд недовольно поёжилась. Взяла со стола фарфоровый чайник и, слегка нарушив этикет, сама наполнила пустую чашку. Сделала глоток. Поморщилась – чай горчил и был слишком крепким. – Я всё понимаю, сэр Рейнхардт. Я не собираюсь препятствовать тому, что должно произойти. – Я рад… Что у нас есть хоть что-то общее. Потому что я также не испытываю энтузиазма по поводу задумки отца и также не собираюсь ей мешать. Полагаю, лучшее, что мы можем сделать, это «найти общий язык». Исгерд кивнула. – Но это невозможно, – с нажимом продолжил Волфганг, – пока вы публично позорите меня и мою семью. – Я вас не понимаю. – Если вы и ваша покровительница хотите заключить этот союз, любые контакты с семейством Краузов на публике для вас исключены. Тем более дружеские контакты с молодыми мужчинами их Дома. – О! – Исгерд насмешливо приподняла брови. – Спасибо, что оставляете мне стариков. Да будет вам известно, герцог фон Крауз ещё вполне ничего! Волфганг молча буравил её взглядом, видимо, намереваясь просверлить насквозь. – Я вас поняла, – со вздохом сказала Исгерд, – вы хотите говорить начистоту, и я уважаю ваш порыв. Признаться, мне тоже проще говорить напрямик. И я скажу так. – Она сделала паузу, чтобы удостовериться, что Волфганг слушает. – Я не эмоциональный человек. И, кроме того, не любительница интриг. От меня вы можете не ждать обмана и предательства. Мой единственный интерес – единство Гесории. – И госпоже Консулу вы всегда будете верны больше, чем мне. – Госпожа Консул меня воспитала. А вы пока что не сделали для меня ничего. Но дело не в этом. Я не привыкла, чтобы кто-либо ограничивал меня в делах, которые касаются только меня и никого больше. Ваше требование не выставлять напоказ мою симпатию к Краузам – резонно. Но не более. Я не собираюсь подчиняться вашим приказам, как это делает наша дорогая леди Симидзу, я не собираюсь отчитываться перед вами в том, когда и куда иду. И, в качестве ответной благодарности – не собираюсь требовать подобного отчёта от вас. Понимаете меня? Волфганг молчал. Стиснул зубы, и в глазах его полыхнула злость. – Давайте будем чётко разделять, идёт речь о политике или о нас с вами, – продолжила Исгерд, – в первом можете видеть во мне союзницу – как и обещала Хельга вашему отцу. Во втором давайте не будем изображать то, чего нет. Не трогайте меня – и я не буду трогать вас. С этими словами она встала и, не оглядываясь, направилась к дому. Поднялась на второй этаж и закрыла за собой дверь. Привалилась к ней спиной и распустила шейный платок. Исгерд не помнила, когда ей было так паршиво. На мгновение её посетило чувство, что за эти два дня она потеряла всё. Некоторое время в корпусе Академии царило затишье. Ролан вернулся из поместья, но не спешил приближаться к Исгерд, не зная толком, как повести разговор. Волфганг был уязвлён и не желал показывать свою заинтересованность в том, чтобы Исгерд его простила. Все трое сидели по своим комнатам, выбираясь оттуда только по делам, и никто ни за кем не наблюдал – так что Ролан не знал о размолвке наречённых, а Волфганг понятия не имел, нарушает Исгерд его запрет или нет. Однако в конце октября, когда до осеннего турнира оставалось всего ничего, Исгерд пришлось провести сразу две встречи. Первой к ней подошла Юки, и случилось это, когда Исгерд отдыхала на любимом месте на берегу моря. Здесь несколько площадок, связанных узкими лесенками, террасами убегали к кромке воды. На каждой стояли скамейки для отдыха, но, как правило, не было никого из учеников. Исгерд это место напоминало дом. Ей нравилось подолгу сидеть, вслушиваясь в шум волн, иногда читая книгу, а иногда – просто размышляя. Тихий кашель вырвал её из задумчивости, и, обернувшись, она увидела подручную Волфганга. Встреча эта Исгерд, мягко говоря, напрягла. За всё время нахождения здесь, в Академии, она ни разу не видела, чтобы Юки делала что-либо сама, и привыкла считать её придатком своего жениха. – Могу я с вами поговорить? – спросила та. Исгерд поморщилась. – Что ему от меня надо? – спросила она. Юки подошла вплотную и остановилась, скрестив руки на груди. – Если это вас интересует, то один… молодой человек очень переживает о том, что произошло. – Переживает, – фыркнула Исгерд, – так и вижу его исполненное переживаний лицо. – Волфганг никогда не покажет чувств, но это не значит, что их у него нет. Он очень одинок. И, возможно, вы станете единственным его другом. Исгерд приподняла бровь. – Разве не ты – его «единственный друг»? На лице Юки не дрогнул ни один мускул, когда она ответила: – Не могут быть друзьями слуга и господин. Только равные. Исгерд вздрогнула и ответила пристальным взглядом. – Не понимаю… – сказала она. – Ты так просто это признаёшь… – Мой род проиграл войну. Тем, что моя семья ещё существует, мы обязаны Рейнхардтам. – Рейнхардтам вы обязаны тем, что большая часть ваших миров оказалась выжжена дотла. Они втянули вас в эту войну. – Я не хочу обсуждать это, леди Исгерд. Это касается только меня и моей семьи. – Прости… Секунда всё же потребовалась Юки, чтобы взять себя в руки, а затем она продолжила: – Известно ли вам, что в конце недели пройдёт ежегодный турнир на мечах? Исгерд повела плечом. – Ректор что-то объявлял. – Этот турнир очень важен для чести Волфганга и его семьи. Он хотел бы, чтобы вы, как его невеста, передали ему фавор на удачу в грядущем бою. – Фавор… – пробормотала Исгерд. Мириться она не хотела. Но знала, что затянутая ссора пользы никому не принесёт. Она отстегнула булавку с бриллиантовым навершием, украшавшую воротник кителя, и протянула Юки. – Скажите, что я желаю ему удачи. И что не стоит принимать нашу ссору всерьёз. Юки приняла подарок, поклонилась и двинулась прочь. Вторая беседа застала Исгерд в мастерской, где она чинила разбитый «Буран». После аварии, с которой началось обучение, «Буран» так и не взлетел. Исгерд отправляла назад уже не первый комплект деталей, заказанных в столице, но ей снова присылали не то. Когда дверь со скрипом разъехалась, Исгерд понадеялась было, что это очередной курьер. Сама она лежала под капотом и не видела, кто вошёл. – Поставьте у борта! – крикнула она. – Оплата ушла через сеть! По стальному покрытию простучали металлические подошвы, и в щель между днищем и полом Исгерд разглядела курсантские начищенные сапоги. «Если это Волфганг – я его убью», – со вздохом подумала она и выкатилась из своего укрытия. – Вам очень идёт эта поза, – сказал Брант, обнаружившийся напротив. Исгерд откинулась назад, и не думая вставать. – Не могу починить, – пожаловалась она, – детали опять не те. Брант улыбнулся краешком губ. – Ролан неплохо разбирается в технике. Уверен, он вам поможет. В качестве компенсации за аварию, которая произошла по его вине. Исгерд сначала хмыкнула презрительно, но потом приподнялась на локте и сказала: – Вообще-то, я думаю, это честно. Потому что это он во всём виноват. – Уверен, он с радостью признает вину. Исгерд потянулась к тряпке и, поднявшись, обтёрла руки от машинного масла. Подошла к умывальнику в углу, и дополнительно сполоснула. И только потом накинула на плечи белоснежный китель и принялась завязывать шейный платок. – Ролан расстроен тем, что вы его покинули, – тем временем продолжал Брант. – Правда? – с деланным удивлением посмотрела на него Исгерд. – Так что ж он сам ко мне не придёт? Я бы с удовольствием обсудила с ним то, что произошло. – Ну… – Брант прокашлялся в кулак. – Не уверен, что получится донести до него эту мысль. Но попробовать могу. – Ладно, – вздохнула Исгерд, – зачем вы пришли? – Ролан просил узнать – участвуете ли вы в ежегодном турнире на мечах? Исгерд и сама много думала об этом в последние дни. – Побеждают всегда одни и те же, – сказала она, пожимая плечами, – и я вовсе не стремлюсь это менять. Впрочем… заявку, возможно, подам. Брандт кивнул. – Это немного усложняет дело… Но тем не менее я должен сказать, что Ролан просит передать ему фавор. Что-нибудь в знак того, что вы готовы его простить – и если вы уважите его просьбу, он будет знать, что сражается за вас. Исгерд медлила. Она помнила, о чём её предупредил Волфганг. Предупреждения эти так злили, что вызывали почти нестерпимое желание сделать наоборот. И всё же… Волфганг был прав. Глупо при всех демонстрировать симпатию к Краузам. Пальцы Исгерд теребили шейный платок. Она долго молчала, а затем решительно стянула его и быстро произнесла: – Возьмите. Но это аванс. Пусть Ролан придёт ко мне и всё объяснит. Брант поклонился и собирался уйти, но у порога замешкался и вновь посмотрел на Исгерд: – Скажите… это правда… то, что о вас говорят? Исгерд вскинула бровь. – Обо мне говорят столько, что всего и не упомнить. – Я имею в виду слухи о Серой Страже. Она правда существует, и вы в ней состоите? Исгерд ответила не сразу. – Почему вы интересуетесь? – после паузы спросила она. – Если это правда… то как можно туда попасть? Исгерд медлила. – Это непросто, – сказала она, – особенно для уроженца одной из великих семей. Но если вдруг вы заинтересуете магистров – вас пригласят. Брант явно хотел спросить что-то ещё, но Исгерд поспешила сказать: – Простите, мне нужно идти. – Хорошо, – нехотя согласился Брант, – не буду вас задерживать.