Глава 28

Косяк. Так и надо было назвать этого хвостатого террориста. Куда там милой куколке-маньячке до этого ужасного монстреныша, который сейчас икал в своей переноске, распространяя по салону шикарной машины запах мамулиного кустарного «полусладкого».

– Ну какой он Аннабель? Он настоящий Косяк. Как думаешь, если его обратно в люк сбросить…? Он же не выберется? А то вернется еще и мстить начнет, – прошептал Малинин. – Я Петю могу отправить. Ты ведь помнишь адрес того люка? Петя железный, шкура толстая. Он справится с этим…

– Вы совсем рехнулись? – я покосилась на задремавшую на заднем сиденье Дусю, мирно обнимающую переноску с икающим монстром. – Ваша дочь любит этого кота. Он ее друг, наверное, даже единственный.

– Она и тебя любит, – хмыкнул этот нахальный мерзавец, уставившись в лобовое стекло джипа. – А меня не любит никто. Прикинь, парадокс.

– Это вы к чему сейчас? Цену себе набиваете? А вы не думали, что если кого-то никто не любит, то этот кто-то сам виноват?

– Нет, об этом я не думал. Зато думал, кто из вас быстрее выползет из преисподней, чтобы снова начать портить мне существование, – совершенно серьезно пробурчал ужасный самовлюбленный болван, который так и не снял дурацкую пилотку. – Пока ты не появилась в моей жизни, никто и никогда надо мной так не издевался. За то время, что ты живешь в моем доме, я несколько раз чуть не лишился ума, жизни и репутации. Я провонял дымом, смогом и кошачьим дерьмом. Я побывал в обезьяннике, чуть не сдох от анафилактического шока и познакомился с твоей мамой, которая, кстати, тебя в грош не ставит. И я даже уже не знаю, кто из вас страшнее – ты, или нализавшийся до свинского состояния кошак, который, скорее всего, еще и агрессивный после торта твоей матушки. А ты права, ты отлично знаешь, кого и за что не любят. Прежде чем давать советы, научись себя любить.

Я отвернулась к боковому стеклу, сделав вид, что не услышала его последних слов, увлекшись созерцанием облупленных трехэтажек, которыми славится знакомый мне с детства район.

Ну, вообще-то, он где-то прав. Местами. И я проживаю сейчас чужую жизнь, не мою. Моя то вот тут, в этом месте, среди понятных людей. Рядом с мамой, которая не простит мне ужасного позора. Ей же придется говорить тете Вале, что ни фига я не невеста олигарха. Рылом не вышла. Куда мне со своим то в калашный ряд. Хотя, наверное, мне в калашном и место наследственное.

– А знаете, вы правы. Я ничему не смогу научить малышку. Потому что сама лохушка. Да, меня никто в грош не ставит, включая вас. Вы сноб и болван. А я дура, вы правы. Только дуры ведутся на такой идиотизм, который вы мне предложили. Потому что обманывать ребенка, давать ему ложные надежды, особенно за деньги. Подло и бесчеловечно. И я лучше буду врушкой и предательницей, чем подлой теткой, которая за деньги готова на подобную дичь, – тихо сказала я, боясь разбудить Дусю. Прав он во всем. И я не нужна его дочери. Чему я могу ее научить? Как быть обжорой и размазней? Или как издеваться над ее отцом, который меня нанял для того, чтобы меня малышка возненавидела? – Остановите тут?

– Не понял? – приподнял бровь олигарх.

– Да, вон там на углу.

– Что ты задумала?

– Броситься в люк вниз головой, если пролезу, конечно. Тут недалеко. По прямой кварталов пять. И Петю вам не придется гонять. Я сама… Чего?

– Что чего? – задумчиво пробормотал Малинин.

– Смотрите чего? Ну да, я страшная и толстая. Меня стесняется мама, бросил жених, и ждет меня будущее в компании кошек и сканвордов. Но, зато я умею быть настоящей. Ну же, тормозите.

– Дура ты, – скривил губы Егор Георгиевич.

– Ну вот, еще и дура, – всхлипнула я и схватилась за ручку дверцы. – Отпустите меня, а? Мне не надо денег. И магазин не надо. Просто…

– Сиди уже, Рита.

– Это что-то новенькое. Не исчадье, не дура, не ведьма. Рита? Вы прямо джентльмен в пилотке. Кстати, у вас странная тяга к странным головным уборам.

– И к чеканутым бабам, – пробубнил этот гад? Да нет, я точно ослышалась. Наверняка опять какую-нибудь гадость отвесил в мою сторону. – В люк она собралась прыгать. Слушай, я что, прям такой монстр что ли?

– Нет, не такой. Вы хуже. Монстры понятные. А вы… Я никак не могу вас раскусить.

– Не надо меня кусать. У меня свидание сегодня. Не могу же я на него явиться покусанным. И поэтому, ты сейчас едешь в особняк и продолжаешь играть свою роль. И делаешь это хорошо, пока я прихожу в себя после знакомства с «тещей». У меня стресс, между прочим.

– Свидание? – я аж задохнулась от такой наглости. Да как о… Хотя, чего это я? Господи. Совсем очумела. Заигралась. Да какая мне разница, куда идет этот злой мужик, который мне никто. Ну, работодатель и только. Тогда почему мне так омерзительно хочется шмыгнуть носом?

– Ну да, а что такого? – прищурился чертов мерзавец. – Я взрослый мужик. У меня есть потребности. Чего?

– Что чего? – все-таки шмыгнула я носом.

– Чего ты так на меня смотришь? Ты что, ревнуешь?

Ах он гад. Гадский гад. Да как он…

– Обрыбитесь, – скривила я губы, чтобы не зареветь, ком проглотила колючий. Застрявший в горле. – Вы не в моем вкусе. И вообще… Я не люблю трусов.

– А с чего ты взяла, что я такой?

– Потому что вы все время бежите туда, где проще. Плевать вам на все. Только себя вы любите. Дочь одну бросаете, на постороннюю тетку. Только бежите вы от себя.

– А, я забыл, что ты у нас психолог, ни дня не работавший. За собой следи. Я успешный и богатый, и могу себе позволить жить так. Как я хочу. Потому что я свободный. Ясно тебе? Я свободный…

– Вы свободный? Не смешите меня, – глупо хихикнула я. – Вы? Который боится запачкать свою репутацию? Или потерять очередной контракт? Или выпасть из обоймы? Вы боитесь всего неважного.

– Рот закрой, – рыкнул Малинин. Мы, оказывается приехали. Я и не заметила, увлекшись своими переживаниями глупыми. Да. Они глупые и бессмысленные. Мы с этим человеком из разных миров. И связывает нас только крошечная девочка.

– Я отнесу Дусю, ты переноску с котом, – приказал Малинин. И я послушно подчинилась. Отволокла тяжелую клетку в свою спальню, а когда вернулась…