Глава 18

Следующее, что осознала Кэссиди – был яркий  свет, немилосердно бивший ей в глаза и ощущение падения. Но не свободного, а стремительного. Причём стремительного не то слово. Ощущение было такое, словно её вместо ракеты воздух-земля, загрузили в ракетную установку и отправили поражать цель.

– Однако полёт мой что-то затягивается, – заскучала она через некоторое время. – Не из другой же галактики меня запустили? Хотя, скорее всего, никуда я не лечу, а лежу на полу лаборатории. И света никакого нет. Надо же, какими впечатляющими, оказывается, могут быть последствия контузии, – посетовала она, сражаясь с подступающей тошнотой и головокружением. – Надеюсь, с остальными тоже всё более или менее норм…

– Кэсси, хвала небесам, я, наконец-то, смогла связаться с тобой! – донёсся до неё вдруг далёкий, словно эхо, смутно знакомый голос.

– Крёстная? – позвала девушка и заозиралась вокруг.

Её падение вниз как-то сразу прекратилось. Более того, она почувствовала под ногами твёрдую почву, которая с каждым её шагом становилась всё более устойчивой.

Яркий белый свет мощнейших прожекторов уступил место мягкому и нежному, чем-то напоминающему лунное отражение на воде, мерцанию.

– Крёстная?! – ещё раз позвала Кэссиди, не надеясь, впрочем, на ответ. Она была почти уверена, что и послышавшийся голос тоже последствие контузии.

– Да, милая. Это я. Еле дождалась пока ты, наконец, уснёшь… – и перед взором девушки материализовалась Королева Благого двора летних фейри. Королева, как и обычно, была одета в просторные, развевающиеся одеяния. Лицо её освещала лучезарная улыбка, однако в глазах таилась печаль.

– Усну? – не подумав, переспросила Кэссиди.

– Но разве ты не спишь? – тут же обеспокоилась Элана. 

– Сплю! Конечно, сплю, – поспешно подтвердила девушка, решив, что крёстной совершенно необязательно знать о взрыве в лаборатории и тем более, обо всём том, что этому взрыву предшествовало.

Заверения девушки, к слову, прозвучали слишком уж поспешно и рьяно. И не будь Королева так озабоченна предметом предстоящего разговора, она наверняка бы заподозрила, что крёстница сказала ей неправду.

– Кэссиди, боюсь я с плохими новостями…

– О нет, – прошептала девушка. – Что-то случилось с моими родителями? Или Ричардом?

– Нет, нет, – успокоила её Королева. – С ними как раз всё в полном порядке! Но об этом потом, если останется время, сначала о главном. Что-то случилось с тобой, моя милая! Я понимаю, как это прозвучит, но не случилось ли тебе недавно убить кого-нибудь?

– Ну как сказать… – пожала плечами в ответ на этот вопрос крёстница. – Хотя, насколько я это понимаю, он сам!

– Сам виноват? – недоуменно-ошарашено взметнулись королевские брови.

– И это тоже, – кивнула Кэссиди. – Но кроме этого, он сам напал и сам сломал себе шею! Ты бы видела этого перитона, крёстная, он огромен как гора! У меня, в принципе, не было шансов его убить. А в чём собственно дело? Меня что, обвиняют в том, что я нарушила межстороннюю конвенцию? Ну так я повторяю ещё раз, напал он, а я защищалась! Если нужны свидетели, то у меня их аж трое! Мелисса, Лорел и Пенелопа не только всё видели, но и тоже стали жертвами нападения перитонов! Потому что перитон не один был, а с двумя подельниками!

– Нет, Кэсси, никто и ни в чём тебя не обвиняет, – Королева летних фейри тяжело вздохнула. – Всё гораздо хуже. Этот, как ты выражаешься, самоубившийся перитон наложил на тебя смертное проклятие и…

– Перитон наложил на меня смертное проклятие?! – изумлённо воскликнула девушка, не дав своей крёстной закончить фразу. – Но он же олень! Хоть и потусторонний, но олень же ведь!

– Кэсси, ты забываешь о том, что перитон – это разумный олень. И к тому же магически одарённый, – напомнила Королева. 

– Но я в полном порядке! – выдвинула ещё один аргумент недоумевающая девушка.

– Пока да, – кивнула Элана. – В данный момент проклятие занимается тем, что плетение за плетением разрушает защиту, которую я установила на тебя. Собственно, поэтому я и почувствовала, что с тобой не всё в порядке. Ну а то, что это именно смертное проклятие я предположила потому, что это единственное проклятие феерического происхождения, которое не способны отразить мои защитные плетения.

– И сколько у меня, по вашему мнению, времени, прежде чем я перестану быть в полном порядке? – нарочито деловитым тоном поинтересовалась жертва смертного проклятия.

– Если ничего не предпринять, думаю, проклятие утянет тебя и Алекса в Хельхейм сразу же после полуночи сегодняшнего дня. Возможно, чуть позже. Всё же у Алекса довольно солидный запас жизненных сил, – в тон крёстнице ответила Элана, решив не оплакивать её раньше времени.

– Меня и Алекса? В Хельхейм? – вторила своей крёстной девушка. – Но в Хельхейме сейчас папа, мама и Ричард… – задумчиво проговорила она. – Может быть, всё не так уж и страшно? – в интонациях её голоса, помимо вопроса, прозвучали также облегчение и надежда.

– Нет, Кэссиди, это страшно и очень серьёзно для тебя! – решив ничего не скрывать от  девушки, без экивоков констатировала Королева. – Владычице Хельхейма нужен Алекс! И теперь прицепом к твоей душе она получит и его душу тоже! И получит, к сожалению, как я теперь понимаю, по моей вине! Я так сильно хотела освободить твоих родителей и брата, что позволила заманить всех нас в ловушку. Я должна была…

– Стоп, стоп, крёстная! Я запуталась! Откуда тебе понадобилось освобождать моих родителей? И как так получилось, что Хель теперь плохой парень? – Кэссиди была в таком недоумении, что она даже заподозрила, что всё, что сейчас происходит – происходит не наяву, а лишь в её больном воображении.

– Из Хельтауэр, – вздохнула Элана. – Хель удерживала Ребекку, Стивена и Ричарда в Хельтауэр. И Хель всегда была плохим парнем, просто все мы слишком поздно это поняли. Твои родители и брат к тому времени уже были полностью в её власти. Я и Алекс, мы просто не хотели, чтобы ты беспокоилась и по этой причине натворила дел… Поэтому держали тебя в неведении относительно реального положения вещей.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍– Но Ваше Величество, вы же сказали, что с мамой, папой и Ричардом всё в полном порядке?! – напомнила Кэссиди с вызовом.

Элана понимающе улыбнулась. – С тех пор, как объединенные силы Благих дворов и огненных великанов Муспельхейма взяли штурмом Хельтауэр и освободили твоих родителей и Ричарда из плена, да, с ними всё в полном порядке.

– Взяли штурмом Хельтауэр? Ничего себе! Ну и дела! – воскликнула пораженная известием девушка. С округлившимися от удивления глазами и приоткрытым в безмолвной букве «о» ртом она напомнила своей крёстной совёнка. Та не удержалась и, забыв, что она всего лишь проекция протянула руку, чтобы взъерошить крёстнице волосы.

– Но теперь, теперь-то я могу увидеть папу и маму и Ричарда? – Кэссиди подняла на Королеву фейри полный благодарности и радостного предвкушения взгляд. – Я бы очень хотела повидаться с ними хоть мельком… Особенно теперь, когда я… вроде как умираю, – в голосе девушки, несмотря на то, что фразу она произнесла с улыбкой и в шутливой манере, прозвучала затаённая боль.

– Кэсси, ты не умираешь! Не смей так говорить! – не попросила, а именно приказала Её Величество. – А насчёт того, чтобы увидеться с родителями, дай мне хоть немного восстановиться после сражения. Ребекке всё ещё нельзя светиться, а мой магический резерв на нуле. Я еле-еле наскребла, чтобы с тобой связаться. Обещаю, что скоро вы обязательно увидитесь. Главное, чтобы с тобой всё было в порядке.

– Как же хорошо всё-таки, что вы смогли их освободить, крёстная! – лицо Кэссиди озарила счастливая, преисполненная благоговейной благодарности улыбка. – Я так рада, что они теперь в безопасности!

– Хорошо-то хорошо. Да ничего хорошего, – горько усмехнулась Элана. – Как я уже упомянула выше, это была ловушка. Вернее, отвлекающий манёвр. Отвлекающий манёвр для того, чтобы отправить перитонов в мир смертных…

– Отвлекающий манёвр? – искренне удивилась Кэссиди. – Но зачем Хель отвлекающий манёвр? Разве дело не в количестве затраченной энергии?

– В случае Хельхейма, к счастью для смертных, дело не только в количестве затраченной энергии, но и в том, что из мира мёртвых нельзя напрямую попасть в мир смертных. Как, впрочем, и наоборот. В обоих случаях, путь лежит либо через Муспельхейм, либо Свартальвхейм[1], либо Ётунхейм[2], – менторским тоном объяснила Королева. Вслед за чем, почти таким же тоном продолжила, – Но мы отвлеклись. Кэсси, твоё Проклятие. Вернее, ваше с Алексом. Я уверена, что если вы с ним обратитесь к норнам, они помогу…

Внезапно у девушки отчётливо закружилась голова, в висках набатом забился пульс, в глазах потемнело. Вслед за чем замутило. Замутило так, что чуть не вывернуло наизнанку.

Сколько Кэссиди не пыталась напрягать слух, она вынуждена была смириться с тем, что не только больше не видит крёстную, но и не слышит.

Первое что она почувствовала, окончательно очнувшись, был резкий запах нашатыря и удар от хлесткой пощёчины, причём, судя по боли в обеих скулах, пылающим щекам и занесенной в замахе руке Лорел – далеко не первой.

– Ты хочешь, чтобы я очнулась или добить меня? – ворчливо поинтересовалась Кэссиди, уворачиваясь от руки блондинки, замахнувшейся для очередной пощёчины.

– Наконец-то, – облегченно выдохнула подруга, без тени сожаления об избранном для пробуждения способе, – ты уже минут десять-пятнадцать валяешься без сознания. – Мы перепробовали всё, от целительских заклинаний до нашатыря, но ничего не помогало.

– И поэтому ты решила меня добить! – пробормотала себе под нос раздраженная Кэссиди. – Чтобы не мучилась, так сказать!

– Я просто где-то читала, что это помогает при обмороках. И помогло же ведь! – невозмутимо заметила Лорел.

– Где читала? В мемуарах маркиза де Сада?! – язвительно заметила жертва избивательского способа приведения в чувства.

Превозмогая головокружение, Кэссиди приподнялась на локтях и поняла, что лежит в луже. – Судя по запаху, нашатыря вы не пожалели, – наморщила она носик. – Да уж, в нашатыре меня ещё не купали, – сварливо пробурчала она.

– Это не только нашатырь, но и вода, – обиженно заметила Лорел.

Кэссиди хотелось рвать и метать. Ну кто, спрашивается, кто их просил приводить её в чувства? Да ещё и такими варварскими способами?

В то же самое время она понимала, что друзья хотели как лучше. И что злилась она, отнюдь, не на то, что её выкупали в нашатыре и надавали пощёчин, а на то, что она теперь возможно, никогда, не узнает, что ещё хотела сказать ей крёстная. Никогда не узнает, потому что… умрёт.

– А как вы умудрились всё здесь так быстро привести в порядок? – удивилась она, не увидев следов последствий взрыва. – Ведь бомбануло, насколько я помню, знатно…

– Попыталось знатно бомбануть, – поправил Дейл. – Однако охранные заклинания сработали чётко и быстренько успокоили взбесившееся зелье. Мы отделались лёгкими ожогами, даже не ожогами, а ошпаринами, ты же… – он закусил нижнюю губу, пытаясь сдержать рвущийся наружу смешок. – Тебе, в общем, досталось больше всех, потому что ты… – в конце концов он не выдержал и хохотнул, – получила по лбу ложкой, которая вылетела из зелья, как только оно взбесилось.

– Причём не деревянной ложкой, а се-реб-ря-ной! – добавил сквозь смех Афи, припомнив Кэссиди её недавние наставления, Афи.

Рука девушки тут же неосознанно потянулась ко лбу. – Хммм… Странно… Лоб абсолютно цел. И совершенно не болит…

– Ещё бы у тебя болел лоб! – хмыкнула Лорел. – Я весь свой резерв угробила на то, чтобы у тебя ничего не болело! А ты всё равно всё не приходила в себя и не приходила! И я понимаю, что, конечно, слегка перегнула палку, но…

– Слегка? – усмехнулся Дейл. –  Лора, да ты просто взбесилась! Ты её трясла и хлестала по щекам как остервенелая. Мы отодрать тебя от Кэсси не могли…

– Я.. – Лорел помотала головой, словно стряхивая с себя наваждение, и сглотнула. – Я испугалась. Я не могу объяснить… Но мне вдруг захотелось выть. А мне выть хочется только, когда… – она опять сглотнула и испытывающе посмотрела на подругу.

Кэссиди понимающе хмыкнула. – Сначала фиолетовые волосы и кожа, затем бессонная ночь и, наконец, взрыв, унёсший столь близкую, что её даже уже почти можно было потрогать, надежду – тут любой бы взвыл, не только баньши! Поэтому, Лора, не бери в голову, я тебя не только прощаю, но и искренне тебе благодарна за спасение меня от шишки на лбу, и сопутствующей ей головной боли!

– Кэс, но я серьёзно, с тобой что-то очень сильно не так! Не знаю, что, я такого никогда ещё не чувствовала! Но с тобой что-то не так! – не унималась блондинка. – Мы баньши такие вещи чувствуем!

– Какие вещи, Лора? – вкрадчиво поинтересовалась Кэссиди.

– Не знаю… Не могу объяснить… Просто чувствую, что что-то не так, – неуверенно ответила баньши.

– Лора, возможно, со мной просто было что-то не так? – подсказала объяснение Кэссиди. – Но ты вовремя вмешалась и теперь я в полном порядке. И потом, ты ведь так и не взвыла…

– Но мне очень хотелось и всё ещё хочется, – извиняющимся тоном жалобно призналась баньши.

– Так может это потому, что я ассоциируюсь у тебя с разбитой надеждой на скорое избавление от фиолетовости? – подкинула подруге очередную идею Кэссиди.

Лорел на несколько мгновений задумалась, прислушиваясь к своим ощущениям. Обвела глазами комнату, ещё раз пристально изучила недавнюю жертву глубокого обморока и, наконец, пожав плечами, не уверенно заключила: – Может быть.

Кэссиди облегченно выдохнула и, чтобы не дать подруге передумать, ту же сменила тему. – Не знаю, как вы, а я очень хочу разобраться в том, от чего же на самом деле взбесилось зелье? Дейл, ты мне не подскажешь, где пузырёк с пыльцой асфоделуса?

– О ну, конечно! Кто крайний? Разумеется, Дейл! – тут же огрызнулся парень, но ёмкость, протянул. Однако и протягивая, продолжал ворчать: – Сама, наверняка, что-то не то положила, а виноват, разумеется, Дейл!

Девушка задумчиво изучила пузырёк. – Э-ээээ, Дейл, а с чего ты взял, что это «Пыльца Асфоделуса»?

– Потому что там так было написано! – раздраженно объяснил парень, абсолютно уверенный в своей правоте.

Он так безапелляционно это заявил, что Кэссиди, хотя и была уверена, что только что прочитала: «Пыльца Астрофитума», на всякий случай ещё раз перечитала то, что было написано на пузырьке. Однако надпись по-прежнему гласила: «Пыльца Астрофитума».

– Дейл, – устало вздохнула девушка и протянула парню пузырёк. – Во-первых, прежде чем прочитать в этот раз, НАДЕНЬ ОЧКИ!!! А во-вторых, больше никогда не помогай мне с зельями!

– Пыльца Ас… – всё ещё уверенный в своей правоте начал читать Дейл. – Вот чёрт! Это пыльца Астрофитума! Хмммм…

– Ты всыпал в зелье пыльцу Астрофитума? – хохотнул Афи. – Ха! Неудивительно, что рвануло! – Я где-то читал, что Астрофитум покруче разрыв-травы будет! И теперь я увидел это на практике! Вот бы теперь ещё и сравнить со взрывом при добавлении разрыв-травы, вообще круто было бы!

– Кому война, кому мать родная! – покачала головой, закатив глаза Кэссиди. – А я как подумаю, что всё с начала начинать…

– Может, если я помогу… – предложила помощь Лорел.

– Не надо! – нервно осадила подругу Кэссиди. – Я сама! Ты лучше потом, но на этот раз уже чётко, проследи, чтобы Афи всё правильно сделал! Всё! А теперь дружной толпой все вон из лаборатории!

[1] Свартальвхейм – это мир населенный тёмными эльфами или цвергами, которые живут под землёй, в пнях и камнях. Среди всех существ во вселенной они лучшие кузнецы. Глубоко в недрах земли они создают сокровища богов. Они непревзойденные алхимики и умеют превращать землю в золото.

[2] Ётунхейм – мир, населенный великанами-ётунами, порождениями первобытных сил природы. Они более древние, чем боги. Их грубая мощь превзойдена только их мудростью, с древних времён гиганты могут видеть то, что ни боги, ни люди никогда не смогут.