Глава 13. Она

Утро.

Я запихиваю последнюю футболку в рюкзак, полная намерений уехать как можно скорее. Я взяла с собой к родителям совсем немного вещей, поэтому собраться было легко и быстро.

Встала пораньше: в доме родителей все выглядит так, будто не было вчера ночью ничего — ни пьяного Владимира, ни его попытки взять меня силой, ни нашего разговора, от которого до сих пор горчит где-то на языке.

Когда я выхожу, то вижу: отец уже сидит в гостиной, как будто читает что-то на планшете. Но его острый взгляд, брошенный в мою сторону, доказывает, что он просто ждал моего появления.

— Ну что, помирились? — спрашивает он, делая вид, что просто интересуется.

Я не отвечаю. Тяну молнию рюкзака так резко, что она заедает.

— Глупо будет упустить такой шанс, — продолжает он, кашляя в кулак.

— Вы не имели права вмешиваться!

— Мы переживаем за тебя! — возмущается. — Мы — твои родители, а не враги! И мы видим, что ты рушишь семью из-за глупости какой-то!

— Глупость? Да что с вами говорить. Разве ты обо мне переживаешь? Нет! Ты переживаешь только о том, чтобы у вас остался прежний уровень жизни! Боишься, что, если мы с Вовой разбежимся, он перестанет вам деньги переводить ежемесячно!

Лицо отца обиженно всколыхнулось:

— Ты всегда думаешь только о себе, мелкая эгоистка, а я… Я…Я сделал все...

Руки замирают.

— Что ты сделал?

Отец замолкает. Отводит глаза.

— Ничего. Просто... поговорил с ним.

Но он врет. Я знаю. Как-то он приложил свою руку. Как именно? Не знаю, но он точно внес свою лепту!

Вмешался!

— С матерью хоть попрощайся, она с давлением слегла.

— Как удобно, да? Стыдно в глаза смотреть, что полезли, куда не стоит, и сразу — давление!

Дверь хлопает.

Я выхожу на улицу и сразу вижу его.

Владимир.

Стоит у машины, курит.

Злой.

— Садись, — бросает сквозь зубы.

— Зачем? Ты ведь даже не знаешь, куда я поеду!

— Отвезу, куда скажешь. Садись. Я не кусаюсь.

— Как же работа?

— Сегодня я не в офисе, это главное.

Он бросает окурок, давит его каблуком. Как мои чувства.

Я сажусь.

— Хочу свои вещи забрать.

Застывает так, как будто в камень превратился.

— Ты окончательно это решила?

— Да.

— Значит, поехали за вещами. Уже придумала, куда дальше?

— Да.

— И куда? — вздыхает. — Или мне все из тебя клещами вытаскивать?

— Я бы пожила пока на даче, за городом.

Снова — длительное, тяжелое молчание.

— Окей, как скажешь.

Сажусь на заднее сиденье, муж — за рулем.

— Ты завтракала?

Молчу.

Он стискивает руль так, что костяшки белеют.

Я смотрю в окно.

— Варя, это простой вопрос. Завтракала ты или нет? Нет? Думаю, нет. Значит, ты заедем, позавтракаем.

— Да к чему это все?! — кричу. — Хватит изображать из себя заботливого мужа! Тебе было плевать на меня последние полгода, ты мог неделями не интересоваться, как у меня дела, а на все мои попытки поговорить морщился, считая, что я опять клюю тебе мозг! «Опять что-то не то придумала!» — так ты ворчал на мое предложение как-то интересно провести выходные. Не дома у телека! Что, скажешь, не так? А теперь… Теперь тебе интересно, завтракала ли я или нет? Ты ведь даже не знаешь, чего я хочу. Тебе стало на это плевать. Однажды. Так что теперь, Владимир, слишком поздно !

— Ты права. И не права одновременно. Я виноват перед тобой, но если бы я тебя не продолжал любить, разве старался бы сейчас сохранить хоть что-то? Или ты будешь гнуть про выгоду брака? Ну, какая выгода брака с тобой, Варь? Никакой! Любовь — это вообще не про выгоду! Про выгоду и так кое-кто хорошо печется. Так хорошо, что от его помощи все только хуже становится!

— Ты про отца? — догадываюсь я.

— Про него самого. Уж извини, но твои родственнички так активно пытаются нас помирить, что делают только хуже, а твой отец…

— Помолчи, я знаю, что он не идеален, но не стоит делать из него чудовище.

— Он не чудовище. Он просто обленился и стал жадным. Привык, что деньги в их дом текут рекой, а он и палец о палец не ударит. Вот и беспокоится, что лишится всего.

— Он виноват? Отлично! В том, что в нашем доме в мое отсутствие хозяйничала шалава какая-то тоже он виноват? Он виноват в том, что она тебе кинулась под руль отсасывать, а ты…

Владимир мрачнеет.

— Ага!

— Бред. Мы просто поговорили. Она извинилась, что перешла границы. Никто мне под рулем никогда не отсасывал, включая тебя! Никто! Но Элина выронила телефон… — замолчав, выругался. — Да черт побери! Покажи, давай.

— Что?!

— Покажи мне это сообщение. Перешли его, я выясню, кто тебе его прислал. Такое чувство, будто кто-то специально стоял и подловил ситуацию в нужный момент.

— Это ничего не изменит.

— Просто выполни мою просьбу, Варь. Я же выполняю твою. Не хочу, чтобы ты уезжала, но везу тебя, куда ты сказала.

— Зачем тебе жена… истеричка?! — спросила я и отвернулась, надув губы от обиды.

— Потому что люблю.

От его голоса у меня — мурашки по коже.

Так хочется поверить, но не получается.

Дальше мы ехали молча.

Я наблюдала, как пальцы мужа постукивают по рулю в такт какой-то песне в голове.

Раньше он напевал бы вслух.

Раньше я смеялась бы над его фальшивыми нотами, потому что он плохо поет, а иногда он пел в дороге нарочно громко.

Смешил меня и детей, мы смеялись до слез…

***

Позднее

Наша дача.

Маленький домик у озера. Наше место.

Мы любили проводить здесь время, собираться большой компанией — всей семьей, а теперь…

Теперь я хочу пожить здесь, пока решу текущие вопросы.

У меня сердце щемит от вида знакомых очертаний.

Тот самый дом у озера, который мы с Владимиром обустраивали годами: камин, панорамные окна, терраса с видом на воду.

Здесь всегда пахло сосной, прохладой воды, жареным мясом и ароматным чаем с малиной и мятой.

Здесь мы были счастливы и встретили много-много закатов.

— Хоть подумай, Варь. Стоит ли…

— Я подумала, Вов.

Короткое имя срывается с губ так легко, он вскидывает на меня взгляд, смотрит в глаза. Я отвожу взгляд.

— Прошу тебя не гнать волну, Варь. Успокойся и…

— Пожалуйста, оставь меня. Ну, можешь еще занести вещи.

— Ну да…

Владимир заносит вещи.

— Пойдем, покажу тебе, где включается насос, отопление. Покажу, как разжечь камин и прочее.

Ах да, раньше такими вещами занимался он сам, а я пока решила пожить здесь, вдали от всех, придется самой это делать.

***

…

— Запомнила?

— Да.

— Если что, пиши, звони. Я приеду, — обещает порывисто.

— Знаешь, не стоит, я… Ну, ладно, если что, то смску можешь отправить, этого будет достаточно.

— Нет, Варь. Не будет. Мне никогда, слышишь? Никогда не будет достаточно — тебя.