Глава 25

«Выдача книг по магии на руки запрещается. Ознакомление с ними допускается только в читальном зале под присмотром ответственного лица. Инвентарные номера на списанных экземплярах сохраняются до момента утилизации».

(Из памятки по работе с магической литературой, гриф «Для служебного пользования»)

Наш учитель магии, Завражный Семен Степанович, от своего назначения нашими кураторами был не в восторге. Добираться сюда общественным транспортом было неудобно, служебного ему не было положено по должности, а личного не имелось. Всё это он выкладывал нам с весьма недовольным лицом, как будто мы были виноваты в его проблемах.

— А иначе вам пришлось бы работать в воскресенье, — ответил я, совершенно не проникнувшись его проблемами. Подумать только: раз в неделю съездить, отзаниматься на полдня — и это засчитается полноценным рабочим днем.

— По воскресеньям транспорт свободней, — возразил он.

— И реже ходит. Просите у Харченко служебный транспорт. Не так много магов в городе. К слову, а сколько?

— Этого вам знать не нужно, — отрезал он. — Но из свободных зарегистрировано на данный момент вас трое. Год назад знатная бойня случилась.

— Нас всего трое на весь город. Неужели для нашего обучения нельзя выделить транспорт? — спросил Тимоха. — Мы, можно сказать, уникальные.

— В чем ваша уникальность? — хмыкнул он. — Так, вот ваша справка для военной кафедры. На сборы поедете с нами, туда можете не ходить. А я предлагаю ограничиться одним обучающим днем.

— Значит, все ваши жалобы были направлены на то, чтобы освободить себе среду под личные нужды? — возмутилась Женя.

— Девушка, милая, я могу ездить к вам еженедельно, но качество обучения от этого не вырастет, — ответил он. — Поэтому предлагаю дать вам краткую выжимку по раскладу, которую дополнит товарищ Каргин, и символы.

— Символов можно и побольше, — сказал Тимофей.

— Побольше никак нельзя, потому что лицам, не состоящим на службе, часть символов я передавать права не имею. И основное ваше обучение будет заключаться именно в том, чтобы дать вам представления о том, что происходит в мире, существующем параллельно с известным вам и изредка пересекающимся.

После осторожных расспросов выяснилось, что символов он нам передаст всего три: Вода, Призыв и Щит. Вода — это конденсация жидкости в подставленную емкость. Призыв — телепортация предмета, на который указываешь рукой, при произношении в руку. И Щит — это именно щит. Как сказал Завражный, самый простой вариант, потому что среди простых символов ничего серьезного нет, все начинается с составных, которые получаются исключительно в лакунах. Когда я напомнил, что нам обещали дать еще и что-то целительское, Завражный принялся юлить, утверждая, что ничего такого не знает и вообще три заклинания — это потолок для тех, кто не сотрудничает с конторой.

Все три символа мы выучили в момент и сразу поняли, что передача этих символов — всего лишь формальность и на самом деле военное ведомство на ничего жизненно необходимого не расщедрилось. А со Щитом — вообще обмануло, потому что Тимоха сразу же выяснил, что этот символ не защитит даже от укуса вампира, что уж говорить о вещах посерьезнее. Про возможный вампирский наезд на нас мы сказали, как и то, что причиной этого — попытка свалить на меня убийство вампиров неудачливого торговца активаторами.

Завражный дипломатично не стал ругаться на вампиров, сказал, что с ними нужно стараться поддерживать нейтралитет, и прочитал нам лекцию, короткую до неприличия. Вампиры оказались в принципе неприкасаемые, что же касается оборотней, то права у них и магов были практически идентичные. То есть разборки между магами и оборотнями были не столь кровавыми и не имели таких последствий. Вампиров тоже, бывало, зачищали, но только в случае, когда они слишком наглели. Бывало это нечасто и требовало согласования наверху. Иногда согласование заканчивалось не зачисткой, а примирением с вампирами.

— Ну да вам переживать о разборках не стоит. На вас вряд ли наедут в ближайшее время. Если не пришли сразу, то уже и не придут. Сами не полезете — не тронут.

— Ага, не тронут, — скептически сказал Тимоха. — А год назад кто всех магов здесь вынес?

— Год назад это событие было спровоцировано гражданкой Попеску, — пробурчал Завражный. — Под замес попали вообще непричастные. Еле смогли выторговать, чтобы не тронули армейских.

Каргин потемнел, но на защиту возлюбленной не бросился.

— И Просвирнина… — задумчиво сказал Тимоха.

— Может, они только городских зачищали? Если бы товарищ Каргин не полез вершить свою праведную месть, его бы не тронули. Или Просвирнин откупился. Вампиры ценят лояльность. Придете с поклоном, пообещаете дань — при следующей зачистке не тронут.

Мы переглянулись, и, похоже, никому эта идея по душе не пришлась. Хотя Завражный говорил так, что поневоле закрадывалось подозрение, что армия вампирам что-то платит. Но это точно не наш путь.

— Одной из причин, по которой проводят курсы для диких магов, — нежелание устраивать еще одну войну с вампирами. Вы должны уяснить, что по отношению к ним нужно проявлять сдержанность и уважение. И стараться не пересекаться с ними нигде. И в особенности — не лезть в их зону интересов.

Женя кипела от злости и точно могла ляпнуть что-то лишнее. Я как можно незаметнее ткнул ее локтем в бок, намекая на сдержанность, и из нее как будто враз весь пар выпустили — вспомнила наконец, что мы собирались как можно более толерантно относиться к пришедшему учителю. Толку, правда, от него никакого: ничего нового не сказал, а символы, подозреваю, мы могли в одной из зеленых лакун найти. Кстати, о лакунах…

— Нас по лакунам поводить можно? Есть же какие-то под патронажем армии, нам Харченко говорил.

— В те, что под патронажем армии, могут ходить только военные, — отрезал Завражный.

— Неужели нельзя в какие-то пройти и нам? — спросил Тимоха. — А мы, так и быть, согласимся на то, что вы нас обучали положенное время, если вы к этому добавите еще и карту лакун.

— А ключ от квартиры, где деньги лежат, вам не нужен? — хмыкнул он.

— Неа, ключ у нас уже есть, — ответил Тимофей. — Нам бы что-то другое.

И вот эти слова пробили в Завражном невозмутимость, наш так называемый учитель стал выглядеть на редкость заинтересованно.

— То есть у вас есть артефактный ключ? — уточнил он.

— Есть, — энергично кивнул Тимоха.

Завражный прямо-таки заискрил желанием попасть туда, где эти ключи раздают. Может, и зря мы выдали эту информацию? Нужно будет с него клятву взять о неразглашении.

— В обмен на адрес лакуны с ключом могу провести в одну из лакун армии, — сразу предложил он.

— В три, в одной из которых будет либо нормальный щит, либо нормальное заклинание защиты, и выдаете карту, — конкретизировал я. — И лакуна с ключом — не для армии, а для вашего личного использования.

— И они никому не скажут, что вы там побывали, — добавил Каргин. — А вы поклянетесь, что больше никому не скажете адрес этой лакуны.

Женя хмурилась, но молчала, хотя я опасался, что она выдаст что-нибудь о непорядочности присланного учителя, который вместо того чтобы выполнить свое поручение на отлично, занимается выгадыванием чего-то лично для себя.

Завражный колебался. Было видно, что ему и хочется заполучить артефакт, и не хочется возить нас по лакунам, что наверняка сопряжено для него с необходимостью договариваться, и не только, как выяснилось, на посещение лакун.

— Есть лакуна с заклинанием защиты, но там опасные противники. Если вас туда отправлять — надо экипировать, а значит, договариваться на одежду и оружие, а это не просто так, — намекнул он.

— Сколько? — прямо спросил я.

— По пять рублей с человека, — ответил он. — Столько стоит прокат экипировки. Каждая лакуна обойдется еще в пятерку с человека, иначе никто не пойдет на такой риск. И только поздно вечером. Плюс транспорт с закрытыми окнами, чтобы вы не знали, где находятся лакуны. Это еще десятка. И мне бы тоже еще что-нибудь за риск…

— За риск вы получаете артефакт, — вмешался недовольный Каргин. — Требовать что-то еще.

— Я не требую, но я действительно рискую.

— Вы можете попытаться договориться о допуске с Харченко, — предложил я. — Потому что тот же артефактный щит нам жизненно необходим.

— А карту наверняка сможете для нас взять так, чтобы никто не заметил, — заявил Тимоха.

— Да зачем вам карта? Все равно расшифровку обозначений я вам не скажу, потому что это данные под клятвой, — проворчал Завражный.

— Чтобы иметь представление о том, где есть лакуны по области.

— По городу, — поправил Завражный.

— По области, — с нажимом сказал Каргин.

— Ну вы вообще, не наглейте, а?

— Ну вы вообще получите деньги за наше обучение, — вставила горящая праведным возмущением Женя, — которые даже не думаете отрабатывать.

— Да какие там деньги? — вздохнул он. — Вы вообще понимаете, что по области это целый комплект карт, да еще под грифом «Совершенно секретно»?

— Мы их отсюда обязуемся не выносить, — заявил Тимоха.

Азартно заявил — уже понял, что этого типа можно продавить. А возможно, получится продавить и на что-то еще за дополнительные деньги. Но не в этот раз — в этот раз он должен убедиться, что все пройдет без плохих для него последствий. Он и без того юлит, пытаясь выдать нам чего поменьше и поплоше.

Но сначала он действительно решил действовать через Харченко, позвонил ему от меня.

— Глеб Назарыч, как бы моих подопечных в лакуну со щитом, — бодро сказал он. — Жалко будет, если угробятся.… Что значит «и так угробятся»? Мы им экипировку на время дадим.… И малый ментальный.… Ну что ты, Глеб Назарыч, в самом деле? От нас не убудет. Опять же покажем три лакуны, поймут, что у нас очень и очень хорошо можно подняться, и риска поменьше, чем на свободном выгуле… Нет ничего серьезного, только щиты.… Ага.… Машину пришлете?… Как зачем? Мы же не можем гражданским выдавать местонахождение лакун. И щиты на них поставить бы.… Ну так отвечаю я за них, поэтому и переживаю.… А вместо третьего нельзя антимагичекский?… И так жирно? Скажете тоже, Глеб Назарыч. У нас магов и без того мало.

Он переговорил с начальством, повесил трубку и обратился к нам:

— Так, народ, в город едем своим ходом, там вас усилят на пару часов и свозят в три лакуны. Получите три артефакта. Годно?

— Годно, — согласился Тимоха. — Но вы забыли про карту.

— У тебя прям пунктик на карте, — огрызнулся Завражный. — Будет вам карта. Но одна на всех, и отсюда не выносите. Годно?

— Годно.

— Тогда поехали.

И это было правильно: пока Харченко разрешение выдал, этим разрешением нужно было воспользоваться.

— Мне к восьми на дежурство на склад, — спохватился я.

— Успеешь. Делов-то на пару часов, а еще даже не время обеда. Да, — спохватился он. — Товарища Каргина вынужден предупредить: станет открывать рот не по делу его развоплотят сразу. Зуб на вас с гражданкой Попеску у нашей конторы.

— Буду молчать. Скажу что-то только если подставите ребят.

— Я с вами честен. Надеюсь на то же от вас. И лакуну вы мне тоже сегодня покажете.

— Женю отвезем в Академ после всех дел — и покажем, — предложил я, понимая, что из Академа придется добираться самостоятельно. Но три лакуны и карта того стоили.

Ехали мы до конторы часа полтора, потому что пришлось это делать с пересадками, я даже стал понимать возмущение Завражного и его нежелание к нам вообще ездить. Может быть, согласись мы сами туда выезжать, он бы и дал нам побольше, вынужденно занимаясь в месте, где его занятия кто-то мог проконтролировать. Но не думаю, что в этом случае мы выбили из него посещение лакун.

В транспорте (а нам пришлось ехать сначала на одном автобусе, потом на другом, а потом на метро) Завражный молчал, но стоило нам войти в контору, как он сразу бодро заговорил:

— Одно из серьезных преимуществ работы на нашу контору — это возможность получить от нее магическую помощь. На вас могут быть нанесены защитные заклинания, вам выдается экипировка, оружие и артефакты из тех, что никогда не выпадают в лакунах. Сегодня вам все эти преимущества будут показаны. Заодно и глянете место, где мы работаем.

Он нам натуральную экскурсию провел. Здание было большим, хотя людей в нем находилось не так уж и много. К Харченко, кстати, мы не зашли, только прошли мимо его кабинета. Зато посетили мастерские, алхимическое производство и даже библиотеку, касающуюся именно магии. На книги нам разрешили только глянуть со стороны, даже в руках подержать не дали. Кроме книг по заклинаниям, там были книги и по связанным с лакунами вещам. Например: изготовление артефактов, алхимии и даже одежды. Книга так и называлась «Изготовление одежды и обуви из обитателей лакун. Обработка материалов». Это было интересно, но, как я уже говорил, ни посмотреть, ни купить нам не дали — сказали, исключительно для тех, кто подписывает контракт с конторой. Хотя там всё было отнюдь не в единственном экземпляре. Целые коробки стояли с книгами каждого наименования. Каргин пореял над ними повздыхал, но ни слова не проронил.

— Семен Степанович, — шепнул я, — а как бы нам литературой разжиться?

— Никак, — отрезал он. — Она вся подотчетная. На каждой — инвентарный номер.

— А их не списывают?

— Списывают — сразу отправляют на утилизацию.

В завершение экскурсии нас привели в кабинет под названием «Подготовка к походам в лакуны», выдали специальную усиленную одежду. Выдали нам и что-то похожее на острый меч, один на троих, аргументируя это тем, что в лакуны мы пойдем по очереди.

— Мы не особо фехтуем, — намекнул Тимофей.

— Вам и не придется особо фехтовать, — ответил Завражный. — Заклинание смягчит удары, главное — не позволять себя долго избивать, а то слетит. Оно нужно будет только в одной лакуне. Той, где защитный артефакт получите. Свои вещи берите с собой, выданное сдадите мне, чтобы вам не ездить туда-обратно.

Нас он оставил переодеваться в этой же комнате, а Женю куда-то отвел. Вернулась она, когда уже пришел специалист по заклинаниям и нанес на нас еще и защитные заклинания: против механических повреждений и против ментальных.

— М-ментальных, — уточнила испуганная Женя.

— Артефакт зато получите против ментала, — радостно сказал Завражный. — Там тварь, на воздействие которой вы не откликнитесь. Так-то артефакт выдают сразу, но его можно не успеть надеть. С заклинанием надежнее.

И первым делом нас повезли как раз к этому монстру, чтобы уж наверняка заклинание не развеялось. Везли нас действительно в машине без окон. И везли недолго, минут пятнадцать. Наверное, будь я поопытней, по времени и поворотам смог бы определить, где примерно находится место, куда нас доставили. Но машина въехала в закрытое помещение, и только после этого нас попросили на выход. Вышли мы в помещение, посреди которого висел овал перехода.

— Заходите быстро, один за одним, не тормозите, — коротко проинструктировал Завражный. — Второго шанса не будет. Кто не успеет — тот всё без артефакта останется.

— А что там внутри? — пискнула Женя.

— Гриб плотоядный, — ответил Завражный. — Можете нашинковать, можете не шинковать. На выход не повлияет. Но хотите заработать — тащите, примут по весу. Не хотите заработать — получили артефакт, дошли до терминала, забрали рецепты — и можно возвращаться.

Первым пошел я. Завражный не соврал. В лакуне действительно оказался гриб, и огромный. Его зов пробивался ко мне и через заклинания. Правда, я понимал, чего он хочет, но желание пойти ему на корм не возникало, а после надевания артефакта и понимание пропало.

Что касается самого гриба, то я его нарубил. Но не потому, что я такой жестокий, а потому что шляпка его входила в состав обоих зелий, повышающего силу ментальных заклинаний и усиливающего память, рецепты которых я получил в этой лакуне. Правда, остальные ингредиенты рецептов мне пока нигде не попадались, но гриб этот можно было использовать в сухом виде, а значит, стоило сделать запас побольше.

Судя по количеству рецептов, лакуна явно была повышенной сложности, и просто так мы бы ее не прошли. Еще я получил листок с описанием твари, Плотоядной поганки. Часть кусков шляпки я распихал по карманам, подозревая что в противном случае мне не дадут забрать с собой, остальное взял в руки.

Предосторожность оказалась не лишней. Я вышел, внутрь рванул Тимоха, а Завражный сказал:

— Молодец, что вынес. Сдашь на нужды нашего отдела, получишь оплату по весу.

— А если я себе хочу забрать?

— Не положено, — сказал мрачный прапорщик, стоящий рядом. — Только для нужд армии.

— Так что извини, никак, — сказал Завражный.

Прапорщик стоял здесь как раз на приеме грибов и заплатил мне почти пятьдесят рублей, Тимохе, вышедшему чуть позже, — чуть больше пятидесяти (что его не обрадовало, а возмутило), а Жене — всего лишь тридцать с небольшим.