Глава 4

«Пункт 14. Самовольное проникновение в мерцающие овалы без письменного разрешения деканата строго воспрещается».

Из правил внутреннего распорядка

— Я первый, — решительно бросил Тимоха.

— Может, вдвоем?

— А если там новое появляется при каждом входе, а мы засчитаемся за одного? Или вообще засчитается, что ты уже получил и больше никому ничего не дадут? Нет, нужно не терять возможности получить что-то каждому. Ты туда уже заходил. Пока не убедимся, что каждый заход что-то дает, нужно заходить по одному. И по очереди. Вчера первым заходил ты, сегодня — я. Завтра опять первым пойдешь.

Это было логично справедливо и правильно, как ни крути, поэтому я отошел в сторону и стал ждать, пока он выйдет. Вышел Тимоха быстро. В руках держал в точности такие же листы, как были у меня, и пластинку с символом ключа.

— Похоже, артефакты выдают одинаковые. Остальное такое же?

— Давай пока не закрылось, заходишь в портал, а потом будем разбираться?

Я спохватился и нырнул в марево овала. На входе в этот раз мне ничего не выдали, на терминале предлагали всё то же: карту, рецепт и описание лишайника. Даже опять предложили напечатать. Но мне-то зачем? У меня уже есть копия. А вот карту печатать не предлагали хотя я бы не отказался. Порыскав в поисках такой опции, я убедился, что функционал здесь слабый и печать не поддерживает.

Карта указывала местоположение: мое — черной стрелочкой, направленной острием вниз, а этого портала (или что оно такое?) — ярко-зеленым кружочком. Чуть уменьшив размер карты, я обнаружил, что кружочков рядом хватает. Отличались они размерами и цветом от зеленого через желтый к красному. А значит что? Значит, таких мест хватало. Из портала я высунул только голову и сказал:

— Тим, нужно сфотать карту. На ней явно такие же места. По всем сходим.

— Ох ты ж, — восхищенно выдал друг. — Романыч, ты голова. Точно, надо сфотать, привязать к местности и проверить. Цвета можно будет по интенсивности серого определять.

— Заодно выясним, что означают разные цвета и прозрачность.

— Счас новую пленку заряжу и отщелкаю, как в лучших домах Лондона. Который зе кэпитал оф грейт британ.

Он попытался войти в портал — но, увы, выяснилось, что тот пропускает внутрь только одного. Пришлось мне выйти, после чего он заскочил, и теперь уже мне пришлось мерзнуть снаружи в ожидании.

Вышел он нескоро — как объяснил по выходе, отщелкал даже не одну пленку, а две, чтобы уж наверняка захватить все ближайшие точки. Пока он внутри фотографировал, я размышлял над цветовой дифференциацией точек и даже пришел к кое-какому выводу.

— Я вот думаю, портал этот исчезал, ведь так? А на карте он должен быть обозначен всегда. Может, полупрозрачность — это как раз недоступность?

— А цвета?

— Выясним экспериментальным путем.

— Я на листочек ближайшие точки перерисовал. С расстоянием непонятно, но направление есть. Совсем недалеко желто-зеленый. Пойдем?

— Можем опоздать на вторую пару.

— Да и фиг с ней. Ее и прогулять можно. Да ведь, Романыч? Я ж сдохну, если не узнаю, что там. Ты ж не хочешь моей смерти?

Я согласно кивнул. То, что мы нашли, было куда интереснее политэкономии, нудную лекцию по которой читала тумбообразная тетенька. Отвратно читала, но на ее лекции старались ходить, потому что она запоминала тех, кто не посещал, и валила потом на экзаменах. Правда, это по большей части относилось к девчонкам. К парням она относилась настолько снисходительно, что даже тройку у нее никто за последние годы не получал, не говоря уж о пересдачах, на которые она регулярно отправляла студенток. Часто пропускать было чревато и для нас — нервы знатно помотает, но на несколько пропусков лекторша глаза закроет. В отличие от завлабши — та не закроет даже на один.

— Пойдем, но сначала в институт. Розалия Степановна не дремлет. Сожрет и косточки выплюнет, если ее поручение не буду выполнять.

Мы рысью домчались до института. По дороге я постоянно крутил в голове запомненную карту, пытаясь понять, почему разные цвета и размеры у кружочков. Это же не просто так, это же о чем-то должно говорить.

В лаборатории уже была одна из дам, наушничающих Розалии Степановне. Смотрела она, как я перебираю пробирки с мухами, благостно, но это не гарантирует, что она скажет что-то хорошее начальнице. Но мне было важнее, что она в принципе увидела мое появление.

Тимоха нетерпеливо прохаживался в коридоре, когда я вышел. Со мной заходить не стал. Заявил, у нас там атмосфера, перенасыщенная ядовитыми парами. Я это тоже заметил, поэтому предпочитал появляться либо в конце рабочего дня, либо даже после него. Но, как я уже говорил, полставки лаборанта на улице не валяется. Конечно, устроиться ночным сторожем было бы куда лучше, но таких вакансий не нашлось.

— Идем же, — сказал Тимоха. — В этот раз входишь первым.

Цвет этой точки меня беспокоил. А еще она была куда больше, чем та, в которую мы заходили. Идти первым не хотелось категорически.

— Почему я?

— Договорились же по очереди. Прошлый раз первым заходил я. В этот раз ты.

— Слушай, давай добежим до общаги и возьмем арматурину? Она у меня под кроватью лежит.

— Ссышь?

— Разумная предосторожность, — не согласился я. — Не зря же судьба в лице Ларишева подогнала мне оружие? На что-то же она намекала?

Он скептически хмыкнул, но до общаги мы сбегали, завернув на обратном пути к почти родному порталу. Тот уже закрылся. Итак, порталы (по меньшей мере этот) открывались и закрывались. Выяснить бы, хаотично или по расписанию — на карте никаких отметок не было.

До нового портала мы добежали минут за десять. Он оказался рядом с глухой стороной дома, практически в зарослях, так что нашего исчезновения никто не заметит.

Я взвесил в руках арматурину и сделал шаг вперед.

— Получен символ разрезания.

Вспыхнул символ, намертво врезавшийся в память, и сразу же на меня налетела пара верещащих упитанных крыс, мутировавших до размера хорошего поросенка. К сожалению, совсем не от поросят достались им длинные желтые клыки, с которых падала подозрительно зеленая слюна. Я икнул, сделал шаг назад и понял, что портал перестал быть проницаемым. А значит, если я не отобьюсь, то меня сожрут заживо.

Дипломат, встречаясь с оскаленными харями, трещал и проминался, грозясь развалиться. Как до сих пор не открылся — та еще загадка. Как же вовремя Ларишев подкинул мне арматурину — нужно будет сказать ему спасибо при встрече.

Железным прутом я зарядил правой крысе по скалящейся харе, левой достался отбрасывающий удар дипломатом, отчего тот треснул и раскрылся. Вещи из него вывалились под ноги.

Крыса, которой достался удар арматуриной, заверещала и бросилась на меня с усиленной яростью. Неожиданно для себя я создал показанный на входе символ и, проведя через арматурину, направил на крысу. Та моментально развалилась почти пополам, отчего стала походить на диковинный полураскрытый стручок. От неожиданности уставившись на это чудо, я чуть не пропустил нападение второй, успел ударить символом в самый последний момент. Но с тем же результатом.

Я огляделся. Других крыс не заметил — они или закончились, или хорошо прячутся. Прятаться было где. Эта пещера заросла кустами и вообще была значительно больше. Откуда-то просачивался солнечный свет, хотя, подняв голову к потолку, я не увидел никаких щелей.

Трава тоже росла в изобилии и, кажется, разных видов. Дорожка, скорее всего, к терминалу была присыпана желтым жизнерадостным песочком, который моя драка с крысами не испачкала.

Я наклонился, собрал учебники в покореженный дипломат. Твари оказались бронебойными. На всей поверхности металла верхней крышки хватало и вмятин, и царапин. И даже одна дыра появилась. Этак я дипломатов не напасусь. Но если бы не он — дыра появилась бы во мне. Это было бы намного хуже. Когти у них на стерильные не похожи. А так отделался малой кровью, можно сказать. Разве что дипломат придется заводить новый. Или лучше взять сумку, а в такие места ходить со щитом.

Я пошел по тропинке, постоянно прислушиваясь, не раздастся ли шорох. Но ветви не шелестели даже от ветра. Хотя я не удивился бы, если бы он здесь появился. Или начался дождь, снег, град… Магия — а это была именно она — могла преподнести сюрпризы, и не всегда приятные.

Но больше защитников этого места не нашлось. На терминал в этот раз можно было вывести либо карту со стрелочкой теперь уже над этим порталом (я проверил: посещенный ранее портал выглядел сейчас полупрозрачным, что подтверждало теорию о полупрозрачности меток порталов, недоступных сейчас), либо описание напавшей на меня крысы — Крыса Ядовитозубая (Rattus venenatis), либо рецепт зелья антидота. Предложение распечатать прозвучало, и я им сразу воспользовался, получил очередные красивые листы, после чего уже изучил описание пристально.

Зубы у крыс действительно оказались ядовитыми, слюну можно было собрать и использовать для изготовления зелий — жаль, что тару не захватил, иначе я бы уже получил запас ингредиента, столь необходимого во многих зельях, список которых прилагался к описанию тварей. И столь же для меня бесполезного, потому что нужных рецептов у меня не было, а в описании были одни названия. Мясо крыс в пищу можно было употреблять спокойно, даже без термической обработки. Я так-то даже не думал в эту сторону, но как прочитал о возможности съесть, сразу вспомнил, что крысы выглядели упитанными и мяса на них много. К тому же поедание магических животных могло добавить магии и мне. Да и вообще, они меня почти съели, значит, будет справедливо, если съем их и я.

Рецепт же состоял исключительно из растительных ингредиентов, часть которых определить возможности у меня не было. Скорее всего, описание чего-либо из этого списка я получу в другом портале. Когда опять придется драться с крысами или с кем похуже…

Смысла набирать неизвестную траву не было, поэтому пошел на выход. Перед порталом подхватил крыс за хвосты. Навскидку каждая весила килограмм пятнадцать. Даже если отбросить вес шкуры и костей, всё равно выходит приличный кусок мяса. Может, оно и мерзкое на вкус — в описании о вкусовых качествах ничего не говорилось, но оставлять добычу не хотелось прямо на уровне основных инстинктов.

Под одной из крыс обнаружился крошечный бутылек со светящейся каплей. Я повертел его в руках, но никакого обозначения на нем не нашел, но всё равно решил не оставлять — если не знаю, что это и для чего, не факт, что потом не понадобится. Вряд ли здесь валяются случайные вещи. Бутылек я отправил в карман, потому что стеклянная бутылочка могла не пережить падения из дипломата, который я хоть и придерживал пальцем, но это ничего не гарантировало.

Тимоха буквально выпал в осадок, когда я вывалился из портала.

— Это что?

— Еда, — мрачно ответил я. — Мы теперь как древние люди, ну или как современные маги, должны добывать себе еду сами.

— Вот ведь мерзкие хари… А их обязательно было того?

— Когда стоит вопрос: того тебя или их — ответ для меня однозначен. Они меня чуть не сожрали. Ты на их когти глянь.

Я показал, что случилось с дипломатом, и Тимоха присвистнул.

— Охренеть. Нужно было сбежать…

— Портал не выпускал. Видно, как зайдешь, нужно дойти до терминала и там отметиться. Или защитников грохнуть.

С последним я справился, но не проверил после их гибели, смогу ли выйти. Да и не особо актуально это стало — опасность же исчезла.

— Туда надо идти со щитом. И с правильным оружием. Арматурина как?

— Арматурина очень помогла. Мне еще символ дали. Без него я бы там сразу лег.

— Что за символ?

— Разрезание.

Тимоха посмотрел на тушки и поежился. Но давать заднюю не стал, разве что сказал:

— Нужно мне этот символ выучить до того, как туда заходить.

Нужно оно, конечно, было, но передать Тимохе символ не получилось. Сколько я ни вырисовывал, напитывая энергией, повторить он не смог.

— То ли учитель ты хреновый, то ли персонализированная штука, — огорченно решил он. — Ну и ладно. Если ты отбился, то я смогу. Дашь дипломат? Он всё равно уже на выброс. Оба-на, закрылся…

Портал действительно закрылся. Либо время существования было ограничено, либо завязано на посещении, после которого он существует сколько-то там минут.

— Придется в другой идти, — решил он.

— По факту, без подготовки мы можем только в зеленые ходить. Желтые — уже опасные. Туда надо идти и при оружии, и подготовленными. Дипломат мой теперь только на выброс. Нужна металлическая пластина, но такая, чтобы не привлекала внимания.

— Тазик? — предложил Тимоха и сам же заржал.

— Зря ржешь. Тазик против крыс был бы куда лучше дипломата. Сейчас сгоняем в общагу, я заменю дипломат на сумку и пойдем на занятия.

— Может, в книжный? Карту купим. Ром, у меня внутри прямо зудит. Как будто мы теряем время.

— Тим, получится ли что из этого, непонятно, а из универа выпрут — и привет, армия. Времени в результате потеряем больше. Нужно понять, как совмещать. И ходить только по зеленым, пока не наберем нужных навыков. Одежда тоже нужна. Если бы крыса добралась до моих ног, нужно было бы менять не только штаны.

— Тогда пойдем по зеленым?

— Близко нет, — напомнил я. — А ехать куда-то… Это нужно, во-первых, точно определить место, чтобы не попасть случайно вместо зеленой точки на красную, а во-вторых, настраиваться на поездки постоянные. У меня лишних денег нет.

— Проездные купим на следующий месяц, до него всё равно пять дней осталось.

Студенческий проездной стоил два рубля пятьдесят копеек, но, похоже, без этих трат никуда. Мне тоже казалось, что не займемся плотно — отстанем от тех, кто уже занимается. В том, что такие имелись, я был уверен.

— Пока ходим по ближайшим. Может, какой откроется через час-два. И учти, что у нас могут появиться конкуренты.

— Это ты правда решил есть?

— Тимох, чистое же мясо, — удивился я. — Чем оно хуже другого. Вон соседки недавно чернобурую лису ели.

Жертву эксперимента, которая после всех проверок пошла под нож. Мясо в основном досталось сотрудникам, но и студентке немного перепало. С нами тогда поделились тушенным вариантом с картошкой.

— Так то лиса, а это крыса. И лиса, кстати, была так себе: жесткая и не особо вкусная, хотя ее в уксусе вымачивали.

— Всё равно попробуем. Не пропадать же мясу? Вон какое жирненькое.

— Да уж не диетическое, — согласился Тимоха.

— И вообще, их нужно на запчасти разобрать. Пишут, что в алхимии используются активно.

— И шкура хорошая… Как проносить будем? Такие туши незаметно не протащишь.

В этом он был совершенно прав. Пришлось опять активировать символ и под завистливые Тимохины вздохи разделывать крыс на куски, чтобы было непонятно, что мы тащим. Головы, лапы и хвосты я сложил отдельно, завернув в собственную рубашку, благо символ сразу запекал место разруба, не позволяя крови вытекать. Оставлять их рядом с местом портала нельзя. Потом в другой забросим. Если после того, как съедим и сварим, по останкам можно будет понять, что это было.

А пока я сложил мясо в авоську, и мы отправились в общагу, чтобы разгрузиться перед занятиями. Неплохо бы еще распечатать фотки, но это мы сделаем потом.