Глава 14

Каким-то непостижимым образом, почувствовав наше приближение, дверь экипажа открылась, и на ступеньках показалась сначала мужская нога в блестящем чёрном ботинке, а затем и её хозяин — сияющий Малин Рут собственной персоной. Какой настойчивый! Мне это польстило, чего уж лукавить, но откуда он узнал наш адрес? А вот это настораживало, так что вида я не подала и в улыбке не расплылась.

Мы с Фритис застыли на тротуаре, не дойдя до кареты с метр. Типа, идите, господин хороший, куда шли, мы вас пропускаем, и вообще даже не догадались, что вы по нашу душу прибыли.

— Вы так быстро убежали, девушки, — замурлыкал искуситель, стреляя в нас лукавыми взглядами, — хотел подвезти, но не нашёл.

— А, мы просто дворами шли, господин Рут! — тут же выпалила моя простодушная Фри, выдавая, что мы инспектором интересовались и даже имя его уже выведали. — Так объелись, что решили прогуляться.

Горе-кокетка сначала погладила рукой живот, а потом потупилась и поводила носком туфли по красным тротуарным плиткам. Так я её замуж никогда не выдам! Хотелось закатить глаза, но я сдержалась.

— Похвально, похвально. Прогулки полезны для здоровья, — снисходительно одобрил Малин Рут, а Фритис вся зарделась.

Я молчала, как партизан на допросе, и интересоваться целью визита не спешила. Совершенно некстати вдруг застеснялась того, что еще плохо говорю. У Эви, конечно, приятный голос, но раз уж соседи по столу заподозрили меня в чрезмерном употреблении спиртного, то пока мне точно лучше помалкивать.

Но и сияющий господин тоже молчал. И Фритис потеряла от счастья дар речи. Пауза затягивалась. Мы тут до старости стоять будем? Пришлось опять действовать самой.

Беря помощницу под руку, незаметно ущипнула за бок — помогло.

— Ну, мы тогда пойдём. Приятно было повидаться, — мы синхронно кивнули и сделали шаг в сторону, чтобы обойти господина Рута.

В это время он тоже решил действовать и сделал шаг в ту же сторону, отрезая нам путь.

— Эвианна, могу я сказать вам пару слов наедине? — таинственно спросил он и заглянул мне в глаза.

«А радужка у него такая необычная — цвета мёда, и искорки сияют внутри», — внезапно подумала я и, как под гипнозом, кивнула.

— Я тогда у калитки подожду, — расстроенно сообщила Фри перед тем, как высвободить свою руку из моего захвата и пойти к дому.

А мы с Малином Рутом остались стоять лицом к лицу. Что ему от меня надо? Во внезапно возникшую симпатию верилось с трудом, но не может же он всерьёз хотеть от меня детей? Такой как он в Верхнем городе сияющих по рублю за пяток получит.

— Эви, ты так странно отреагировала на мою записку… Ты меня не помнишь? — спросил Малин таким тоном, будто мы с ним сто лет знакомы.

Стало немного понятнее, хотя и не легче. Откуда мне знать, с кем там Эвианна зналась в Верхнем и в каких была отношениях? Ох-ох-ох, конфуз…

— Простите, нет. Не помню, — созналась я сияющему, как на духу, — моё выгорание прошло не по стандарту и затронуло мозг, а не внешность…

— И я этому очень рад!

Я вскинула брови:

— Тому, что я повредилась головой?

Сияющий рассмеялся красивым брутальным смехом, который наверняка не оставил равнодушными много-много дам.

— Что ты осталась все такой же прекрасной! А что касается мозга... Судя по всему, ему выгорание даже пошло на пользу — ты научилась язвить!

Так, главное, не выглядеть слишком изменившейся.

Я пожала плечами:

— Я будто только на свет родилась и теперь учусь всему заново. Возможно, моё воспитание кануло в небытие…

— А я могу помочь тебе с этим, — сказал Малин многозначительно, а взглядом дерзко огладил мою фигуру. Я отчётливо увидела эту помощь с воспитанием, и от возникших перед глазами картинок меня бросило в жар. — Почему бы нам не встретиться в следующие выходные?

— У меня планы, господин Рут, — холодно, несмотря на внутренний пожар, отказала я. Нечего тут меня соблазнять! — Я иду на ярмарку. Начинаю новую жизнь, и мне нужно думать, как зарабатывать на всевозможные налоги, ведь замуж я не собираюсь, — заявила я, давая понять, что ловить ему со мной нечего.

— На ярмарку? Это какую? Ту, что на стадионе?

Инспектор службы местной безопасности принял стойку, почуяв оппозицию, и пропустил мои остальные слова мимо ушей, а я  обругала себя за то, что не удержала неумелый язык за зубами! Только лишнее внимание привлекла вместо того, чтобы отвадить!

— Да, туда. Но я не лезу в политику. Можете быть спокойны. Мне просто нужно место, где я смогу продемонстрировать свои идеи, — попыталась я исправить ситуацию, но было уже поздно.

— Увидимся, Эвианна. А если нужна помощь — напиши мне, — пригрозил господин Рут, вручил неведомым образом появившуюся в его руках визитку, хищно улыбнулся, кивнул и запрыгнул в экипаж.

Мда… Это что получается? Я куда-то сейчас вляпалась? Или нет?

Решила раньше времени не паниковать и двинулась к дому. Там, небось, Фри умерла от любопытства. А ещё Бергамот! Интересно, почуял ли он сияющего…

Толкнула калитку и тут же попала под словесную атаку Фритис:

— Ну что, что он хотел?! Непристойное, да? — у моей весьма любознательной помощницы горели любопытством глаза, а ещё щеки.

Могу представить, что там она себе надумала. В рамках своего невинного воображения, конечно.

— Ничего он не предлагал. Спрашивал, помню ли я его, — обломала я любительницу горяченького. — Мы что, были с господином Рутом знакомы?

Фритис сдвинула брови, пытаясь запустить мыслительный процесс:

— Возможно… — наконец, выдала она. — Ты могла пересекаться с ним на приёмах в Верхнем или ещё где-то. Не знаю точно, ты ведь мне только про Андора своего все уши прожужжала, а всякую мелочь, типа сияющих господ, вниманием не удостаивала.

Уф! Прямо отлегло! А то кто эту Эвианну и её нравственность знает? Вдруг она с Малином шашни водила? Судя по его сегодняшнему поведению, такой вариант вполне можно было предположить.

— Ладно, идём в дом, пока Данис опять не примчался, — я подтолкнула Фритис, чтобы шевелила ногами в сторону крыльца, и проворчала: — нюх у него на меня, что ли?

Вот правда! Заколебал уже попадаться на моём пути! Хорошо, что сосед учился в другой школе и сегодня хотя бы на приём не явился.

— Да следилку небось где-то кинул во дворе, — неожиданно «обрадовала» Фри.

А раньше-то почему молчала?!

Я огляделась. Двор у нас — беда-печаль. Что хочешь спрятать можно, не только следилку. У забора, куда наши ноги или лапы Бергамота не ступали, трава доходила до пояса. Надо заняться благоустройством все-таки. Вдруг вскоре клиенты повалят…

— Фри, а можно нанять кого-то убраться во дворе? Это дорого?

— Дорого — недорого, а всё деньги, Анна! — поучительно затянула она любимую песню про экономию, открывая дверь прикосновением — как хозяйка, я могу самостоятельно настраивать доступ в дом, что почти сразу по прибытии для Фри и сделала. — Мы все тратим и тратим! Кажется, что блёстки, а они собираются в лучики. Так скоро по миру пойдём!

— Не пойдём, жадинка моя, у нас получится заработать денег. Вот увидишь! — привычно подбодрила я её.

— Да уж хоть бы! — скептически бросила Фри и прошла в гостиную. — Ах ты ж, гад рогатый! Сколько раз говорила — нельзя включать информационник!

Она всплеснула руками и ринулась к дивану. Я, естественно, за ней — спасать иллюзорника. Который наверняка развалился на мягких подушках и смотрит канал со сплетнями — в последнее время он их страшно полюбил.

С тех пор, как ошейник его стал чистой фикцией — мне-таки удалось его сломать, сделав надрезы, и подавляющая волю удавка стала обычной побрякушкой, болтавшейся на шее Бергамота для отвода глаз. Ну и когда он получил ретранслятор, чтобы новости можно было обсудить. А то ведь держать в себе не интересно.

— Уймись, злыдня, — спокойно бросил Мот разъярённой Фри и, метнувшись к панели, сделал звук погромче, — ещё я у тебя разрешения не спрашивал!

— Эвианна, скажи ему! Зачем ты ему только дала столько воли?! — заголосила Фри, с разбегу кидаясь на диван в попытке поймать иллюзорника, но тот ловко увернулся, запрыгнув на спинку. — А-а-а! Не уйдёшь, тварюшка!

Я рассмеялась. Откуда у нее только силы взялись?! Ведь недавно жаловалась, что дышать не может от обжорства! Хотя… На Мотю силы у неё всегда находились. Этих двоих связывали весьма страстные отношения. Они постоянно ругались или дрались, но с любовью, не зло.

— Фри, оставь его. Пусть смотрит, что хочет, — попыталась я их примирить. — Иди вздремни, если хочешь, а я пока подумаю над письмами. А как проснёшься, напишешь их на чистовик, и будем отправлять.

На самом деле я хотела расспросить Бергамота о сияющем и нарисовать воздушный шарик, чтобы показать ему и приблизительно узнать, как выглядят эти самые иллюзии, которые создаёт мой мрачный иллюзорник. А Фри меня сейчас только отвлекала бы.

— Какое спать, Анна?! — возмутилась помощница, сдувая выбившуюся из причёски прядь со лба. — Нам на свадьбу ещё завтра идти, а подарка нет! Сплету молодожёнам парные браслеты. Разоришься с тобой по праздникам шастать…

А ведь это идея!

— Сплети побольше. Нам понадобятся для призов в конкурсах, — выдала я ей задание, вызвав раздосадованный вздох. — И не жадничай. Купим мы ещё тебе бусин, Фри.

— Сколько лишних делать?

— Штук десять. И если хочешь работать тут — не тарахти! — строго сказала я. — Сбиваешь с мысли!

Я подошла к телевизору и выключила новости, дабы никого не искушать остаться в гостиной. Фри, недовольно бубня что-то себе под нос, отправилась рукодельничать в свою комнату, а Бергамот к миске — погрызть костей, чтобы успокоиться.

Ну а я первым делом решила взяться за письма кондитеру и осветителю.

Начало написала стандартное: «Уважаемый господин такой-то и такой-то, в настоящее время я не рассматриваю брачные предложения...» — с этим проблем не возникло. Дальше предстояло решить, как заинтересовать господ сотрудничеством — уставилась на листок, погрузившись в размышления.

Обнадеживало то, что мужики меня знать не знали, как и я их, поэтому о безответных чувствах и разбитом сердце не шло речи, значит, они на меня за отказ обидеться не должны. Но, с другой стороны, это говорило о том, что господа с лёгкостью могли выкинуть моё послание в урну и вычеркнуть из списков лиц, с которыми нужно вести диалог. Дилемма…

Иметь общий бизнес с женщинами, как я поняла, в Нижнем городе никто не стремился.

Закусила писалку, глубоко задумавшись, но ничего умного в голову не приходило.

— Ох и вкусный сияющий стоял у нашего дома сейчас, — голос Бергамота заставил меня вздрогнуть, — сильный! Прямо чистый свет! Ну почему, почему ты его не завела в дом? Я бы немножечко от него напитался и знаешь какие иллюзии сразу мог бы делать?

— Какие? — с радостью нашла я повод оторваться от важных писем.

— Любые! — сверкнув глазами, мечтательно протянул мой подопечный.

А, ладно! Напишу максимально честно, а то надоело голову ломать. Хочется уже поскорее испытать Мотю.

«... Но у меня к вам есть невероятно интересное предложение. Хотела бы пригласить вас послезавтра к нам на обед», — накарябала на листочке и полюбовалась делом рук своих.

Однозначно, у меня выходило уже гораздо лучше, но пусть пока Фри проверит орфографию и перепишет. Отодвинула этот листок и взяла чистый, чтобы для начала изобразить на нем воздушные шарики для Бергамота.