Глава 19

К моему возвращению в кабинете остался только Оливер. Он участливо справился о моем самочувствии, поблагодарил за уже оказанную помощь и высказал надежду, что я не откажусь от дальнейшего сотрудничества. Да-да, меня официально взяли в дело. Правда, не на должность помощника следователя, а в качестве ценного свидетеля. А ценные свидетели нуждаются в охране, и милорд ректор пообещал приставить ко мне постоянное сопровождение.

Именно этого мне и не хватало.

– Постоянное? – насупилась я. – Значит, будет к кому обратиться, если во время купания мне понадобится потереть спину?

Оливер, не ожидавший от мисс Аштон, а в данном случае даже леди Аштон, подобного вопроса, смущенно откашлялся.

– Как вы могли подумать? – укорил он меня. – Общежитие и без того прекрасно охраняется. Никто не собирается вторгаться в вашу частную жизнь.

– Моя частная жизнь не ограничивается общежитием, – сказала я, думая о назначенной Саймону встрече.

Я могла не пойти, а завтра нашла бы повод повидаться с бывшим куратором, но в свете сказанного об «охране» предпочла бы увидеться в клубе. Там, куда Ночной Кошмар не впустит чужака и где Тигр просканирует меня и наверняка заметит маячок, если кто-то решит наградить меня таким сувениром. В «Огненном Черепе» блюли традиции: никакой магии на ринге и рядом с ним. Сложно найти более подходящее место для разговора, который хочешь сохранить в тайне. А если Саймон не откажется и дальше заниматься этим делом сообща, пусть озаботится безопасностью наших последующих встреч. Я надеялась, что не откажется. Он занимался расследованием не из любопытства, как Рысь. Не по долгу службы, как Крейг. У Саймона были личные причины докопаться до правды, и это автоматически повышало уровень моего доверия к боевику. А я нуждалась в том, кому можно было бы верить.

Оливер на эту роль, увы, не годился.

– Скажите, милорд, от чего меня охранять? Полагаете, мне что-то угрожает?

– Вы сами угрожаете своей безопасности, Элизабет, ввязываясь в дела, от которых благоразумная девушка держалась бы подальше. А я не могу позволить, чтобы с вами что-то случилось.

Потому и рассказал о сопровождении. Он ведь говорил, что не считает меня дурой, а только дура, зная о слежке, станет заниматься тем, что ей запретили.

Что ж, если нельзя действовать тайно, придется играть в открытую.

– Что прикажете делать с вашим шпионом сегодня? Я собиралась посетить один закрытый клуб.

– В академии нет клубов, закрытых для полиции.

– Речь об «Огненном Черепе».

– Общество, в котором состоял Складовик? – припомнил ректор то, что узнал из моих заметок.

– Да, но я собиралась туда не ради дела. Общество анонимное, Германа там не знали как Германа. И ничего о нем не расскажут. Я хотела просто отдохнуть.

– Отдохнуть? – Оливер нахмурился. – За кого вы меня принимаете?

– За человека, который знает, как тяжело бывает сдерживаться и как хочется порой выпустить пар, – сказала я, глядя ему в глаза. – И не нужно так на меня смотреть. Я училась на боевом и умею драться. А в «Огненном Черепе» это нужно делать без магии – именно то, что мне сейчас подходит. И после всего случившегося сегодня я хочу пойти туда, вызвать на бой какую-нибудь девицу и отвести душу.

– Да, – ректор в задумчивости потер подбородок. – Вы умеете удивлять, мисс Аштон. Но вам придется подыскать другой клуб. Я еще не обсуждал это с инспектором, но, думаю, стоит наведаться в «Огненный Череп» и побеседовать с его членами. Возможно, кто-нибудь что-то вспомнит.

– Нет, – я с неподдельным ужасом замотала головой. – Так нельзя! Всех задержат для допроса, заставят снять маски? Это… Это же похоронит общество навсегда!

Положим, Саймона я сумела бы предупредить. Но меня в самом деле волновала судьба клуба.

– «Огненному Черепу» больше ста лет! – пыталась втолковать я ректору. – Все это время его члены хранят верность традициям. Некоторые имена и маски уже стали легендами. Ночной Кошмар со дня основания встречает новичков. А бои уже полвека проводит Сполох! Стальной Волк и Гробовщик сходились на ринге еще до моего рождения, а, может, и до вашего! Нельзя заставить их снять маски и стать обыкновенными Джонами или Питами…

– Или Элизабет, – закончил Оливер. – Это так важно для вас?

Я закивала, понимая, что дело все равно останется для него на первом месте. Но, видимо, недооценила милорда Райхона.

– Хорошо, – сказал он. – Не стану пока обговаривать это с инспектором. Нужно хотя бы взглянуть на этот ваш клуб в естественных условиях. Поэтому… пойду с вами.

– Вы? Но вы же преподаватель!

– Правилам общества это не противоречит, – пожал он плечами. Перехватил мой подозрительный взгляд и усмехнулся: – Нет, я не знаком с уставом «Огненного Черепа». В академии около двухсот условно тайных организаций, все не упомнишь. Но это правило общее для всех: преподаватели имеют право на членство в любом подобном обществе наравне со студентами. Что нужно, чтобы меня приняли?

– Маска, – пробормотала я, все еще не веря, что он это серьезно. – Нужна маска, чтобы вас не узнали, и костюм, удобный для боя.

– Найду.

– На входе нужно пройти испытание: удержаться от использования магии.

– Справлюсь.

– И вам надо придумать прозвище.

– Хм… Последний Дракон – подойдет?

– Издеваетесь? – надулась я.

– Отнюдь. По-моему, подходящее имя для члена тайной организации.

– Слишком претенциозно.

– А вас, позвольте спросить, как там называют?

– Черная Мамба, – призналась я после заминки.

– Черная Мамба? Одна из самых ядовитых змей в мире? И вы меня обвиняете в претенциозности?

– Змея не дракон, – пробурчала я. Но сердиться всерьез не получалось.

– Во сколько нужно быть на месте? – поинтересовался Оливер.

– В девять.

– Встречу вас в половине девятого. Но до этого времени…

– Меня будут охранять, – поняла я. – Не волнуйтесь, до вечера просижу в комнате. Почитаю о драконах.

Я не шутила: доклад-то еще не дописан. Рядом с известием об искажениях реальности учеба казалась чем-то незначительным, но глупо будет спасти мир и на следующий день вылететь из академии. Да и Мэйтин условий не менял.

Однако заняться докладом не получилось. В комнате меня ждали нервно поедающие мороженое подруги. Мэг уже знала от Сибил, что что-то случилось, но что именно – провидица объяснить не могла: с нее взяли клятву мага. От меня подобного не требовали, поклясться магией в нынешнем состоянии я не могла, а прочие обещания не давали надежных гарантий. Не связанная словом, я рассказала подругам об изменяющейся реальности, после чего мы вместе попытались понять, принимали ли пропавшие участие в ритуале и стали жертвами ошибки или же чем-то мешали его инициатору, и тот заказал их устранение из своей жизни и из мира.

Естественно, ни до чего мы не додумались. Но хоть время убили.

В половине девятого я вышла из общежития и, выбирая безлюдные, плохо освещенные дорожки, пошла к клубу. Голова была забита драконами и обрядами, так что, задумавшись, я не услышала шагов за спиной и громко взвизгнула, когда чья-то рука легла мне на плечо.

– Мне кажется, мисс Аштон, для бойца с гордым именем Черная Мамба вы несколько трусоваты.

Я могла бы ответить, что для человека, возглавляющего Королевскую академию магии, он чересчур несерьезен, но смолчала.

– Где ваша маска? – спросил ректор.

– Вот, – я достала из кармана скомканную косынку. – А ваша?

Костюм я успела оценить и осталась не в восторге. Ожидала от Оливера более элегантного решения, а тут: свободные штаны, заправленные в высокие ботинки, короткая черная куртка с капюшоном и никакой надежды, что, оказавшись внутри, ректор ее снимет, дабы продемонстрировать мускулистый торс.

Маска несколько сглаживала впечатление. К нижней части обычной (во всяком случае, в моем мире) лыжной шапочки с узкой прорезью для глаз были приделаны чеканные металлические челюсти с острыми зубами. Длинные верхние клыки выступали наружу, на концах отливая красным. Смотрелось устрашающе. Но костюм Стального Волка мне нравился больше.

На заднее крыльцо боксерского клуба я поднялась первой. Постучала. Дождалась негромкого «Кто?» и назвала свое прозвище. Когда дверь приоткрылась, показала привратнику браслет и прошла внутрь. Оливер последовал за мной, но был тут же остановлен Ночным Кошмаром.

– С тобой? – спросил меня бдительный страж. – Гость или претендент?

– Претендент, – ответила я не задумываясь. В качестве гостя, который будет таскаться за мной по пятам, милорд Райхон меня не устраивал.

– Условия знаешь? – не подозревая, кому он так свысока тыкает, обратился Кошмар к ректору.

– В общих чертах, – ответил тот.

Вынырнувший из темноты Тигр просканировал нового кандидата и велел стать в светящийся круг. Так же, как не уяснила сути своего испытания, я не увидела, что происходило с Оливером, но по тому, как Кошмар хлопнул ректора по плечу, поняла, что проверку он прошел.

– Добро пожаловать в «Огненный Череп». Прозвище есть?

– Последний Дракон.

– Хорошее имя. Посмотрим, насколько ты ему соответствуешь.

Могла бы поспорить, что привратник усмехался под маской.

– Что он имел в виду? – спросил меня Оливер по пути в зал.

– Вступительный бой.

– А что означало «претендент или гость»?

– Вы могли пройти как зритель, – призналась я. – Но так же неинтересно, да?

– Да, – согласился Оливер. Маска изменила его голос и сгладила интонации, но я надеялась, что он не слишком сердится.

Людей в зале было меньше, чем в мой прошлый приход. Значит, никаких знаковых боев сегодня не ожидалось. С запоздалой тревогой – вдруг Шанна не передала Саймону мою просьбу – я огляделась и с облегчением вздохнула: Стальной Волк стоял у канатов, наблюдая, как лохматый монстр гоняет по рингу невысокого паренька в синем костюме. Меня он увидел, когда Кошмар подвел нас с Оливером к Сполоху, но я быстро махнула рукой, призывая не подходить.

– Новенький? – Сполох оценивающе оглядел ректора. – Здоровый. Но против Молота я тебя не выставлю. Есть еще Зеленый Великан и Шторм. Постой пока… О! Мамба! – обрадовался, узнав меня, словно мы были давними приятелями. – Как нога? На ринг выйдешь? Народу не густо, а там Фурия размяться не прочь.

– А Дикая Кошка? – спросила я.

– Пока нет, – бросил Сполох, прежде чем убежать.

– Вас тут действительно знают, – проскрежетал ректор.

– А вы решили, что я вру? – демонстративно оскорбилась я, думая, как мне повезло. Саймон прав: честь носить легендарное имя нужно заслужить. Сполох и Ночной Кошмар обязаны были помнить каждого члена клуба, даже если видели его всего раз.

– Почему он интересовался вашей ногой? – спросил Оливер.

– Травма на ринге, – обронила я буднично.

– И вы планируете драться?

На этот раз я по-настоящему обиделась. Сложила руки на груди и отвернулась, сосредоточившись на ринге. Лохматый устал гонять синего, и тот, воспользовавшись этим, бросился в атаку. Бил больше ногами. В прыжке. Такую растяжку я видела только у Ван Дамма в его золотые годы.

– Я имел в виду, не помешает ли вам травма, – немного виновато прогудел Оливер.

– Не помешает.

Склонность к эффектным па сыграла с синим злую шутку. Лохматый пригнулся, ударил снизу и угодил сопернику в пах. Зал, заполненный в основном мужчинами, непроизвольно охнул.

– Нельзя так, – неуверенно проговорил ректор.

– Можно, – я передернула плечами. – Хоть и не поощряется. Тут одно правило: не использовать магию.

– Победил Зверь! – разнеслось над головами.

– Готовьтесь, – предупредила я Оливера.

Когда синему помогли перелезть через канаты, Сполох обрадовал присутствующих появлением в клубе нового бойца. Проводив ректора на ринг и мысленно обещав ждать, желательно подольше, я стала потихоньку подбираться к Саймону. Заметив это, он пошел в мою сторону. Мы встретились в тот миг, когда распорядитель боев объявил, что вызов претендента принял Зеленый Великан.

– Добрый вечер, Элизабет.

– Не очень, – поморщилась я. – За мной следят, поэтому… Что вы знаете о Чарли Лосте?

– Кто это?

Великан был великанский. Настолько, что большая часть присутствующих наверняка знала настоящее имя парня, которому сложно было затеряться среди студентов с такой комплекцией.

– Теперь никто, – ответила я, продолжая наблюдать за рингом. – Чарли нет и никогда не было. А пару дней назад мы его обсуждали как первого из пропавших студентов.

– Как? – растерялся боевик.

– Слышали об изменяющихся реальностях?

– Это сказки.

Разговаривать и следить за начавшимся боем было нелегко, все время хотелось обернуться к собеседнику, но я не сводила глаз с ринга. Великан, конечно, огромен, но Оливер подвижнее и гибче и уже успел нанести несколько ударов, правда, слишком слабых, чтобы пробить броню массивных мышц.

– Не сказки, – сказала я уверенно. – Но разглашать это не станут.

– То есть я должен верить вам на слово?

– Вы не верите? – отвлекшись от поединка, я посмотрела в прорези стальной маски.

– Не вижу причин…

«Вам верить», – я подумала, что он ответит так, и мысленно попрощалась со Стальным Волком как с союзником.

– …по которым вы стали бы обманывать, – закончил он. – Но изменение реальности – это неожиданно.

– Нужно встретиться в другой обстановке и все обговорить. Но с этой слежкой…

– Вас в чем-то подозревают?

– В том, что суну свой нос куда не следует.

– Тогда вряд ли слежка слишком пристальная. Мы могли бы случайно столкнуться в библиотеке.

– Десять раз подряд? – усмехнулась я, радуясь тому, как ловко Последний Дракон ушел из-под удара, поднырнув под руку Великану, и дважды ударил Зеленого по почкам. Будет мне еще о запрещенных приемах рассказывать! – Может, потренируете меня? Индивидуальные занятия два-три раза в неделю. Учебная программа целителей не предусматривает физическую подготовку, а мне не хочется терять форму.

– Да, конечно, – волчья морда качнулась вперед. – Но как мы будем… а-а-а…

Думала, он быстрее соображает.

– Это и есть ваша охрана? – сменил тему Волк, указав на ринг. – Неплохо дерется. Кто он?

– Клуб анонимный, – напомнила я. – А он Последний Дракон. И сейчас победит Зеленого Великана.

– Значит, мне пора, – по-своему согласился с моими выводами Саймон.

Великан, не сориентировавшись вовремя, получил кулаком в ухо, утратил координацию и теперь пропускал удар за ударом, вяло имитируя способность продолжать бой.

– Погодите, – остановила я бывшего куратора. – Фурия. Как она на ринге? Я ее побью?

– Попытайтесь.

Дать развернутый ответ он не успел бы: Оливер провел серию ударов, закончившихся сокрушительным апперкотом. Зеленый Великан упал. Саймон исчез, смешавшись с воодушевленно галдящей толпой.

– Победил Последний Дракон!

Наверное, никогда прежде ректор не вызывал такого искреннего восхищения у студентов, как в эту минуту. На миг захотелось, чтобы он снял маску.

– Поздравляю! – улыбнулась я, когда Оливер подошел.

– Благодарю, – отозвался он скромно. – Попить бы. Я бывал тут днем, рядом с раздевалками есть умывальник. Нас туда пропустят?

– Давайте проверим.

Мешать нам никто не собирался. Сполох объявил очередную пару бойцов, и внимание зрителей вновь сосредоточилось на ринге.

В маленькой темной комнатке Оливер стянул маску, нашел на ощупь умывальник, попил и умылся.

– А знаете, это интересно, – сказал он. – Действительно… расслабляет… Кто ваш приятель в волчьей шкуре?

Вопрос был задан безо всякого перехода, и я растерялась.

– Вы говорили с парнем в костюме волка, – не отставал ректор. – Ваш знакомый?

Хорошее у него зрение. С ярко освещенного ринга почти не видно тех, кто в зале.

– Разве тут могут быть знакомые? – отмахнулась я. – Здесь он Стальной Волк. Чемпион последнего турнира.

– Ого! И чего он от вас хотел?

– Он… вами интересовался. Видел, что мы вместе пришли, и решил спросить, не собираетесь ли вы претендовать на чемпионский титул. Собирает информацию о возможных соперниках.

– Понятно, – растянул Оливер, польщенный тем, что действительный чемпион счел его конкурентом. И выдал внезапно: – Думаете, стоит попытаться? Как я понимаю, претендент бросает вызов чемпиону, а не наоборот, да?

– Не знаю, – пролепетала я, обескураженная таким поворотом. – Но вы же не серьезно? Стальной Волк – опытный боец…

– А я, по-вашему, нет? – оскорбился ректор.

– Я не это имела в виду. Но Волк…

– Да-да, помню, выходил на ринг еще до моего рождения. Значит, он древний старец, и побить его не составит труда.

Днем, говоря, что считаю Оливера человеком, способным понять необходимость активной разрядки, я и не представляла, насколько права. Но с ходу бросать вызов чемпиону – это слишком.

– Уверена, вы его победите, – сказала я. – Но давайте в другой раз? Сегодня мне хотелось бы пораньше вернуться в общежитие.

– А как же «вызвать какую-то девчонку и спустить пар»? – припомнили мне.

– Сейчас вызову, спущу и пойду спать.

Фурия оказалась невысокой плотно сбитой девицей. Перед началом поединка она улыбнулась мне и сказала: «Привет!»… И сразу же ударила. Я успела увернуться, но травму мне все же нанесли – душевную. А подобное вероломство должно быть наказано.

Наказание было показательным и, надеюсь, в меру болезненным.

– Победила Черная Мамба!

Под одобрительные выкрики и аплодисменты я перемахнула через канаты и пошла туда, где оставила Оливера, надеясь и от него получить порцию восторгов. Но ректора на месте не оказалось. Я решила, что он перешел на другую сторону, откуда было лучше видно, но не успела обойти ринг, как громкий, исполненный торжественности голос Сполоха заставил меня замереть.

– Дамы и господа! Давно не случалось такого, чтобы новичок вызвал на бой чемпиона! И вот этот день настал! Последний Дракон вызывает Стального Волка!

Этого я и боялась.

Сказали бы мне вчера, что Оливер Райхон, эталон сдержанности и безупречных манер, будет размахивать кулаками на ринге, не поверила бы. Но оказалось, мистер Совершенство – адреналиновый наркоман.

Вмешиваться поздно, оставалось наблюдать за поединком. Зная, кто скрывается под масками, это было занятно: ректор дерется с одним из преподавателей – на ученом совете такого не увидишь.

Начал Оливер резво. Я бы сказала, слишком резво. К Великану он и то дольше присматривался. Однако его самоуверенность осталась безнаказанной. Стальной Волк легко отражал удары, но решительных действий не предпринимал. Зал отозвался недоуменным гудением: настолько поведение чемпиона отличалось от его обычной тактики. Даже я, видевшая до этого всего один бой Саймона, заподозрила неладное, а потом поняла: боевик считал Оливера агентом полиции и сдерживался. Но все же он не знал, кто на самом деле скрывается под маской Последнего Дракона, а расквасить нос филеру – совсем не то, что отдубасить непосредственное начальство, и, стерпев еще пару дерзких атак, Вульф счел возможный конфликт с представителем закона допустимым риском. Он позволил сопернику приблизиться вплотную и провел обманный прием, для Оливера, очевидно, выглядевший оплошностью соперника. Да что там для Оливера! Зрители как один вздохнули, кто удивленно, кто разочарованно, видя как глупо подставился чемпион… Но когда Дракон занес руку для удара, открывшись, кулак Саймона с силой врезался ему в основание плеча. Нужно отдать Волку должное: мог ведь и в лицо, и результатом стала бы сломанная челюсть и победа нокаутом.

Оливер отшатнулся, закрылся от возможного продолжения левой рукой, а правая у него обвисла, и, кажется, попытки пошевелить ею причиняли боль. Саймон ситуацией не воспользовался. Махнул, подзывая к себе Сполоха, и что-то быстро прошептал тому на ухо. Распорядитель подошел к ректору, сказал несколько слов, выслушал ответ и, выйдя на центр ринга, поднял руки, требуя тишины и внимания.

– Дамы и господа! Я вынужден остановить поединок. Один из участников не может продолжать бой. Но! Я уверен, что в скором времени Последний Дракон все-таки попытается победить Стального Волка! И, судя по тому, что мы сегодня увидели, у него есть все шансы стать нашим новым чемпионом!

Аплодисменты и одобрительные выкрики из зала свидетельствовали о том, что зрители вполне согласны с выводами Сполоха. Ректор покидал ринг практически новой звездой клуба.

Ай да Саймон! Надо же так все рассчитать! Даже если он клясться будет, что не предполагал, чем обернется случайный удар, не поверю.

– Вы были великолепны, – прошептала я Оливеру, не отказав себе в удовольствии повиснуть у него на шее.

– Не льстите. И удержитесь от объятий, пожалуйста. Не скажу, что это неприятно, но… больно. Мы можем уйти прямо сейчас?

Мы вышли из клуба, прошли с десяток ярдов, а дальше портал выбросил нас в маленький ельник неподалеку от моего общежития. Оливер уселся прямо на землю, стащил маску и, зачерпнув пригоршню снега, растер его по лицу. Все это в прямом смысле одной левой.

– Как ваша рука? – я присела на корточки рядом с ним. – Болит? Вам бы к целителям сходить.

– Да уж, теперь придется. Кажется, поврежден хрящ в плечевом сочленении… Что вы так смотрите? Я не целитель, но разбираюсь немного.

– Конечно, – улыбнулась я. Потому что он тоже улыбался, и отнюдь не познания в травматологии вызвали мое удивление, а эта его улыбка.

– Повел себя как зеленый первокурсник. Обычно я так…

– Не поступаете, – продолжила я. – Может быть, зря?

– Может быть, – улыбка стала задумчивой. – А этот Волк и правда отличный боец. Жаль, вы не знаете, кто он.

– А что бы вы сделали, если бы узнали?

– Жестоко отомстил бы, естественно! Я ведь малефик, мстительность и злопамятность – мои главные черты. Пару внеплановых зачетов ему подстроил бы. А если специальность предполагает, и по полигону погонял бы.

– И хвост ему! – рассмеялась я.

– И хвост! – поддержал «мстительный» ректор. – Кстати, хвостатые проклятья имели успех. Студенты ведь именно хвостами называют несданные зачеты? Так вот после той практики…

Неловкое движение, и он прервал рассказ. Улыбку сменила гримаса боли.

– Вам нужно в лечебницу, – напомнила я. – Расскажете после.

– Завтра. После того как у вас закончатся занятия с леди Райс. Как всегда.

Как же упоительно прозвучало это «как всегда»! А когда он взял мою руку, поднял и легонько коснулся губами пальцев, сердце едва не выскочило из груди.

– Спасибо за чудесный вечер, Элизабет.

Чудесный вечер в конце безумного дня. Кто бы мог подумать?