Глава 35

Гивард лежал на нашем обеденном столе без движения и был настолько бледен, что в первый момент я подумала, что он мертв. Вся грудная клетка у него была в крови, разодрана, будто когтями.

Я сначала запаниковала настолько, что у меня самой чуть не остановилось сердце. Но немного отпустило, когда я поняла, что он все еще жив. Дышит. Хоть грудь и вздымается в заметным трудом.

— Фрея… — чьи-то руки обхватили меня и попытались оттеснить, но я не позволила, зацепилась за стол, как за последнюю соломинку. И только потом обернулась. Перед глазами плыло, так что я не сразу поняла, что вижу брата.

— Что произошло? — пересохшими губами, с трудом ворочая языком, спросила я.

— Давай отойдем, присядь, — Клеон опять попытался оттеснить меня от стола.

— Нет! — я вырвалась, обвела взглядом столпившихся мужчин: лорда Лан Кейнера-старшего, брата и еще двух незнакомых. — Я хочу знать, что произошло! И где целитель? Почему его еще нет?

— За ним пошел лорд Райтис, но…

— Но вы не хотели его звать, я слышала! — я опять сорвалась на крик. Плевать, что я Высшая и не должна так себя вести, причем при посторонних. Но это же Гивард! Гивард лежит сейчас на столе неподвижный, и он очень плох.

— Фрея, да приди ты в себя! — Клеон встряхнул меня так, что клацнули зубы. — Драконы от таких ранений не умирают. Слышишь?!

Я слышала, но категорически отказывалась принимать этот очевидный факт к сведению.

— Тогда почему он без сознания? — прошипела я.

— Потому что ему сильно досталось.

— Но почему вы не хотели звать целителя? Гивард же тогда придет в себя быстрее, — чуть сбавив тон спросила я.

— Потому что мы не знаем, кому здесь можно доверять, — грустно усмехнувшись, ответил лорд Лан Кейнер.

— А лорд Райтис? Ему можно?

— Ему можно, — успокаивающе ответил брат.

Нет, ну если Клеон так говорит… Не ставить же под сомнение суждения и профессионализм, возможно, самого сильного менталиста современности.

— Фрея, тебе лучше пойти к себе, — брат тут же почувствовал, что я начала успокаиваться и более-менее трезво мыслить.

— Ну уж нет! — эмоции опять захлестнули. Да так, что я едва справилась с собой и не заорала на этого… Этого… Нет, Клеона нельзя назвать бесчувственным или глупым, но как он мог предложить мне оставить здесь Гиварда и уйти?

— Пусть остается, — вступился за меня отец моего лорда. — Леди Фрея — девушка разумная, хуже не сделает.

Похвала старого лиса была приятна, а намек понятен. Так что я встала, стараясь не мешать мужчинам, аккуратно взяла Гиварда за руку и стала наблюдать за дыханием. Оно временами прерывалось, казалось, вместе с моим, поскольку я сама тоже еле дышала.

Скоро пришел целитель и начался процесс лечения. Все время я не спускала с мага жизни глаз, старалась читать эмоции, чтобы тот не успел даже попытаться навредить.

— Его лучше сейчас перенести в спальню, — наконец сказал пожилой мужчина. — Теперь он не без сознания, а просто в целительном сне. Ему нужно отдохнуть, и скоро лорд Лан Кейнер пойдет на поправку. Я загляну завтра с утра.

Магия воздуха одного из присутствующих незнакомцев подхватила тело Гиварда и аккуратно доставила до кровати. Я села рядом, внимательно наблюдая, как камердинер смывает кровь с уже начавших затягиваться глубоких шрамов.

— Фрея, может лучше… — еще раз попытался Клеон.

— Оставь ее, — покачал головой Лан Кейнер-старший. — Пусть сидит здесь, вместо того, чтобы метаться по своей комнате.

— Да, я останусь, — не оборачиваясь к ним, ответила я. — Но может вы мне все-таки скажете, что произошло?

— Нападение, — я скорее почувствовала, нежели увидела, как брат пожал плечами. — Но мы успели вовремя.

Клеон кивнул куда-то себе за спину, и я поняла, что он имел в виду не только себя, но и тех незнакомцев, которые уже покинули не только комнату, но и остров.

— Кто они? — спросила я. Не то чтобы было интересно, но нужно же знать, кого благодарить за спасение Гиварда.

— Члены Совета, такие же как я и лорд Лан Кейнер.

— Они за нас?

— Они просто оказались рядом. Никому не позволено нападать на наследника Острова в стенах Совета. Это просто недопустимо! — неожиданно зло прошипел Колем Лан Кейнер. — Распустились! Видимо, зря я отошел от дел.

— Им наглости не занимать, — протянул брат, соглашаясь.

— Пора уже прихлопнуть этот рассадник! Да Нарей, можно тебя на пару слов наедине, — отец Гиварда покосился на меня, но поскольку я уходить не собиралась, им пришлось выйти самим.

Ишь, умные какие! Нет уж, я тут останусь. Тем более, что рука мужчины, которую я так и не отпускала, потеплела, а пальцы только что слегка дернулись.

А потом и вовсе легонько сжали мою ладонь.

— Ты здесь? — прошептал Гивард еле слышно, с трудом открыв глаза.

— Здесь, — кивнула я, стараясь незаметно стереть со щек почему-то полившиеся градом слезы.

— Я уже думал, они никогда не уйдут, — криво усмехнулся мужчина, на глазах приходя в себя. — Голова болит от их болтовни.

— Тебе надо поспать, так целитель сказал. Или его позвать? — спросила я и шмыгнула носом, стараясь прекратить поток слез. Получалось так себе.

— Эй, ну ты что? Не плачь, любимая, я в порядке.

Я замерла и вопросительно посмотрела на Гиварда. Даже слезы мгновенно высохли.

Возможно, мне показалось, что он это сказал? Ну не может быть, чтобы это было реальностью. Просто не может. Мы, драконы, в первую очередь озабочены не чувствами, а продолжением рода, силой наследников, магией. Но так было не всегда, лишь после магической катастрофы, что устроили предки. Симпатии, любовь — все отошло на второй план, и мало кому удавалось обрести свое счастье.

Клеону и Анне удалось, и втайне я им жутко завидовала. Мне тоже хотелось так, тоже мечталось, что мой муж когда-нибудь скажет эти слова. С мужем не получилось, но…

— Что? — онемевшими губами наконец выдавила я.

— Что, что? — криво усмехнулся Гивард. — Не плачь, говорю.

— Нет, как ты меня назвал?

— Назвал? А как? — Да он издевается! Глаза вон смеются.

— Дурак! — прокомментировала зло.

Надежда, что меня кто-то сможет полюбить, загорелась, а сейчас медленно, словно нехотя, гасла. Какие глупости я себе навыдумывала!

— Нельзя так с больными обращаться, люби-и-имая, — протянул он, опять усмехаясь. — Ты невыносимая, не в меру активная, слегка стервозная и иногда злобная, но я люблю тебя, Фрея Да Нарей.

Он чуть сжал мои пальцы, поднес их к губам и поцеловал. Хотя учитывая ранение далось ему это непросто.

— Правда любишь? — все не слишком приятные черты моего характера я предпочла пропустить мимо ушей.

— Правда, — он опять улыбнулся. — Когда ты пропала во время прибоя, я думал, что у меня самого сердце остановится.

Я с трудом сдержалась, чтобы не завизжать и не броситься ему на шею. В последний момент остановилась, хоть и качнулась немного вперед. И то затормозила только потому, что он ранен.

— Ты же можешь меня прочитать, артефакт сняли. — Видимо, он решил, что я ему все еще не верю.

Хотя насчет артефакта он прав, просто мне не пришло в голову, что в таком состоянии Гиварда можно просканировать.

И я окунулась в его чувства, нырнула с головой, стараясь при этом не касаться мыслеформ, потому что читать мысли человека, который тебе полностью доверяет — значило бы предать его доверие. Меня окутала такая волна невыносимой нежности, что я чуть опять не заплакала.

Сжав его большую ладонь своими пальчиками, которые на фоне его руки казались крошечными, я прилегла рядом. Очень старалась не задеть его, чтобы ничего не повредить. Уткнулась куда-то в шею.

— Я тоже тебя люблю, Гивард Лан Кейнер, — прошептала тихо. — Хоть ты не менее невыносимый, самодовольный, насмешливый ловелас и очень плохо разбираешься в людях. И учти, когда я тебя сегодня увидела на столе всего в крови, у меня тоже сердце чуть не остановилось. Так что не смей больше меня так пугать!

Последние слова я практически прокричала, заново переживая весь свой ужас от увиденного, и опять чуть не разрыдалась.

— Милая, я вот сейчас чуть не оглох, — усмехнулся мужчина, повернув голову так, что наши лица оказались почти напротив друг друга. — Не знаю, как это принято после признаний в любви, но наверное нужно поцеловаться, а я до тебя немного не дотянусь.

— Думаешь? — в притворном сомнении ухмыльнулась я, опять шмыгнув носом. — А вот не заслужил ты сегодня поцелуй! Не будешь в следующий раз меня так пугать!

Все это я говорила уже практически ему в губы, после чего сама прижалась к ним в поцелуе.

Гивард не может прочитать мои чувства, как я его, но я могу специально открыть для него свои. Это практически первое, чему обучают менталистов, чтобы, если возникнет необходимость, они могли продемонстрировать свои эмоции на допросе другому менталисту. Сканировать-то нас нельзя. Но на других магов это тоже действует, хоть и в меньшей степени.

Нас так поглотили чувства друг друга, что остановиться удалось с трудом и то лишь после того, как Гивард сдавленно охнул, перетянув меня на себя. Я тут же скатилась обратно и судорожно начала осматривать раненого на предмет новых повреждений.

— Фрея, все в порядке, маленькая. — Он успокаивающе погладил меня по щеке. — Но, боюсь, закрепление наших чувств делом придется отложить на некоторое время.

Я опять шмыгнула носом и кивнула, ложась рядом.

— Тебе надо отдохнуть. Целитель сказал…

— Я слышал, что он сказал, — перебил Гивард. — Он меня так напитал магией, что ни о каком сне и речи быть не может. Не хочу.

— Ладно… — я некоторое время молча устраивалась поудобнее, прижалась теснее к теплому мужскому телу. Уютно. — Тогда может расскажешь, что случилось?

— Да… — Лан Кейнер скривился, подумал несколько секунд, но когда я уже хотела его поторопить, пересказал краткую версию событий: — Напали прямо в здании, где проходит Совет. Неслыханная наглость, тут я с отцом согласен. Группа из пяти человек, только поэтому я получил так много ран, хоть и не очень серьезных. Но твой брат подоспел вовремя. Менталист, знаешь ли, очень помогает при задержании.

— Значит, их смогли взять живыми?

— Троих из пяти.

— А двое сбежали?

— Нет, не сбежали, — хмыкнул этот самоуверенный чешуйчатый. — Что могут наемники против Высших?

— Наемники? А может это те самые, из Серебряного клыка?

— Вполне возможно, и скоро мы об этом узнаем. С ними работают сейчас дознаватели Совета.

— Не слишком ли это… — я замялась, пытаясь подобрать слова, но Гивард меня понял и так.

— Твой брат тоже не хотел отдавать наших пленников, но Совет настоял. Не каждый день прямо у них под носом совершают подобные преступления. Даже этих зарвавшихся остолопов проняло, ведь в следующий раз вот так в наглую напасть могут на любого из них в самом, якобы, защищенном месте Льеона.

— Но ведь результаты сообщат.

— Пусть попробуют не сообщить, — усмехнулся мужчина. — Отец тогда точно вернется в Совет и перетряхнет его сверху донизу. Впрочем, и у меня есть кое-какие подозрения. Я там ведь не ради развлечения присутствовал.

— Кстати об этом, — я внезапно вспомнила наш разговор с Сараной. — Я должна тебе тоже кое-что сказать. Возможно, это даст ответы на некоторые вопросы.

После моего краткого, но емкого рассказа, Гивард надолго задумался, так что мне пришлось его поторопить.

— Выходит, декан Ри Нилман исследовала наш артефакт, в смысле, Да Нареев?

— Твой брат считает, что это реплика по чертежам, украденным на заводе.

— А она могла такое сделать? — уточнила я, нахмурившись. — Пойми меня правильно, я не ставлю под сомнение профессионализм декана, но над созданием лишь одного артефакта работает целое производство, несколько лабораторий. Иметь чертежи мало.

— Здесь ты права, — задумчиво проговорил мужчина. — Мы не думали, что его сделали где-то здесь, а не на артефактном заводе или в лаборатории. Хотя в Академии сама по себе лаборатория очень хорошая.

— Ну хорошо, предположим, его сделали в другом месте и декан его только изучала, — продолжила размышлять я. — Но зачем? Ведь это не неизвестный артефакт, у него вполне понятные свойства.

— Свойства, говоришь? — Гивард повернул голову ко мне, нахмурился. — А что если его и правда сделали не здесь, но где-то ошиблись, и декан Ри Нилман пыталась понять, в чем именно проблема? Мне, признаться, больше нравилась версия, что его изменили намеренно, но…

— В этом нет никакого смысла, — продолжила я за него. — Мы имеем артефакт, который калечит людей, вызывая у них признаки душевной болезни, но у всех это проявляются по разному. Каждый сходит с ума по своему…

— Получается, что Ри Нилман помешалась на мне, а Ларита тогда на чем?

— На власти, полагаю, — пожала плечами я. — Сам подумай, она была никем и представляла из себя не очень много. Но хотелось-то большего, хотелось повелевать и управлять.

— Возможно… Но как Ларита получила доступ к артефакту?

Я на несколько секунд замолчала, прокручивая ситуацию так и этак. И получалась в любом случае какая-то ерунда.

— Предположим, ей его дала декан Ри Нилман, чтобы что?.. — медленно начала я. — Чтобы та сошла с ума? Но тогда декан должна была знать о пагубном воздействии, что оказывает артефакт и на нее.

— Значит, не знала или думала, что защитилась от воздействия.

— Или Ларите дала артефакт вовсе не она, а тот, по чьему заказу проводилось исследование. Опять этот неведомый заказчик. Могла ли декан проводить исследования для себя?

— Вряд ли… — задумчиво отозвался Гивард, не сводя взгляда с отсветов уличных фонарей на потолке. — Если ты говоришь, а я склонен с тобой согласиться, что артефакт был произведен не здесь, то скорее всего исследование кто-то заказал или просто попросил ее исправить поделку, сыграв на научном интересе.

— Тогда она бы знала, что с артефактом что-то не так. Хотя она же не менталист, чтобы в точности понять как он воздействует.

— Возможно, заказчики сами не знали, в чем именно проблема, просто он не делал того, что должен был делать.

— А может и нет, любимый, — я потерлась носом о его колючуют от щетины щеку. — Что если в этом и была задумка?

— О чем ты?

— Может, хотели свети Академию с ума? Сам подумай, сколько декан всего сделала нехорошего, а потом еще и Ларита. И все вертится вокруг тебя.

— Хм… — Гивард задумался. — Если бы хотели свести с ума Академию, то просто положили бы артефакт где-нибудь в аудитории и у нас бы студенты и преподаватели массово поехали крышей.

— Это было бы слишком приметно.

— Да, разобрались бы быстро, но Академии был бы уже нанесен определенный репутационный урон. Но более вероятен все же другой вариант: видя последствия работы с артефактом, сумасшествие женщины было направлено в определенное русло.

— Или им просто воспользовались, а потом и подтолкнули в этом же направлении Лариту, — я внимательно посмотрела на своего мужчину. — Значит, все же работали против тебя.

— А ты им мешала, потому что как менталист могла что-то заподозрить, — продолжил мою мысль Гивард. — Одно дело два боевика-менталиста, с которыми я редко пересекаюсь, другое — наложница-менталист, которая бы что-то заподозрила, будь изменения в поведении у меня или у моего окружения.

— Но Ларита… — я отвернулась. Вдруг к несчастной девчонке возникла жалость. Может она и не самое милое существо во вселенной, но такого она явно не заслужила.

— Мы не знали, что искать и где, не знали, что надо было ее просканировать. Так что не расстраивайся, — безразлично ответил он.

— Тебя что, совсем не трогает ее смерть? — удивилась я, приподнимаясь на локте и нависая над мужчиной, чтобы видеть его лицо.

— Мне ее жаль, Фрея, но… Не хочу лицемерить и делать вид, что оплакиваю самую большую потерю в своей жизни, — Лан Кейнер упрямо поджал губы. — Я не рад, что она умерла, но без нее стало даже дышать легче.

— Знаешь, это жестоко, — нахмурилась. — Я понимаю, она тебя достала, но все же…

Молнией мелькнула страшная догадка, которой я ни за что не хотела верить даже в мыслях. Но я собрала всю свою волю в кулак и посмотрела на Гиварда. От моего взгляда он напрягся, нахмурился.

— Что?

— Ты только не волнуйся, но мне надо тебя просканировать, — твердо сказала я, стараясь не отводить взгляд.

— Но ты же это делала не так давно, — он весело подмигнул, но я видела его взгляд — в нем не было и тени веселья.

— Во-первых, это был не целительский диагност, а во-вторых, я фокусировалась на эмоциях, своих и твоих. Гивард, может я и перестраховываюсь, но я достаточно тебя знаю, чтобы понимать: тебе не свойственна подобная черствость и жестокость.

— Если тебе так будет спокойнее, — мужчина пожал плечами, но в то же время внимательно за мной наблюдал.

Не думаю, что он поверил, но я знала, дурное предчувствие меня не обманывает. Я сформировала технику ментального диагноста, и пощипывающее тепло потекло с моих рук впитываясь в его голову. Всего каких-то двадцать секунду, то же самое я делала с Сараной недавно.

— Ты побледнела, — обеспокоенно констатировал мужчина. — Так что там, все нормально?

Я медленно покачала головой и сглотнула вязкую слюну.

— Насколько все плохо?

— Небольшие повреждения, — язык будто присох к небу и каждый звук давался с огромным трудом. — Но область расширяется практически на глазах. Артефакт где-то в доме.

— Пойди и позови моего отца и своего брата, Фрея, — мужчина говорил спокойно и собрано, мерно поглаживая мои пальцы, не давая мне впасть в истерику.

Я кивнула два раза, как какой-то заводной болванчик. Мысли путались, страшно было настолько, что хотелось кричать, но спокойный взгляд вселял уверенность, давал силы. Кивнула еще раз и опрометью бросилась к двери, на ходу прикидывая, где могут быть лорд Лан Кейнер-старший и Клеон.