Глава 28.

В прежней жизни я старалась избегать сложных ситуаций и ни в какие конфликты не впутываться. «Худой мир лучше доброй ссоры» – всегда было моим девизом. И в новом мире пыталась жить так же.

От опасного брака просто сбежала, в академии хоть и понимала, насколько неладное здесь творится, старалась ни во что не вмешиваться, в стороне остаться. Все эти опасные игры магов и чернокнижников не для простой студентки.

Да, у меня тоже теперь была магия, и очень сильная. Но я к ней еще не привыкла, не научилась обращаться, просто не до конца поверила. Вот если вам сейчас вручат сказочную и совершенно неизмеримую силу, вы сразу начнете ей направо и налево без раздумий пользоваться?

Нет!

Это только природный маг, с детства так воспитанный, откатившийся в сторону сяч щелчком пальцев назад вернет. Обычный человек за ним пешочком, своими ножками побежит, ни о какой магии и не вспомнит. Просто по привычке, он же так всю жизнь делает.

Но сейчас… Вот правильно говорят, даже в самом милом хомячке хищник прячется. Надо его только разбудить вовремя. Я толстощеким грызуном не была, но происходящее и меня достало. Окончательно и бесповоротно!

Сколько тут от проблем не прячься, сами тебя находят.

Меня уже несколько раз подставили и выставили полной дурой. При нападении в комнате, после библиотеки, в спальне Беллы и вот сейчас, снова. Да, понимаю, это далеко не главное преступления злодеев, они вообще-то людей убивают, но…

Достали!

Берегитесь, злодеи, хомячок на тропу войны вышел!

Примерно такие чувства и мысли кипели во мне, пока я выслушивала воспитательную лекцию Розали. И надо честно сказать, ее нарочито ласковое и заботливое зебетание очень способствовало.

Под такое назойливо-несмолкаемый шум только убийства и продумывать. Я же пошла от противного, и под нескончаемые «милочка» и «дорогая» решила сама убийц поймать.

В данный момент очень хотелось, чтобы одной из них наша кураторша оказалась. После четвертого часа «маленькой беседы по-дружески», Розали казалась злодейкой мирового масштаба. Но нет, эта бестолковая курица в вечных розовых оборочках только кудахтать свои приторные глупости может. Ни на что большее она не способна, мозгов не хватит.

И ведь эта беседа была уже не первой по счету.

Сначала на меня накинулся ректор, который заподозрил, что я в сговоре с Кесслером решила бредовые идеи преподавателя своим обманом поддержать и авторитет главы академии подмочить. На мои настойчивые утверждения, что запретная магия в тайнике действительно была, господин ректор только топал ногами и требовал признаться, чем меня профессор подкупил.

Хорошими оценками на экзамене?

Следом на меня накинулся сам Кесслер с азартом маньяка, дорвавшегося до добычи. Убить не убил, но всю душу вымотал. Он-то в моих словах не сомневался: ну еще бы! Зато выспрашивал во всех подробностях. Видимо хотел понять, как много я видела и не смогу ли его выдать.

Потом был разговор с начальником стражи, и он меня довольно сильно разочаровал. Господин Ирвин не проявил и сотой доли интереса Кесслера, просто выслушал, мрачнея с каждой минутой. И очень настойчиво попросил больше ни с кем об этом не болтать, пугая студентов своими глупыми страшилками.

– Вы думаете, умнее всех тут? Ректора, преподавателей, стражи? Никто из нас не пропустил бы здесь запретную магию, а лекарь точно установил причину смерти ребят и девушки. А что касается Мии, которую вы якобы видели… Она еще вчера домой уехала!

– Как?!

– Очень просто, родители забрали. Так что не забивайте ни себе, ни другим голову чушью. Знаю, девушки любят страшилки рассказывать, им это нервы щекочет. Но такие темы, – Ирвин строго посмотрел на меня, – не тема для шуточек! А вам постоянно что-то мерещится, то на вас нападают, то магия запретная! Попросите в лечебнице успокоительного!

С каждым словом он распалялся все сильнее, не давая мне и слова вставить, почти кричал. Грубо и несправедливо, очень обидно, но никаких доказательств моей правоты и правда не было.

Хотя…

Я не стала спорить, но сразу же после его гневной отповеди побежала в спальню к Мие. Всехпогибших студентов в их спальнях нашли, и ее наверняка тоже собирались, но не успели. Зато потом, пока Кесслер нас отвлекал, его сообщник из библиотеки все следы под чистил. Вот не зря же мне устроенный профессором скандал странным показался – он специально время тянул!

Но труп девушки все равно доказательство моей правоты, Интересно, что начальник стражи запоет, когда его увидит?

Только вот комната девушки оказалась пуста, ни ее самой, ни даже вещей не было. Как будто она действительно уехала. Но… не могло же мне действительно все это привидеться?! Да и Каррасса есть, свидетельница.

Жаль, фамильяров считают полностью послушными воле хозяев и их слова всерьез не принимают. До чего же у них глупое мнение о помощниках! Или слишком хорошее о моем умении командовать вредную кошку?

Именно в комнате Мии меня и застала заглянувшая туда зачем-то Розали. И теперь я сидела, который час слушала ее нудные нравоучения, и готовила план мести.

Ну погодите, всех вас на чистую воду выведу!

***

Прежде, чем я выследила преступников, выследили меня. И не могу сказать, что я была сильно против. Наоборот, в первый момент даже обрадовалась.

С Рене мы с того дня, как нашла убитую Изабеллу, виделись только на занятиях. Это было странно, непривычно и как-то тоскливо. И совершенно несправедливо. Раньше, когда я его преступником считала и пыталась избегать – постоянно с ним встречалась. Куда не пойдешь, обязательно на зловредного блондина наткнешься.

Сейчас же я не только себя, даже Каррассу убедила, что Лерой почти белый – хотя бы по цвету волос, слегка пушистый – когда шевелюра растреплется, и вообще замечательный. И уж точно не убийца, наоборот, меня от несправедливых обвинений спас. А смотрел потом так…

Этот довод я в наших с кошкой спорах, конечно, не приводила, но она, похоже, догадывалась. И фыркала про март, до которого еще полгода ждать, так что голову терять рановато. Но Рене обвинять во всех грехах перестала, только изредка шипела на его мопса-фамильяра.

Заочно.

В общем, все складывалось на редкость хорошо, только нахальный блондин этим замечательным положением не пользовался. Ни разу не попытался. Хоть очередное происшествие устраивай, чтобы отработку у него получить!

С каждым днем, хоть и прошло-то их немного, эта мысль казалась мне все более и более удачной, и вполне подходящий план в голове начал складываться. но тут Рене сам появился. Поймал меня в одном из коридоров после занятий и сделал на редкость соблазнительное предложение, от которого просто невозможно отказаться:

– В такую прекрасную погоду не стоит в этих мрачных стенах сидеть. Пойдемте, прогуляемся, я вам про фамильяров-пресмыкающихся расскажу.

Стены вокруг были бледно-кремовыми, светлыми и очень чистенькими – розовые фантазии нашей кураторши до них еще не добрались. На улице пронизывающий ветер весь день сдувал и никак не мог добить окончательно мелкий холодный дождик. Хмурые серые облака нависали над самой землей тяжелой влажной подушкой.

В целом, погода требовала не шуточного оптимизма и отличного здоровья. Чтобы быстренько уничтожить их напрочь.

Змей я всю свою жизнь ненавидела и боялась даже на картинках. И вряд ли в качестве фамильяров они бы мне больше понравились. В общем, надо ли говорить, что на заманчивое предложение Рене я с радостью согласилась?

Вот только первые же его слова в парке изрядно мой восторг поумерили:

– Расскажите, как вы нашли тайник. С самого начала и постарайтесь не упускать детали.

Стало до жути, навернувшихся слез обидно. Вместо романтичной прогулки под дождем и рассказа о ползучих гадах он… опять меня допрашивает! И интересую его совсем не я, а Каррассина находка. Вот она ему пусть все и рассказывает!

– Ректор запретил говорить об этом, – буркнула, даже не пытаясь быть вежливой. Уже второе свидание в этом мире, и оба так по дурацки складываются. Но Эрни ладно, я и идти с ним на встречу не хотела, а сейчас…

Обидно!

– Со мной можно, – мужская рука легла на плечо, заставляя остановиться и повернуться. Взгляд сверху вниз, но так близко. И снова в глазах Рене загораются, пляшут знакомые яркие искорки.такие… притягательные. Он не двигался, просто смотрел неотрывно, но с каждой секундой расстояние между нами будто уменьшалось, исчезало.

От его ладони по телу шел согревающий жар, чувствовался даже сквозь одежду. Запах раскаленных камней и острого перца становился все сильнее, заполнял все вокруг, разгонял влажную морось. Я уже потянулась к широкой груди, к которой так хотелось прижаться. Ощутить ее тело и надежность, может быть спрятаться. Свернуться комочкоми обо всем забыть. Кроме мужского тела рядом, губ до которых полдвидения…

Прямо на нос упала очередная холодная капля, защекотала. Я невольно сощурилась, разрывая связавшую нас нить, чуть не чихнула. А когда раскрыла глаза Лерой стоял в нескольких шагах от меня, вполоборота. Очень напряженно.

– Расскажи все-таки о тайнике, это действительно важно. И лучше поскорее, а то простынешь.

В его голосе и так сегодня ни насмешки, ни ехидцы не было, а сейчас он стал вообще другим, непохожим. И… неужели мне правда в нем забота почудилась?

Да нет, наверняка показалось.Но думать об этом все равно было очень приятно.