Глава 42.
В одно мгновение нас с Эрвином окутывают плотные, поблескивающие незнакомой чернотой щиты, кузен сбитой кеглей отлетает в сторону, а принцесса неподвижно застывает на месте. Очень жаль – оба живы и почти невредимы, убивать сестру и ценного свидетеля принц, наверное, считает неправильным.
– Ты цела?
Ну а этот вопрос станет, похоже, лейтмотивом нашей семейной жизни. Ее девизом и хитом одновременно. Немного стыдно, зато надежно и очень успокаивает. Еще до свадьбы приобрела привычку постоянно за будущего мужа, как за каменную стенку прятаться.
Как ни крути, а привычка приятная.
Брюнетка, в отличии от брата, не церемонится и, слишком быстро прийдя в себя, приветствует его разлапистой молнией. Защита Эрвина на мгновение мутнеет, но выдерживает, он отвечает чем-то заковыристым, напоминающим сетку, сплетенную из линий силы.
Все еще не хочет убивать, пытается обездвижить.
Комнату наполняет почти физически ощущаемое напряжение магии, даже глаза не надо закрывать, чтобы ее увидеть. Острый треск разрываемого заклятьями воздуха, стонущие под ударами щиты, запах озона и пепла от не вовремя подвернувшейся мебели. Отголоски мощных чар то на миг искажают зрение тонкой пленкой голубоватого искажения, то сыплются на голову искрами яркого, нескончаемого звездопада.
От скопившейся здесь силы стучит в висках, трудно дышать, а внутри все в тугой узелок сворачивается.
Положение принцессы намного выигрышнее – ей не надо осторожничать, она бьет на поражение. Кузен тоже довольно быстро пришел в себя, помогает. Не забывая о защите, швыряет заклинания – подло, исподтишка, пока брат с сестрой друг другом заняты.
Эрвину приходится намного труднее, он не только сражается с двумя противниками, еще и надо мной щит держит. Выйти невозможно, поэтому просто отступаю в сторону, в самый угол комнаты, чтобы не мешаться под ногами. И осложнить возможности заговорщиков. Одно дело – сразу двоих единственным ударом прихлопнуть, и совсем другое – по разным мишеням целится.
Улучив момент, собираю огненную магию и швыряю сгусток пламени в родственничка. Сырой силой его не пронять, но зато немного отвлеку внимание. Получается! Кузен переключается на меня, сразу несколько заклятий подряд летят с непостижимой скоростью.
Многолетний опыт, к сожалению, от запачканной совести не теряется.
Сама ничего не успеваю, даже толком испугаться, но поставленный Эрвином щит атаку выдерживает. И следующую, и следующую… Резкие пощелкивания вокруг, словно попала внутрь шаровой молнии. Глаза слепит от непрерывных вспышек, сердце удар за ударом пропускает. Попасть под горячую руку настоящему мастеру боевой магии страшно, действительно страшно.
Я собираюсь с силами и даже каким-то чудом вспоминаю одно из заклятий Кесслера.
«Универсальная метелка» оправдывает свое название – сносит двоюродного братца в противоположный угол комнаты, смачно впечатывает. В это же мгновение принц заключает сестру в силовой кокон. Она словно в невидимой клетке заперта: двигается внутри свободно, но причинить никакого вреда не может – ни единого язычка силы наружу не пробивается. На пороге появляется Гарт.
Для телохранителя – не сказать, чтобы вовремя: все веселье как раз закончено.
Или мне это только кажется?
Принцесса слишком спокойна для проигравшей, и ее сосредоточенная невозмутимость мне не нравится. Очень не нравится! Она прикусывает губу, будто размышляя или принимая какое-то важное решение.
– Думаю, на этот раз тебе не отвертеться. Можешь собирать вещи для проживания в очень отдаленной и хорошо охраняемой крепости!
Всего-то?! Слова Эрвина шокируют. Обычных людей за заговор обычно казнят, в лучшем случае – отправляют на каторгу. А брюнетка только ссылкой отделается?!
Несправедливо, неправильно!
Хотя, скорее всего, королевская семья просто не захочет придавать подобный скандал огласке.
На слова брата принцесса не обращает никакого внимания. Нас для нее словно не существует, она что-то свое, очень важное обдумывает. И… Глубоко, судорожно вдыхает и гордо выпрямляется, вытягивается в струнку. Глаза яростно сверкают, а на лице такое выражение, будто перед прыжком в пропасть. И страшно, мучительно страшно, и разверзшаяся под ногами бездна сладким маревом затягивает.
Почти безумное в своей отчаянности выражение.
Она решилась?
На что, спрашивается?
Громкий, резкий голос принцессы сливается с моим криком. Предупреждение непоправимо запаздывает, теряется. Эрвин тоже что-то чувствует, настораживается, посылает заклинание. Поздно! Слова уже сорвались с губ и услышаны.
– Принеси камень в комнату!
Что она на этот раз задумала? Кому приказывает?