Глава 28

Жаров не написал мне ни одного СМС-сообщения с того момента, как подвёз меня домой. Будто специально наказывая за мою подозрительность, заставляя ощущать себя влюблённой дурой, которую бросили, как только добились секса. Может, он придерживается негласного правила не трахать одно и то же тело дважды? Почему-то меня подобное не удивит. Конференция длилась пять дней. Свой доклад я буду читать завтра, но всё же, движимая глупой потребностью увидеть Жарова, я приехала чуть раньше. Хотя он вряд ли ожидает сегодня здесь со мной встретиться. Сюрприз-сюрприз! Всё же меня терзало любопытство, чем же на самом деле так занят Руслан, что у него не нашлось и минуты времени, чтобы чиркнуть мне сообщение. Наверное, мне следовало бы вести себя более независимо, не проверять каждые пять минут сотовый в ожидании от него звонка. А, как советовала Маринка, не ограничивать себя одной лишь симпатией к Руслану и обратить внимание и на других мужчин. Но всё во мне противилось этому. Как назло, когда я проходила по залу, изучая стенды, мой взгляд упёрся в знакомую парочку. Платон и его зазноба. Они стояли недалеко от меня, о чём-то напряжённо споря. Похоже, в раю не всё спокойно. Меня позабавило, насколько слова мужа отличаются от истины. При взгляде на них становилось очевидно, что их отношения продолжаются, что удивительно не согласовывалось с той лапшой, которой кормил меня Платон. И пускай мне плевать на него, ложь от этого не становилась более приятной на вкус. Занимательно, насколько целительное воздействие на моё сердце оказал Руслан. Ещё совсем недавно я ревела в туалете, утопая в жалости к себе. А теперь испытываю лишь досаду. – Платон в своём репертуаре, – раздался над ухом знакомый голос. Закатила глаза, тяжело вздыхая. Миронова собственной персоной. Учитывая, что она не выступала с докладом, в отличие от меня, должно быть, выбила себе командировку просто для того, чтобы погулять по городу. Я обернулась, заглядывая ей в глаза. Ирина выглядела такой довольной, словно осознание того, что её шпилька достигла цели, принесло ей безмерное наслаждение. Хотя я никак не могла сообразить, почему такая привлекательная девушка находит радость в столь странных удовольствиях. Её наряд буквально кричал о том, что она находится в активном поиске. Бордовый костюм, состоявший из приталенного пиджака, под которым виднелся чёрный топ, и коротенькая юбка, открывавшая вид на край чулок. И лакированные туфли так блестели, что при желании в их отражении можно было бы разглядеть её исподнее. Я и не знала, мне восхищаться её смелым стилем или сочувствовать потребности поскорее найти мужчину. Отчасти я догадывалась, что именно ею движет. Одежда один из доступных женщине способов безмолвного общения с окружающими. Одни люди верно считывают по ней информацию. Другие – превратно. Мне же хотелось бы увидеть в глазах Руслана то же восхищение, что и до секса. Но неуверенность пожирала меня, как плесень, а скучная натура научного работника подтолкнула к выбору чёрной атласной блузки и юбки миди. Когда я выходила из гостиничного номера, мне показалось, что я выгляжу строго и элегантно. Сейчас же я ощущала себя пресной и безликой, сливающейся с толпой заучкой, отчаянно пытающейся выделиться не благодаря внешности, а благодаря интеллекту. Не понимая, что на самом деле я вовсе не ограничена лишь этим выбором. Я могу быть красивой без ущерба для оценки своих умственных способностей. – А ты хорошо знакома с его репертуаром? – прищурилась, изучая её реакцию на свой вопрос. Она насмешливо закатила глаза, смотря на меня как на идиотку. – Калинина, ты действительно не замечала, как он лез под юбку ко всему, что движется? Её слова подействовали на меня как оплеуха. Я дёрнулась, ощущая едкую горечь во рту. И унижение. С её слов, коллеги давно знали, что он мне изменяет. С разными (ключевое слово) женщинами. А я, глупая, поймала его лишь на последней. Ассистентке. – Твоя забота о моём кругозоре поражает. – Сглотнула, стараясь придать лицу безучастное выражение. – Раньше я не замечала, чтобы моя персона тебя так занимала. – Раньше ты не задевала круг моих интересов, – хищно сверкнула глазами Калинина. Я нахмурилась, догадываясь, что имя у камня преткновения Руслан. В глазах коллеги пылал недобрый азартный огонёк. Возможно, она почуяла, что я готова вцепиться в её красные патлы, поэтому ретировалась, увидев кого-то из знакомых. Но откровенно дав понять, что, как только я наскучу Жарову, она будет рада подарить ему поздравительный минет по случаю нашего расставания. И где же носит Руслана? Я проходила час с бокалом шампанского, разглядывала выставочные стенды и изучала программки с выступлениями, пока не заметила знакомый силуэт. Руслан. Увидев его, я ощутила, насколько соскучилась по нему. Тепло мёдом разлилось в груди, согревая и успокаивая расшатавшиеся нервы. Он стоял, о чём-то оживлённо беседуя с директором по науке. Я двинулась в их сторону, планируя поздороваться. Исключительно как коллеги. Но они, не замечая того, что я следую в их направлении, вышли из выставочного центра в коридор. Я последовала за ними, движимая странным чувством. В коридоре, умощенном красной ковровой дорожкой, было тихо и пахло моющими средствами. Стук моих каблуков утопал в мягком напольном покрытии. Зато голоса Фомина и Жарова, резонируя о стены, прекрасно слышались. – Руслан, Калинина определённо занимается промышленным шпионажем. Ты должен был получить этому доказательства, и до сих пор ничего, – раздался запыхавшийся и раздражённый голос Фомина. Я так и чуяла, что лишний вес не даёт ему вздохнуть в полную силу, а потому директор по науке наверняка уже покрылся потом с головы до ног. Затылок обдало горячей волной, когда до сознания дошло, в чём именно меня подозревают. Приложила ладонь к стене, опасаясь, что упаду без опоры, потому что коленки стали ватными. – А вместо этого ты её трахаешь, Руслан! Может, и ты находишься с ней в сговоре? – Хватит, – осёк его резкий, холодный голос Жарова. Я припала к стене ещё больше, испытывая боль от того, как быстро колотится в груди сердце. Как бьётся о рёбра. Как от разочарования рушатся мои чувства. – Что, хватит? Ты знаешь, что у нас крот. Мы ведь это обсуждали… Я сделала шаг назад, ощущая, как воздух покидает лёгкие. И ещё один, понимая, что больше не могу здесь находиться. В ушах звенело, ответ Руслана высосало системой вентиляции. В глазах неожиданно потемнело, поэтому, чтобы выйти из коридора, мне пришлось двигаться по стенке. Звон никак не желал прекращаться. Лишь нарастал с каждой минутой. А ещё до смерти хотелось плакать. От жуткого разочарования. Господи, Калинина, какая ты всё-таки наивная дурочка. Жаров у нас, как выяснилось, вёл расследование, защищал интересы предприятия. Наверное, опасался, что я, имея доступ к исследованиям, их сливаю. Для этого решил подобраться ко мне ближе, и оказался прямо в моих трусах. Я вернулась обратно в выставочный центр, ощущая, как гул голосов противно бьёт по барабанным перепонкам, дезориентируя меня. – С вами всё в порядке? – кто-то подхватил меня под локоть, не давая свалиться на пол и опозориться. Я удивлённо подняла глаза, изучая знакомое лицо, которое раньше видела лишь на обложках журналов. Вот это да. Ещё одно светило науки.