Глава 41

Лена

Сегодня оделась удобно. Любимые джинсы, ботинки, короткая куртка. Никаких каблуков! У нас запланирован шопинг. Решила поддаться и позволить Валерке себя нарядить. Не так уж часто в последнее время хожу по магазинам и балую себя обновками. Может, поднимет настроение. Но прежде…

- Папуль, привет! Отвлекаю? – произношу в трубку, усевшись на лавочке, в фойе большого ТЦ.

Папа вздыхает:

- Да от чего? Разве только от созерцания окружающего мира?

- Не прибедняйся! Небось, опять погряз в своих документах?

Отец всё равно продолжает работать. Даже на пенсии принимает участие во всевозможных проектах. То сквер обустроить поблизости, то снарядить волонтёров для ловли собак.

- Ну, для тебя я всегда найду минутку.

- Только минутку? – интересуюсь лукаво.

- Подловила на слове. Дела подождут! – улыбается, - Что-то случилось?

Слышу в трубке, как скрипит его кресло. В родительском доме у отца всегда был свой кабинет. Он первым делом его обустроил. Первее, чем спальню и детскую! Мы с Леркой всегда жили порознь. Но ходили в гости друг к другу. Она, побывав в моей спальне, всегда уносила с собой что-нибудь. Её же спальня представляла собой нечто, вроде кладовки. Мама ругалась, просила её прибирать за собой.

- И в кого ты такая растрёпа? – возмущалась она. Лерка такой и осталась. В её студии в центре Москвы всё такой же бедлам.

- Ну, как сказать, - я вынимаю из сумки бумагу. Тот самый убийственный акт, от которого веет немыслимым штрафом.

- Ну, говори, как есть, - беспокоится папа. И я решаю не мучить его.

- В общем, мой салон скоро могут закрыть.

- Что? – напряжение в голосе передаётся и мне.

- На днях у меня был инспектор с проверкой.

- Тебя же уже проверяли?

- Это внеплановая, - цитирую фразы диспетчера, - Кто-то донёс на меня! Я даже знаю, кто именно.

- Кто? – суровеет папа.

Думаю, если сказать ему, что это новая пассия Влада…

- Не важно, - бросаю, - Так вот! Он нашкарябал тут перечень нарушений. Я просто не знаю, как теперь быть.

Папа вникает:

- Угу. Значит так, у тебя на руках документ?

- Ты про акт?

- В том числе.

- Он оставил мне акт со своей подписью, копию распоряжения с печатью. А девочки сделали фото, пока он тут рыскал. Такой противный мужик! Ты б его видел.

Отец ухмыляется:

- Людям его профессии положено быть противными.

- Не скажи! – возражаю, - Был до него очень добрый инспектор. Я даже ему подарила сертификат для его жены.

- Он бы мог расценить это как взятку, - упрекает отец. Ему ли не знать! Чиновнику с многолетним стажем, которому даже плитка шоколада была не положена.

- Нет, в тот момент он был уже не инспектором, а просто человеком, - отвечаю, припомнив тот случай. Его рабочее время прошло, и я предложила по дружбе:

- Возьмите, для вашей жены!

Инспектор, мужчина преклонного возраста, был женат и гордился своим положением. Он даже рассказывал мне про супругу, с которой у них было трое детей.

- Спасибо вам, Леночка! – воскликнул, но рассмотрев цифру на карточке, тут же надумал вернуть, - Нет ли чего подешевле?

Я уболтала! Вдобавок Тамила всучила ему гиалуроновый крем. И заверила, что этим кремом можно мазать не только лицо, но и тело.

- Значит, сделай фото сейчас и пришли мне. Подпись почётче! Как, говоришь, его звать?

- Александр Александрович Туз, - декларирую я.

- Туз? – папа смеётся.

- Скорее, Тузик! – парирую.

- Не боись, разберёмся, - заверяет отец, и переходит внезапно на тему, другую, - Как там с разводом дела? Продвигается?

Я вздыхаю:

- Ну, как тебе сказать. Слушанье отложили. Из-за того, что Влад устроил сцену в зале суда.

- Ожидаемо, - хмыкает папа, - Ты как сама?

- Замечательно! Жду твою младшую дочь, будем шопиться.

- Что делать? – он уточняет.

- Ходить по магазинам и тратить деньги на шмотки! – конкретизирую я.

- Хорошее дело, - одобряет отец.

- Люблю тебя, па, - я целую его. Мы прощаемся. И на душе сразу легче! Как будто свой груз переложила на его богатырские плечи.

По эскалатору движутся люди. Люблю наблюдать за людьми. Девчонка в нарядных сапожках, ведомая мамой за ручку, тащит пупса в коляске. Игра в дочки-матери свойственна девочкам этого возраста. Я тоже играла! А Лерка кукол терпеть не могла. Её вдохновляли зверушки. Ещё с малых лет! Она любила усадить их в длинную очередь. Ставила уколы в плюшевый зад, бинтовала им лапы. Вот что значит, призвание. Моим же призванием было стать матерью. И я стала! Пускай и не в той мере, в которой хотела. Но смогла воплотить свой инстинкт.

- Как тесен мир! – рычит позади мужской голос.

Вздрогнув от неожиданности, я не успеваю заметить, как кто-то берёт со скамьи оставленный мною листок.

- Что? – поднимаю глаза. Боже, нет!

- Ммм, нарушаем? – он скалится так, точно зверь, углядевший добычу. Во мне! А я… Я оставила шокер в машине.

- Отдайте немедленно! Это моё! – подскочив, я пытаюсь забрать документ. Но, увы! В низкорослых ботинках я выгляжу рядом с Сергеем, как та самая Моська, которая лает на слона.

Ему достаточно выпрямить руку, чтобы мои попытки выхватить акт утратили всяческий смысл.

- Так значит, салон красоты? – изучает бумагу, - Почему-то я не удивлён!

- Я позову охрану! – возмущаюсь.

- Зови! – он разводит руками. Давая понять, что любая охрана ему на зубок.

- Вы больной?

- Вроде нет, - хмурит брови.

- У вас с головой не в порядке! Вы снова следили за мной?

Гамадрил с замашками интеллигента, уязвлённый моим замечанием, хмыкает:

- Подумаешь, птица! Ты много-то на себя не бери. Я тут вообще-то не по твою душу.

- Тогда идите, куда шли! – убийственным взглядом смотрю на него, - И отдайте мне мой документ!

- Вот истеричка ты, я не могу! – издевается тип, продолжая исследовать акт испытующим взглядом. Вдруг делает взмах, - Етить-колотить! Меня же тебе судьба послала!

Я сконфуженно хмурюсь:

- Чего?

- Ну, точно, - приглядевшись, кивает «посланник судьбы», - Это ж Туз, сука! Знаю я этого гада. Худосочный, картавый! Червяк дождевой!

Меня так и тянет поддакнуть. Но только наш диалог не располагает к такому. И я поджимаю губу, ожидая, что будет.

- Он недавно мой склад посетил. Маааа! – выдыхает громила, - Такого начирикал в своей письльке. У меня аж глаза из орбит! Говорю ему, ящик спиртного тебе. Дорогущего, сука! Прикинь, бутылка одна, как он весь целиком. А он нос воротит. Говорит: «Вы мне что пгедлагаете взятку? Я добгопогядочный ггажданин!». Угрожал мне тюрьмой, ты прикинь?

Меня пробирает на смех, стоит вспомнить инспектора. И его указующий тон.

- Давай порешаю, проблем никаких, - понижает он голос, - У меня там подвязки имеются.

- Нет, не надо, - выставляю ладонь.

- Да чё ты? Стесняешься? Брось! Все свои, - Сергей пригибается, ладонь упирается в спинку скамьи. И я неожиданно чувствую запах. Горчащий дурман сигарет, от него. Так опасно и близко!

- Мне не нужна ваша помощь, понятно? – боюсь прикасаться к нему, отползаю в сторонку.

Этот мужчина до жути пугает! Но притом, пробуждает внутри что-то новое. Незнакомый азарт, от которого стыдно и жарко. Подмышки потеют, и щёки горят, как в аду.

- Так и знал, - произносит сквозь зубы, а глаза изучают меня. Мне охота укрыться от этого взгляда. Но по правую руку – искусственный фикус. По левую – он, как скала...

- Что вам надо? – веду себя холодно, твёрдо. Если начнёт приставать, закричу!

- Что-что? Хотел пообщаться, - он пожимает плечами.

- Видимо, у нас с вами разные представления о том, что такое общение, - в моём тоне сквозит неприязнь, и он это чувствует.

- Высокомерная цыпа, - внимательно смотрит в глаза, - Ничего, тем приятнее будет тебя приручить.

Вот сейчас бы заехать ему по лицу! Но… Боюсь. Как бы он не ответил.

Сзади слышится стук каблучков и знакомое:

- Эй! Это чё за дела? А ну, отвали от неё!

Лерка врывается в нашу приватную зону, как смерч. Одетая в курточку с мехом, но не натуральным. Лерка противница зверств! И убийство зверьков считает одним из таких. Носит искусственный мех, эко-кожу, отвергает животную пищу и жертвует в фонд.

Сергей выпрямляется. И я наконец выдыхаю.

- Это чё за клоун? Лен, он к тебе приставал? – цедит Лерка.

- Клоун? – смеётся бугай, - Ты-то сама давно из зоопарка сбежала? Курица-пеструшка!

Лерка теряет дар речи, но лишь на секунду:

- Чего? На себя посмотри! По тебе плачет цирк! Тельняшку надень и вперёд, выступать. Банифаций!

- Только если с тобой, в общей связке. Ты снизу, я сверху, согласна?

- Мурло! – тычет Лерка.

Сергей усмехается. Подобной реакции он ожидал.

- Так, довольно, - встреваю я в эту беседу и, выхватив акт, ухожу.

- Эй, Белоснежка! – доносится в спину, - Ты гнома забыла! Вернись!

Этот «гном» устремляется следом за мной. Точнее, не гном, а «конёк горбунок», на ходулях.

- Чё ты шпильки напялила, Лер? Собирались гулять!

- Ну, так мы и гуляем, - она звонко цокочет за мной по сияющей плитке, - Ты скажи, чё за буйвол тебя домогался?

Лерка всегда защищала меня. Даром, что младшая! Находила такие слова, от которых обидчик терял красноречие. Парней она разделяла по группам. «Гоблины» - это позорное днище, клоака, которую нужно обходить стороной. «Чудики» - это различные фрики, вполне безобидные, но не для неё. К таким, кстати, Лерка добавила Славку, как только увидела.

- Вот же чудик! – сказала она.

«Бабуины», согласно животной природе, не имеют хороших манер. Их с людьми роднит только внешнее сходство. «Пузыри» - отдельный типаж, который Лерка всегда «выносила за скобки». Не любит пузатых мужчин, вот и всё! «Индюками» она обзывала всех тех, кто излишне гордится собой.

И Влада она отнесла к «индюкам», пока не увидела голым. Точнее, в трусах! В тот раз мы семьёй отдыхали на речке. После этого Влад был причислен к другой категории. «Волосатики» - у которых растительность есть на лице, на спине, на груди, на ногах. В общем, в разных местах, включая интимные.

«Невидимками» были для Лерки все те, кто женат. Она принципиально не становилась любовницей. А в «тузы» попадали козырные парни. Где внешность, манеры и уровень средств совпадал. Были также «нормуль». Так сестра говорила про всех остальных. Мол, годятся!

Я размышляю, в какую группу подходит Олег? Наверное, туз. Хотя… После знакомства с инспектором, это слово уже не вернёт себе прежний окрас.

- Вот, бабуин! – ставил Лерка диагноз Сергею, услышав мои откровения.

Мы отобедали, сделали несколько ходок. Купили ботинки, бельё, пару бусиков. Кофточку Лерке с лисичкой, и сумочку мне, со стеклянным брелком.

Сначала я думала сделать ей втык! Ведь это она раздраконила Янку. Как говорится, не трожь говно, вонять не будет! Но, боюсь, что мои замечания возымеют обратный эффект. Лерка рассердится, и… Не хочу доводить до греха.

- Слушай, так чё, у тебя появился свой собственный сталкер?

- Да какой он сталкер. Ты ж сама говоришь, бабуин, - фыркаю я, отмахнувшись.

- Ну, бабуин колоритный, - хмыкает Лерка, и цедит молочный коктейль.

- Ага, колорит так и прёт, - подтверждаю. Мой шоколадно-банановый уже на исходе.

- Вот бы Гордеев тебя застукал с таким! – Лерка ржёт.

- И что бы он сделал? – мне самой интересно, какая реакция была бы у Влада при виде меня и… Сергея. Удивление? Гнев? Равнодушие, хуже всего.

- Понял, что ты нарасхват! – усмехается Лерка.

- Да мне всё равно. Я не собираюсь выводить его на ревность.

- Ну, и зря! Его самолюбию не помешает хороший пинок. Индюшара!

На столе оживает мой гаджет. От Олега пришло сообщение.

«Что лучше, культурная программа, или бесконтрольное поглощение деликатесов?».

Я улыбаюсь. Пишу ему:

«И то, и другое, и можно без хлеба».

«Я думаю, хлеб будет лишним. Разве что только… улитка».

Не могу сдержать смех.

- С кем ты там пишешься? – щурится Лерка.

- Да так, - я кладу телефон вниз «лицом».

Хочу сохранить это втайне. Пока не пойму, как представить его. Просто друг, или нет…

От автора

❤ Небольшой визуал героев книги. Такими, какими их вижу я: https:// /ru/blogs/post/561934