Глава 3

Амелика.

Похороны Эрика — все как в тумане. Иногда мне казалось, что у меня помутился рассудок. Ночи сменяли дни. Я утратила способность воспринимать время. Я могла отключиться днём на пару часов, а потом ночью бродить по дому до утра. Самое страшное, что мыслей не было никаких в голове. Пустота.

Я переехала к родителям. По их просьбе, они волновались за меня.

Каждый день ходила на кладбище. Молилась и ревела.

Почему судьба поступила так с нами?

Кто виноват? Марк? Сам Эрик? Я?

Мама постоянно говорила о судьбе, которой не избежать. Эрик принял свою судьбу. Этого было не избежать.

Но перед глазами всегда стояли фрагменты поединка. Я никогда не смогу забыть, что именно Марк убил моего мужа.

Время шло. Я знала, что Марк придёт за мной. Рано или поздно. И мне придётся выйти за него. За убийцу моего Эрика. Я каждый день пыталась смириться с этой мыслью. Блокировала эмоции. Тренировала выдержку.

К концу полугодия после похорон, я воспринимала свою судьбу как неизбежность. Приняла ее.

В один из дней отец завёл этот разговор.

— Доча, сядь, давай поговорим с тобой по душам.

— Конечно, папа — я села рядом с ним, положила голову ему на плечо.

— Сегодня я встречался с Маркеоном — я чувствовала, что отцу тяжело даётся разговор.

— Я поняла. Он хочет на мне жениться?

— Да. Но он обещал дать тебе время. Столько, сколько тебе потребуется.

— Мне не нужно время, папа. Я смирилась со своей судьбой. Я выйду за него.

— Ты уверена? Дочка, твоё состояние, безусловно, сейчас лучше. Но не стоит ли ещё подождать? Полгода или год? Поживёшь с нами…

— А смысл? Ты же понимаешь, этого никак не избежать. Перед смертью, как говорится, не надышишься — отец стал хмур. Да, зря это я про смерть. Тем более умирать я не собиралась. Я наверно умерла ещё там, вместе с Эриком. По крайней мере часть меня точно. Та часть, которая отвечала за положительные эмоции.

— Зачем ты так говоришь? Ты станешь госпожой нашего края. Не самая плохая перспектива. Марк красив и силён. Я понимаю, что ты не влюблена в него, и ты ассоциируешь его с печальными событиями своей жизни. Но у него на поединке не было выбора. Возможно, пожив с ним, ты увидишь в нем много хорошего.

— Я никогда не смогу его полюбить, папа. Я люблю Эрика. И я понимаю, что это не вина Марка, но тем не менее, убил моего мужа именно он. У меня на глазах. Такое не забыть.

Дальше была свадьба. Конечно по масштабу она была несопоставима с моей первой свдьбой. И насколько торжественным и пышным был праздник, на столько же противоположным было мое настроение. Марк чувствовал это и хмурился. Я уже привыкла, что он легко считывает мой настрой.

На мне было великолепное платье. Это единственная деталь подготовки, которую я взяла на себя. Лучшие портные края трудились над ним 3 недели. Оно не было белым. Я давно не невинна. Да и белый на невесте ассоциируется со светлым будущим. Я такое для себя не видела. Платье было светло зелёным и шло к глазам. Расшитое алмазами и изумрудами по лифу. Разумеется длинной в пол с небольшим шлейфом. Причёска была царственно высокой. Марк прислал мне в подарок диадему. Ну почти королева.

Марк глаз не мог от меня отвести. Смотрел восхищённо, без тени похоти. Пока не «считал» мое внутренне состояние. Приуныл. Неужели уже сегодня ночью мне придётся сделать это? Как? И дурман-травой себя травить нельзя, если я забеременею в эту ночь, то отрава навредит ребёнку.

Выйти замуж за члена правления, это не просто брак между двумя людьми. Сегодня я вхожу в семью правления. Это несёт определённые привелегии, но и обязанности. И не предполагает развода.

Но мой план состоял именно в том, чтобы максимально быстро развестись.

Это возможно только по желанию женщины и только после рождения минимум двух наследников, среди которых хотя бы один — мальчик. Тогда правление может развести и выдворить из семьи. Женщина уходит. Дети остаются в семье. Вот такой дрянной план.

Не было известно ни одного случая, когда был зафиксирован развод в семьях правления. Какая мать оставит детей по своей воле? Я не знала, как оставлю я. Но я как будто заранее не чувствовала ничего к гипотетическим детям, рождённым от него.

Тем не менее, навредить ни в чем не виноватому ребёнку, я не хотела. Так что придётся терпеть эту ночь в трезвом уме.

Нужно максимально быстро родить двоих детей, желательно погодок. И освободится от бремени нежеланного брака.

Только получится ли? С Эриком вообще 5 лет не получалось. Вдруг я не могу иметь детей и навсегда останусь запертой в браке? Хотя знахарка проверяла мое здоровье перед свадьбой, никаких отклонений не увидела.

Торжество подходило к концу. Ладно хоть никто не орал «горько» через каждые 5 минут. А то сошла бы с ума. Видимо, это организаторы постарались. Спасибо им.

Марк коснулся моих губ только раз и очень целомудренно, после того как надел на палец фамильное кольцо. Платина с россыпью бриллиантов. Украшение было изысканным.

Я понимала, что делить постель с ним придётся в любом случае. Во-первых, без этого никак не зачать детей, во-вторых, Марк как муж на основании закона имеет право на это, как минимум одна ночь в месяц. Конечно, никто не обращался к закону по этой причине. Ведь все женились по обоюдному желанию.

Но вот целовать или обнимать его я не планировала. Можно обойтись в процессе без этого.

В какой-то момент Марк встал. Произнёс какую-то речь. Я не вслушивалась. Потом взял меня за руку, поднимая на ноги. Повёл. Видимо в мой новый временный дом.

Свадьба была в резиденции. Так что далеко идти не пришлось.

Дом выглядел великолепно и очень современно. Не фамильный особняк.

Двухэтажный, серый камень, панорамные окна. Он зачем-то взял меня на руки и занёс внутрь.

— Это традиция. Переносить через порог. Это наш дом, Лика. Пойдём, я все покажу. Это зал, здесь столовая.

Он подглядывал на меня, пытаясь, видимо распознать, нравится ли мне. А мне действительно нравилось. Интерьер сдержан, нет лишних вещей, все функционально, очень уютно. Я боялась помпезных хрустальных люстр или ещё чего-то такого как в основном здании резиденции. Но было противоположно.

— А там? — я показала на дверь из столовой.

— Там кухня. Тебе, конечно, не нужно будет готовить. Завтра утром я представлю тебе весь штат прислуги.

Дальше мы обошли библиотеку, которая к слову была шикарной, спортивный зал, сауна, небольшой бассейн. Это все на первом этаже. Потом он повёл меня наверх. Надеюсь у нас не одна спальня на двоих? Ночевать с ним в одной постели я точно не собираюсь. Он подвёл меня к одной из закрытых дверей.

— Здесь моя комната?

— Здесь моя спальня. Она открыта для тебя в любое время. Твои апартаменты рядом — он повёл меня к другой двери, открыл, провёл внутрь — обживайся. Эта дверь в санузел, эта в спальню.

Мы стояли посреди небольшой гостиной. И правда апартаменты. Самое интересное, я была в восторге. Видимо это пронюхал и Марк. Так как он улыбнулся первый раз за вечер. Как и я.

— Спасибо, Марк, мне очень нравится. Я не ожидала такого.

— Я рад. Обустраивается. Если что-то понадобится, стучи. Оказывается свадьба это утомительно, я пойду отдыхать.

Он ушёл. Я стояла столбом. В смысле? А брачная ночь? Он хочет, чтобы я сама к нему пришла? Ага сейчас, бегу и падаю, волосы назад. Разделась, приняла душ, и забылась беспробудным сном до утра. Действительно тяжелый день.

Утро встретило солнышком в огромное окно. Встала, обошла свои покои. Поразглядывала все более внимательно. Все оформлено так классно, со вкусом. Свежий ремонт. Новая мебель. Он делал все это специально для меня? Мог бы не заморачиваться. Но, определено, есть за что похвалить. Жить здесь будет по крайней мере комфортно и уютно.

Я переоделась и спустилась вниз.

Новый статус подразумевает определённый внешний вид даже дома. Я не могла выйти к слугам в домашнем платье или, например, моих любимых штанишках с медведями. Так что, спускалась я при полном параде, волосы уложила в косу и забрала наверх шпильками. Голубое шелковое платье с запахом в пол.

Марк читал газету внизу. Газету? Их кто-то ещё читает?

— Доброе утро, моя госпожа.

— Доброе. Ты всегда теперь так будешь меня называть?

— Мне очень нравится как это звучит. Непривычно — я хмыкнула. Пусть называет как хочет. Он позвонил в колокольчик. Зашёл мужчина лет 40, видимо слуга — дорогая, это Бернард, управляющий. Бернард, позови всех слуг. Я хочу представить им хозяйку этого дома и их госпожу.

Зашли человек 10.

Главный повар, точнее повариха. Приятная круглолицая женщина в годах. Две помощницы по кухне. Три помощницы по дому. Куда столько? У нас одна весь особняк убирала. Садовник. Его помощник. Сам Бернард и рядом с ним молодая девушка. Очень симпатичная. Вьющиеся рыжие волосы. Милые конопушки. Вздёрнутый нос, голубые глаза в обрамлении каштановых пышных ресничек. Губы бантиком. Ничего себе прислуга. С такой внешностью светские вечера украшать восседая в окружении приятных кавалеров.

— Это Роза. Я нанял ее недавно. Личная помощница для тебя.

— Здравствуйте, госпожа — робко заговорила девушка.

Почему он нанял именно ее? Чтобы она радовала мой глаз или его? Странные мысли. Самое удивительное, что мне искренне не нравилось предположение, что эта девушка понравилась Марку, хотя должно быть все равно.

Не зря я заранее проговорила про запрет на любовниц. Все равно это противно, если он будет касаться меня после кого-то. Не смотря на отсутствие чувств. Это не ревность.

— Доброе утро.

— Госпожа, я умею делать прически, макияж, шить, закончила курсы по светскому стилю. Я буду преданно вам служить и помогать во всем — девушка казалась искренней. Поживём, увидим.

— Дорогая, если тебя не устроят услуги Розы, ты можешь сама выбрать себе помощницу. Как и остальной штат. С этого дня все подчинение слугами принадлежит госпоже — обратился он уже ко всем. А потом наклонился к моему уху, от чего меня слегка дернуло. Непривычно как. И прошептал — только Бернарда не тронь, прошу, этот старый вояка дорог мне.

Потом подали завтрак в столовой. Так вкусно я давно не ела. Наша кухарка значительно уступает поварским талантам здешней. Мы сидели вдвоём за большим деревянным столом. Массивным, наверно, это дуб. Хозяин дома во главе, я справа. Кушали в тишине. Когда тарелки у обоих опустели, он начал разговор.

— Как ты устроилась? Все ли необходимое есть?

— Да, спасибо.

— Если что-то понадобиться, пиши список и отдай Бернарду, он все устроит.

— Хорошо. Я могу съездить к родителям?

Конечно, странный вопрос, ты полностью свободна, делай, что пожелаешь. Дома тоже все обустраивай, как захочешь. Мне важно, чтобы этот дом действительно стал домом для тебя. Только одна просьба. Я обычно возвращаюсь с работы к семи. В семь ужин. Я попрошу тебя присутствовать. Либо предупреждать заранее.

Дом. Мне не хотелось привыкать к нему. Это временно. Но мне действительно здесь нравилось, и переделывать что-то не было смысла. Здесь обустраивал все бог дизайна. Марк уехал. Мужем его даже в мыслях называть я не могла. Мой муж это Эрик, который сейчас лежит в земле. Я поднялась к себе. Вот так просто «к себе».

Из комнаты, которая находилась рядом с моей, но по другую сторону от спальни Марка, выпорхнула Роза.

— Госпожа, вам нужна моя помощь? Я буду жить в соседней комнате. Чтобы всегда быть под рукой — девушка располагала к себе.

— Пойдём в мои покои, Роза. Давай познакомимся — она посеменила за мной, мы расположились на моем обалденном диване — откуда ты родом?

— Я выросла на этих землях, я сирота. Меня растили в приюте. Мне очень повезло, что господин Маркеон обратил на меня внимание и взял на работу — обратил внимание значит, да?

— И что ты сделала, чтобы он обратил внимание именно на тебя? — я говорила на полном серьезе. Зачем мне это? Девушка смотрела растеряно.

— О, госпожа, не думайте о таком. Господин с вас глаз не сводит. Видно же, что влюблён как мальчишка. Простите мне мою прямоту. И я бы себе никогда ничего такого не позволила. Я надеюсь, конечно, что встречу когда-то достойного мужчину и выйду замуж. И останусь чистой для него. А если и не встречу, это такая честь служить госпоже.

— Сделай мне ванну с расслабляющими настоями, Роза. Я ни в чем тебя не обвиняю. Просто хотела расставить все точки над и. Ты непривычно красива для служанки. И ты обязательно встретишь свою судьбу. С такой внешностью, грех посвящать свою жизнь служению, пусть даже госпоже.

Я расслабилась. Ванна была чудесной. Вода обновляла. Потом дневной сон, который оказывается для госпожи обязательный. Улучшает цвет лица и заряжает энергией к приходу мужа. Так настоятельно советовала Роза. А я не сопротивлялась. Делать все равно нечего.

Потом прогулка по саду. Погода хорошая, я сидела на садовой качели и неспешно читала один из исторических романов, который нашла в библиотеке. Откуда вообще романы в библиотеке брутального мужика? Для меня чтоли купил? Чтобы не скучала от безделья дожидаясь его с работы. Роза, кстати, помимо того, что действительно оказалась полезной, за 10 минут мне такую красоту на голове сотворила, скрашивала мое одиночество разговорами. Отвлекала от грустных мыслей. Слушая о ее детстве в приюте, становилось даже неловко жаловаться на свою судьбу. При всем при этом она источала энергию и позитив. Не потеряла себя, душа ее осталось светлой, не смотря на все невзгоды.

Несколько движений кисточками в руках моей помощницы, и в зеркало на меня смотрела девушка без единого изъяна. Помогла мне облачиться в платье для ужина и ровно в 7, я ожидала в столовой. Как договаривались.

— Добрый вечер, дорогая — Марк подошёл, склонился и поцеловал меня в щеку — я дернулась, как током ударилась, это ещё зачем? Взгляд из под бровей, направленный в его сторону, он оценил. Склонился ещё раз и на ухо прошептал — у окружающих нас людей могут возникнуть вопросы, почему жена как от огня шарахается от собственного мужа. Или почему муж не прикасается к жене. Привыкай к моим прикосновениям. Тем более мне нравится тебя целовать — да уж, придётся тренировать выдержку.

— Добрый вечер, Марк. Как прошёл твой день?

— Ждал вечера, чтобы вернуться к тебе. А ты скучала?

— Скучала, но не по тебе. Просто скучно, заняться не чем.

— А чем ты хотела бы заниматься?

— Я хочу учиться — это часть моего плана. Мне необходимо обрести профессию. Когда я уйду от Марка, нужно будет как то себя содержать. Не на шею же родителям садиться или в прислуги идти. А то, что меня потом замуж никто не возьмёт, это понятно. Развод это клеймо. Да и не захочу я замуж больше.

— Занятно. Я удивлён. Чему ты хочешь учиться?

— Точным наукам. Математика, физика.

— Удивлён ещё больше. В резиденции есть институт. Правда в нем никогда не учились женщины. Через год, когда я вступлю в права главы, я издам указ, разрешающий девушкам обучение в нем. Так подойдёт?

— Да, спасибо — вот так просто?

Согласился. Надо же. Думала ему нужна тихая госпожа-домохозяйка. Конечно многие девушки получали образование, но на то были женские учреждения: поварская школа, художественная, разные там курсы этики, парикмахерского искусства, даже делопроизводства. Но точные науки до этого изучали только мужчины. Архитектор, конструктор — это чисто мужские специальности. Но именно такие специальности позволяют работать не в обслуге и имеют реальное жалование.

Мы поужинали. Он проводил меня до моих покоев. Поцеловал руку и ушёл в свои. Ушёл! Снова. Да что ж такое то? Как я забеременею, если он не заходит ко мне и не зовёт к себе. Зачем оттягивать неизбежное.

Быстрей забеременею, быстрей выполню свой долг перед правлением и быстрей уйду. Несколько лет и свобода от этого кошмара. Хотя и кошмаром то не назовёшь. Внешне все просто отлично. Но ощущения как в клетке.

Я отпустила Розу отдыхать. Сама приготовила и приняла ванну с аромо- маслами. Заплела косу, надела шелковый пеньюар на голое тело и пошла в спальню мужа. Страшно как! Перекреститься не хватало! Не на казнь ведь.

И не первый раз. Хотя ощущения схожи. С Марком же первый. С мужем я всегда с радостью ложилась в постель. В какой-то степени это было даже приятно. Я так и не решилась пооткровенничать на эту тему с мамой. По сути ничего об этом не знала. Эрика все устраивало и слава богу. А Марк? Может у него какие-то требования к партнерше… надеюсь, что нет. 10 минут потерпеть и сбежать к себе. Такой план придал уверенности, постучала, зашла.

— Амелика? — Марк полулежал на огромной кровати, застеленной чёрным покрывалом, читал какие-то бумаги. Даже дома работает?

Я первый раз в его спальне. Обстановка чисто мужская. Минимализм.

Кровать на полкомнаты. Тумбочки по бокам. Шкаф. Бар. Бар в спальне? Он все таки пьёт. Больше мебели не было.

Кабинет у него отдельно. Я вчера успела позаглядывать в комнаты. Помимо моих апартаментов, небольшой комнаты Розы, спальни хозяина дома, был ещё его кабинет, 2 гостевые комнаты и 2 пустые комнаты без ремонта, предполагаю, что будущие детские. Хочет, чтобы я сама оформляла? Нет уж увольте. Хотя его мысли понятны, какая мама об этом не мечтает?

Такая как я: неправильная будущая мать, неправильная жена. Комнаты прислуги были в отдельном крыле, к ним вёл переход с первого этажа.

— Марк, я подозреваю, что ты не приходишь ко мне в спальню, чтобы я не восприняла исполнение супружеского долга, как обязанность. Поэтому я пришла сама — я пожала плечами. Я никогда не видела на столько удивлённого Марка.

— А ты не считаешь это обязанностью? Пришла, потому что хочешь? — хочу? Чего хочу? Как этого вообще можно хотеть? Бред какой. Или типа хочу сделать ему приятно? Порадовать? Ещё больший бред. Понятно же что нет.

— Я считаю, что это логично и правильно.

— Подойди ко мне.

Я неспешно и грациозно на сколько возможно подошла. Он сел на кровати, взял меня за кончики пальцев. В этот момент я ощутила лёгкое покалывание в них. Притянул меня ближе. Уткнулся лицом мне в живот и глубоко втянул воздух. Он что нюхает меня? Он нормальный вообще? Я только из душа!

Он поднял голову и взглянул мне в глаза. Его руки переместились на пояс моего пеньюара, неспешно развязали его. Я перестала дышать. Он потянул за рукава и шёлк струясь по ногам упал на пол.

Я стояла полностью обнаженная! Зачем он так меня смущает! Обычно я ждала Эрика всегда в кровати и под одеялом. Большего стыда я в жизни не испытывала! Это в 26 лет! Я сильная. Я справлюсь. Тренированная выдержка не дала трусливо сбежать прямо сейчас.

Он провёл руками по бокам моего тела. От груди и до бёдер. Притянул ближе и начал целовать живот. Я чувствовала, что дрожу. Тело покрылось мурашками. Видимо от холода, голая ведь. Хотя внутри наоборот горела. Видимо от стыда.

— Как тебе нравится?

— Что? — я выпала из прострации. Что за вопрос такой?

— В какой позе, например? Как тебе нравится, чтобы тебя ласкали? Я пока не чувствую, что тело твоё откликается — он говорил медленно, спокойно. Гребаный стыд! Как вообще об этом можно говорить? Какой отдачи? О чем он спрашивает?

— Делай как тебе нравится, там посмотрим.

— Я хочу, чтобы эта ночь стала особенной для нас обоих. Чтобы ты и телом и в мыслях отдалась мне. Чтобы почувствовала удовольствие, и приходила ко мне за ним снова. А не из-за того, что это логично и правильно — я совсем не понимала о чем он, что он хочет от меня услышать? Телом я отдаться согласна, но не в мыслях.

Марк, ты меня смущаешь такими разговорами. Тем более я стою голая перед тобой. Я на грани того, чтобы сбежать — сказала чистую правду.

— Ладно. Расслабься и не бойся меня.

Легко сказать. Он притянул меня на середину кровати. Начал целовать мое лицо, потянулся к губам, я отвернула голову в сторону. Он спустился к шее, груди…

— Можно без этого… — прохрипела я.

— Без чего?

— Без поцелуев, можешь сразу.

— Ты сама сказала, делать как мне нравится. Вот и делаю, мне так нравится.

Он продолжил исследование моего тела губами, ласкал грудь. Сначала было не по себе. Я не привыкла к такому. Потом расслабилась. Мысли из головы все куда-то делись. Я ощущала его неровное дыхание на своей коже, его губы, язык.

Внутри меня творилось непонятно что. Однако, хоть это мне и казалось абсолютно неправильным, мне нравилось то, что происходило. В голове появился туман, я и не заметила, когда его рука оказалась между моих ног. Это перебор! Я дёрнулась, но он удержал меня. Он творил что-то невообразимое. Меня накрывало волнами жара.

Когда он перешёл к основному действу, я уже мало что соображала. Я в жизни никогда такого не ощущала! Процесс происходил знакомый, но все совершенно по другому. Размер его был ощутимо больше. Да уж он крупнее Эрика везде… Движения сильные, быстрые, уверенные.

Я не понимала сколько времени прошло, мне казалось это продолжается полчаса, если не больше, а мне хотелось ещё и ещё. После какого-то движения мне стало нестерпимо, а потом как-будто энергия потоками начала литься из меня, содрогая мое тело. Что происходит?

Марк остановился, тяжело дыша мне в шею. Поцеловал в плечо, перекатился с меня на матрас рядом, притянул к себе и уснул. Моментально.

Я таращила глаза в потолок. И что так всегда будет? Стыд какой. Я выбралась из тисков его рук, накинула пеньюар и побрела к себе.

Сил не было даже на то, чтобы смыть с себя эти запахи порока. Лежала и размышляла.

Ведь я настраивалась терпеть, а не наслаждаться. Как я вообще могу наслаждаться близостью с ним? Он разрушил мою жизнь.

Как много мыслей в голове. И такое ощущение, что ни одной правильной.

Я уснула под утро. Проспала завтрак. Рядом с кроватью на тумбочке в вазе обнаружила букет свежих весенних цветов. Роза постаралась?

Я позвонила в колокольчик. Она примчалась.

— Роза, набери мне ванну, пожалуйста, и организуй завтрак в комнату. Марк уже ушёл?

— Хорошо, все сделаю. Господин ушёл часа три наверно назад. Наказал вас не будить.

— А цветочки? Твоя инициатива?

— Почему моя? Господин вместе с садовником собирали букет в саду рано утром.

Вот так да? Удивлена. Это значит ему произошедшее понравилось? Хотя какая мне разница? Ну разница есть. Если понравилось, это будет часто. А если нет, то что? А мне как надо? Надо гнать от себя эти мысли. Вечером Марк вернулся ослепительно счастливым. Снова поцеловал в щеку. Мы ужинали одни. После он позвал меня в кабинет.

— Амелика. Вот микстура. Чайная ложка натощак утром. Принимай.

— Зачем? Что это?

— Это чтобы последствием близости не стал ребёнок. Когда будешь готова, закончишь принимать.

— Я не буду это пить. Нам нужен ребёнок.

— Сейчас? Мы только поженились. Ты толком ещё даже не привыкла ко мне. Давай повременим год-два — в смысле? Нужен же ребёнок срочно, желательно сразу двойня. Кстати, с его напором в постели, вполне может быть.

— Ты не хочешь детей?

— Глупости не говори, конечно хочу. Но я хочу чтобы и ты морально была готова родить нам ребёнка.

— Я готова!

— Ты сама решаешь. Если готова, не принимай. Я хотел как лучше. Но ты знай, если ты не примешь его уже завтра, то через 2 недели нас ждут радостные новости.

— С чего ты взял? У нас могут быть с этим проблемы. Ведь я не могла забеременеть 5 лет.

— Я знаю. Он тебе не подходил. Я подхожу. Поэтому подумай 10 раз.

Я подумала. И выбросила это лекарство. А через 2 недели мы действительно узнали: я беременна. Пророк он чтоли?

Как долго в браке с Эриком я ждала эту новость месяц к месяцу. И как тяжело мне было сейчас. Этот ребёнок или дети, это как средство для достижения цели. А это не правильно. Подло по отношению к детям. Разве может мать быть равнодушна к своему ребёнку? Я не ощущала ничего.